Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Научно-практический комментарий к Федеральному закону от 15 июля 1995 г. № 101-ФЗ «О международных договорах Российской Федерации»
.pdf
Комментарий к ст. 2
1. Приведенное в настоящей статье понятие международного договора практически
полностью соответствует определениям, содержащимся в Венских конвенциях о праве
международных договоров 1969 г. (п. 1 ст. 2) и праве договоров между государствами и
международными организациями или между международными организациями 1986 г. (ч. 1 п.
«а» ст. 2). В данном отношении заслуживает внимание понятие международного договора,
установленное в Модельном законе «О порядке ратификации и денонсации международных
договоров», который был принят 23 ноября 2001 года на Межпарламентской Ассамблее
Евразийского Экономического Сообщества (ЕврАзЭС). Под международным договором
государств в соответствии со ст. 2 Модельного закона, понимается равноправное и
добровольное соглашение страны с одним или несколькими государствами, международными
организациями или с другими субъектами международного права относительно прав и
обязанностей в области международных отношений. Это понятие несколько отличается от
традиционных, но, в целом, по своей смысловой направленности, оно аналогично всем
остальным понятиям международного договора. Международный договор – это родовое
понятие для всех нормативных международных актов в договорной форме5. Данное понятие
охватывает все международные соглашения, существующие в самых различных
наименованиях и формах: договор, соглашение, конвенция, устав. Международные договоры
могут заключаться в виде протокола, меморандума, декларации, пакта, путем обмена
письмами и нотами, а также иметь другие наименования. Твердо установленного определения
тех или иных названий не существует, во многих случаях они лишь придают тому или иному
международному акту смысловую значимость, престижность6.
Международный договор, как это предусмотрено ст. 2 Венской конвенции о праве
международных договоров, может представлять собой соглашение, которое содержится не
только в одном документе, но и в двух или нескольких связанных между собой документах. В
таких ситуациях международный договор может дополняться протоколами или
приложениями, которые составляют его неотъемлемую часть. В международной практике
отмечено немало случаев заключения целого комплекса международных договоров. Каждый
из договоров, составляющих этот комплекс, признается самостоятельным источником
международного права, но толкование и применение положений этих взаимосвязанных между
собой договоров предполагает их совокупное рассмотрение. Можно привести следующий
пример. Между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами
Америки 8 декабря 1987 г. был заключен бессрочный договор о ликвидации их ракет средней
дальности и меньшей дальности (Договор о РСМД). Неотъемлемую часть этого договора
составили: Меморандум о договоренности об установлении исходных данных, Протокол о
процедурах, регулирующих ликвидацию ракетных средств, и Протокол об инспекциях.
Настоящий договор вместе с данными приложениями был ратифицирован указом
Президиума Верховного Совета СССР от 28 мая 1988 г. № 9017- XI. В связи с исполнением
принятых по указанному договору обязательств между СССР и США 21 декабря 1989 г. в г.
Женеве был заключен Меморандум о договоренности относительно применения положений о
контроле, содержащихся в Договоре о РСМД (с поправками № I и № II от 04.04.1991 г., № III
и № IV от 11.12.1991 г.). В дальнейшем между СССР и США, а также с другими
иностранными государствами было заключено значительное количество соглашений,
11
сопутствующих положениям, вытекающим из Договора о РСМД, в которых одной из сторон
являлись либо США, либо СССР. Так, в частности, между СССР, ГДР и Чехословакией в связи
с Договором о РСМД было заключено Соглашение об инспекциях (вместе с «Положениями о
привилегиях и иммунитетах инспекторов и членов летных экипажей»). Соглашение было
подписано в городе Берлине 11 декабря 1987 года. На состоявшейся в 1992 году в городе
Бишкеке совместной встрече государства – участники СНГ, основываясь на положениях
Меморандума от 6 июля 1992 года, приняли решение (от 9 октября) о своем участии в
Договоре о РСМД, признавая необходимость его строгого соблюдения. Государства –
участники СНГ заявили, что будут выполнять положения Договора о РСМД применительно к
их территории и с учетом их национальных интересов, а также примут все необходимые
меры с тем, чтобы оформить при участии США соответствующую договоренность о
правопреемстве в отношении Договора о РСМД. Так, например, в соответствии с данным
решением 21 февраля 1995 г. между Правительством Российской Федерации и
Правительством Республики Беларусь было подписано Соглашение о принципах и порядке
выполнения договоров в области разоружения и контроля над вооружением в стратегических
силах, временно размещенных на территории Республики Беларусь.
