Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Научно-практический комментарий к Федеральному закону от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации»
.pdf
ядерной ассоциацией (WNA), Всемирной ассоциацией операторов ядерных станций (WANO) и
др.
Статья 3. Международные договоры Российской Федерации
1. В соответствии с Конституцией Российской Федерации заключение, прекращение и
приостановление действия международных договоров Российской Федерации находятся в ведении
Российской Федерации.
2. Международные договоры Российской Федерации заключаются с иностранными
государствами, а также с международными организациями и иными образованиями от имени
Российской Федерации (межгосударственные договоры), от имени Правительства Российской
Федерации (межправительственные договоры), от имени федеральных органов исполнительной власти
или уполномоченных организаций (договоры межведомственного характера).
Комментарий к ст. 3
1. В п. 1 комментируемой статьи воспроизводится закрепленное в п. «к» ч. 1 ст. 71
Конституции РФ положение о том, что в ведении Российской Федерации, наряду с внешней
политикой, международными отношениями, вопросами войны и мира, находятся также
международные договоры РФ. Являясь федеративным государством, выступающим в
международных отношениях как единый субъект международного права, Российская
Федерация абсолютно правомерно отнесла все вопросы заключения, прекращения и
приостановления действия международных договоров к предмету своего ведения. Заключая от
своего имени международные договоры, Россия тем самым принимает на себя
соответствующие права и обязанности также и в отношении входящих в ее состав субъектов
РФ. Данное положение было закреплено и в Конституции РСФСФ 1978 г. (п. «к» ч. 1 ст. 72).
2. В п. 2 комментируемой статьи Закон детализирует, на каком именно уровне и от
чьего имени международные договоры могут заключаться. Международные договоры
Российской Федерации могут заключаться с зарубежными государствами, а также с
международными организациями и иными образованиями. Межгосударственные договоры
заключаются от имени Российской Федерации (высший уровень), заключение
межправительственных договоров находится в компетенции Правительства РФ (уровень
правительства государства), а договоры межведомственного характера заключаются от
имени федеральных органов исполнительной власти РФ или уполномоченных организаций
(уровень министерств и ведомств государства, уполномоченных организаций).
Следует отметить, что проводимые в рассматриваемом случае различия
международных договоров в зависимости от уровня и правового положения органов,
уполномоченных на их заключение, следует воспринимать как относительно условные.
Потому что договоры, которые заключаются и от имени Правительства РФ и от имени
соответствующих ведомств РФ, уполномоченных организаций, создают международные
обязательства и права не в отношении именно Правительства РФ или ведомства,
21
уполномоченной организации, а в отношении всего государства в целом, поскольку именно
государство – Российская Федерация – несет ответственность за исполнение этих договоров.
Совершенно справедливое по этому поводу замечание было сделано И.И. Лукашуком,
который подчеркнул, что стороной в договоре является государство, а не его подразделения
или органы. Он также отметил, что употребляемое в настоящем Законе уровневое деление
международных договоров отражает присущую договорной практике юридическую
неточность. «Во всех случаях договоры заключаются между государствами, и, следовательно,
должны заключаться от их имени соответствующими органами»14. Однако, развивая эту тему
дальше, автор полагает, что уровень представительства все-таки не лишен юридического
значения, поскольку при заключении договора он может иметь существенные последствия во
внутреннем праве государств. «Во взаимоотношениях одних и тех же сторон договору на
высшем уровне должны соответствовать все иные договоры, договору на уровне правительств
– договоры межведомственного характера. Если же речь идет о договорах с разными
государствами, то межправительственный договор по своей юридической силе не уступает
межгосударственному»15.
Полагаем, что приведенная в Законе классификация международных договоров в
зависимости от уровня и правового положения договаривающихся сторон, в основном, имеет
значение в плане разграничения компетенции органов, наделенных полномочиями вступать в
договорные отношения с иностранными государствами, а также иными субъектами
международного права. Все международные договоры РФ, вне зависимости от уровня, на
котором они были заключены, обладают равной юридической силой.
Статья 4. Международные договоры Российской Федерации, затрагивающие полномочия
субъекта Российской Федерации
1. Международный договор Российской Федерации, затрагивающий вопросы, относящиеся к
ведению субъекта Российской Федерации, заключается по согласованию с органами государственной
власти заинтересованного субъекта Российской Федерации, на которые возложена соответствующая
функция.
