Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Пределы осуществления гражданских прав. Монография
.pdf
Пределы осуществления гражданских прав
81
правомочий обладателя вещных прав (п. 1 ст. 262 ГК РФ, п. 1 ст. 772
ГК РФ, п. 1 ст. 1020 ГК РФ, ст. 1233 ГК РФ и т. д.)); пределы исполнения обязательств (ст. 521 ГК РФ, п. 1 ст. 656 ГК РФ и т. д.). Такие пределы могут устанавливаться в договорах и сделках (примеры мы приводили выше); пределы гражданско-правовой ответственности (п. 2
ст. 78 ГК РФ, п. 4 ст. 227 ГК РФ, ст. 394 ГК РФ, ст. 898 ГК РФ и т. д.).
В дополнение к приведенным классификациям пределы можно
разделить на правовые и внеправовые. В качестве правовых (в зависимости от волевого признака) следует выделять правовые внешние
(объективные) пределы, которые закрепляются непосредственно в
нормах права и не зависят от субъекта осуществляющего право (например, недопустимость злоупотребления правом, недопустимость
ограничения конкуренции и т. д.). Внутренние (субъективные) пределы, которые зависят от воли и правосознания правоприменителя, –
это отношение субъекта к своему поведению и поведению третьих
лиц, пропускаемое через призму его представлений о нравственности,
которые, тем не менее, получили внешнее выражение в нормах права
и, следовательно, не только обусловливают определенное поведение,
но и предусматривают определенные неблагоприятные последствия
за отклонение от такого поведения. Именно поэтому мы можем говорить, что добросовестность, разумность, гуманность и т. д., хотя и являются внутренними субъективными представлениями человека, но
если они закреплены в норме права, то являются уже правовыми категориями.
Внеправовые пределы представляют собой социальные регуляторы, подобные правовым нормам, но не содержат признак общеобязательности и не обеспечиваются принудительной силой государства.
Основным источником внеправовых объективных пределов являются
нормы морали.
Однако наша задача заключается в том, что бы, в первую очередь, сконцентрировать внимание на правовых пределах, поэтому в
последующих главах мы подробно рассмотрим внешние и внутренние пределы осуществления гражданских прав.
§ 6. Отказ в защите права как мера правовой охраны
субъективного права от нарушения
Вопрос о правовых последствиях нарушения пределов осуществ-
ления гражданских прав всегда вызывал в научной литературе много
82
Т. В. Дерюгина
споров. Безусловно, в случае нарушения права или выхода за пределы
права (правонарушение) есть конкретная ответственность, которая
предусмотрена гражданским законодательством. Но что, если лицо
обладает правом действовать так или иначе, однако в процессе этих
действий причиняет вред третьим лицам? В таких случаях законодатель рекомендует суду отказывать в защите права (п. 2 ст. 10 ГК РФ).
Однако то, как законодатель сформулировал данную норму, вызывает
на практике множество вопросов, а в литературе многочисленные
дискуссии.
Так, одни авторы считают, что конкретными формами проявления отказа в защите права могут быть: отказ в принудительном осуществлении права; отказ в конкретном способе защиты права; лишение правомочий на результат, достигнутый путем недозволенного
осуществления права, лишение субъективного права в целом; отказ в
защите конкретно избранной формы осуществления гражданского
права
159
; возмездное прекращение субъективного гражданского пра-
ва; временное ограничение отдельных правомочий собственника;
признание сделки недействительной
ление положения, существовавшего до нарушения и т. д.
160
; признание права; восстанов-
161
Наиболее широко к данной проблеме подходят П. М. Филиппов,
А. Ю. Белоножкин
162
, С. Н. Братусь, который, в частности, считал,
что «по отношению к лицу, осуществляющему свое право не в соответствии с его назначением, могут быть приняты те меры защиты, которые применяются против лица, нарушающего требования закона»
163
.
Другие указывали, что помимо отказа в защите права при нарушении пределов осуществления необходимо применять: последствия
недействительность сделок; возможность уменьшения размера
штрафных санкций; приостановление или прекращение деятельности,
причиняющей вред или создающей такую опасность; признание актов
159
См.: Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских
прав. – С. 79; Гражданское право. Том I. Полутом 1. / Под ред. Е. А. Суханова. –
С. 67.
советскому гражданскому праву. – Л.: ЛГУ, 1967. – С. 192.
недопустимости злоупотребления гражданскими правами // Юрист. – 2008. –
№ 9. – С. 57.
дение. – 1967. – № 3. – С. 78.
