Основы предпринимательского права

ва. Наиболее горячие сторонники этой союзной формы требовали неограниченной ответственности для всех участников именно потому, что считали не только чрезвычайно желательным, но даже и безусловно необходимым, чтобы в этих союзах без капитальных тружеников личный элемент, играющий здесь господствующую роль, был в максимальной степени заинтересован в ходе дела. Такая заинтересованность, прежде всего, создается неограниченной ответственностью. Жизнь, однако, убедила, что как бы ни было желательно личное участие каждого в ведении дела, оно абсолютно невозможно в тех союзах, в которых число участников значительно и

âкоторых деятельность становится чрезвычайно разветвленной. Поэтому, идя навстречу интересам делового оборота, законодательству пришлось предоставить самим участникам выбор тех или иных пределов ответственности. В остальном же организация этих товариществ могла друг от друга ничем не отличаться, и в обороте, в сношениях с третьими лицами они выступали на совершенно одинаковых основаниях. Совершенно тождественные во всех отношениях, за исключением момента ответственности, товарищества эти не могут быть отнесены к разным правовым образованиям, по признаку пределов ответственности, установленных самими товариществами. След., и при неограниченной или кратной ответственности участников вся организация товарищества, способы выступления в обороте могут представлять полную аналогию с товариществами, пользующимися правами юридического лица; нет поэтому достаточных оснований, несмотря на неограниченную ответственность товарищей, отказать такому товариществу в признании юридической личности.

Не следует забывать, что как ни важен характер ответственности в союзных организациях, он является лишь одним из моментов

âстрое союзных отношений, отражающимся на всех остальных, но вместе с тем являющимся результатом их влияния. Каждый из этих моментов имеет свои хозяйственные функции, и могут быть случаи, когда при важности всех моментов, коими обусловливается необходимость признания товарищества юридическим лицом, пределы ответственности товарищей особого значения не имеют. На этом вопросе нам приходилось подробно останавливаться при изучении юридической природы акционерных компаний. Теперь, при изучении специального вопроса о предпринимателях, правильность высказанного нами около пятнадцати лет назад взгляда находит дальней-

115

шее подтверждение. Мы тогда указали1, что особенность юридического лица заключается в своеобразии отношений его членов к единству, составляющему юридическое лицо. Основная особенность этих отношений, придающая им совершенно своеобразную окраску, та, что здесь нет свободы и равенства отношений, которые характеризуют всю область обязательственных отношений. В последней, как известно, подчинение не идет дальше определенных, заранее договором очерченных пределов, — лица же, вступающие в товарищество, образующее юридическую личность, неизбежно подчиняются воле большинства, корпоративной воле союза. Корпоративная воля есть необходимая черта юридической личности, ибо, как чрезвы- чайно метко, еще до германистов, указал Отто Бэр2, в юридическом лице «вместо естественного объединения интересов физического лица единством его мышления и воли, мы имеем искусственное соединение, в котором растворяется часть интересов отдельных лиц, претворяясь затем в высшем единстве — общности интересов». Это единство создается организацией. Юридическое лицо создается, когда союз является организованным единством из множественности составляющих его лиц, созданным с помощью подчинения своей воли воле этого единства. Если ход предприятия в последней инстанции должен направляться коллективной волей, то, очевидно, что единая воля всегда должна быть налицо. Для этого и необходима организация. И если внимательнее отнестись к бесконечным попыткам объяснения сущности юридической личности союзов, то нетрудно убедиться, что, независимо от результатов, к которым приводят разнообразнейшие конструктивные попытки, все они в течение последних десятилетий возвращаются к идее организации, как характерному признаку союзных образований, пользующихся правами юридического лица. В этом отношении чрезвычайно любопытен очерк проф. Таля3. Правда, конечный результат его работы, как выше упомянуто, представляется нами ошибочным, но с удивительным трудолюбием автор в чрезвычайно сжатом обзоре изложил с большим искусством и полной объективностью ряд современных теорий, пытавшихся найти разгадку сфинкса, который называется юридическим лицом. «Организация, в смысле наличности обязательного внутреннего строя, составляет отличительный признак социальных

1 Акционерная компания. С. 484.