2. Основные положения или проект международного договора, затрагивающего полномочия
субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и
субъектов Российской Федерации, направляются федеральными органами исполнительной власти или
уполномоченными организациями органам государственной власти заинтересованного субъекта
Российской Федерации, на которые возложена соответствующая функция. Поступившие предложения
рассматриваются при подготовке проекта договора.
3. При осуществлении согласования вопросов заключения международного договора
Российской Федерации органы государственной власти заинтересованного субъекта Российской
Федерации, на которые возложена соответствующая функция, уведомляются федеральными органами
исполнительной власти или уполномоченными организациями о предельных сроках направления
предложений, составляющих не менее двух недель. Непредставление в указанный срок ответа не
препятствует внесению предложения о заключении международного договора Российской Федерации.
4. Вопросы участия представителей органов государственной власти субъекта Российской
Федерации в подготовке проекта международного договора, затрагивающего вопросы, относящиеся к
ведению субъекта Российской Федерации, или его полномочия по предметам совместного ведения
Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, а также в переговорах и процедуре его
22
подписания решаются федеральными органами исполнительной власти или уполномоченными
организациями по согласованию с органами государственной власти заинтересованного субъекта
Российской Федерации, на которые возложена соответствующая функция.
Комментарий к ст. 4
1. В настоящей статье Закона определено два вида международных договоров,
касающихся полномочий субъектов РФ: международные договоры, затрагивающие вопросы,
относящиеся к ведению субъекта РФ и международные договоры, затрагивающие полномочия
субъекта РФ по предметам совместного ведения РФ и субъектов РФ. Конституция РФ,
закрепляя круг вопросов, находящихся в ведении только Российской Федерации (ст. 71) и
относящихся к совместному ведению РФ и ее субъектов (ст. 72), не определила перечень
вопросов, решение по которым отнесено исключительно к ведению субъектов РФ. Однако в
ст. 73 Конституции сказано, что вне пределов ведения Российской Федерации и полномочий
Российской Федерации по предметам совместного ведения РФ и ее субъектов, последние
обладают всей полнотой государственной власти. Таким образом, все вопросы, не включенные
в перечни, указанные в ст. 71 и 72 Конституции РФ, находятся в ведении субъектов РФ.
На сегодняшний день разграничение предметов ведения и полномочий между органами
государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов
РФ осуществляется Конституцией РФ, Федеративным договором и иными договорами о
разграничении предметов ведения и полномочий, заключенными в соответствии с
Конституцией РФ и федеральными законами. Общие принципы и порядок разграничения
предметов ведения и полномочий между федеральными органами государственной власти и
органами государственной власти субъектов РФ устанавливаются Федеральным законом от 6
октября 1999 г. № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных
(представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской
Федерации». Что касается заключения международных договоров РФ, затрагивающих
вопросы, отнесенные к ведению субъектов РФ, то здесь Закон четко определил – такие
вопросы решаются по согласованию с органами государственной власти заинтересованного
субъекта РФ, на которые возложена соответствующая функция.
2. В п. 2 комментируемой статьи речь идет о рассмотрении предложений при
подготовке проектов международных договоров, затрагивающих полномочия субъектов РФ по
предметам совместного ведения РФ и субъектов РФ. Подготовленный проект международного
договора (его основные положения) направляется федеральными органами исполнительной
власти или уполномоченными организациями в адрес органов государственной власти
субъекта РФ, заинтересованного в заключении такого договора. При этом проект договора
направляется именно тем органам государственной власти субъекта РФ, на которые возложена
соответствующая функция. Характерно также и то, что в процессе подготовки проекта
договора рассматриваются все поступившие от заинтересованного субъекта РФ предложения.
3. Положениями п. 3 рассматриваемой статьи закрепляются три основных положения,
которые связаны с осуществлением согласования вопросов, возникающих при заключении
международного договора РФ с участием субъектов РФ. Во-первых, установлено, что
федеральные органы исполнительной власти или уполномоченные организации должны
23
уведомить органы государственной власти заинтересованного субъекта РФ о предельных
сроках, в которые последние могут направить свои предложения относительно заключения
международного договора. Во-вторых, определено, что такой срок не может быть меньше двух
недель. И, в-третьих, уточняется, что непредставление ответа согласно указанному в
уведомлении сроку, не будет являться препятствием для внесения предложений о заключении
договора.
Первые два положения вполне обоснованы и дополнительного пояснения не требуют.