160
См.: Цукерман М. И. Осуществление гражданами субъективных прав по
161
См.: Слепенкова О. А. К вопросу о санкциях за нарушение принципа
162
См.: Филиппов П. М., Белоножкин А. Ю. Указ. соч. – С. 229.
163
Братусь С. Н. О пределах осуществления гражданских прав // Правове-
Пределы осуществления гражданских прав
83
государственных и иных органов либо действий их должностных лиц
незаконными (недействительными), а также неприменение судом
указанных актов в конкретном деле
ков, причиненных злоупотреблением
164
, возможность взыскания убыт-
165
. Причем на возможность
взыскания убытков, наряду с отказом в защите права указывают и авторы Концепции совершенствования общих положений ГК РФ
(п. 2.2.).
Множество проблем возникает не только с установлением содержания правовой категории «отказ в защите права», но и в определение ее правовой природы.
Так, одни авторы считают, что «отказ в защите права» тождественен понятию способов защиты права
166
.
М. М Агарков полагал, что отказ в защите права либо следует
считать отказом в правовой охране права, либо следует рассматривать конкретное осуществление права как противоправное действие и
применять меры гражданско-правовой ответственности
167
.
В. П. Грибанов, Л. В. Щенникова и др. считают, что отказ в защите права отвечает признакам гражданско-правовых санкций, но
имеет относительно-определенный характер
тив, относит данную санкцию к абсолютно-определенным
168
. В. М. Пашин, напро-
169
. В свою
очередь, В. С. Белых указывает, что это гражданско-правовая санкция
пресекательного действия, основное назначение которой – прекращение правонарушения
164
См.: Курбатов А. Недопустимость злоупотребления правом как способ
установления пределов реализации (удовлетворения) интересов // Хозяйство и
право. – 2000. – № 12. – С. 46.
165
См.: Гражданское право России. Общая часть: курс лекций / отв. ред.
О. Н. Садиков. – С. 76.
166
См.: Филиппов П. М., Белоножкин А. Ю. Указ. соч. – С. 229.
167
См.: Агарков М. М. Отделение экономики и права. – С. 432–433.
168
См.: Иоффе О. С., Грибанов В. П. Пределы осуществления субъективных гражданских прав // Советское государство и право. – 1964. – № 7. – С. 80–
85; Щенникова Л. Злоупотребление правом (дух и буква закона) // Законодательство. – 1999. – № 5. – С. 48.
169
См.: Пашин В. М. Последствия злоупотребления правом // Законодательство. – 2006. – № 12. – С. 33.
170
См.: Белых В. С. Правовое регулирование предпринимательской деятельности в России: монография. – М.: Проспект, 2009. – С. 23.
170
.
84
Т. В. Дерюгина
Другие ученые относят данную санкцию к разновидности юридической ответственности
ственности
172
.
171
либо к позитивной юридической ответ-
Таким образом, отказ в защите права в юридической литературе
понимается: как гражданско-правовая санкция; юридическая ответственность; мера правовой охраны; способ защиты права.
Рассмотрим возможность отнесения отказа в защите права либо к
способам правовой охраны, либо к способам защиты права.
Понятие охраны имеет явно выраженный превентивный характер, предусматривает систему мер, обеспечивающих рациональное
использование и сохранение. Защищать же значит ограждать от посягательства
173
.
В ряде научных публикаций в качестве видов правовой охраны
выделяют меры, направленные на предупреждение правонарушений;
устранение порождающих их причин и создание условий для беспрепятственного осуществления прав. В свою очередь, под правовой защитой подразумевается принудительный способ осуществления диспозиции правовой нормы, применяемый в установленном законом
порядке компетентными органами либо самим управомоченным лицом в целях восстановления нарушенного права (правового состояния)
174
. Таким образом, общая правовая охрана охватывает меры,
применяемые до нарушения права, а правовая защита – меры, применяемые после правонарушения.
Думается, что исключение мер защиты из мер правовой охраны
не вполне обосновано. Дело в том, что все меры как правовой охраны, так и правовой защиты имеют в конечной итоге одну и ту же
171
См.: Курбатов А. Защита прав и законных интересов предпринимателей
в публичных отношениях: Порядок реализации и проблемы правоприменения //
Приложение к журналу «Хозяйство и право». – 2009. – № 1. – С. 16–17.
172
См.: Маликов Е. Ю. Специфика юридической ответственности за зло-
употребление правом / Ученые записки. Вып. 9. Ч. 2. – Волгоград: Издательство Волгоградского института экономики, социологии и права, 2008. – С. 195–
196.
