Учебник русского уголовного процесса. Введение. Часть I. Судоустройство

присуждаются к наказаниям, соединенным с лишением всех прав состояния или всех особенных прав и преимуществ;

3)предоставление дел, подлежащих рассмотрению Судебных Палат, в усиленном составе, с участием сословных представителей (о госуд. прест. и др. указан. в ст. 1030 и 1031 Уст.), рассмотрению особого присут. Сената (п. 2 ст. 1032 Уст.);

4)назначение, по делам особо важным, особого лица для про изводства дознания о государ. прест. (ст. 10353 и 6 Уст.);

5)акты помилования (ст. 776, 945, 1060–1 и 1112 Уст.);

6)разрешение на приведение в исполнение определений Се ната о предании суду губернаторов за преступления должности (ст. 1088 примеч. 6 Уст.);

7)представление на рассмотрение Император. Величества при говоров Суда по делам о подложных, за подписанием Государя, Ука зов и др. бумаг; примеч. к стр. 291 Улож. о нак.;

8)предание Суду или отрешение от принадлежащих членам Императ. Дома прав за неповиновение этих лиц Царствующему Императору (ст. 222 Основн. Зак.) и

9)разрешение на соизволение к прекращению дела о поедин ке между лицами гражданского и военного ведомства (ст. 1243 Уст.).

19)Признаки судебной власти. Осуществляющаяся таким об разом в деятельности целой системы судов, судебная власть обла дает определенными признаками и свойствами, через посредство которых достигаются ею поставленные законодательной властью цели. Внешние признаки этой власти характеризуются теми обря дами и формами процессуальными, соблюдением которых обуслов лена законодателем сила ее действий. Что же касается до внутрен них свойств ее, то они могут быть распознаны только путем иссле дования тех обязанностей и прав, которые сосредоточены в лице органов этой власти постановлениями закона.

Останавливаясь в настоящее время только на последних, как на наиболее выясняющих природу этой власти, мы укажем на два свойства, наиболее решительно обособляющие эту власть от дру гих отраслей власти верховой, а именно на: 1) подзаконность и

2)самостоятельность действий этой власти. Свойствами этими оп ределяются основания и пределы, а также способы и средства ее действий.

20)Принцип легальности в деятельности уголовных судов. Су дебная власть, осуществляющаяся в деятельности судов и стремя

щаяся к применению постановлений уголовно материального за конодательства к обстоятельствам отдельного, подпадающего под действие этого закона случая, подчинена, в свою очередь, действию как этих, так и уголовно процессуальных постановлений законо дательства. Эта обязанность подчиняться требованиям закона, ру ководствуясь в своей деятельности извлекаемыми из него положе ниями, делает эту власть подзаконной и создает необходимость при знания силы только за теми действиями этой власти, которые основываются на законе и в нем одном находят оправдание своему существованию.

Закон требует себе повиновения от всех, а поэтому подзакон ность действий органов судебной власти отнюдь нельзя понимать в том смысле, что только органы этой власти обязаны будто бы повиноваться требованиям закона. Обязанность повиновения за кону присуща органам административной власти так же, как и орга нам власти судебной; но разница в отношениях этих двух катего рий органов власти к закону, тем не менее, велика и выражается в том, что закон, ввиду специальных целей, преследуемых органами административной власти, по охранению публичной и личной бе зопасности и созданию условий благоустройства, предоставляет такую обширную, не регламентируемую законом, сферу для их ус мотрения, которую закон не признал возможным предоставлять органам власти судебной, предназначенным для применения по становлений закона к отдельным случаям. Таким образом, прин цип легальности является руководящим принципом в деятельнос ти судебной власти1.

С принципом этим должно сообразоваться и внутреннее убеж дение судьи, на основании которого, согласно указаниям свобод ной, не стесняемой предустановленными доказательствами совести судейской, современный суд решает уголовные дела. Положение это находит многочисленные подтверждения в решениях Сената. Так, уголовный кассационный департамент разъяснил, что уголов

1 Вопрос о принципе легальности, как руководящем принципе судейской деятельности, получил всестороннюю оценку также и в отношении деятельнос ти прокурорской (см. об органах обвинения).