Что касается третьего положения, то здесь возникает ряд вопросов. Прежде всего, не вполне
понятно, о каких именно ответах и предложениях идет речь. Если под ответом
подразумеваются сами предложения, которые должны быть предоставлены по вопросу
заключения договора, то зачем тогда устанавливать предельный срок, если эти предложения
все равно могут быть приняты к рассмотрению и в случае несоблюдения срока? Так же не
понятно, подлежит ли проект договора дальнейшему согласованию без участия
заинтересованного субъекта РФ, в том случае, когда последний не предоставил свои
предложения в необходимый срок. Неизвестно, в какой именно временной период могут быть
внесены предложения о заключении договора, когда соответствующий ответ не дан вовремя.
Подразумеваются ли здесь предложения, касающиеся именно того договора, по которому не
был дан своевременный ответ, или же это уже предложения о заключении другого договора?
Полагаем, что в этой ситуации все-таки требуются более детальные формулировки.
4. Необходимость согласованного взаимодействия федеральных органов
исполнительной власти или уполномоченных организаций, впрочем, как и других органов
государственной власти РФ, с органами государственной власти субъектов РФ по вопросам
заключения международных договоров РФ, так же как и по иным вопросам совместного
ведения или находящимся в ведении субъекта РФ, обусловлена федеративной формой
государственного устройства Российской Федерации. В ч. 3 ст. 5 Конституции РФ, в
частности, закреплено, что федеративное устройство России основано на ее государственной
целостности, единстве системы государственной власти, разграничении предметов ведения и
полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами
государственной власти субъектов Российской Федерации. Заключение международных
договоров РФ, равно как и осуществление всех необходимых в связи с этим процедур, которые
затрагивают вопросы, относящиеся к ведению субъектов РФ, или их полномочия по
предметам совместного ведения, без согласования с субъектами РФ противоречило бы
установленным конституционным принципам государственной целостности и единства
системы государственной власти.
Статья 5. Международные договоры Российской Федерации в правовой системе
Российской Федерации
1. Международные договоры Российской Федерации наряду с общепризнанными принципами и
нормами международного права являются в соответствии с Конституцией Российской Федерации
составной частью ее правовой системы.
2. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем
предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.
24
3. Положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации,
не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в Российской
Федерации непосредственно. Для осуществления иных положений международных договоров
Российской Федерации принимаются соответствующие правовые акты.
Комментарий к ст. 5
1. Положения п. 1 комментируемой статьи, устанавливая общую инкорпорацию
международно-правовых норм в правовую систему России, позволяют определить три
самостоятельных вида международно-правовых предписаний. С одной стороны, это нормы,
источником которых являются международные договоры РФ, с другой – общепризнанные
принципы международного права, и, наконец, с третьей – общепризнанные нормы
международного права.
Закрепив в ст. 2 понятие международного договора РФ, и определив в ст. 3 основные
виды международных договоров, которые могут заключаться Россией с иностранными
государствами и международными организациями, Закон, однако, не дал ни официального
понятия, ни конкретного перечня, ни источника закрепления общепризнанных принципов и
норм международного права в правовой системе Российской Федерации. Конституция РФ,
объявляя общепризнанные принципы и нормы международного права составной частью
российской правовой системы, также не проводит различия между принципами и нормами
международного права. Существующий пробел частично был устранен постановлением
Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей
юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных
договоров Российской Федерации». В данном постановлении зафиксировано понятие
общепризнанных принципов и норм международного права, а также определено, что
содержание указанных принципов и норм может раскрываться, в частности, в документах
Организации Объединенных Наций и ее специализированных учреждений.
Под общепризнанными принципами международного права следует понимать
основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и
признаваемые международным сообществом государств в целом как нормы, отклонение от
которых недопустимо. Данная формулировка практически полностью соответствует
положениям ст. 53 Венской конвенции о праве международных договоров. Занимая в системе
международно-правовых норм особое место, общепризнанные принципы международного
права обладают целым рядом характеризующих признаков. Основываясь на положениях
Декларации ООН «О принципах международного права, касающихся дружественных
отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации
Объединенных Наций» от 24 октября 1970 г., и мнениях ряда отечественных авторов можно
выделить следующие признаки принципов международного права16:
Принципы международного права представляют собой наиболее важные, коренные
нормы права, которые являются нормативной основой для всей международной правовой
системы. На этой основе базируется взаимодействие субъектов международного права при
создании и реализации международных правовых норм, при установлении и развитии
взаимоотношений друг с другом.
25
Принципы международного права – это общепризнанные нормы права, являющиеся
обязательными для всех государств. Все государства в своей международной деятельности
должны руководствоваться этими принципами.