Советский Союз и Соединенные Штаты Америки, продемонстрировав, что
ограничение и ликвидации ракет средней и меньшей дальности в связи с исполнением Договора
о РСМД может укрепить национальную безопасность, в 1991 году сделали Совместное
заявление по вопросам нераспространения боевых ракет и ракетных технологий. В этом
заявлении стороны подтвердили свое намерение подписать Договор о сокращении и
ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор о СНВ-1) до конца
текущего года. Договор о СНВ-1 был заключен в Москве 31 июля 1991 г. (утратил силу)
(Россия ратифицировала договор в 1992 г. – см. постановление Верховного Совета РФ от 4
ноября 1992 г. № 3798-1). В результате этого последовало заключение очередного комплекса
международных договорных актов в данной области. В том числе были заключены: Протокол
о телеметрической информации в связи с Договором между СССР и Соединенными
Штатами Америки о сокращении и ограничении стратегических наступательных
вооружений» (Москва, 31 июля 1991 г.) (утратил силу), Протокол к Договору между СССР и
Соединенными Штатами Америки о сокращении и ограничении стратегических
наступательных вооружений (Лиссабон, 23 мая 1992 г.) (утратил силу); Договор о СНВ-2
(Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем
сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений, Москва, 3 января
1993 г., утратил силу) (ратифицирован Федеральным законом от 4 мая 2000 г. № 56-ФЗ).
Неотъемлемой частью Договора о СНВ-2 явились Меморандум о договоренности о
зачислении боезарядов и о данных по тяжелым бомбардировщикам в связи с Договором
между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем
сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений, Протокол о
процедурах, регулирующих ликвидацию тяжелых МБР, и о процедурах, регулирующих
переоборудование шахтных пусковых установок тяжелых МБР, в связи с Договором между
Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и
ограничении стратегических наступательных вооружений и Протокол о показах и
инспекциях тяжелых бомбардировщиков в связи с Договором между Российской Федерацией и
Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических
12
наступательных вооружений (все акты утратили силу). Позднее неотъемлемой частью
Договора о СНВ-2 явился Протокол к Договору между Российской Федерацией и
Соединенными Штатами Америки о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических
наступательных вооружений от 3 января 1993 года (Нью-Йорк, 26 сентября 1997 г.)
(утратил силу). 24 мая 2002 г. был заключен Договор между Российской Федерацией и
Соединенными Штатами Америки о сокращении стратегических наступательных
потенциалов (утратил силу).
8 апреля 2010 г. в Праге состоялось подписание Договора между Российской
Федерацией и Соединенными Штатами Америки о мерах по дальнейшему сокращению и
ограничению стратегических наступательных вооружений, подписанный (Договор о СНВ-3),
ратифицированного Россией Федеральным законом от 28 января 2011 г. № 1-ФЗ.
Говоря о понятие международного договора, стоит обратить внимание на три
принципиально важных момента. Во-первых, и в настоящем Законе и в упомянутых Венских
конвенциях, речь идет, прежде всего, о письменной форме договора, в том время как
международные договоры, заключенные в устной форме, обладают юридической силой
наравне с письменными. Оформление соглашения, достигнутого между договаривающимися
сторонами, придание ему конкретной формы, достаточно важно, однако, как было отмечено
А.Н. Талалаевым, форма международного договора «зависит от согласия сторон». «Она не
влияет на обязательную силу договора и на его юридическую действенность»7. Форма
договора имеет значение, в первую очередь, для определения конкретного характера договора
– правового или неправового. Заключая то или иное соглашение, стороны договариваются о
том, какую обязательную силу они намереваются придать этому соглашению, будут ли к нему
применимы правовые международные нормы или это будут нормы морального, политического
или иного характера. Форма договора обуславливает его содержание, а последнее в свою
очередь оказывает влияние на саму форму, таким образом, они находятся в неразрывной
взаимосвязи. В статье 3 Венской конвенции о праве международных договоров прямо
предусмотрено, что неприменение данной конвенции к международным соглашениям,
заключенным не в письменной форме, не затрагивает юридической силы таких соглашений и
применения к ним любых норм, изложенных в конвенции, под действие которых они могут
попасть в силу международного права. Представляется, что в связи с этим нормы настоящего
Закона также могут быть применимы и к устным международным соглашениям в
соответствии с их специфическими особенностями и в той мере, в какой возможно подобного
рода применение. В международной практике часть договоров, заключенных в устной форме,
получила название джентльменских соглашений. Такие соглашения являются
неформальными международными соглашениями, а регламентируемые ими отношения не
регулируются международными правовыми нормами. Несоблюдение обязательств
джентльменского соглашения влечет для виновной стороны, как правило, лишь последствия
неправового, морально-этического характера.
