Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Мы с тобой одной крови. Лекции, беседы, проповеди.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
☆
Семья
301
ся от них, — хранят этого ребенка как драгоценное сокровище. Страшного, казалось бы, уродливого, ничего не понимающего, но окруженного родитель­ской заботой и любовью.
Мне приходится видеть такие семьи. Слава Богу, они есть. Родители ничего не хотят от таких детей, они называют их ангелами.
У меня в приходе есть семья, в которой больная девочка совершенно не развивается. Ей уже четыр­надцать, ее, такую огромную, приносят к нам в храм, я ее все время Кровью, как младенца, при­чащаю. И родители все время говорят: «Варенька сидит на диванчике, и такое ощущение, что вся комната светом полна. Мы все от нее этим светом просвещаемся и греемся».
Они хотели родить еще ребенка, Бог не дал им, они вовремя прекратили попытки, потому что боль­ной ребенок мог быть задвинут на задний план в случае появления в семье малыша. Слава Богу, они вовремя это поняли. Желание иметь здорового ребенка естественно для всех, желание продолжить свой род и вложить в своего ребенка все, что ты знаешь, — это правильно и хорошо, так и надо. Но в такой ситуации родители не могут передать свое­му ребенку свои знания, умения, но могут дать свою любовь. Эти родители ничего не хотят от своего ребенка. Может, они и хотели бы, но у них нет такой возможности.
Но они с этим смиряются, и родителям, у кото­рых здоровые дети, можно многому научиться у таких семей, научиться правильному отношению к своим детям.
302 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
«Дети, куда вас дети?»
Когда у родителей наступает отпуск, дети отправляются к бабушкам-дедушкам, чтобы сами родители могли куда-нибудь уехать, не взяв детей с собой, освободившись от них. Родители целый год готовятся к отпуску — куда бы поехать, как бы отдохнуть, — дети при этом являются явной помехой.
Конечно, отношение к детям как к некой обузе в какой-то момент аукнется родителям. Родители не понимают этого, они уверены, что детям у ба­бушки с дедушкой очень хорошо — свежее молоч­ко, речка, ребята, и бабушка с дедушкой счастли­вы, что наконец-то им отдали внуков, — как мы хорошо все придумали! Всякое в жизни бывает, бывает и так, что родители вынуждены оставить де­тей на какое-то время. Но, если вы хоть однажды назвали детей обузой, помехой, допустили для себя такое послабление, не говоря уж о том, что это ста­ло правилом — «вы нам сейчас будете мешать», — все это обязательно будет замечено детьми. Родите­ли напрасно думают, что дети маленькие и ничего не понимают. Они наспрасно думают, что если они не при детях что-то сказали и как-то себя повели, то ничего страшного не произошло.
Если родители при детях пытаются сохранить между собой мир, а на самом деле у них вражда, то дети будут видеть ровно то, что есть. Детское чутье, детская интуиция — потрясающие! Дети очень открыты для всего и для этого тоже. Может, они не будут понимать, что они видят, и это станет их детской проблемой, потому что они будут это чув­ствовать, а найти объяснение или оправдание не
Семья
303
смогут, и это ляжет в детскую душу тяжелым гру­зом. И потом это может неожиданно проявиться в отношении к родителям.
Чего дети хотят от родителей?
На раннем этапе дети от родителей хотят только одного — чтобы они были. Были как родители. Не те, кто кормит, покупает вещи, водит куда-то, т.е. выполняет родительские обязанности, а именно были родителями. И часто дети в раннем возрасте это не получают. Хотя родителям кажется, что они делают все, что необходимо детям для жизни.
А детям нужно только одно — сердечное тепло, внимание, когда им внимают, когда их пытаются разглядеть. Не отвлекаясь на секунду от телефона: «Ну, что тебе надо?» — не между сериалами или га­зетами, не между разговорами, а когда к ним, де­тям, приковано все внимание. Причем неважно, что в этот момент они что-то просят, или говорят чепуху, или ждут ответа на банальный вопрос, — дети все время требуют от родителей внимания. Когда дети плачут, когда задают нелепейшие во­просы, которые родителей раздражают, затевают драку с братьями-сестрами, — дети просят только родительского внимания.
Конечно, бывает, и детская ревность, например, к маленькому новорожденному ребенку. Но по большому счету, проблем нет, когда родители при­выкли детям внимать, когда родители любят детей прижимать к себе, когда родители любят поиграть с детьми в какую-то ерунду, заняться ими так, как детьми занимаются бабушки и дедушки. Потому что довольно часто именно у бабушек и дедушек
304 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
просыпается чувство запредельной нежности к внукам, и бывает это именно потому, что в свое время они не смогли дать это собственным детям. И родители иногда стараются таких дедушек­бабушек держать на расстоянии, понимая, что такое отношение может быть детям где-то и во вред. Конечно, во вред, потому что это от дедушек­бабушек, а не от мамы и папы. А если заботы доста­точно, то даже если детей несколько, то между ними не будет конкуренции за родительское внима­ние, потому что каждый в свое время получил все в полноте. Детям от родителей на каком-то этапе нужно только это.
