Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Переговорный процесс в социально-экономической деятельности. Учебное пособие
.pdf
Высокие слова об ориентации партнеров по переговорам
на общечеловеческие ценности, всеобщую цель человечества,
нравственные и гуманистические ориентиры, его личностноэкзистенциальный выбор в рамках синергетической эпистемологии и стиля мышления приобретают реальный смысл, разрывая демаркационную линию между должным и сущим, бытием и со-бытием, обеспечивая переход от существования к
со-существованию, от эволюции к коэволюции, от устойчивости и стабильности к неустойчивости и нестабильности, от
порядка к хаосу, от линейности и закрытости к нелинейности
и открытости.
8.2. Переговоры, власть, политика, нравственность:
диалог интересов и ценностей
Радикальные изменения в политике, экономике, социальной сфере повышают вероятность непредвиденных событий,
увеличивают степень риска на переговорах и политического
риска в частности. Важнейшую роль в управлении политическим риском выполняют переговорные процессы и властные
структуры, ибо в условиях рыночной экономики, глобализации и интернационализации бизнеса, всемирного коммуникационного пространства, единства, открытости и вместе с
тем нестабильности современного мира создаются предпосылки для инициирования экономических, социально-политических рисков, возникает вероятность финансовых потерь
для определенных структур в результате воздействия неблагоприятных политических факторов в стране размещения
инвестиций.
Вне переговорного процесса рискогенную ситуацию упорядочить невозможно. Исходя из этого, некоторые авторы
определяют политический риск как «действия национально-
го правительства, которые ломают проведение деловых операций, изменяют условия соглашений и приводят к конфискации собственности иностранных компаний»
1
. На
вновь возникающих и развивающихся рынках инвестор может столкнуться с нестабильностью политического режима, гражданским беспорядком, коррупцией, дефолтами,
остросоциальными событиями в стране, где он планирует
поместить свой капитал. Капиталы инвестора при этом мо-
1
Risk Management guidelines for derivatives. Basle, July, 1994.
191
гут быть подвергнуты принудительному изъятию, национализированы, реквизированы без выплаты компенсации в полном
объеме. В силу глобальных и стратегических последствий по
масштабам ущерба внутристрановый риск может приобрести
статус геополитического риска, субъектами управления кото-
рым выступают такие международные организации, как ООН,
МАГАТЭ, МВФ, ВТО и др. При оценке факторов регионального характера, влияющих на инвестиционный климат и деятельность в регионе, исследователи называют социально-политическую обстановку в регионе, законодательные условия,
состояние природной среды. Немаловажную роль в управлении политическими рисками в стране играет ответственность
субъектов власти, участников переговоров на высшем и высоком уровнях за принимаемые решения, твердость позитивной,
нейтральной или (в особых случаях) негативной позиции конкретных лиц. В последнее время для оценки личностного
фактора при анализе политического риска разработаны различные модели, в том числе и модель «Prince model», предложенная М.О. Лири и В. Коплиным и позволяющая количественно рассчитать вероятность принятия правительством
того или иного решения1.
Политика и переговоры, власть и переговоры теснейшим
образом взаимосвязаны. Политика, властные отношения, несомненно, оказывают самое непосредственное влияние на характер и содержание переговорного процесса, поскольку то-
тализация политики как власти, отождествление ее с феноменом власти, проникновение политики во все сферы жизни
становится для ХХI в. господствующей установкой в отличие
от классического капитализма с его автономизацией политики
от экономики, морали от культуры. Вся область политики осмысливается через феномен власти, специфика политики в
различных вариантах выступает как система властных отношений и институтов власти. По М. Веберу, политика охватывает все виды деятельности по самостоятельному руководству, где главным средством выступает насилие, а целью –
2
власть
. Ориентация политики на исследование власти высве-
чивает различные ее измерения: власть и процессы принятия
1
См.: Подколзина, И.А. Проблемы оценки политического риска //http//
consulting.ru/econs_art_845354567cons_printview
2
Вебер, М. Политика как призвание / М. Вебер // Избранные сочинения.
1990. С. 644.