Во-вторых, заслуживает внимания формулировка «международное соглашение <…>
регулируемое международным правом». По этому поводу И.И. Лукашук высказал мнение о
том, что международное соглашение не может регулироваться правом, в связи с тем, что
объектом международного права являются межгосударственные отношения, в данном случае,
«связанные с заключением, действием и прекращением действия договора»8. Приведенное в
Законе и Венских конвенциях определение международного договора, как полагает автор,
13
«следует понимать не буквально, как «соглашение, регулируемое международным правом», а
как «договорные отношения, регулируемые международным правом»9. Мы присоединимся к
вышеизложенному мнению, поскольку сущность международного договора заключается
именно в соглашении договаривающихся сторон, которое, отчасти и направлено на создание
правовых международных норм, при этом, как договорных, так и обычных. Международные
договоры и международно-правовые обычаи, выражая согласованную волю государств,
являются источниками международного права, а их нормы регулируют взаимоотношения
субъектов международного права в той или иной сфере международного сотрудничества.
Наиболее подходящим в данном случае будет определение международного договора,
приведенное в Большой советской энциклопедии, где под международным договором
понимается соглашение между двумя или несколькими государствами или иными субъектами
международного права, устанавливающее их взаимные права и обязанности в той или иной
сфере международного сотрудничества10. Здесь хотелось бы добавить, что международный
договор, это не только соглашение, устанавливающее взаимные права и обязанности, но и
направленное на их изменение и (или) прекращение.
В-третьих, применительно к международным договорам существенное значение
имеет сфера действия и предмет регулирования. Авторитетными специалистами в области
права международных договоров высказывается мнение, что далеко не все международные
договоры регулируются международным правом, что сама природа договаривающихся сторон
еще не делает межгосударственные соглашения объектом международного права, даже при
соблюдении всех необходимых условий11. В частности, речь идет о соглашениях,
заключаемых государствами в рамках деятельности Организации по безопасности и
сотрудничеству в Европе (ОБСЕ, до 1994 г. – СБСЕ). В Хельсинкском Заключительном акте от
1 августа 1975 г. и Парижской хартии для Новой Европы от 21 ноября 1990 г. определено, что
тексты акта и хартии не полежат регистрации на основании ст. 102 Устава ООН. Декларацией
Будапештской встречи на высшем уровне на пути к подлинному партнерству в новую эпоху от
6 декабря 1994 г. был принят «Кодекс поведения, касающийся военно-политических аспектов
безопасности», вступивший в силу с 1 января 1995 года, в котором, среди прочего, излагаются
принципы, определяющие роль вооруженных сил в демократическом обществе. В разделе X
этого кодекса (ст. 39) указано, что положения, закрепленные в нем, носят политически
обязательный характер. Соответственно, настоящий кодекс также не подлежит регистрации
согласно ст. 102 Устава ООН.
По мнению И.И. Лукашука положения соглашений подобного рода не обладают
юридически обязательной силой, а носят морально-политический обязательный характер.
Такие соглашения не являются международными договорами, и, следовательно, не попадают в
сферу действия права международных договоров, что, однако, как полагает автор, не
исключает применения к ним «некоторых норм этого права по аналогии, особенно в период
формирования правил, регулирующих их действие»12. Присоединяясь к точке зрения
профессора И.И. Лукашука, мы также считаем, что отношения, вытекающие из соглашений, о
которых говорилось выше, регулируются неправовыми нормами, прежде всего, нормами
политическими, которые не запрещаются властью посредством права, и, соответственно, не
обеспечиваются общеобязательной принудительной силой государства. Политические нормы
преимущественно основываются на традициях, принципах, эталонах, правилах политической
этики. Свое выражение эти нормы находят в различных международных актах, принимаемых,
14
как правило, форму деклараций, решений, меморандумов, совместных заявлений, программ
сотрудничества. Такие международные акты не содержат юридически обязывающих
положений, но в них допускаются ссылки на обязательства, принятые сторонами по
международным договорам.