За последнее время, благодаря попытке нового проекта герм. устава вне сти некоторые ограничения этого принципа, в герм. литературе вопрос о Legalitatspr., как руководящем начале процесс. деят., получил особое оживле ние.

ный суд должен решать уголовные дела с приведением оснований решения и притом таких, которые не противоречат смыслу суще ствующих законов (70/1198); что суд не может не вменять осуж денному содеянного им в вину по своему усмотрению, а не по за конным причинам невменяемости (68/581); что по внутреннему убеждению суд решает только вопрос о виновности, а ни в каком случае не вопрос о преступности деяния (69/193); что недостатки закона не могут быть устранены судебной властью, которая обяза на ясный и определенный закон, несмотря на все его несовершен ства, применять по точному его смыслу и разуму (71/1725).

21) Принцип целесообразности в деятельности уголовных су дов. Принцип легальности не исчерпывает собою, однако, содер жания всей деятельности уголовных судов. Закон уголовный дол жен быть применен, но для применения его необходимо, чтобы были приняты соответственные меры к установке на суде доказа тельств события преступления и виновности лица, совершившего его. Принятие этих мер входит в сферу процессуальной деятельно сти уголовных судов, в которой целесообразность действий приоб ретает, таким образом, значение руководящего принципа. Для осуществления своего назначения уголовные суды должны озабо титься правильной постановкой преследуемой цели, придать всем процессуальным действиям своим характер действий целесообраз ных, в которых все частные цели, на которые расчленяется про цесс, находились бы в строгом соответствии с общей целью про цесса — обнаружением материальной истины. Оставаясь легальной, деятельность уголовных судов должна быть вместе с тем, в отно шении процессуальном, деятельностью целесообразной. Нередко процессуальный закон дает прямые указания на то, какие приемы и способы действия, по выяснению какой либо стороны преступ ления, он признает наиболее целесообразными (напр., при осмот рах и освидетельствованиях). Но спрашивается, как надлежит по ступить в тех случаях, когда положительный закон оставляет суды по этому предмету без надлежащих указаний? «Можно, — ответим словами Глазера, — с полной справедливостью предполагать, что если целесообразное не было облечено самим законом в форму юридического положения, то лицо, обязанное применить закон, обя зано исполнить то, что´ оно само признает целесообразным».

Средством осуществления этого принципа служит в значитель ной степени и то право помилования, которое принадлежит вер

ховной власти совместно с аболицией и амнистией, применяемы ми в исключительных случаях, при чрезвычайных обстоятельствах, в интересах гуманности или политики, причем отстраняется дей ствие положений закона1.

22)Самостоятельность судебной власти; полнота и единство

еедействий. В качестве власти подзаконной, судебная власть в пре делах и по основаниям деятельности, установленным в законе, яв ляется властью самостоятельной и в этом второе существенное свойство ее. Закон обязателен для всех и исполнение его, в кото ром сосредоточивается вся жизненная сила его, должно стоять вне зависимости от всякого произвола, со стороны кого бы то ни было. По этой же причине и судебная власть, все назначение которой ис черпывается делом применения закона, должна обладать такою же самостоятельностью и независимостью от других властей, какою обладает сам закон, приводимый ею в исполнение. Основательно, замечает Токвиль, что вмешательство суда в ведомство админист рации вредит; вмешательство же администрации в деятельность юстиции развращает людей и содействует образованию из них ра бов или революционеров.

При той зависимости, в которой находились органы судебной власти от власти административной при старом, следственном про цессе не могло быть речи о самостоятельности и независимости их власти. Впервые самостоятельность эта признана и осуществлена в постановлениях закона нашими Судебными Уст., и Мин. Юст. За мятин, открывая новые судебные установления, имел основание приветствовать их в качестве установлений, снабженных законо дателем полномочиями полной самостоятельности. Последующее время, как то увидим мы при обозрении права судейской несменя емости, оказалось не особенно благоприятным для укрепления этой

1 Право помилования представляется прерогативой не только наследствен ных монархов, но и президентов республики (Соед. Штат. Франц., Бразильск. и Мексикан. республик).

