Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Воспоминания о Сократе
.pdf
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
цами, и, наоборот, спартанцы, очевидно, не ре
шились бы вступить в бой с фракийцами, воору
женные маленьким щитом и дротиком, и со
[3]
скифами, вооруженные
луком. Подобно этому
и во всем остальном, как я вижу, люди и по при
роде отличаются друг от друга и в то же время
благодаря упражнению достигают значительно
го прогресса. А из этого следует, что все люди
как с хорошими, так и с плохими природными
способностями должны учиться и упражняться
в той области, в которой хотят стать известной
величиной».
Между мудростью и нравственностью Сократ
не находил различия: он признавал человека
вместе и умным и нравственным, если человек,
понимая, в чем состоит прекрасное и хорошее,
руководится этим в своих поступках и, наобо
рот, зная, в чем состоит нравственно безобраз
ное, избегает его. В ответ на дальнейший вопрос,
считает ли он умными и воздержными тех, кто
знает, что должно делать, но поступает наоборот,
он сказал: «Столь же мало, как неумных и невоз
держанных; все люди, думаю я, делая выбор из
представляющихся им возможностей, поступа
ют так, как находят всего выгоднее для себя. По
этому, кто поступает неправильно, тех я не счи
таю ни умными, ни нравственными».
161
КСЕНОФОНТ
[5]
Сократ утверждал также, что и справедли
вость и всякая другая добродетель есть мудрость.
Справедливые поступки и вообще все поступки,
основанные на добродетели, прекрасны и хоро
ши. Поэтому люди, знающие, в чем состоят та
кие поступки, не захотят совершить никакой
другой поступок вместо такого, а люди не знаю
щие не могут их совершать и, даже если пытают
ся совершить, впадают в ошибку. Таким обра
зом, прекрасные и хорошие поступки совершают
только мудрые, а немудрые не могут и, даже ес
ли пытаются совершить, впадают в ошибку.
А так как справедливые и вообще все прекрас
ные и хорошие поступки основаны на доброде
тели, то из этого следует, что и справедливость
и всякая другая добродетель есть мудрость.
[6]
Сумасшествие, говорил Сократ, есть нечто
противоположное добродетели; однако незнание
он не считал сумасшествием; но не знать самого
себя или воображать, будто знаешь то, чего не
знаешь, это, он думал, очень близко к сумасше
ствию. Однако в просторечии, продолжал он,
про людей, делающих ошибки в том, чего народ
ная масса не знает, не говорят, что они — сумас
шедшие; только делающих ошибки в том, что
знает масса, называют сумасшедшими.
[7]
Так, на
пример, если кто считает себя какимто таким
162
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
великаном, что наклоняется при проходе через
ворота в городской стене, или таким силачом,
что пробует поднимать дома или браться за что
нибудь другое, очевидно невозможное, про того
говорят, что он сумасшедший. А кто делает мел
кие ошибки, тех не считают сумасшедшими: как
сильную страсть называют влюбленностью, так
и большую ненормальность ума называют су
масшествием.
[8]
Исследуя вопрос, что такое зависть, Сократ
находил, что она есть некоторая печаль, но пе
чаль не о несчастье друзей или о счастье врагов;
завистники, говорил он, только те, кто горюет
по поводу счастья друзей. Когда некоторые
удивлялись, как можно, любя когонибудь, печа
литься о его счастье, он напоминал, что у мно
гих бывает к тем или другим лицам такое чув
ство, при котором они не могут равнодушно
смотреть на их бедствия и помогают им в несча
стье, но при счастье их они испытывают печаль.
Впрочем, с человеком рассудительным этого не
может случиться, а у дураков всегда есть это
чувство.
[9]
Исследуя вопрос, что такое досуг, Сократ на
ходил, что огромное большинство людей, прав
да, всегда чтото делает: и игроки в кости и шу
ты тоже чтото делают; но на самом деле, говорил
163
КСЕНОФОНТ
он, все они ничего не делают, потому что имеют
возможность пойти и заняться чемнибудь луч
шим. Но перейти от лучшего занятия к худшему
ни у кого нет времени; а если бы кто и перешел,
то поступил бы дурно, потому что свободного
времени у него нет.
[10]
Цари и правители, говорил Сократ, не те,
которые носят скипетр или избраны кем попало
или получили власть по жребию или насилием
или обманом,
[11]
но те, которые умеют управлять.