Однако все-таки следует заметить, что граница раздела между политическими и
юридическими (правовыми) нормами трудноразличима, поскольку данные нормы тесно
переплетаются, а в некоторых случаях подвержены слиянию. По нашему мнению, применение
политических норм в сфере межгосударственных отношений должно осуществляться при
безусловном соблюдении общепризнанных принципов и норм международного права. И
подтверждением данному мнению служат положения уже упомянутого Хельсинкского
Заключительного акта 1975 г., в разделе X «Добросовестное выполнение обязательств по
международному праву» которого закреплено следующее. Государства-участники будут
добросовестно выполнять свои обязательства по международному праву: обязательства,
которые вытекают из общепризнанных принципов и норм международного права, и
обязательства, которые вытекают из соответствующих международному праву договоров или
других соглашений, участниками которых они являются. При осуществлении своих
суверенных прав, включая право устанавливать свои законы и административные правила,
государства согласились соотносить их со своими юридическими обязательствами по
международному праву. Аналогичные по смыслу положения содержатся и в Кодексе
поведения, касающегося военно-политических аспектов безопасности (раздел VIII, ст. 34, 35).
При создании того или иного международного акта первостепенное значение должно иметь
ясно выраженное волеизъявление договаривающихся сторон относительного того, какую
именно обязательную силу эти стороны хотят придать создаваемому акту, его условиям,
положениям, нормам.
2. Положения п. «б» и ««в» комментируемой статьи Закона основываются на
соответствующих нормах Венской конвенции о праве международных договоров, в связи с
которыми согласие на обязательность договора может быть выражено ратификацией,
утверждением, принятием, присоединением или подписанием в зависимости от того, как это
определено в самом договоре либо от того, как об этом условились договаривающиеся
стороны. Выражение согласия на обязательность договора – это третья, наиболее важная,
стадия заключения международного договора, завершающаяся его окончательным принятием.
Выражением подобного согласия государство либо иной субъект международного права
обязуются выполнять договор на принятых ими условиях с момента придания договору
законной силы.
Ратификация (от лат. ratus – утвержденный, решенный и facere – делать) – это
утверждение органами верховной законодательной власти государства международных
договоров или соглашений, заключенных полномочными представителями договаривающихся
сторон, придающее документу юридическую силу. Ратификация не только придает договору
обязательную силу, но и подтверждает, что международные договорные нормы стали
составной частью правовой системы государства. Порядок ратификации устанавливается
внутренним законодательством конкретного государства. Ратификация выражается в двух
основных актах: ратификационной грамоте и законе (постановлении, декрете, указе – в
зависимости от компетенции лица, уполномоченного принимать решение о ратификации). При
заключении двусторонних международных договоров договаривающиеся стороны обычно
15
обмениваются ратификационными грамотами (если они об этом условились), а при
заключении многосторонних договоров государства-участники сдают свои ратификационные
грамоты на хранение депозитарию. Обычно ратификационная грамота подписывается главой
государства или правительства и скрепляется подписью министра иностранных дел.
Утверждение, принятие – легализация, придание законной силы – способы выражения
согласия на обязательность договора, очень схожие по своей сути с ратификацией. Однако
утверждение необходимо отличать от предварительного одобрения проекта договора
соответствующим компетентным органом, а принятие – от принятия самого текста договора
после его составления. Присоединение, как способ выражения согласия на обязательность
договора, обычно предусматривается в тех случаях, когда государство или иной субъект
международного права не принимали участия в переговорах и подготовке договора.
Подписание – достаточно распространенный способ выражения договаривающимися
сторонами своего согласия на обязательность договора, в случаях, когда это прямо
предусматривается договором, установлена договоренность участвующих в переговорах
сторон либо намерение субъекта международного права подписать договор вытекает из
полномочий его представителя или было выражено им во время переговоров. Более подробно
обо всех вышеуказанных способах выражения согласия на обязательность договора
упоминается в комментарии к ст. 6 настоящего Закона.
