Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Приключения Робина Гуда
.pdf
— Предводитель, дозволь мне отобрать двадцать
крепких парней, чтобы мы подобающе вооружились
и служили сэру Ричарду, пока не обзаведется он другими
слугами.
— Хорошо, Малыш Джон, быть по сему, — решил
Робин.
Затем заговорил Уилл Скарлет:
— Давайте подарим ему золотую цепь на шею, как подобает человеку его крови, а также золотые шпоры.
— Хорошо, Уилл Скарлет, быть по сему, — сказал
Робин.
Следующим был Уилл Стьютли:
— Давайте отдадим ему тюк лучшего бархата и сверток золотой парчи, чтобы он вручил их своей высокородной супруге в качестве подарка от Робина Гуда и его
славных товарищей.
При этих словах все захлопали в ладоши, а Робин
произнес:
— Хорошо, Уилл Стьютли, быть по сему.
Сэр Ричард Ли огляделся вокруг и хотел было что-то
сказать, но от переполнявших его чувств не смог произнести ни слова. Наконец он сказал, и голос его дрожал:
— Вы увидите, дорогие друзья мои, что сэр Ричард
навсегда запомнит доброту, с какой отнеслись вы к нему
сегодня. И если настанет у вас час нужды и испытаний,
обращайтесь ко мне и моей супруге, и скорее падут стены замка Ли, чем позволю я...
Более он ничего не сумел сказать и поскорее отвернулся.
Тем временем Малыш Джон и двадцать дюжих парней, отобранных им, собрались в дорогу. У каждого на
груди была кольчуга, на голове — стальной шлем, а на
боку — тяжелый меч. Великолепное зрелище являли они
собой, стоя в ряд. Робин подошел к сэру Ричарду и надел
ему на шею золотую цепь, а Уилл Скарлет преклонил
колени и прикрепил к его обуви золотые шпоры. Малыш
Джон вывел лошадь сэра Ричарда, и рыцарь сел в седло.
181
Долго он смотрел на Робина, а потом наклонился и поцеловал его в щеку. Лес так и гудел от восторженного
крика, когда рыцарь и йомены в свете факелов начали
свой поход.
Когда они ушли, послышался скорбный голос епи-
скопа Херефордского:
— Мне бы тоже пора в путь, друг мой, а то ночь скоро.
Но Робин накрыл руку епископа своей ладонью.
— Не спеши так, господин епископ, — сказал он. —
Через три дня сэр Ричард должен выплатить долг Эмметскому монастырю, и до этого срока тебе придется
погостить у меня, чтобы не стал ты чинить рыцарю препятствий. Обещаю тебе роскошные развлечения, — как
мне известно, ты большой любитель поохотиться на
оленей. Отбрось печаль и попробуй три дня пожить веселой жизнью йомена. Ручаюсь, когда придет время,
тебе грустно будет покидать нас.
Вот как вышло, что епископ и его свита три дня жили
у Робина. За это время его преосвященство немало поразвлекся, так что, как и обещал Робин, когда пришла ему
пора уезжать, он с грустью расставался с лесной жизнью.
Робин отпустил своего гостя и дал охрану, чтобы разбойники не отобрали у него то, что осталось от его тюков
и свертков.
Однако, уезжая прочь, епископ дал себе обет, что заставит Робина пожалеть о том дне, когда он удержал его
в Шервуде.
Мы же теперь последуем за сэром Ричардом. Вы
узнаете, что с ним произошло и как выплатил он свой
долг Эмметскому монастырю, а затем, в должное время,
и Робину Гуду.
О том, как сэр Ричард Ли
выплатил свои долги
Залитая солнцем серая, пыльная дорога бежала вдаль.
По обеим сторонам ее тянулись полные воды канавы,
по берегам которых росли ивы, вдали, в окружении тополей, маячили башни Эмметского монастыря.
По дороге ехал рыцарь со свитой из двадцати воинов. Рыцарь был облачен в простое длинное одеяние из
серой саржи, собранное на поясе широким кожаным
ремнем, с которого свисали длинный кинжал и тяжелый
меч, но рыцарский конь был благородной берберийской породы и щеголял сбруей, украшенной шелком
и серебряными колокольцами.
Когда отряд добрался до больших ворот Эмметского
монастыря, рыцарь подозвал одного из своих охранников и приказал ему рукоятью меча постучать в будку
привратника.