192
решений в демократических обществах (К. Манхейм); власть и
циркуляция (круговорот) элит (В. Парето, Г. Моска); власть и
«элитарная демократия» (Й. Шумпетер). Политика, отождеств-
ляемая с властью, проникает во все сферы жизни и даже в
«нейтральные» до сих пор области – религию, образование,
культуру, хозяйство
1
. Интегрирующая функция политики в
обществе, экономике и культуре подчеркивается в структурном функционализме П. Парсонса, который рассматривает
власть как ядро политической системы, которое пронизывает
все подсистемы общества, начиная от экономики до поддержания культурных образцов и процессов институциализации
власти. В противоположность этой линии акцентируется подход, ставящий конфликтность современного общества с присущими ему группами интересов, партиями и классами в
центр внимания и рассматривающий конфликт как творче-
скую основу общества (Р. Дарендорф). В своей теории комму-
никативного действия источником политической власти Ю.
Хабермас рассматривает коммуникацию, как и Х. Арендт. Для
них власть соответствует человеческой способности не только
что-либо делать или как-либо действовать, но и объединяться
с другими и действовать в согласии с ними, ориентироваться
на взаимопонимание. Власть имеет место в группе и существует лишь до тех пор, пока существует группа. Власть для
М. Фуко – это, скорее, многообразие отношений сил, заполня-
ющих и организующих определенную сферу, игра, в ходе которой сталкивающиеся друг с другом тенденции усиливают, изменяют силовые отношения. Власть рассредоточена в континууме общества и осуществляется из бесчисленных локальных точек в сети отношений власти. В известной степени
переговоры выполняют волю государственной политической
власти (экономической, в случае бизнес-переговоров, отвечая
социальному заказу со стороны государственной власти, бизнес-корпораций, фирм и т.д.). И все же излишняя политизация
переговоров, особенно когда речь идет о переговорах в области решения экономических задач, вряд ли уместна в современных условиях. Важно, чтобы политика, власть, переговоры осуществлялись на основе взаимовыгодных экономиче-
1
Мерриам, Ч.Э. Политическая власть: ее структура и сфера действия /
Ч.Э. Мерриам. М., 1934; Рассел, Б. Власть / Б. Рассел. М., 1946; Шмит, К.
Понятие политического / К. Шмит // Антология мировой политической жизни. Т. 2. 1977.
193
ских интересов и нравственных подходов, моральных принципов, которых никогда не бывает «много», о каких бы
переговорах ни шла речь – международных, бизнес-переговорах, межличностных и т.д. Чтобы выявить, какая из интерпретаций политики наиболее приемлема для переговорного процесса, рассмотрим на основе обобщения существующие интерпретации политики, версии.
1. Институциональная. В ее рамках политика рассматривается как деятельность институтов государства, управленческих структур, как исследование механизмов распределения
власти между ними, изучение законодательных актов и выявление смысла законов. Политика здесь тесно переплетается с
правом и с определенным типом принятия решений. В современных условиях институционализм проявляет свою недостаточность при изучении процесса принятия решений (в том
числе и в переговорном процессе), ориентируя учитывать
опору не только на институты государства, но и требуя включения в этот процесс представителей гражданского общества
и тем самым расширяя возможности управленческих структур и ориентируя их на диалог власти и народа.
2. Силовая, имеющая глубокие корни в истории политической мысли, начиная от Н. Макиавелли и заканчивая М. Вебе-
ром, трактует политику как борьбу за власть, волю к власти
(Г. Моска, Р. Даль и др.). С этой точки зрения все политиче-
ские формулы типа «свобода, равенство, братство» или «демократия народа, осуществляемая народом и ради народа»,
лишь маскируют волю к власти и, по существу, отрицают роль
ценностей в политике. Научный интерес здесь сосредоточен
на выстраивании ответов на вопросы «кто что получает, когда
и как» (Г. Л ассуэлл). В таких концепциях «политический человек» стремится к максимизации власти, участие в политике
означает «стремление к участию во власти или к оказанию
влияния на распределение власти» («Кто занимается политикой, тот стремится к власти) либо как к средству, подчиненному другим целям (идеальным или эгоистическим), либо к власти «ради нее самой», чтобы наслаждаться чувством прести-
1
жа, которое она дает»
. Такая силовая модель политики, к сожалению, и сегодня иногда выступает ориентиром для
ведения переговоров, в том числе и международных, когда,
1
Вебер, М. Политика как призвание. С. 646.