2 Der Rechtsstaat. Ñ. 20.

3 Юридическая природа организации или внутреннего порядка предприятия.

116

образований, имеющих юридический характер, и единственный критерий для их разграничения от чисто бытовых явлений». Автор добавляет, что данный признак присущ всем социальным образованиям, но это добавление отнюдь не уменьшает значения признания организации, как существеннейшего момента юридической личности союза, ибо, если именно организация необходима для союза, если она обращает договорное соглашение о совместной деятельности в социальное образование, то очевидно, именно в особенностях организации необходимо искать те признаки, которые выделяют союз, пользующийся правами юридического лица, из других правообразований. Это отличие и усматривается в принципе необходимого подчинения всех участников воле громады, которого нет в других товарищеских организациях. Именно этим моментом господства и подчинения союзные образования отличаются от других обязательственных отношений, которые тоже могут быть направлены на достижение объединенными усилиями общей цели1.

Мысль о том, что признание союза юридическим лицом есть необходимое последствие его организации, нашла себе выражение

1 Эта отличительная черта союзных организаций, занимающих позицию юридического лица, характеризует лишь внутренние отношения союза к своим членам и членов между собой в их союзных отношениях. Поэтому представляется совершенно неправильным прием проф. Таля, который наряду с этим ставит совершенно другую группу отношений. Поставив себе вопрос о том, какова юридическая природа того внутреннего порядка, который имеет обязательное значение для союзной организации, автор (с. 11) формулирует эту проблему «конкретно... на таких примерах: на каком основании лица, вступающие в договорные отношения с организованными предприятиями, как-то: рабочие и служащие с заводом, пассажиры с железной дорогой, абоненты с обществом освещения или телефонов и т. д. должны подчиняться установленному и даже впредь устанавливаемому их контрагентом без их участия внутреннему порядку этого предприятия». Такое сопоставление способно, однако, не разъяснить действительную природу союзных организаций, но только ее затемнить. Особенность союзных организаций вовсе не в том, что какаято сторонняя воля налагает свою печать на отношения составляющей единство множественности к этому единству, а в том, что единство составляется с помощью отказа составляющих его индивидов от части своей свободы; этим отказом и создается автономная воля союза. Правда, и в тех случаях, когда третьи лица имеют право вступать в договор с заводом, телефонной станцией и т. п. на строго определенных основаниях, тоже нет полной свободы договорных отношений. Но эта связанность воли создается не добровольным отказом участников от полной свободы взаимных отношений, но подчинением их известному порядку, вне их воли лежащему, порядку, который притом не вытекает с необходимостью из самого характера их взаимоотношений, но который предписывается извне, не в силу самой приро-

117

в швейцарском законодательстве. Статья 60 Швейцарского гражданского уложения говорит, что каждый союз, посвящающий себя какой-либо политической, религиозной, научной, художественной, благотворительной, увеселительной (geselligen) и всякой другой нехозяйственной задаче, признается лицом, если из устава видно, что союз желает быть корпорацией. И только в том случае, если этот союз занимается промыслом, который он ведет по образцу торгового предприятия, он обязан, согласно ст. 61, внести себя в торговый регистр1.

Желание функционировать в качестве юридической личности, выражающееся подчинением отдельных участников организованной воле союза, может проявляться в более или менее резкой форме, пределы компетенции организованной множественности могут то в большей, то в меньшей степени суживать свободу индивидуального усмотрения отдельных участников, но во всяком случае этот момент должен быть непременно налицо, иначе правовая личность союза немыслима.