В частности, принцип легальности нашел ограничение в разъяснении Се натом вопроса о том, подлежат ли прекращению в отношении личной ответ ственности обвиняемых, без вызова их, дела о таких лицах, которые, во исполне ние ранее состоявшихся о них приговоров, отбывают более долгосрочное нака зание, чем то, которое угрожает им по неразрешенному еще делу? Вопрос этот разрешен Сенатом утвердительно, исходя из того соображения, что новый при говор по менее тяжкому преступлению не имел бы значения. Ст. Лазерсона («Пра во». 1911. № 52).

самостоятельности. То же направление обнаружилось и в трудах Комиссии Муравьева, и только Высоч. Указом 12 декабря 1904 г. категорически выражена Высочайшая воля «обеспечить судебным установлениям всех степеней необходимую самостоятельность». Признание этой самостоятельности приводит к заключению, что судья должен быть признан подчиненным единственно закону и что только такая подчиненность обусловливает беспристрастие су дейское, как существеннейшее условие правдивости постановляе мых судьями решений и приговоров. Дела судебного ведомства ка саются важнейших интересов частных лиц, их гражданской жизни, чести и достояния; в делах этого рода могут быть нередко заинте ресованы, или непосредственно, или в качестве покровителей под судимых и тяжущихся, лица, сильные по своему положению в об ществе, поэтому судьи должны быть поставлены в положение сколь возможно независимое. Кто располагает судьбой судей, располага ет и их приговорами.

Для того, чтобы обладать самостоятельностью, для этого не обходимо, чтобы органы этой власти обладали полнотой полномо чий для развития своей деятельности и чтобы они были приведены

втакую систему организации, при которой они только одни от правляли бы судебные функции, вне конкуренции с органами дру гой какой либо власти. Вытекающие отсюда полнота власти и един ство действий судебной власти составляют необходимые условия проявления самостоятельности этой власти.

Самостоятельность судебной власти проявляет свое действие

вдвояком направлении: во первых, в отношении организационном, служа источником тех прав и прерогатив, которыми, преимуще ственно перед органами других властей, снабжаются органы судеб ной власти, как то увидим впоследствии, и во вторых, в отношении процессуальном, сообщая действиям органов судебной власти та кое юридическое значение, которым не обладают действия органов других властей. Только органы этой власти, через постановку уго ловных приговоров, вошедших в законную силу, могут ограничи вать сферу имущественных и личных прав лица, присуждая, за со вершенное преступное посягательство, к установленному законом наказанию.

Вчастности, в отношении существенного условия развития самостоятельности действий судебной власти — полноты ее влас ти, в силу которой органы, осуществляющие эту власть, имеют право

совершать все те действия, которые оказываются необходимыми для отправления правосудия, — необходимо признать, что это на чало выражено в ст. 14 Уст., которая гласит: «никто не может быть наказан за преступление или проступок, подлежащие судебному ведомству, иначе как по приговору надлежащего суда, вошедшему в законную силу». В частности, начало это выражено, в отношении Судеб. Следователей, обязанных предпринимать «собственной вла стью все меры, необходимые для производства следствия, за ис ключением тех, в коих власть их положительно ограничена зако ном» (ст. 264 Уст.), и, в отношении суда, решающего уголовные дела по существу, в том смысле, что суд этот является одним из субъектов права на представление уголовных доказательств. Для того, чтобы по возможности совершеннее осуществить начало пол ноты судебной власти, законодательство включило в число лиц су дебного ведомства не только судей, но также и тех лиц, которые отправляют функции хотя и не чисто судебного свойства, но близ ко к ним прикасающиеся. Таковы прокуратура, адвокатура, судеб ные следователи, судебные пристава и судебные рассыльные. В тех жу случаях, когда лица не судебного ведомства, а органы другой власти, принимают участие в производстве уголовных дел (как, на прим., полиция, по производству дознаний), то они, в отношении этой своей деятельности, подчиняются органам власти судебной. Понятие полноты действий судебной власти не исключает возмож ности допущения участия правительственных и общественных ус тановлений в отдельных моментах производства уголовного дела.