194
прикрываясь лозунгами установления демократического порядка в той или иной стране, используются далеко не демократические, а силовые стратегии и подходы.
3. Структурно-функциональная (системная) версия рас-
сматривает политику как саморегулирующуюся систему в
контексте более обширной социальной системы и выполняющую разнообразные политические функции в зависимости от
социального поля: формулирование интересов, правил; политическая социализация; политическая коммуникация; судебные решения и др. Исходя из оппозиции «процесс – структура», структурный функционализм (П. Парсонс) рассматривает
власть как ядро политической системы, которое детерминирует функционирование всех остальных подсистем общества
(экономическую подсистему, подсистему интеграции и подсистему культурных образцов, процессы институциализации
власти). По отношению к переговорному процессу такая трактовка политики позволяет и сам процесс переговоров рассматривать как сложную самодостаточную, саморазвивающуюся
подсистему со своими целями и задачами, стратегией и тактикой, используемыми средствами и намерениями в контексте
определенной политической, экономической, социокультурной системы, выполняющей только ей присущие функции, защищая национальные интересы, суверенитет государства,
бизнес-интересы отдельных корпораций, фирм, организаций,
а в случае межличностных переговоров – интересы конкретной личности.
4. Плюралистическая (коммуникативная) версия понимает
политику как согласование интересов, сферу сотрудничества,
переговоров, процесс взаимоприспособления власти и общества, торга и переговоров, нахождение согласия и компромисса, принятие приемлемых для всех решений. В этом случае
предполагаются фундаментальное равенство индивидов, ориентация на максимальную свободу человека, на приоритеты
либеральных демократий, диалог власти и общества, разрешение противоречий без применения силы, синергетический выбор политических целей из множества конкурирующих альтернатив. Такая коммуникативная модель политики наиболее
приемлема для современного переговорного процесса, учитывающего уникальность и хрупкость глобализирующегося
мира, его взаимозависимость и единство, необходимость соблюдения идеалов согласия и понимания, диалога и сотрудни-
195
чества, гармонии и согласованности, и в большей степени
присуща восточной ментальности.
Выявляя специфику, статус и роль политики на Востоке и
Западе, А.С. Панарин отмечает, что на Востоке, как и в традиционном обществе вообще, основным вопросом политики является вопрос об обеспечении общественного порядка и
ограждении общества от хаоса, ибо проблема традиционной
философии политики и заключается в том, как обеспечить порядок, стабильность и преемственность. Вместо дилеммы
«порядок или хаос» в модернизированных обществах Запада
обсуждается дилемма «демократический или авторитарный
порядок», делается акцент не на порядке вообще, а на способах обеспечения демократического порядка. Таким образом,
если на Востоке политика выступает как процедура обеспечения порядка, носители которого заранее известны, так как
речь идет о наследственной власти и сословном закреплении
общественных функций, то на Западе политика выступает как
процедура открытия того, кому, какой партии, президенту
и т.п. предстоит управлять обществом на основе мандата
доверия, полученного от избирателей. В данном случае на
уровне философско-методологического анализа выявляется
дилемма предопределенного – неопределенного, что позволяет зафиксировать, что политический мир на Востоке подчиняется законам жесткого «лапласовского» детерминизма, тогда как на Западе – стохастическим принципам, включающим
риск и неопределенность в качестве правила, а не отклонения
и эксцесса
1
, что, несомненно, отражается на тактике и стратегии переговоров в рамках восточной и западной модели переговорного процесса.
Различие статуса политики на Востоке и Западе выявляется и по технологическому критерию. Со времен Макиавелли
политика на Западе выступает как торжество технологического принципа отношения к миру. Считается, что мир может
быть преобразован с помощью политики, т.е. политика здесь
рассматривается как альтернатива унаследованному и сложившемуся, как знак создания иного – возможного.
Политику иногда отождествляют с властью, считая их нераздельными и взаимообусловленными. Действительно, власть
является центральным началом политики, представляет собой
1
Панарин, А.С. Философия политики / А.С. Панарин. М., 1994; Полито-
логия: о мире политики на Западе и на Востоке. М., 1998.