Тот дремал, но, услышав стук, поднялся, открыл
дверцу, прихрамывая вышел наружу и поприветствовал
рыцаря. А ручной скворец в плетеной клетке пронзительно кричал: «In coelo quies! In coelo quies!»
словам обучил его хромой старик-хозяин.
— Могу я видеть приора? — спросил рыцарь у старика.
1
— таким
1
«Есть покой на небесах» (лат.). — Примеч. пер.
183
— Он трапезничает, славный рыцарь, но ожидает твоего прихода, — отвечал привратник, — ведь ты, если я не
ошибаюсь, сэр Ричард Ли.
— Да, я сэр Ричард Ли. Пойду отыщу его, — проговорил рыцарь.
— А не нужно ли отвести твою лошадь в конюшню? —
удивился привратник. — Дева Мария, это же благородная лошадка, и в такой прекрасной упряжи, какой глаза
мои не видали. — Он ласково похлопал по лошадиному
боку.
— Нет, — отказался сэр Ричард, — здешние конюшни
не для меня. Уступи дорогу, прошу тебя.
С этими словами рыцарь проехал вперед, ворота открылись, и под стук копыт, позвякивание упряжи и бряцание мечей следовавшей за ним свиты он вьехал в вымощенный камнем двор монастыря. Стая голубей, что
с важным видом разгуливала под солнышком, взмыла,
хлопая крыльями, на карнизы круглых башен.
Пока рыцарь ехал к Эммету, в тамошней трапезной
готовился настоящий пир. Послеполуденное солнце потоками лилось в сводчатые окна и большими квадратами света ложилось на каменный пол и на накрытый
белоснежной льняной скатертью обеденный стол, на
котором расставлены были королевские угощения. Во
главе стола сидел настоятель Винсент Эмметский, одетый в мягкие одежды из тонкого сукна и шелка; голову
его украшал черный бархатный берет, вышитый золотом, а на груди висела тяжелая золотая цепь с большим
медальоном. Рядом с ним, на подлокотнике огромного
кресла, сидел его любимый сокол — приор был поклонником соколиной охоты. По правую руку от настоятеля
в богатом пурпуровом одеянии, отороченном мехом,
восседал шериф ноттингемский, по левую — знаменитый доктор юриспруденции в скромной темной одежде.
Далее сидели келарь Эммета и высшие братья.
Раздавались шутки и смех, всем было весело. Иссохшее лицо законника морщинила улыбка — в кармане
184
у него лежали восемьдесят золотых, выплаченных ему
приором за дело, состряпанное против сэра Ричарда Ли.
Ученый доктор вытребовал плату вперед, потому что не
имел к святейшему Винсенту Эмметскому большого доверия.
Шериф ноттингемский обратился к приору с вопросом:
— А уверен ли ты, господин приор, что земли окон-
чательно у тебя в руках?
— Конечно, — отвечал приор Винсент, делая большой
глоток вина и причмокивая губами, — я за ним внимательно следил — хоть сэр Ричард того и не замечал —
и знаю наверняка, что денег на выплату мне у него нет.
— Это точно, — сухим хриплым голосом поддакнул
юрист, — если он не заплатит, земля его отойдет монастырю. Однако, господин приор, ты должен получить документ о передаче права на землю за его собственноручной подписью, а иначе не сможешь быть уверенным, что
станешь обладать землей без притязаний с его стороны.
— Да, — согласился приор, — ты и раньше мне говорил об этом, но, как мне известно, рыцарь этот так беден,
что с радостью отпишет свои земли за пару сотен фунтов
золотом.
Тут голос подал брат-келарь:
— А мне кажется, не дело доводить несчастного рыцаря до разорения. Очень печально, что прекрасное земельное владение в Дербишире уйдет из его рук за жалкие пять сотен фунтов. Право слово, я...
— Это еще что такое? — дрожащим голосом прервал
его приор. Глаза его метали молнии, а щеки побагровели
от гнева. — Что это ты болтаешь прямо у меня под носом, любезный? Клянусь святым Губертом, лучше б ты
приберег свой рот, чтоб на суп подуть, а то как бы он не
обжег тебе язык.
— Не сомневаюсь, — спокойно произнес законник, —
что сегодня этот рыцарь струсит и не явится сюда по своему вопросу. Но не бойся, мы найдем средства забрать
у него земли.
185
Во время речи доктора со двора послышался стук копыт и позвякивание кольчуги. Приор возвысил голос,
подозвал одного из братьев и приказал ему выглянуть
в окно, чтоб посмотреть, кто приехал, — хотя настоятелю было прекрасно известно, что это не кто иной, как
сэр Ричард.