Когда собеседник Сократа соглашался, что дело
правителя — приказывать, что делать, а подчи
ненного — повиноваться, Сократ указывал на то,
что и на корабле управляет знающий, а хозяин
корабля и все пассажиры повинуются знающе
му, точно так же, как при сельских работах вла
дельцы земли, при болезни больные, при гимна
стических упражнениях учащиеся гимнастике
и вообще все, у кого есть дело, требующее забот,
если считают себя знающими его, то сами забо
тятся; а если нет, то не только слушаются знато
ков, когда они есть налицо, но даже, когда их
нет, приглашают их, чтобы под их руководством
делать, что нужно. В прядильном деле, указывал
Сократ, даже женщины распоряжаются мужчи
нами, потому что женщины знают, как прясть,
а мужчины не знают.
164
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
[12]
Если кто возражал на это, что у тирана есть
возможность не слушать разумных советников,
Сократ говорил: «Да как же можно не слушать,
когда грозит ущерб, если не послушаешь добро
го советника? Ведь если не послушаешь доброго
советника в какомнибудь деле, то, несомненно,
сделаешь ошибку, а за ошибку поплатишься».
[13]
Если кто указывал, что у тирана есть воз
можность даже казнить умного советника, Со
крат говорил: «А кто казнит своих лучших
помощников, неужели, думаешь ты, остается
безнаказанным или отделывается лишь каким
нибудь пустым ущербом? Как ты думаешь, кто
так поступает, имеет больше шансов остаться
невредимым или при таком образе действий мо
жет даже очень скоро погибнуть?»
[14]
Ктото спросил Сократа, какой образ жизни
он считает лучшим для человека. Он отвечал:
«Хорошую жизнь». Тот спросил опять, не отно
сит ли он к понятию «образ жизни» также и сча
стье. Сократ отвечал: «Нет, на мой взгляд, случай
и деятельность — понятия совершенно противо
положные: если человек не ищет, а случайно на
ходит чтонибудь нужное, это я считаю счастьем;
а если он путем изучения и упражнения испол
няет чтонибудь хорошо, это я признаю хорошей
деятельностью, и, кто ведет такой образ жизни,
165
КСЕНОФОНТ
тот, мне кажется, хорошо
[15]
живет». Самые луч
шие и всего более угодные богам люди, говорил
он, это те, кто хорошо исполняет свою работу:
в области земледелия — земледельческую, в об
ласти государственной деятельности — государ
ственную; а кто ничего хорошо не делает, гово
рил он, тот никуда не годен и богам не угоден.
Глава 10
РАЗГОВОРЫ С ПАРРАСИЕМ,
КЛИТОНОМ И ПИСТИЕМ
ОБ ИХ СПЕЦИАЛЬНОСТЯХ
[1]
Если когда Сократ разговаривал с художни
ками, занимающимися своим искусством с це
лью заработка, то и им он был полезен.
Так, он пришел однажды к живописцу Пар
расию и в разговоре с ним сказал: «Не правда
ли, Паррасий, живопись есть изображение того,
что мы видим? Вот, например, предметы вогну
тые и выпуклые, темные и светлые, жесткие
и мягкие, неровные и гладкие, молодое и старое
тело вы изображаете красками, подражая при
роде».
«Верно», — отвечал Паррасий.
[2]
«Так как нелегко встретить человека, у кото
рого одного все было бы безупречно, то, рисуя
166
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
красивые человеческие образы, вы берете у раз
ных людей и соединяете вместе какие есть у ко
го наиболее красивые черты и таким способом
достигаете того, что все тело кажется красивым».
«Да, мы так делаем», — отвечал Паррасий.
[3]
«А изображаете вы то, что в человеке всего
более располагает к себе, что в нем всего прият
нее, что возбуждает любовь и страсть, что полно
прелести, — я разумею духовные свойства? Или
этого и изобразить нельзя?» — спросил Сократ.
«Как же можно, Сократ, — отвечал Парра
сий, — изобразить то, что не имеет ни пропор
ции, ни цвета и вообще ничего такого, о чем ты
сейчас говорил, и даже совершенно невидимо?»
[4]
«Но разве не бывает, что человек смотрит на
когонибудь ласково или враждебно?» — спро
сил Сократ.