196
средство ее осуществления, а переговоры с этой позиции рассматриваются как продолжение политики, наделенной властью
(и важно бы при этом – ориентированной на нравственность и
моральные принципы).
К универсальным свойствам власти относятся: всеобщность, т.е. функционирование во всех сферах общественной
жизни и в политических процессах; способность проникать
во все виды деятельности, объединяя или разъединяя людей,
общественные группы: пространство власти может быть совсем малым (скажем, личность самого человека, семья) и
предельно большим – государственная власть, власть религий, идеологий, международных структур.
Проблема взаимоотношения морали, политики и власти в
социально-политической сфере является очень важной проблемой. Выделяют три основных модели взаимодействия морали и политики, которые оказывают существенное влияние
на содержание и концепцию переговорного процесса, ориентируя его на соблюдение моральных принципов или нивелируя их, а в ряде случаев и сознательно игнорируя нравственные подходы, решая любые проблемы исходя из позиций силового давления, прагматизма, сиюминутной выгоды, маркетизации социальных, политических и духовных отношений.
Первая модель характеризуется подчинением практической деятельности людей морали, включая и политику, что
свойственно христианским учениям, в которых сформировались такие нравственные принципы и правила, как «не убий»,
«люби врагов своих как самого себя» и т.п.; для подходов гуманистов с их нравственными идеалами, способствующими
сплочению и возвеличиванию человеческого духа, укреплению политических и государственных устоев; для ряда совре-
менных концепций с их особым отношением к человеку как к
высшей ценности мира и этикой ненасильственной борьбы за
более справедливое общество. Желательно, чтобы такая модель все в большей степени была востребована в современной
концепции переговоров на различных уровнях – международном, бизнес-переговорах, при решении межличностных конфликтов и т.д.
Вторая модель – существенного разрыва между политикой и моралью. Наиболее четко данную систему взаимоотно-
шения политики и морали представил Н. Макиавелли (1469–
1527) в своем труде «Государь», где он писал о том, что, если
государь желает удержать в повиновении подданных, он не
197
должен считаться с обвинениями в жестокости – он может использовать все средства, включая насилие, принуждение,
вплоть до лишения жизни, для укрепления государственной
власти, ее экономической и политической мощи. Такая модель
находит отражение, к сожалению, и в сегодняшней переговорной практике, когда принимаются беспрецедентные по своей
антинравственности решения, угрожающие суверенитету отдельных государств, их национальной самодостаточности и
историческому предназначению, когда сила давления побеждает идеалы гуманизма, а цель установления «мирового порядка» оправдывает любые используемые средства, прикрывая их демократическими лозунгами и преобразованиями.
Третья модель отражает достижения разумного взаимо-
действия между политикой и моралью. Так, Г.В.Ф. Гегель и
другие представители немецкой классической философии считали, что государство должно быть наделено особой нравственностью, так как по своей природе оно выражает волю и интересы большинства граждан. Представители русской политической мысли второй половины XIX в. обосновывали положение
о том, что образцовая общественная жизнь слагается из добротных общественных учреждений и из нравственно развитых людей (К.Д. Кавелин). Согласно В.С. Соловьеву, весь политиче-
ский мир и его устои базируются на нравственном фундаменте,
наполняющимся разумным содержанием благодаря появлению
аскетизма, альтруизма и религиозного чувства. М. Вебер считал, что в социальной деятельности имеет место рациональное
соотношение целей и средств и их побочных последствий, хотя
и ставил под сомнение возможность науки вырабатывать нормативные средства. Здесь уместно вспомнить формулировку
категорического императива И. Канта, призывающего поступать так, чтобы человек всегда относился к человечеству и в
своем лице и в лице другого как к цели и никогда не относился
бы к нему только как к средству. Очень важно при подготовке
политиков, дипломатов, экономистов, осуществляющих переговоры разного уровня, ориентировать их на модель разумного
взаимодействия политики и морали, экономики, бизнеса и этики, нравственно-гуманистического урегулирования межличностных конфликтов во имя сохранения человеческой цивилизации, соблюдения этических принципов в современной науке,
политике, экономике, культуре. Нравственный, антропологический поворот, осуществляющийся на современном этапе в науке, экономике и политике, оказывает сильнейшее влияние на
198
концептуальную модель переговорного процесса в различных
сферах.