Принципы международного права являются императивными нормами jus coges (лат. –
неоспоримое право), обладающими наивысшей юридической силой по отношению к
остальным международным нормам, которые должны им соответствовать. Отклонение от
императивных норм jus coges недопустимо, поскольку это может повлечь за собой причинение
ущерба интересам и правам большинства государств. Императивная норма jus coges может
быть изменена только последующей нормой общего международного прав, носящей такой же
характер.
Принципы международного права универсальны. Это означает, что сфера их действия
охватывает все международное сообщество во всех областях международного сотрудничества.
Принципы международного права имеют комплексный характер и находятся в
неразрывном единстве, взаимно обуславливая друг друга. Такой характер международных
принципов прямо подчеркивается в Декларации о принципах международного права. В статье
2 декларации закреплено, что при истолковании и применении изложенных в ней принципов
они являются взаимосвязанными, что каждый принцип должен рассматриваться в свете других
принципов.
Принципы международного права – это наиболее общие нормы, их содержание
многогранно и раскрывается посредством конкретизации в других нормах международного
права.
Уставом ООН (ст. 1, 2, 11) закреплены такие общепризнанные принципы как:
принцип справедливого и мирного разрешения споров;
принцип равноправия и самоопределения народов;
принцип суверенного равенства и независимости всех государств;
принцип сотрудничества в деле поддержания международного мира и безопасности;
принцип добросовестного выполнения международных обязательств.
Во вводной части (преамбуле) Венской конвенции о праве международных договоров
определены принципы:
свободного согласия и добросовестности;
невмешательства во внутренние дела государств;
запрещения угрозы силой или ее применения;
всеобщего уважения и соблюдения прав человека и основных свобод для всех.
24 октября 1970 г. Генеральная Ассамблея ООН на 1883-ем пленарном заседании,
рассматривая положения Устава ООН как единое целое и учитывая роль соответствующих
резолюций, утвержденных компетентными органами ООН и касающихся содержания
принципов международного права, приняла вышеупомянутую Декларацию о принципах
международного права. Основная часть вышеперечисленных принципов установлена и в
Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) от 1
августа 1975 года.
Под общепризнанной нормой международного права понимается правило поведения,
принимаемое и признаваемое международным сообществом государств в целом в качестве
юридически обязательного. Переставляется, что к таким общепризнанным нормам относятся
26
правила, имеющие характер обычной нормы международного права (международный обычай).
Обычаем признается правило, форма поведения, в которых закрепляется то, что складывалось
в результате длительной общественной практики жизнедеятельности. Соблюдение обычая
может обеспечиваться как мерами общественного воздействия, так и принудительной силой
государства, все зависит от того, какой характер носит обычай. Если соблюдение обычая
подкреплено и обеспечено принудительной силой государства, то обычай становится
правовым, в отличие от неправового обычая (традиций, нравов и др.). Правовой обычай – это
исторически сложившееся устойчивое правило поведения, «содержащееся в сознании людей и
вошедшее в привычку в результате многократного применения, приводящее к правовым
последствиям»17.
Международный обычай – это правило поведения, сложившееся в результате
длительного фактического применения в отношениях между всеми или некоторыми
государствами, за которым государства, выражая свою согласованную волю, признают
юридическую силу. Международный обычай, так же как и международный договор, – это
«соглашение между государствами, возлагающее юридические обязательства на
государства»18. В Статуте международного суда ООН международный обычай трактуется как
доказательство всеобщей практики, признанной в качестве правовой нормы. Международный
обычай, как правило, приобретает юридическое значение в результате однообразных или
подобных действий субъектов международного права, которые определенным образом
выражают свое намерение придать такого рода действиям обязательную силу и нормативное
значение. Специфика международного правового обычая, как полагает Г.В. Игнатенко,
заключается в том, что он «не представляет собой, в отличие от договора, официального
документа с явно выраженными формулировками правил»19. Международный правовой
обычай «фиксируется во внешнеполитических документах государств, в правительственных
заявлениях, в дипломатической переписке, обретая зримые очертания, хотя и не столь
формализованные, как в договоре, ввиду чего уяснение его содержания является более
сложным и противоречивым»20. Развивая свою мысль дальше, автор считает, что
международный договор, «концентрирует определенную совокупность тематически
однородных норм, а обычай – это почти всегда одна норма, вследствие чего понятия обычая
как нормы и обычая как источника права переплетаются»21.