173
См.: Матузов Н. И. Правовая система и личность. – Саратов, 1987. –
С. 131.
Чечот Д. М. Субъективное право и форма его защиты. – Л., 1968. – С. 45; Чаусская О. А. Гражданское право: учебник для студентов образовательных учреждений среднего профессионального образования. – М.: Дашков и К, 2007. –
С. 123.
174
См.: Витрук Н. В. Общая теория юридической ответственности. – С. 67;
Пределы осуществления гражданских прав
85
цель: не допустить нарушения прав, свобод и законных интересов.
Они имеют и другие цели. Так, защита преследует также цели компенсации или восстановления нарушенного права, привлечения к ответственности нарушителя (карательная функция) и т. д. Но в конечном итоге все эти цели способствуют осуществлению одной главной
цели. Исходя из этого, считаем, что меры защиты относятся к мерам
правовой охраны.
В других источниках в число мер охраны включаются: меры надзора и контроля для выявления случаев правонарушений; меры правовой защиты; меры юридической ответственности; меры пресечения
и другие правоохранительные меры; процессуальные формы охраны
прав; меры профилактики и предупреждения правонарушений
175
.
Разделение понятий охраны и защиты имеет легальное основание. Так, в ст. 7, 21, 35, 41 и т. д. Конституции РФ говорится об охране труда, достоинства личности, частной собственности, здоровья и т.
д. В других статьях (ст. 2, 8, 23 Конституции РФ и т. д.) указывается
на защиту прав и свобод человека и гражданина, всех форм собственности, чести и достоинства и т. д.
ГПК РФ в ст. 10, 182, 387 и т. д. говорит об охране, а в ст. 3, 22,
29 и т. д. – о защите. Немного по-иному подходит к проблеме АПК
РФ. Лишь в одной статье (ст. 11 АПК РФ) идет речь об охране (причем не в связи с соотношением охраны и защиты), в остальных – о
защите. Более того, и ст. 2 ГПК РФ, и ст. 2 АПК РФ, формулируя задачи судопроизводства, в качестве таковой называют защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. Из этого
можно сделать ошибочный вывод, что судопроизводство не нацелено
на предотвращение правонарушений.
Помимо ст. 10 ГК РФ, которая имеет своей целью предупреждение выхода за пределы осуществления права (т. е. совершение правонарушения), существует целый ряд статьей, выполняющих аналогичную функцию, например, ст. 1065 ГК РФ «Предупреждение причинения вреда», ст. 310 ГК РФ «Недопустимость одностороннего отказа
от исполнения обязательства». При этом все статьи содержат возможность принятия решения по такому делу только судом. Задачей
процессуального законодательства, как мы показали выше, является
защита только уже нарушенных или оспоренных прав. Безусловно,
175
См.: Общая теория права: курс лекций. – Н. Новгород, 1993. – С. 532;
Общая теория права и государства: учебник / под ред. В. В. Лазарева. – М.,
1994. – С. 187–192.
86
Т. В. Дерюгина
процессуальное законодательство нуждается в совершенствовании
путем добавления задачи превенции правонарушений. Это соответствует не только современным тенденциям развития законодательства,
но и выполняемым функциям права, где одной из основных функцию
является предотвращение правонарушений.
Гражданский кодекс РФ в ст. 13, 187, 209 и др. также говорит об
охране интересов, а в ст. 2, 11, 12, 31, 121 ГК РФ и др. указывает на
защиту прав, свобод, интересов.
Трудно сделать вывод из анализа законодательства относительно
того, что все-таки лежит в основе деления таких понятий, как охрана
и защита. Из анализа Конституции РФ следует, что все права и свободы подлежат и охране, и защите. В большинстве статей ГК РФ законодатель использует термин охрана применительно к интересам, а
термин защита – применительно к правам и свободам. Однако единая
линия не выдерживается. Например, в ст. 31, 121 ГК РФ указывается
уже не на защиту интересов, а на их охрану.
Тем не менее использование законодателем двух разных терминов требует обоснования. В силу того, что такое обоснование прямо
не вытекает из анализа действующего законодательства, этот вопрос
остается открытым в науке.