Правильность этого положения очень характерно подтверждается сравнительно новыми законами (германским и австрийским) о товариществах с ограниченной ответственностью участников. Эта новая товарищеская форма чрезвычайно интересна именно тем, что по отношению к ней законодатель в больших размерах, нежели по отношению к другим союзным формам, допустил свободу усмотре-

ды их взаимоотношений, но в силу соображений высшего порядка. Поэтому соблюдение этих предписаний безусловно необходимо, совершенно независимо от того, какова организация того предприятия, для которого обязательны определенные правила заключения договоров с третьими лицами. Так, принадлежит ли телефонная станция акционерному обществу, единоличному предпринимателю государству или органу самоуправления, во всех случаях равно обязательно применение определенных правил при заключении отдельным лицом договора, в силу которого ему предоставляется право пользования телефоном.

1 Любопытно с той точки зрения, которая положена в основу настоящей работы, сопоставление первоначальной редакции этой статьи с настоящим ее текстом. Согласно первоначальному проекту закона (ст. 61), получают права юриди- ческого лица «союзы лиц, корпоративным образом организованные». По существу, между этим первоначальным текстом и окончательной редакцией разницы нет, но характерно то, что при составлении окончательного текста законодатель выдвинул не момент организации, но момент воли союза быть корпорацией, предоставляя, таким образом, усмотрению судьи выяснить, в чем эта воля проявилась (Botschaft der Bundesrates an die Bundesversammlung zum Bundesgesetz enthaltend das Schweizerische Zivilgesetzbuch von 24 Mai, 1904).

118

ния участников в вопросах внутренней организации, несмотря на признание им ограниченной ответственности участников. Свобода усмотрения участников идет здесь так далеко, что товарищество с ограниченной ответственностью по своей организации может приближаться и к форме акционерной компании, и к форме полного товарищества. Но потому именно, что это организация, претендующая на позицию субъекта прав, в законе оказывается ряд указаний на признание принципа подчинения и господства. Так, согласно австрийскому закону, высшим органом управления является общее собрание участников. Это общее собрание действует как орган управления, а не как собрание контрагентов: оно постановляет простым большинством голосов, поскольку в уставе не указан другой кворум. При этом его компетенции подлежит и вопрос об изменении самого устава1. Таким образом, хотя участники вступили в товарищеское общение на основе известного соглашения, оно отнюдь не гарантирует их от изменения его основ, если постановлением большинства участников, в известной форме принятым, это будет признано желательным. Такое постановление признается волей союза, обязательной для его членов в силу факта участия их в товарищеском общении.

От усмотрения товарищества зависит сохранить в своих руках непосредственное управление делами союза, передать это управление нескольким участникам, или, наконец, назначить особые органы управления2. Однако свобода выбора сохраняется за товарищами только до тех пор, пока количество их незначительное. Если число товарищей превосходит пятнадцать или капитал превышает миллион крон, товарищество должно иметь особый орган управления в лице совета3. Это чрезвычайно любопытное постановление свидетельствует, какое громадное значение в вопросах организации союзов имеет число участников. За известными пределами, безусловно, требуется более сложная организация.

1 Ges. 6 Marz 1906. § 34, 35, 50.

2 Ges. 6 Marz 1906. § 15. Abs. 1 è 2.

3 Ges. 6 Marz 1906. § 29. Цитирую постоянно австрийский закон, так как он, как позднейший, представляет некоторые улучшения сравнительно с германским, и, таким образом, основная идея этой формы проявляется в австрийском законе более рельефно. Впрочем, в основных своих чертах оба закона представляют полную аналогию. См. мои «Очерки торгового права». С. 354—385.

119

Даже и в тех случаях, когда в самом договоре указаны товарищи, коим поручается непосредственное ведение дела, оно проникнуто началами союзной организации, с подчинением участников воле большинства, от которого его не может освободить соглашение самих участников. Назначение руководителей дела может последовать лишь на время пребывания их в товариществе, причем и в таком случае они все же могут быть устраняемы от исполнения обязанностей руководителей дела, если имеются к тому достаточные основания1. Таким образом, несмотря на всю свободу установления внутренних отношений, предоставляемую учредителям товарищеского союза, она не может идти так далеко, чтобы поставить товарищей перед альтернативой — или продолжать терпеть управляющих, назначенных в товарищеском договоре, или прекратить самое товарищество.