Необходимым условием признания международного обычая источником
международного права или, как его иначе называют, обычной нормой международного права,
является признание (санкционирование) его всеми или некоторыми государствами,
выраженное либо в активной форме (в виде совершения определенных фактических действий),
либо путем воздержания от таких действий. Международные обычаи, основу которых
составляют принципы суверенитета и равенства, являются общепризнанными и
обязательными для всех стран. Другие международные обычаи приобретают статус
общепризнанных в результате их последующего признания государствами в качестве таковых.
Признание (санкционирование) международного обычая в Российской Федерации, как
правило, выражается в трех основных формах:
1) посредством прямого закрепления в нормативных правовых актах РФ. Так,
например, ч. 2 ст. 285 Кодекса торгового мореплавания РФ предусмотрено, что в случаях
неполноты подлежащего применению закона при определении рода аварии, размеров
общеаварийных убытков и их распределении применяются Йорк-Антверпенские правила
27
(Гамбург, 4 апреля 1974 г.) об общей аварии и другие международные обычаи торгового
мореплавания.
Положениями п. 2 ст. 141 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ закреплено, что
в случаях, если это предусмотрено соглашением сторон, а также в случаях неполноты
подлежащего применению закона при определении рода аварии, определении размеров
общеаварийных убытков и их распределении применяются другие правила об общей аварии и
международные обычаи торгового мореплавания. Так, например, в порядке применения
указанных положений (п. 2 ст. 141 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ) сторонами
чартера и грузовладельцем было достигнуто соглашение об определении размеров
общеаварийных убытков и их распределении согласно международным обычаям торгового
мореплавания в Лондоне (см. постановление Федерального арбитражного суда Московского
округа от 29 июля 2009 г. № КГ-А40/6787-09).
В ст. 3 Федерального конституционного закона от 25 декабря 2000 г. № 1-ФКЗ «О
Государственном флаге Российской Федерации» закреплено, что судно под флагом
иностранного государства во время плавания и стоянки в территориальном море, во
внутренних водах Российской Федерации и во время стоянки в порту Российской Федерации
должно в дополнение к своему флагу поднимать и нести в соответствии с международными
морскими обычаями также Государственный флаг Российской Федерации;
2) посредством соответствующего указания на применение обычных норм
международного права в международном акте, вступившем в силу для Российской
Федерации. В части 2 ст. 9 Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи
товаров» (Вена, 11 апреля 1980 г.) предусматривается обязательное применение (если между
сторонами отсутствует иная договоренность) обычая, о котором стороны знали или должны
были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается в
соответствующей области торговли. Советский Союз присоединился к названной конвенции в
1990 году (для России конвенция действует в порядке правопреемства);
3) посредством взаимной договоренности сторон, зафиксированной в
международном договоре (соглашении) РФ. Так, например, ст. 6 Соглашения между
Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики
«О сохранении генерального консульства Российской Федерации в специальном
административном районе Гонконг (Сянган) Китайской Народной Республики» (Пекин, 27
июня 1997 г.) предусмотрено, что консульские вопросы между сторонами соглашения будут
решаться в духе дружбы, взаимопонимания и в соответствии с нормами международного
права и международными обычаями.
Приведем еще один пример, подтверждающий правомерность применения
международного обычая в договорных взаимоотношения сторон22. Таможенный орган
предъявил газовой компании претензии о занижении таможенной стоимости экспортного
природного газа. По мнению таможни, установленные в контракте скидки являются
неустойкой, поскольку по своей торгово-экономической природе не носят стимулирующего и
поощряющего характера, не направлены на увеличение количества приобретаемых
покупателем товаров и в рассматриваемом случае не имеют экономического основания, а
следовательно, не могут уменьшать таможенную стоимость газа. Требование признано
незаконным. Суд указал, что основанием для определения стоимости сделки, то есть цены,
фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары при их продаже на экспорт в
28
Российской Федерации, является контракт (договор), в соответствии с которым
произведена экспортная поставка, а также документы, являющиеся основанием для
таможенного оформления товара. С учетом принципа свободы договора контракт
допускает ситуацию, когда продавец фактически поставляет в сутки меньшее количество
товара по сравнению с изначально запланированным. В результате этого в рамках итоговой
цены контракта применяется установленная скидка с базовой цены, что отражает
согласованную волю сторон договора, зафиксированную в обязательных положениях
контракта. Согласно п. 1 ст. 9 Конвенции ООН «О договорах международной купли-продажи
товаров» стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и
практикой, которую они установили в своих взаимных отношениях. В связи с этим в
международном коммерческом обороте признается, что сторона имеет право на
уменьшение цены природного газа в соответствии с контрактными условиями в качестве
сложившегося международного торгового обычая (см. постановление Федерального
арбитражного суда Московского округа от 12 февраля 2009 г. № КА-А40/276-09).