В этот период дети не понимают, успешны их родители или нет, большая у них зарплата или ма­ленькая, есть у них проблема с карьерным ростом или нет, какие у них часы на руке — Rolex или «Победа», есть у них машина или нет. А родителей волнуют именно эти вопросы. А если бы родителей это не волновало, а волновали именно дети, то все бы и сложилось.
Потом наступает другой этап, когда дети взро­слеют и им очень важно видеть в родителях при­мер. Это не значит, что примером родители стано­вятся для детей в возрасте 10–14 лет. Начиная с четырех лет дети смотрят на родителей как на пример отношений с миром. Как родители ведут себя по отношению друг к другу и к другим людям, как родители ведут себя в метро, в магазинах, театре, как родители ведут себя в церкви? Как родители отвечают на грубость, на добро, как они реагируют на нищего или бомжа, который сел рядом с ними? В это время происходит полное
Семья
305
узнавание родителей как людей — как они себя ведут, каким образом они проявляют себя в этом мире как люди. Сначала дети ни о чем не спраши­вают, а потом начинают задавать вопросы.
Следующий этап — сравнение. Дети начинают сравнивать свой опыт с тем, чему их родители учат. Родители учат, что такое хорошо и что такое плохо, по каким критериям нужно выбирать себе друзей, как надо себя правильно вести и т.д. И дети начинают задавать вопросы «а почему?». Потому что вполне может быть расхождение между их жизненным опытом и тем, чему их учат. И тогда дети хотят от родителей правды.
Позднее дети смотрят, насколько честны и искренны их родители, как они реагируют на происходящее в мире, нет ли тут подлога и под­мены.
Из этого всего и складывается воспитание. Отно­шения с детьми складываются из того, что родители хотят от детей и что дети хотят от родителей. Дети хотят правды, и они ее должны получить в доста­точно раннем отроческом возрасте, когда они уже способны исповедоваться, способны решать какие­то первичные вопросы бытия, добра и зла, межлич­ностных отношений, правды и лжи, совести. Детям важно увидеть в родителях правду или не­правду и тогда начать как-то с этой проблемой жить и каким-то образом ее решать.
И после того как этот вопрос в глазах детей ре­шается — правда или неправда, ложь или истина, наступает следующий этап — чего тогда хотеть от родителей? Может случиться, что дети ничего, кроме претензий, от родителей получить не смогут.
306 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
Потому что ребенок будет не таким. Не таким, по­тому что в ответах родителей на свои вопросы он не нашел правды. Он перестал им доверять, перестал задавать им вопросы, перестал верить словам роди­телей, потому что это только слова.
И тогда ребенок начинает свой поиск правды — сложный, подростковый, протестный, через нару­шение дисциплины, через дурные компании, через возможность попробовать запрещенные плоды. И неизвестно заранее, как он потом будет выби­раться из этого поиска, или просто его оставит, понимая, что в жизни правды нет и надо жить по законам зла и лжи. Он выбирает эти законы либо через какие-то собственные сложные пути находит эту правду, но тогда уже без родителей.
Либо ребенок хочет от родителей дружбы. Настоящей серьезной дружбы и доверия. Он хочет, чтобы родители ему доверяли. Он хочет, чтобы родители в него поверили. Чтобы родители предо­ставили ему возможность быть похожим на них, подобно им поступать. Он будет делать ошибки, по­ступать неправильно, и вот реакция на эти ошибки со стороны родителей должна быть правильной. Ребенок должен получить поддержку. Он находит в родителях доверие, когда видит не раздвоенность (расхождение), а правду, а если есть раздвоенность, то, по крайней мере, он видит, как родители с ней борются, не соглашаются с ней, как они умеют быть откровенными с ним даже в том, что у них не полу­чается.
Это очень важно, ведь родители могут быть и не совсем удачливыми не только в мирском смысле. Папа может быть пьющим, предположим, но очень
Семья
добрым. И дети этого доброго, но пьющего папу будут любить и не будут его стесняться. Может быть что-то большее, чем жизненные проблемы родителей, их ошибки, их падения. Все может быть в жизни, но момент искренности и правды не будет упущен, даже в семьях, не во всем благопо­лучных.
У нас в гимназии была семья, где был очень силь­но пьющий папа, а дети такие чудные все выросли, так за папу молились! Замечательная семья, мать не осуждала своего супруга, хотя там наверняка были безобразные сцены при детях, но все ведь может случиться.
Жить не по лжи — это самое главное.
На разных этапах своего формирования дети хотят от своих родителей разного. Казалось бы, разного, но всегда одного и того же — они хотят на­стоящих отношений, чтобы родители были с детьми настоящими. И больше ничего.
307
Как говорить с ребенком на темы пола,
секса и рождения детей?
— Отец Алексий, как говорить с ребенком на темы пола, секса и рождения детей?