Таким образом, даже в союзных формах, отличающихся чрезвычайной эластичностью внутренней организации, наряду с признанием их юридическими лицами совершенно определенным образом выявляется господство союзной воли с одной стороны, под- чинение ему воли отдельных участников с другой. Это моменты, чуждые обязательственному праву, связывающему отдельных, свободно определяющих свое поведение индивидуумов лишь в той мере, в какой они сами связали свою волю.

Этот момент союзной организации в применении к акционерным компаниям совершенно правильно отметил проф. Петражицкий, но, к сожалению, он сделал отсюда неправильные выводы. «Для доказательства того, что отношение акционеров друг к другу не может быть признано товариществом, нам даже нет надобности, — говорит проф. Петражицкий, — указывать те особые признаки, которые необходимы для подведения известного правоотношения между двумя или несколькими субъектами под понятие товарищества. Последнее есть особый вид обязательственного отношения. Но между акционерами нет вообще никакого обязательственного отношения. Акционер не имеет никаких прав требования по отношению к другим акционерам и не обязан по отношению к ним ни к чему. Акционеры, как таковые, не состоят друг с другом ни в каких обяза-

1 Gesetz vom 6 Marz 1906. § 15. Abs. 1, § 16. Abs. 2. Любопытно при этом отметить, что закон, охраняя права большинства, вместе с тем предоставляет договору устанавливать право государства или другой общественной организации назначать должностных лиц. § 15. Abs. 3.

120

тельственных и даже ни в каких юридических отношениях, следовательно, не может быть даже речи о том, относить ли их отношение к юридическому типу товарищества или нет, как неправильно было бы рассуждать о том, относится ли такой-то камень к такомуто роду деревьев или к иному»1. Но ведь, соглашаясь с тем, что акционерная компания есть юридическое лицо, тем самым надо признать, что ее участники не связаны между собой обязательственными отношениями. Здесь иной тип совместной деятельности предпринимателей. Акционеры связаны общностью своих прав и необходимостью совместной деятельности для достижения общего результата. Следовательно, по отношению друг к другу их связывают не взаимные права и обязанности, но необходимость согласования своих действий для достижения того результата, ради которого они в товарищество вступили, и соподчинение тому целому, которое образует акционерную компанию. Согласованность действий путем образования единой союзной воли достигается организацией множественности, сводящей ее к единству, единству в равной мере вовне и внутри. И конечно, в процессе образования единой воли при наличности живых индивидов, составляющих союзную организацию, их воля должна подвергнуться серьезным стеснениям.

Итак, в результате ближайшего анализа структуры юридической личности союзных организаций мы приходим к тому же выводу, к которому нас привело изучение форм предпринимательской деятельности на разных ступенях хозяйственной жизни. Мы видели два полюса предпринимательской деятельности, один — это хозяин, непосредственно и за свой исключительно счет ведущий все предприятие, другой полюс — это участник в промышленном предприятии, связавший с ним не всю свою хозяйственную судьбу, но лишь определенный капитал, лично не обязанный к ведению дела, и уже по этим причинам не пользующийся в нем всей полнотой власти хозяина, а ограниченный в своих правах соучастием других лиц. Участием этих лиц, их капиталами, степенью их готовности ими рисковать, степенью их предусмотрительности и опытностью в ведении дел обусловливается успех или неудача предприятия. Но успех или неудача складывается из большого количества элементов, и каждый из участников составляет один из них. Будучи, таким образом, одним из многих элементов, участник, как таковой, не может

1 Акции. С. 26.