В настоящее время можно признать за основное правило, гос подствующее как у нас, так и на Западе, что государство, как единст венный субъект права на наказание, отправляет свою карательную власть через органы судебной власти. Применение этого правила происходит в пределах тех границ, которыми понятие наказания отмежевывается от смежного с ним понятия карательных мероп риятий, хотя и являющихся юридическим последствием преступ ного деяния, но, тем не менее, не входящих в область наказания, каковы, напр., вознаграждение вреда, причиненного преступлени ем, высылка на водворение в Сибирь в случае непринятия обще ством отбывшего наказание лица, дисциплинарные взыскания и т. д. Границы эти проводятся представителями науки далеко не одинаково. Так, по мнению одних, дисциплинарные взыскания под водятся под понятие наказания; по мнению же других, они не име

ют этого значения и представляются мерой, имеющей особое юри дическое значение за пределами области наказания. Смотря по тому, как смотреть на эти взыскания, определится и то, надлежит ли орган, применяющий их, признать за орган, отправляющий судебную или несудебную функцию. Признаки, характеризующие судебные свой ства органа власти, заключаются не в именовании этого органа, не в месте, занимаемом им в системе должностей и учреждений, а в юридических свойствах налагаемых им взысканий. Орган власти может принадлежать, напр., к иерархии административных долж ностей, и вместе с тем может быть уполномочен на применение уго ловного наказания, а следовательно, быть органом, отправляющим судебные функции.

Начало единства судебной власти находит ограничение, таким образом, не в условиях места, занимаемого органами власти в сис теме государственных должностей и учреждений. Оно ограничива ется существованием чрезвычайных или исключительных судов, предназначенных для суждения отдельного уголовного дела или особой категории дел. Деятельность этих судов фактически ставит пределы деятельности нормальных судов, а следовательно, ограни чивает и осуществляющееся в этой деятельности начало единства судебной власти.

Осудебной организации

23)Основания ее. Не одна только трудность задачи, преследу емой уголовным правосудием, но и интересы целесообразности обусловливают собою сложность организации тех судебных уста новлений, которые работают над разрешением ее. При создании организации судов законодательство действует неизбежно под вли янием двоякого рода интересов: быстроты производства в них дел

иосновательности постановляемых ими решений. При служении этим интересам не должен быть забываем также экономический интерес, обязывающий государство достигать возможно больших результатов при наименьшей затрате сил и капитала.

Между тем соблюсти все эти интересы при создании законо дателем судебной организации представляется делом не легким, так как численность совершающихся преступных посягательств, раз нообразие их, сложность процессуальных средств действия, при

меняемых к обнаружению виновных, и порождаемая совокупнос тью этих обстоятельств многочисленность и разнообразие Судов создают серьезные для того препятствия.

Изучение судебной организации предполагает знание того, ка кие Судьи входят в состав организации, какие дела предоставлены законом для решения каждому из судов, входящих в систему этой организации, и, наконец, какими правилами законодательство обус ловливает установку отношений отдельного дела к Суду, уполно моченному на разрешение его.

Уголовные Суды делятся на различные категории, смотря по тому: 1) какой объем власти предоставлен им к разрешению уго ловных дел; 2) какого рода судебные функции отправляют они при этом; 3) в каком взаимном друг к другу отношении находятся они, и 4) какого рода законом уполномочены они на отправление своей судебной деятельности.

1) Объем власти, предоставленной законодателем Судам, де лающий их способными (компетентными) к разрешению извест ной категории дел, определяется законодательством по различным признакам. Наше законодательство принимает за основание пост роения судебной организации три существенных признака, заклю чающихся: а) в тяжести, подлежащих рассмотрению уголовных су дов, преступных деяний; б) в юридических свойствах тех деяний, и в) в принадлежности обвиняемых к особым ведомствам или сосло виям.

а) В качестве основного элемента принимается в этом отно шении тяжесть преступлений, подлежащих исследованию Судов. Менее важные преступления бывают всегда многочисленны, а от сюда возникает необходимость создания многочисленных для них Судов. Значение этих преступлений представляется местным, вследствие чего Суды, их рассматривающие, должны находиться близко к судимым и участвующим в процессе лицам; мелкие пре ступления к тому же скорее забываются, а поэтому требуется быст рое рассмотрение дел о них; вместе с тем, наказание, за них назна чаемое, не тяжко, а поэтому и интерес процесса как для подсудимо го, так и для общества представляет меньшую важность, чем по тяжким преступлениям. Отсюда необходимость более простой орга низации Судов и процедуры более дешевой и краткой, чем по де лам большой важности.

Понятие тяжести преступления установляется тяжестью на казания.