Монах поднялся, глянул в окно и доложил:
— Я вижу двадцать дюжих воинов и рыцаря, сходящего с лошади. На нем серые одежды, как мне кажется,
бедного вида. Однако на лошади его такая богатая сбруя,
какой я в жизни не видывал. Все они идут сюда.
— Вы только поглядите, — проговорил приор. —
У этого рыцаря такой тощий кошелек, что едва хватает
денег на корку хлеба, а он держит свиту и надевает на
лошадь роскошную упряжь, когда у самого спина голая!
Да таких, как он, милое дело пускать по миру!
— А уверен ли ты, — с волнением спросил тщедушный
доктор, — что рыцарь не причинит нам вреда? Такие, как
он, страшны в гневе, а за ним по пятам следует шайка головорезов. Не лучше ли тебе дать ему отсрочку от выплаты
долга?
— Нет нужды бояться, — ответил приор, с презрением глядя на доктора. — Рыцарь этот кроток, причинить
тебе зло — для него все равно, что обидеть старуху.
Не успел приор договорить, как дверь в дальнем конце трапезной отворилась и в зал, сложив руки и опустив
голову, вошел сэр Ричард. Со смиренным видом он медленно двинулся вперед, а свита его осталась у дверей.
Подойдя к креслу приора, он опустился на одно колено.
— Храни тебя Бог, господин приор, — промолвил
он. — Я явился в назначенный день.
Первыми же словами, что сказал ему в ответ приор,
были такие:
— Ты принес деньги?
— Увы! У меня нет с собою ни гроша, — ответил рыцарь, и глаза у приора заблестели.
186
— Что ж, ты большой должник, — произнес он и обер-
нулся к шерифу: — Господин шериф, я пью за тебя!
Однако рыцарь продолжал стоять, преклонив коле-
но, и приор снова посмотрел на него.
— Чего тебе? — резко спросил он.
При этих словах щеки рыцаря порозовели, но он не
двинулся с места.
— Я прошу у тебя милости, — промолвил он. — Ведь
ты уповаешь на милость Господа — прояви же снисхождение ко мне. Не лишай меня земель и не пускай честного рыцаря по миру.
— Срок подошел, и земли у тебя будут забраны, —
подвел черту законник, воспрянувший духом при виде
смиренности жертвы.
Сэр Ричард обратился к нему:
— Ты ведь законник, почему же в трудную для меня
минуту не встаешь на мою сторону?
— Нет, — отвечал тот, — я стою на стороне святейшего приора, который заплатил мне за услуги чистым золотом и которому я многим обязан.
— А ты, господин шериф, не будешь мне другом? —
спросил сэр Ричард.
— Господь свидетель, это не мое дело, — отозвался шериф ноттингемский, — но я сделаю что смогу, — он незаметно толкнул приора под столом коленом. — Не снимешь ли ты с него часть долгов, господин приор?
Приор мрачно ухмыльнулся:
— Заплати мне три сотни фунтов, сэр Ричард, и я спишу твой долг.
— Тебе известно, господин приор, что заплатить три
сотни фунтов мне не легче, чем четыре, — проговорил сэр
Ричард. — Не дашь ли ты мне еще один год на выплату
долга?
— Ни одного дня, — неумолимо отчеканил приор.
— Больше ни в чем не можешь мне уступить? — спросил рыцарь.
187
— Стыдись, да ты, кажется, не рыцарь вовсе! — вскричал приор, так и пышущий гневом. — Либо плати свой
долг, как я сказал, либо отписывай мне земли и убирайся
из этих стен!
Сэр Ричард поднялся на ноги.
— Ах ты подлый, лживый священник! — проговорил
он таким суровым голосом, что законник в страхе отпрянул. — Я рыцарь не на словах, а на деле, как тебе прекрасно известно, я участвовал в турнирах и в битвах. И ты
позволяешь настоящему рыцарю стоять перед тобой на
коленях, не предлагаешь ему ни еды, ни питья, когда входит он в твою трапезную?
Тут дрожащим голосом заговорил законник:
— Это не лучший способ беседовать о делах, давайте
не будем резки друг с другом. Сколько ты заплатишь
этому рыцарю, господин приор, чтобы он отписал тебе
земли?
— Я дал бы ему две сотни фунтов, — ответил приор, —
но, поскольку он сказал мне в лицо такие гнусные слова,
получит сотню — и ни грошом больше.