Для установления источника закрепления общепризнанных принципов и норм
международного права допустимо применять нормы ст. 38 Статута Международного Суда
Организации Объединенных Наций 1945 г., определяющие, что источниками
международного права являются:
международные конвенции, как общие, так и специальные, устанавливающие правила,
признанные государствами;
международный обычай как доказательство всеобщей практики, признанной в качестве
правовой нормы;
общие принципы права, признанные цивилизованными нациями.
Признавая общепризнанные принципы и нормы международного права и
международные договоры составной частью правовой системы России, ни Закон, ни
Конституция РФ не определяют их места в иерархической системе источников национального
права. Нет однозначного ответа по данному поводу и в других законодательных актах
Российской Федерации. Так, например, согласно абз. 4 ст. 3 и ч. 3 ст. 5 Федерального
конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской
Федерации» нормативно-правовые акты, содержащие юридические нормы, занимают
следующую иерархическую последовательность: Конституция РФ, федеральные
конституционные законы, федеральные законы, общепризнанные принципы и нормы
международного права и международные договоры, конституции (уставы) и другие законы
субъектов РФ. Нормы части 3 ст. 1 Уголовно-процессуального кодекса РФ, по сути,
воспроизводят положения ч. 4 ст. 15 Конституции. В части 2 ст. 1.1. Кодекса РФ об
административных правонарушениях общепризнанные принципы и нормы международного
права, международные договоры закреплены в качестве основы правоприменения после
Конституции РФ. Уголовно-исполнительный кодекс РФ, с учетом международных договоров
РФ, относящихся к исполнению наказаний и обращению с осужденными (ч. 2 ст. 3), отдает
безусловный приоритет общепризнанным принципам и нормам международного права в части
строгого соблюдения в практическом применении гарантий защиты от пыток, насилия и
другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными (ч.
3 ст. 3). В Арбитражном процессуальном кодексе РФ (ч. 1 ст. 13) и Гражданском
процессуальном кодексе РФ (ч. 1 ст. 11) нормативные правовые акты, на основании которых
29
суды рассматривают дела, отнесенные к их компетенции, зафиксированы в одинаковой
последовательности:
Конституция РФ;
международные договоры РФ;
федеральные конституционные законы, федеральные законы, нормативные правовые
акты Президента РФ;
нормативные правовые акты Правительства РФ;
нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти;
конституции (уставы); законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ;
акты органов местного самоуправления.
Анализ судебной практики также не дает четкого однозначного ответа о месте
общепризнанных принципов и норм международного права в правовой системе России. Так,
например, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О
судебном решении» указано, что если имеются противоречия между нормами
процессуального или материального права, подлежащими применению при рассмотрении и
разрешении данного дела, то решение является законным в случае применения судом в
соответствии с ч. 2 ст. 120 Конституции РФ, ч. 3 ст. 5 Федерального конституционного закона
от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» и ч. 2 ст. 11 ГПК
РФ нормы, имеющей наибольшую юридическую силу. При установлении противоречий
между нормами права, подлежащими применению при рассмотрении и разрешении дела,
судам также необходимо учитывать разъяснения Пленума Верховного Суда Российской
Федерации, данные в постановлениях от 31 октября 1995 г. № 8 «О некоторых вопросах
применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» и от
10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных
принципов и норм международного права и международных договоров Российской
Федерации».
В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. № 8 «О
некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при
осуществлении правосудия» (п. 2) указано, что судам, учитывая высшую юридическую силу,
прямое действие и применение Конституции РФ на всей территории России, надлежит при
рассмотрении дел оценивать содержание закона или иного нормативного правового акта, и во
всех необходимых случаях применять Конституцию РФ в качестве акта прямого действия.
Для определения места в правовой системе России общепризнанных принципов и норм
международного права, международных договоров РФ необходимо также принять во
внимание нормы ч. 1 ст. 15 Конституции РФ, в соответствии с которыми Конституция РФ
имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории
Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской
Федерации, не должны противоречить Конституции РФ. И хотя международные договоры
наряду с общепризнанными принципами и нормами международного права в указанном
случае не упоминаются, полагаем, что положение о высшей юридической силе Конституции
РФ распространяется на все нормы, составляющие в совокупности правовую систему
Российской Федерации.
30
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]