3. Как правило, под заключением международного договора понимается процесс,
состоящий из ряда взаимосвязанных последовательных этапов, – подготовки (начиная с
переговоров), принятия и вступления договора в силу. Закон трактует данное понятие более
узко, подразумевая лишь «выражение согласия Российской Федерации на обязательность для
нее международного договора», что позволяет говорить только о третьей, заключительной
стадии, предшествующей окончательному вступлению договора в законную силу. Венская
конвенция о праве международных договоров не определяет понятие «заключение»
международного договора, однако она устанавливает три основных стадии заключения
договора (ст. 9-11): принятие текста; установление аутентичности текста; выражение согласия
на обязательность договора (данная стадия, в зависимости от того, какой именно будет выбран
способ согласия, может проходить несколько этапов). В большинстве случаев заключению
договора предшествует договорная инициатива, исходящая от субъекта (субъектов)
международного права. Следует отметить, что для заключения договора не обязательно
прохождение всех вышеперечисленных стадий, поскольку государство, как это уже было
рассмотрено выше, может заключить договор, не являясь прямым участником переговоров.
Здесь будет иметь значение и форма договора и договоренность сторон. Однако заключить
договор, не пройдя стадию выражения согласия на его обязательность, нельзя, потому что она
является непременной. По всей видимости, указанные основания и послужили причиной
такого определения термина «заключение» в настоящем Законе. Тем не менее, полагаем, что в
рассматриваемом случае Закон сам себе несколько противоречит, поскольку в разделе II
«Заключение международных договоров Российской Федерации» процедура заключения
международных договоров подразумевает прохождение именно ряда последовательных
стадий. От вынесения рекомендаций и предложений о заключении договора до придания ему
обязательной юридической силы. Разумеется, в тех случаях, когда государство не является
непосредственным участником переговоров о принятии международного договора, то и
процесс его заключения не будет столь объемным. Однако внутри этого государства, если оно
16
намеревается выразить согласие на обязательность для себя международного договора, все
равно будут проходить процедуры обсуждения, согласования и другие, связанные с ними.
Полагаем, что такие процедуры все-таки имеют непосредственное отношение к заключению
договора в том смысле, в каком он понимается в настоящем Законе.
4. Изложенное в пункте «д» определение «полномочия» практически полностью
идентично тому, которое содержится в подп. «c» п. 1 ст. 1 Венской конвенции о праве
международных договоров. Полномочия – это своего рода официальный юридический
документ, в соответствии с которым одно лицо уполномочено (вправе) действовать от имени
другого лица, как правило, в определенных целях и на определенный срок. В соответствии со
ст. 7 Венской конвенции о праве международных договоров лицо считается представляющим
государство, с целью принятия текста договора, установления его аутентичности или с целью
выражения согласия государства на обязательность для него договора, если:
оно предъявит соответствующие полномочия;
из практики соответствующих государств или из иных обстоятельств явствует, что они
были намерены рассматривать такое лицо как представляющее государство для этих
целей и не требовать предъявления полномочий.
Не нуждаются в предъявлении полномочий следующие лица:
главы государств, главы правительств и министры иностранных дел – в целях
совершения всех актов, относящихся к заключению договора;
главы дипломатических представительств – в целях принятия текста договора между
аккредитующим государством и государством, при котором они аккредитованы;
представители, уполномоченные государствами представлять их на международной
конференции или в международной организации, или в одном из ее органов, – в целях
принятия текста договора на такой конференции, в такой организации или в таком
органе.
Исходя из положений указанной статьи конвенции, абсолютными и полными
полномочиями обладают только главы государств, правительств и министры иностранных дел.
В том случае, когда заключается международный договор с участием международной
организации, то, лицу, которое рассматривается как лицо, представляющее эту организацию в
соответствии с установленными в ней правилами, специальные полномочия для этой цели, как
правило, не требуются.
В основном полномочия предъявляются еще в начале переговоров. В полномочиях
обычно указывается цель, с которой они предоставляются, а также содержатся данные о лице,
которому они предоставлены (ф., и., о., должность или ранг, если такое указание необходимо),
перечень вопросов, на решение которых это лицо уполномочивается (круг полномочий), кем
предоставлены полномочия и иные необходимые сведения. В Российской Федерации
полномочия в большинстве случаев выдаются Министерством иностранных дел и
оформляются на специальном бланке. Конкретный порядок выдачи полномочий на ведение
переговоров и на подписание международных договоров Российской Федерации
регламентируется нормами ст. 13 Закона.