Определение тяжести преступления по тяжести следующего за него наказания получило большое распространение в процессу альных законодательствах. Сообразно с трехчленным делением пре ступных деяний, принятых некоторыми законодательствами, раз вилось деление Судов на высшие, средние и низшие.

При установке пределов ведомства дел одному из этих трех категорий Судов законодатель выходит из презумпции, что данное деяние более или менее тяжко, что оно заслуживает соответствую щего ему наказания и что наказание это, сообразно тяжести его, может быть назначаемо только Судами, стоящими на определен ной ступени иерархии и притом обладающими достаточными га рантиями правильности своих действий. Между тем тяжесть нака зания, принятая как основание к распределению дел между уго ловными Судами, имеет значение формального основания, не всегда соответствующего действительному значению совершенного пре ступления. Так, напр., вполне мыслимы случаи, когда преступное деяние, по определенному за него законом maximum’у наказания, будет подсудно Суду высшему, а между тем, этот высший Суд, на значая наказание за данное преступление, признает деяние это не заслуживающим этого maximum’а наказания и найдет справедли вым назначить наказание, для применения которого уполномочи вается законом Суд низшего разряда. Так как компетентность Суда к разрешению дел определяется обстоятельствами, имеющимися в виду в моменты, предшествующие рассмотрению Судом дела по существу, то поэтому, в приведенном случае, должен будет разре шить дело и применить наказание тот Суд, который уполномочен законом на применение высшего, угрожавшего подсудимому нака зания. Отсюда обнаруживается, что тяжесть наказания, как осно вание к определению степени компетенции Суда, не гарантирует Суд от возможности поступления на рассмотрение его таких дел о преступлениях, которые по действительному значению своему дол жны были бы подлежать рассмотрению Суда низшего.

Существует два законодательных корректива этого формаль ного масштаба определения подведомственности дел Суду по тя жести наказания. Один заключается в начале коррекционизирова ния преступлений. Сущность его состоит в том, что обвинительной власти дается право при предании Суду заранее определить, какую меру наказания требует она применить к подсудимому за соверше ние данного преступления. Сообразно с этим требованием обвини

тельной власти определяется, какому Суду должно быть признано подсудным данное дело по тяжести наказания. Это начало коррек ционизирования, впервые принятое во Франции, перешло оттуда в Бельгию и Италию; впоследствии оно было отменено во Франции, но по разрабатываемому ныне проекту судебной реформы его вновь предполагается ввести в этой стране. Против начала коррекциони зирования преступлений можно привести весьма веские доводы, заключающиеся в том, что через применение его предварительное следствие получает слишком большое и не соответствующее его свойствам значение, а также, что таковое же чрезмерное влияние на направление дел получает прокуратура. Начало это вовсе не зна комо нашему законодательству. По нашему праву, если дело, сооб разно с maximum’ом законного наказания, подлежит рассмотрению высшего Суда, то оно и должно рассматриваться этим Судом, со вершенно независимо от того, какую меру наказания полагает при менить к подсудимому предающая его Суду обвинительная власть.

Вторым коррективом слабых сторон правила об определении компетенции Судов по тяжести следующих за преступление нака заний представляется система особых увеличивающих и уменьша ющих вину обстоятельств. Законодательство, вводя систему этих обстоятельств в материальный уголовный кодекс, тем самым об легчает возможность более согласного с действительным значени ем совершенного преступления определения тяжести его.

При этой системе одно и то же преступление, смотря по на личности тех или других обстоятельств, делается более или менее тяжким и через это становится подведомственным Суду той или другой степени. Наше законодательство знает систему этих обсто ятельств и поэтому допускает указанный корректив. Уголовное Уложение не представляется особенно благоприятным для разви тия его; оно предоставляет Суду более широкий простор в опреде лении наказаний, чем какой предоставлен ему Улож. о нак.

Существует еще обстоятельство, влияющее на ведомство уго ловного дела, это — размеры гражданского иска, из преступления вытекающего и подлежащего рассмотрению уголовного суда. Но присоединяющийся к уголовному производству гражданский иск представляется случайной его принадлежностью, органически с ним не связывающейся, а потому в нем нельзя видеть признака, харак теризующего тяжесть свершенного преступления.

б) Независимо от этого, законодательство наше, не ограничи ваясь признаком тяжести преступлений, при организации Судов