121

претендовать на решающую роль в предприятии, и т. к. единство действий безусловно необходимо, то отсюда особенность товарищеской организации, состоящей из более или менее значительного количества лиц, заключающаяся в необходимости господства громады и подчинения ей отдельных участников. Эта особенность гармонически сочетается с особенностями положения предпринимателей, которые желают ограниченно участвовать в предприятии, сводя свой риск к определенным размерам и оставляя за собой право своего участия в ведении дела определять по собственному усмотрению, подчиняясь, однако, воле большинства. Нельзя отсюда сделать вывод, что они могут и совсем не участвовать в управлении. Правда, законодатель не вменяет участникам в обязанность личным трудом участвовать в управлении, — это вытекает из структуры товарищества, как юридического лица гражданского оборота. Перед нами ведь хозяйственный союз в сфере частного хозяйства и, стало быть, вступление в союз — дело личного усмотрения каждого, но, вступая, он подчиняется условиям, кои союзной организацией для его деятельности установлены. Совершенно логично и последовательно, что как вступление в союзную организацию предоставлено свободному усмотрению каждого, так точно участнику предоставлено определение степени участия в ведении дела. У законодателя нет никаких оснований предъявлять к участнику в этом отношении какие бы то ни было требования. Предоставляя товарищам участвовать личным трудом в ведении дела, законодатель ставит лишь известные пределы возможному воздержанию; поскольку товарищества являются личным единением нескольких лиц, а таковым соединением являются все товарищества торгового права, законодатель должен требовать (это соответствует природе отношения) личного участия такого количества товарищей, которое обеспечивало бы ведение дела под руководством и контролем личного элемента в товарищеской организации. Мероприятия законодателя идут в этом отношении в двух направлениях. Новейшие законы, которыми регулируются товарищества, пользующиеся правами юридической личности, предоставляют известные права по управлению товарищам под условием исполнения ими своих обязанностей. Так, напр., Германский акционерный закон1 предоставляет право проте-

1Handelsgesetzbuch. § 271. Ñð.: Lehmann. Recht der Aktiengesellschaften. T. II.

Ñ.211, ñë.

122

ста против незаконных постановлений общих собраний только тем товарищам, которые присутствовали в общих собраниях. Так регулирует вопрос и австрийский закон о товариществах с ограниченной ответственностью1. Но законодатель идет и дальше. Если воздержание от участия в управлении становится в товариществе повальным грехом всех участников, дальнейшее существование товарищества признается в силу закона, а не только ввиду фактически сложившихся обстоятельств невозможным. Так, существование акционерной компании должно прекратиться, если ввиду воздержания товарищей становятся невозможными общие собрания, выборы членов управления и надзора и т. д. Вся структура товарищеских предприятий, пользующихся правами юридического лица, представляет, таким образом, одно гармоническое целое, в котором юридическая форма вполне адекватна хозяйственной сущности отношений, ею обнимаемых. Личный элемент состоит из участников, лишь в известных пределах связанных с предприятием, которое именно потому и должно занимать в известной мере самостоятельное по отношению к ним положение. Участники являются составными частями громады, которая, как громада, с коллективной волей, создающей предприятию единство, управляет делами предприятия. Именно потому они и составляют его личный элемент, являясь предпринимателями в подлинном смысле этого слова.

1 Ges. 6 Marz 1986. § 41. Abs. 4.

123

ÃË À Â À Â Ò Î ÐÀ ß

Финансирование предприятия

§5. Роль учредителей

âсовременном предпринимательском строе

Сложнейший вопрос современного хозяйственного строя — это вопрос, каким образом в этом хозяйстве, в котором распыление капитала приобрело столь значительные размеры, совершается процесс образования крупных хозяйственных единиц, какими являются акционерные компании, долго считавшиеся последним словом концентрации в предпринимательском строе, и соглашения предпринимателей, в большей или меньшей степени сохраняющих свою хозяйственную и правовую самостоятельность. Таким образом, задача распадается на две части: во-первых, необходимо выяснить процесс образования акционерных компаний, а во-вторых, как и по- чему самостоятельные предприниматели соединяются в картельные организации.

На первом месте стоит акционерная компания не потому, что исторически она является старейшей формой. Напротив, хронологическое первенство могут оспаривать картельные организации1. Но эти последние могли достигнуть широкого развития только тогда, когда сложились и получили громадное распространение крупнокапиталистические предприятия в виде акционерных компаний.

1 См. об этом следующую главу.

124