При заключении двусторонних международных договоров представители
договаривающихся государств обычно обмениваются полномочиями. В преамбулах
договоров, регламентирующих наиболее значимые для сторон вопросы, иногда
17
констатируется факт обмена государств своими полномочиями и то, что они находятся в
надлежащей форме и добром (полном) порядке. Так, например, в преамбулах Договора об
учреждении Европейского Объединения угля и стали (ЕОУС) от 18 апреля 1951 г., Договоров
об учреждении Европейского Экономического Сообщества (ЕЭС) и Европейского Сообщества
по атомной энергии (ЕВРАТОМ) от 25 марта 1957 г. (в редакция на февраль 1986 г.), а вслед за
ними и в Едином Европейском Акте 1986 г. (ЕЕА – о создании Европейского Союза)
договаривающиеся стороны торжественно закрепили факт обмена полномочиями,
найденными в полном порядке и надлежащей форме. При этом в преамбуле отражается не
только сам факт обмена, но и указываются имена уполномоченных представителей
государств. Не менее торжественно был зафиксирован в 1925 г. обмен полномочиями при
заключении Договора между Союзом ССР и Норвегией о торговле и мореплавании. Когда
подготовка многосторонних договоров осуществляется на конференциях, то полномочия
обычно сдаются в секретариат, после чего специально созданным комитетом проводится их
проверка, результаты которой впоследствии сообщаются конференции.
От полномочий следует отличать инструкции, которые даются уполномоченным
лицам. В таких инструкциях, в основном, отражается позиция уполномоченного лица по
обсуждаемым в процессе переговоров вопросам, иногда – содержание, условия принятия
текста договора, его одобрения. Инструкции представляют собой внутренние документы
делегации и не подлежат обязательному официальному оглашению другим участникам
переговоров. В отношении инструкций в ст. 47 Венской конвенции о праве международных
договоров установлено, что когда правомочие представителя на выражение согласия
государства на обязательность для него конкретного договора обусловлено специальным
ограничением, то при несоблюдении им этого ограничения он не может ссылаться на него, как
на основание недействительности выраженного на обязательность договора согласия. Однако
если другие государства, участвовавшие в переговорах, были уведомлены о таком
ограничении до выражения представителем своего согласия на обязательность договора, то
данное ограничение может быть принято как основание для признания действий
представителя неправомочными.
5. Когда государство намеревается сделать односторонне заявление в отношении
заключаемого международного договора (при подписании, ратификации, принятии,
утверждении или присоединении к договору) и выразить таким образом свое желание
исключить или изменить юридическое действие определенных положений договора в связи с
их применением внутри государства, речь идет о том, что данное государство делает оговорку
к международному договору. Оговорки могут быть сделаны в любых ситуациях, за
исключением тех случаев, когда:
данная оговорка запрещается договором;
договор предусматривает, что можно делать только определенные оговорки, в число
которых данная оговорка не входит;
оговорка несовместима с объектом и целями договора.
Заявление оговорок (согласие или возражение против них) совершается в письменной
форме и доводится до сведения всех договаривающихся государств, а также государств,
имеющих право стать участниками международного договора. Когда оговорка выражается при
подписании договора, который подлежит ратификации, принятию или утверждению, она
должна быть официально подтверждена сделавшим ее государством при выражении им своего
18
согласия на обязательность для него этого договора. В данном случае оговорка считается
сделанной в день ее подтверждения. Согласия с оговоркой или возражения против нее,
которые высказываются до подтверждения оговорки, сами по себе подтверждения не требуют.
Если государство намеревается снять оговорку или заявить против нее возражения, то это
также осуществляется в письменной форме. В Венской конвенции о праве международных
договоров оговоркам посвящен целый раздел (2, ст. 19 – ст. 23).
6. Закон, воспроизводя положения Венской конвенции о праве международных
договоров, к числу международных организаций относит только межгосударственные и
межправительственные организации. Полагаем, что в данном случае понятия
межгосударственная и межправительственная организация являются относительно
равнозначными, поскольку последние не могут создаваться сами по себе, так сказать, в
вакууме, в отрыве от государства. Членами межправительственных организаций являются
именно государства, а не правительства, их представляющие. Единое, наиболее верное
определение международной организации подобрать весьма сложно, поскольку на
сегодняшний день существует большое количество международных организаций, имеющих
различный статус, цели и задачи. В общем, под международными организациями можно
понимать постоянные объединения межправительственного и неправительственного
характера, создаваемые на основе международных соглашений с целью оказания содействия в
решении международных проблем и развития всестороннего сотрудничества между
государствами. Достаточно объективное, на наш взгляд, определение международной
организации дал Г.М. Вельяминов. Как полагает автор, международной организацией следует
считать «международное учреждение, обладающее обычно в силу учредительных документов
правовым статусом либо межгосударственной (межправительственной) организации с
определенной функциональной международной правосубъектностью, либо негосударственной
(неправительственной) организацией обычно с тем или иным правовым национальным
статусом, предоставляемым в одном или в нескольких государствах»13.