— Даже если бы ты предложил мне тысячу фунтов,
подлый приор, — промолвил рыцарь, — ты не получил
бы и клочка моей земли!
Обернувшись к своей свите, стоявшей у дверей, сэр
Ричард воскликнул:
— Ко мне!
Самый высокий из воинов подошел и протянул ему
длинный кожаный мешок. Сэр Ричард взял его, взмахнул
рукой, и на стол сверкающей россыпью полетели золотые монеты.
— Не забудь, господин приор, — сказал он, — ты обещал списать мой долг за три сотни фунтов. Сверх того ты
не получишь ни гроша.
С этими словами он отсчитал триста фунтов и подтолкнул их к приору.
Руки у приора безвольно повисли, голова поникла.
Он потерял всякую надежду заполучить желанные зем-
188
ли, к тому же вышло, что он простил рыцарю сто фунтов
долга, да еще выплатил законнику вперед восемьдесят
золотых. Повернувшись к нему, он потребовал:
— Возврати деньги, которые я тебе дал!
— Нет! — визгливо крикнул тот. — Ты заплатил мне
за услуги, и назад денег не получишь!
— Что ж, господин приор, — проговорил сэр Ричард, — я успел в срок и заплатил все, что ты от меня
требовал. Раз больше дел у нас с тобою нет, я немедленно покидаю это гнусное место.
С этими словами он развернулся на каблуках и удалился.
Все это время шериф, выпучив глаза и раскрыв рот,
глядел на высокого воина, стоявшего у стола, точно каменное изваяние. Наконец он выдохнул:
— Рейнолд Гринлиф!
Малыш Джон с ухмылкой повернулся к шерифу.
— Приветствую тебя, старый сплетник, — сказал
он. — И скажу тебе, любезный шериф, что слыхал все
твои сегодняшние речи, — слово в слово все они будут
переданы Робину Гуду. Прощай покуда, до новой встречи в Шервудском лесу.
Малыш Джон повернулся и последовал к дверям следом за сэром Ричардом, а шериф, бледный как мел, так
и сжался в своем кресле.
Сэр Ричард пожаловал на веселое пиршество, а оставил за своей спиной лишь глубокое уныние. Никому за
столом не хотелось более королевских угощений, что
стояли перед ними. Лишь ученый доктор радовался, что
остался при деньгах.
Прошел один год и один день, и снова на дворе стояла щедрая осень.
За этот год большие изменения произошли с землями
сэра Ричарда: там, где прежде на лугах росли сорняки,
был собран богатый урожай и теперь золотилось жнивье.
189
В замке тоже случилось много перемен: не было больше
ни пустых рвов, ни запустения, во всем чувствовалась
рачительная рука хозяина.
Солнце ярко освещало зубчатую стену и башню,
и в синем небе над золоченым флюгером носились болтливые галки. В это ранее утро со звоном и звяканьем
цепей опустился надо рвом подъемный мост, ворота
замка медленно отворились и с замкового двора красивым строем, поблескивая стальными доспехами вышли
двадцать воинов, а во главе их — рыцарь, облаченный
в кольчугу, белую, точно изморозь на кусте шиповника
зимним утром. В руке рыцарь держал большое копье,
с острия которого свисал ярко-красный флажок шириной в ладонь. Воины вели под уздцы трех вьючных лошадей.
В это славное ясное утро сэр Ричард Ли отправился
к Робину Гуду, чтобы отдать долг. Путь сэра Ричарда
и его спутников лежал по большой дороге. Мерно цокали копыта, бряцали мечи и конская упряжь. Добравшись
до вершины холма в окрестностях Денби, путники увидали, что за городом развеваются в воздухе яркие флаги
и вымпелы. Сэр Ричард повернулся к воину, шедшему
рядом с ним, и спросил:
— Что происходит сегодня в Денби?
— Ваша милость, — ответил тот, — там сегодня ярмарка и большое борцовское состязание. Много народу
сошлось туда, а в награду победителю назначены бочонок красного вина, золотое кольцо и пара перчаток.
— Богом клянусь, — сказал сэр Ричард, очень любивший молодецкие забавы, — неплохо было бы на это поглядеть. Думаю, нам пора сделать небольшую передышку.
Он развернул свою лошадь в сторону Денби, спутники направились за ним следом.
На ярмарке царило оживленное веселье. Развевались
на ветру флаги и вымпелы, кувыркались акробаты, играли волынки, танцевали под музыку парни и девушки. Но
самая большая толпа собралась у арены, где шло состя-
190
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]