Защита гражданских прав означает применение предусмотренных законом юридических средств, которые используются субъектами в случае нарушения или оспаривания гражданских прав. При этом
защита гражданских прав является одной из мер охраны гражданских
прав, поскольку последняя охватывает совокупность всех мер, обеспечивающих процесс реализации права. Объектом защиты гражданских прав выступает субъективное право. Пока право не нарушено,
закон охраняет его от посягательства, устанавливая пределы осуществления, ограничения права в виде запретов, обязываний, путем установления общей модели поведения, заложенных в принципы права
и т. д. Как только право нарушено, начинает действовать защита права, которая осуществляется посредством обращения к компетентным
государственным или общественным органам с требованием применить к правонарушителю меры государственно-принудительного характера; применения мер оперативного воздействия (юридические
средства, которые применяются к нарушителю самим управомоченным лицом без обращения к компетентным органам за защитой права); самозащиты прав.
Пределы осуществления гражданских прав
87
Следовательно, мы полагаем, что правовая охрана включает: меры, направленные на предупреждение правонарушений; меры, направленные на устранение причин нарушений права; меры правовой
защиты.
П. 1 ст. 10 ГК РФ имеет цель предотвратить использование права
с целью причинения вреда. Таким образом, речь не идет о мерах защиты. Лишь в том случае, когда управомоченное лицо, осуществляя
свое право, нарушит субъективное право другого лица, причинит ему
вред, мы будем вести речь о совершении правонарушения и, соответственно, о защите нарушенного права. Здесь необходимо заметить,
что в литературе высказывается точка зрения о том, что для привлечения к ответственности за злоупотребление необходимо наличие
вреда (то есть речь идет о совершенном правонарушении). Однако
такой подход неверен. Одним из аргументов против такого подхода
является предусмотренная в ст. 10 ГК РФ санкция. В противном случае мы вынуждены будем признать, что за совершение правонарушения, в результате которого умышленно причиняется вред, следует не
возмещение вреда, а отказ в защите права.
Здесь напрашиваются еще два важных вывода. Отказ в защите
права как мера охраны применяется против управомоченного лица, а
меры защиты – против нарушителя права. В свою очередь, лицо, которому может быть причинен вред, не является обладателем субъективного права, так как не состоит с будущим причинителем вреда ни
в каких правоотношениях. Ему причиняется вред в процессе осуществления субъектом своего субъективного права. Именно в целях охраны таких субъектов законодатель и устанавливает пределы осуществления гражданских прав.
Таким образом, отказ в защите права – это не мера защиты нарушенного права, а мера охраны права, направленная на предупреждение нарушения права.
На этот факт указывает и выполняемая данной нормой функция.
Например, обращаясь к ст. 12 ГК РФ, можно сделать вывод, что
большинство способов защиты гражданских прав, предусмотренных
в ней, выполняют компенсаторно-восстановительную функцию. Аналогичную функцию выполняют и другие нормы, содержащие способы защиты. Это вполне закономерно, так как эквивалентновозмездная, стоимостная природа основной массы правоотношений,
регулируемых гражданским правом, формирует компенсаторновосстановительную направленность защиты. Первоочередная цель
88
Т. В. Дерюгина
таких способов защиты – восстановление нарушенного права в положение, существовавшее до нарушения, либо компенсация возникших
неблагоприятных последствий. Присутствуют в ст. 12 ГК РФ и способы защиты, выполняющие штрафную функцию, вызывающие дополнительные неблагоприятные последствия, обеспечиваемые принуждением. В литературе высказывается точка зрения о том, что признание права носит характер предотвращения правонарушения, то
есть выполняет превентивную функцию. Однако анализ судебной
практики свидетельствует о том, что признание права используется,
когда имеется иное лицо, оспаривающее защищаемое право. Однако
если мы говорим об оспаривании существующего права, то, следуя
нашим выводам, оно нуждается в защите, а не просто в охране. Необходимо отметить, что в абз. 3 ст. 12 ГК РФ имеется способ защиты,
направленный на пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Это положение имеет превентивный
характер, однако мы более подробно исследуем его в другом параграфе.
Таким образом, применение способов защиты права обусловлено
тем, что права и законные интересы нарушены либо оспорены.
Превентивная функция, наряду с воспитательной, направлена на
недопущение противоправного поведения. Именно эту функцию выполняет п. 2 ст. 10 ГК РФ, так как предлагает применить ее суду в том
случае, когда лицо имеет только «намерение» причинить вред третьему лицу (п. 1 ст. 10 ГК РФ). Цель государственного вмешательства
в данном случае – предотвратить наступление отрицательных последствий. Таким образом, п. 2 ст. 10 ГК РФ направлен на охрану
права от нарушения, а значит, способствует предотвращению правонарушения.