«Думаю, что бывает», — отвечал Паррасий.
«Так этото можно изобразить в глазах?»
«Конечно», — отвечал Паррасий.
«А при счастье и при несчастье друзей, как
ты думаешь, разве одинаковое бывает выраже
ние лица у тех, кто принимает в них участие
и кто не принимает?»
«Клянусь Зевсом, конечно нет, — отвечал Пар
расий, — при счастье они бывают веселы, при
несчастье мрачны».
167
КСЕНОФОНТ
«Так, и это можно изобразить?» — спросил
Сократ.
«Конечно», — отвечал Паррасий.
[5]
«Затем, величавость и благородство, уни
женность и рабский дух, скромность и рассуди
тельность, наглость и грубость сквозят и в лице
и в жестах людей, стоят ли они или двигаются».
«Верно», — отвечал Паррасий.
«Так, и это можно изобразить?»
«Конечно», — отвечал Паррасий.
«Так на каких людей приятнее смотреть, —
спросил Сократ, — на тех ли, в которых видны
прекрасные, благородные, достойные любви
черты характера или же безобразные, низкие,
возбуждающие ненависть?»
«Клянусь Зевсом, Сократ, тут большая разни
ца», — отвечал Паррасий.
[6]
Однажды Сократ пришел к скульптору Кли
тону и в разговоре с ним сказал: «Прекрасны
твои произведения, Клитон, — бегуны, борцы,
кулачные бойцы, панкратиасты, это я вижу и по
нимаю, но как ты придаешь статуям то свойство,
которое особенно чарует людей при взгляде на
них, — что они кажутся живыми?»
[7]
Клитон был в недоумении и не сразу собрал
ся ответить. Тогда Сократ продолжал: «Не отто
го ли в твоих статуях видно больше жизни,
168
ВОСПОМИНАНИЯ О СОКРАТЕ
что ты придаешь им сходство с образами живых
людей?»
«Конечно», — отвечал Клитон.
«Так вот, воспроизводя то опущение или под
нятие при разных телодвижениях, то сжатие или
растяжение, то напряжение или ослабление, ты
и придаешь статуям больше сходства с действи
тельностью и больше привлекательности».
«Совершенно верно», — отвечал Клитон.
[8]
«А изображение также душевных аффектов
у людей при разных действиях разве не дает на
слаждения зрителю?»
«Надо думать, что так», — отвечал Клитон.
«В таком случае у сражающихся в глазах надо
изображать угрозу, у победителей в выражении
лица должно быть торжество?»
«Именно так», — отвечал Клитон.
«Стало быть, — сказал Сократ, — скульптор
должен в своих произведениях выражать состоя
ние души».
[9]
Однажды Сократ пришел к Пистию, специа
листу по изготовлению панцирей. Пистий пока
зал ему панцири хорошей работы. «Клянусь Ге
рой, Пистий, — сказал Сократ, — прекрасное
изобретение — панцирь: он прикрывает у чело
века части тела, нуждающиеся в прикрытии,
и вместе с тем не мешает действиям
[10]
рук! Но
169
КСЕНОФОНТ
скажи мне, Пистий, — продолжал Сократ, — по
чему ты продаешь дороже других свои панцири,
хоть ты делаешь их не крепче, чем другие, и не
из более дорогого материала?»
«Потому что, Сократ, я делаю панцири с со
блюдением пропорции», — отвечал Пистий.
«Как же ты показываешь эту пропорциональ
ность — мерой или весом, — назначая за них бо
лее дорогую цену? Ведь, я думаю, ты не все их
делаешь одинаковыми и похожими, если только
ты делаешь их каждому по мерке».
«Клянусь Зевсом, так и делаю, — отвечал
Пистий, — без этого в панцире нет никакого
толку».
[11]
«А телосложение у человека бывает у одно
го пропорциональное, у другого непропорцио
нальное?» — спросил Сократ.
«Конечно», — отвечал Пистий.
«Так как же ты делаешь, чтобы панцирь был
по мерке человеку с непропорциональным сло
жением и в то же время был бы пропорциональ
ным?» — спросил Сократ.
«Точно так же, как делаю его по мерке, — от
вечал Пистий, — панцирь по мерке и есть пан
цирь пропорциональный».
[12]
«Пропорциональность ты понимаешь, по
видимому, не безотносительно, — сказал Со
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]