— Вопрос непростой. С одной стороны, мы запу­ганы возможностью введения в школах предмета «Сексуальное воспитание». С другой стороны, решили, что этот вопрос не надо поднимать вовсе, или пусть у нас будет «целомудрие», в основном воспринимаемое как заговор молчания.
Но это бессмысленно. Мир все равно вокруг нас существует, мир живой, мир двуполый. Эту
308 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
двуполость Бог сотворил. И различия между маль­чиками и девочками проявляются как два разных мира. Это и влечение, стремление навстречу друг к другу, и одновременно отторжение, стеснение, которые проявляются с самого раннего детства.
На темы пола и секса столько всего написано, сказано и вообще «все всем понятно», при этом по­чему-то считается, что об «этом» говорить — значит нарушать целомудрие. А с другой стороны, нельзя не говорить.
У нас в гимназии был смешной, но в то же время грустный случай. Дети младшей школы начали обсуждать в раздевалке слово «секс». Девочка пришла домой и рассказала родителям, что новый мальчик, который пришел недавно из другой школы, говорил про секс. Родители в ужасе! «Мы отдали детей в православную гимназию, а там их развращают!» Вызвали директора, меня, начали разбираться. А случилось то, что этот мальчик от других мальчиков именно в православной гимназии услышал слово «секс», и они ему объяснили, что это такое в их представлении: «Секс — это голая жен­щина». А когда он узнал, что такое «секс», то решил поделиться этим с другими. Разразился страшный скандал!
Вместо того чтобы родители задумались, что вопросы пола, секса детей интересуют, как интере­совали всех нас, когда мы были детьми, да и не только детьми. Мы тоже искали ответы на эти вопросы, стесняясь, естественно, спрашивать у своих родителей, и родители нам ничего не гово­рили, но мы все же эти сведения добывали, и, про­стите меня, не самым лучшим путем.
Семья
309
— От других детей. Дети приходят в школу,
и более «просвещенные» им рассказывают…
— Всегда кто-то будет говорить на темы пола, секса. Всегда эта тема будет возникать, всегда будет на слуху. А уж в нашем современном мире далеко ходить не надо, вообще можно из дома не выходить — просто не успеть вовремя выключить телевизор. И все. И уже все во всех видах понятно, причем все как-то гнусно, обостренно. Уже не просто голые женщины или мужчины, спокойно по­ловой акт могут показать. Ребенок, конечно, скорее всего, не поймет, что это такое. Он увидит и не поймет, увидит — и не обожжется. В этом смысле степень защиты у детей очень высокая.
Мы все в детстве читали «Три мушкетера», но нам никогда в голову не приходило, что Констан­ция Бонасье изменяет своему мужу с Д’Артанья­ном и что она падшая женщина. Не складывалось это в детском сознании. Было понятно, что у нее глупый муж, дурак и подонок, и очень хороший Д’Артаньян, в которого она влюбилась.
Вроде романтические герои, положительные, но за романтикой для нас, взрослых, что стоит: лове­лас Арамис, который к тому же хочет стать абба­том, Миледи, которая совращает и соблазняет, и у нее на плече клеймо проститутки. Это вообще остается вне внимания детей. Да, есть какое-то клеймо, но дети не рисуют образ Миледи как блудницы, Констанции Бонасье — как блудницы, Арамиса — как блудника.
Для детей это персонажи геройского произведе­ния: коварство и предательство, благородство и от­вага. Дальше они не идут. Все остальное остается
310 Прот. А. Уминский. МЫ С ТОБОЙ ОДНОЙ КРОВИ
за скобками, вообще остается детьми не распозна­но, тем более как нечто, имеющее отношение к сек­су. И только некоторые взрослые православные люди опасаются, а вдруг дети прочитают «Три муш­кетера»? Там же говорится о сексе, о неправильных отношениях, о ложных отношениях, о блуде. Но такое восприятие существует лишь в помраченном сознании людей, которые, на самом деле, этой проблемой как-то больны, озабочены. Эта болезнь может и так проявляться. Мне как педагогу не раз приходилось с этим сталкиваться.
Надо понимать, что дети ищут это знание, ищут самостоятельно. И они дальше определенной черты, если их специально кто-то не развратит, не пойдут. Дети по-другому смотрят на мир, они по-другому смотрят на это.
Слово «секс» для них имеет совсем другое звуча­ние и значение. Оно, конечно, запретное, оно, ко­нечно, таинственное, оно опасное. В область, где оперируют этим словом, очень хочется заглянуть, но ровно настолько, чтобы сразу отвернуться, а по­том хвалиться перед другими детьми: какой я сме­лый! Я типа стоял на краю очень высокого обрыва и смотрел вниз. Примерно так.
По отношению к этому должна быть сформирова­на правильная позиция. Не позиция ужаса, запрета: «Не сметь об этом говорить, это бездуховно! Это нарушение седьмой заповеди!» — и потом объяснять ребенку, что такое седьмая заповедь, что такое прелюбодейство, чтобы ребенок был в шоке.
А нужно говорить совсем иначе. Половые отно­шения естественны для этого мира. Ребенок видит, как кот бегает за кошечкой, петух бегает за курицей.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]