Межгосударственными (межправительственными) организациями являются
объединения суверенных государств, создаваемые в соответствии с международным правом
на основе многосторонних международных соглашений для достижения общих целей в
различных областях деятельности при соблюдении общих интересов всех членов организации.
Именно такие международные организации являются субъектами международного права и
могут быть участниками международных договоров. Характерным признаком
негосударственных (неправительственных) международных организаций является то, что
членами таких организаций могут быть национальные ассоциации, общества, объединения
неправительственного характера и даже отдельные физические лица, а в основе их создания не
лежит международное соглашение.
7. В международном праве депозитарий – это хранитель подлинного текста
многостороннего международного договора и всех относящихся к нему документов
(заявлений, оговорок, денонсаций и прочих). В соответствии с Венской конвенцией о праве
международных договоров (ст. 76) депозитарий международного договора может быть
назначен участвовавшими в переговорах государствами и (или) участвовавшими в
переговорах международными организациями, указан в самом договоре или выбран в ином
порядке. Депозитарием может быть одно или несколько государств, международная
19
межправительственная организация или главное исполнительное должностное лицо такой
организации.
8. Федеральным законом от 1 декабря 2007 г. № 318-ФЗ комментируемая статья была
дополнена п. «и», в котором дано определение «уполномоченной организации».
Необходимость издания указанного закона и внесения предусмотренных им изменений в
отдельные законодательные акты Российской Федерации была обусловлена принятием
Федерального закона от 1 декабря 2007 г. № 317-ФЗ «О Государственной корпорации по
атомной энергии «Росатом», определяющего создание некоммерческой организации в форме
государственной корпорации, которая наделяется отдельными государственными
полномочиями по управлению использованием атомной энергии, управлению безопасностью
при использовании атомной энергии, осуществлению функций государственного заказчика
государственного оборонного заказа в установленной сфере деятельности, управлению
государственным запасом специального сырья и делящихся материалов, а также по
осуществлению прав собственника имущества ряда федеральных государственных унитарных
предприятий и учреждений.
Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. № 318-ФЗ помимо рассматриваемой статьи
внес в комментируемый Закон еще ряд изменений, которые преимущественно затрагивают
полномочия руководителей государственных корпораций по заключению и исполнению
межведомственных договоров Российской Федерации в случаях, предусмотренных
федеральным законом.
В ст. 14 Федерального закона от 1 декабря 2007 г. № 317-ФЗ закреплен перечень
полномочий и функций «Росатома» как уполномоченной организации по участию в
международном сотрудничестве в области использования атомной энергии. Так, установлено,
что «Росатом» обеспечивает в пределах своей компетенции выполнение обязательств
Российской Стороны по международным договорам Российской Федерации и осуществление
прав Российской Стороны, вытекающих из этих договоров, в случае, если такие договоры
регулируют вопросы, входящие в компетенцию «Росатома». «Росатом» взаимодействует в
порядке, установленном законодательством Российской Федерации, с органами
государственной власти иностранных государств и международными организациями, включая
представление в международных организациях по решению Президента РФ или
Правительства РФ интересов Российской Федерации по вопросам использования атомной
энергии (см. также комментарий к ст. 12 Закона).
«Росатом» в порядке, установленном Президентом РФ, направляет своих
представителей (с работниками аппарата представителей) для работы в иностранных
государствах в составе дипломатических представительств и консульских учреждений
Российской Федерации, торговых представительств Российской Федерации без включения
этих представителей в штатную численность указанных представительств и учреждений.
Расходы на содержание этих представителей осуществляются Корпорацией с использованием
счетов дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации,
торговых представительств Российской Федерации (см. Указ Президента РФ от 6 мая 2011 г.
№ 603 «О направлении Государственной корпорацией по атомной энергии «Росатом» своих
представителей для работы в иностранных государствах»).
«Росатом» также осуществляется конструктивное взаимодействие с международными
организациями Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ), Всемирной
20
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]