Высокая степень ответственности участников переговоров
(переговорщиков), умение принимать адекватные запросам
времени решения на переговорах международного уровня, направленные на урегулирование конфликтных ситуаций и стабилизацию социально-политической обстановки аккумулируют по сути дела кодекс гражданского поведения каждого из
партнеров, стиль его мышления и деятельности, демонстрируя реализацию предоставленных ему прав и свобод, творческих возможностей и стремление к диалогу, компромиссу, пониманию и в конце концов к согласию. Принимается ли решение на международных переговорах или же в бизнесе либо в
коммерческой деятельности, оно всегда несет на себе отпечаток исторических и социокультурных истоков конкретной
страны, национальных особенностей и ментальности того народа, который участник переговоров представляет, и, несомненно, зависит и от личности и характера самого участника
переговоров, его знаний в сфере отношения к власти, нравственности, политике, риску.
Стремление к власти, проявляющееся и в переговорном
процессе, детерминировано определенными психологическими предрасположениями к ней, благодаря которым реализуются соответствующие принципы власти
1
. К одному из таких
принципов можно отнести принцип сохранения власти, в котором отношение к власти рассматривается как превалирующая, едва ли не единственная ценность. В соответствии с
этим главное здесь – сохранение, удержание и умножение
власти. Поскольку принцип сохранения власти является силовым показателем (с властью добровольно не расстаются), реализация его требует целеустремленности, решительности, доходящей порою до жестокости и бескомпромиссности.
Принцип действенности также требует сильных проявлений человеческого характера. Власть утрачивает свой статус,
теряя дееспособность и решительность, умение справиться с
обстоятельствами. Без необходимой воли власть не дееспособна, мягкотела, но и без твердых знаний она также обнаруживает свои наиболее слабые стороны – она необузданна, в
высшей степени непредсказуема.
1
См. подробнее: Ильин, В.В. Власть / В.В. Ильин // Вестник. 1992. № 3.
С. 10–23.
199
Вместе с тем сила власти не равнозначна власти сил. «Пушки – последний довод королей», и поэтому к удержанию власти
силой прибегают как к крайнему средству, когда другие средства «не срабатывают». В соответствии с этим властитель наряду с решительностью должен быть взвешенным, рациональ-
ным, терпимым, умеющим избегать импульсивных действий,
надрывности, насилия. Произвол власти всегда сопровождает-
ся агрессивностью. Лучшим средством для удержания власти
является опора на закон, т.е. принцип легитимности. Человек
свободен, когда повинуется не людям, а закону.
Желание властвовать может являться не всеобъемлющей и
конечной целью, ибо финальной точкой притязаний власти
выступает свобода личности, посягать на которую небезопасно для властителя, поэтому для субъекта важен принцип ре-
альности, соизмеряющий мотивы действий с изменяющимися порядками и условиями, желаниями народа и отдельных
личностей. Аналогично и в переговорном процессе разрабатывается идеальный (максимальный) проект договора, имеющий несколько завышенную планку решений и выдвигающийся в начале переговоров, минимальный проект как нижняя планка отступления и уступок в процессе переговоров и
реалистический проект договора как оптимальный вариант
выигрышного решения, который может устроить и оппонентов. В соответствии с этим при всей властности субъект власти, как и участник переговоров, внутренне несвободен, свобода его воли ограничена. Власть и собственная свобода всегда антагонистичны, ибо власть в обществе ограничена различными обстоятельствами в виде давления отдельных
партий, средств массовой информации оппонентов, интересов
фирмы и т.д. Искусство власти и искусство переговоров заключаются в лавировании, в постоянном риске, в умении принимать адекватные социальным запросам решения. В этом
плане важен принцип коллегиальности, в котором реализуется
установка власти на партнерство, кооперативность. Умаление
этого принципа неизбежно приводит к вождизму, деградации
личностного измерения власти, ее трансформации в тиранию,
диктат, к силовой модели переговоров.
Высокомерие, самомнение без элементов самокритичности
и разумной самооценки приводят в конце концов к разрушению власти, которому сопутствуют толпы наушников, угодни-
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]