Учитывая данные выводы, мы не можем согласиться с авторами
Концепции совершенствования общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации в том, что необходимо нормативно предусмотреть возможность возмещения причиненных убытков в результате злоупотребления правом. В данном случае нарушается превентивный характер нормы. Если существовало только намерение
причинить вред, то следует применять санкцию в виде отказа в защите права. Если вред причинен – санкцию в виде возмещения вреда.
С процессуальной точки зрения применение двух таких санкций, как
отказ в защите права и возмещение убытков, также вызывает большие сложности. Так, суд, отказав в защите права истцу, не может од-
Пределы осуществления гражданских прав
89
новременно наложить на него обязанности возместить ущерб. Ни
АПК РФ, ни ГПК РФ не предусматривают права суда при отказе в
иске возлагать на истца какие-либо обязанности, не связанные с распределением судебных расходов (ч. 5 ст. 198 ГПК РФ, ч. 5 ст. 170
АПК РФ)
176
.
Сходные аргументы мы можем привести и к такой проблеме, как
возможность одновременно с признанием действий, например, злоупотреблениями, наложить на это лицо обязанность совершить какиелибо действия. Например, в судебной практике имеют место случаи,
когда Арбитражный суд признавал уклонение от регистрации права
злоупотреблением и одновременно накладывал обязанность зарегистрировать право
177
. Сходная позиция отражена и в литературе
178
Однако, суд не учитывал, что в силу п. 3 ст. 165 ГК РФ другая сторона вправе обратиться в суд, который выносит решение о регистрации.
Таким образом, признавать действия ответчика злоупотреблением не
.
имело смысла, необходимо было сразу применять специальную норму ст. 165 ГК РФ, которая предусматривает возможность регистрации
права по заявлению одной из сторон (при наличии решения суда), и
возмещения вреда, причиненного уклонением от государственной регистрации права (п. 4 ст. 165 ГК РФ). Опять же с процессуальной
точки зрения суд мог только отказать в защите права, другой санкции
за злоупотребление действующее законодательство не предусматривает. Поэтому ни с материальной, ни с процессуальной позиции такое
решение незаконно. Следовательно, одновременное применение
санкции в виде совершения активных действий и отказа в защите
права недопустимо.
176
В литературе имеется обоснование иной точки зрения, связанной с воз-
можностью взыскания вреда одновременно с отказом в защите права. См.: Избрехт П. А. Злоупотребление гражданскими правами в сфере предприниматель-
ской деятельности: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – Екатеринбург, 2005. –
С. 12; Одегнал Е. А. Указ. соч. – С. 11.
177
См.: Постановление Федерального Арбитражного суда Северо-
Кавказского округа от 16 декабря 1999 года № 2764/99 // СПС «Консультант
Плюс». Постановление Федерального Арбитражного суда ВосточноСибирского округа от 05 марта 2007 года № А10-3175/06-7-Ф02-790/07 // СПС
«Консультант Плюс».
178
См.: Белоножкин А. Ю. Содержание и формы злоупотребления субъек-
тивным гражданским правом: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. – Волгоград,
2005. – С. 24; Скловский К. И. Собственность в гражданском праве. – М., 2008. –
С. 811.
90
Т. В. Дерюгина
Таким образом, отсутствие в ст. 12 ГК РФ среди способов защиты гражданских прав отказа в защите закономерно и обоснованно
различными функциями, возлагаемыми законодателем на данные
нормы. В общем, и с точки зрения толкования русского языка, было
бы, по меньшей мере, странно нахождение среди способов защиты
права отказа в защите права. Другими словами: либо защита гражданских прав, либо отказ в защите.
Как мы указывали выше, ряд авторов относит «отказ в защите
права» к мерам гражданско-правовой ответственности. По нашему
мнению, данная позиция не вполне соответствует сути юридической
ответственности как ответственности за совершенное правонарушение.
Рассматривая позиции авторов по данной проблеме, констатируем, что гражданско-правовая ответственность понимается либо как
санкция за правонарушение, вызывающая для нарушителя отрицательные последствия в виде лишения субъективных гражданских
прав либо возложения новых или дополнительных гражданскоправовых обязанностей
179
, либо как вид санкции, характеризующей-
ся неблагоприятными последствиями имущественного и иногда неимущественного характера, обеспеченными государственным принуждением
180
.
В других источниках ответственность описывается как необходимость для виновного лица подвергнуться мерам государственного
воздействия, претерпеть определенные отрицательные последствия;
или как вид и мера принудительного лишения лица известных благ
181
В этом случае ответственность рассматривается как форма реализации санкции правовой нормы.
Шире понимают гражданско-правовую ответственность
В. А. Хохлов, Е. А. Суханов, дополнительно указывая не только на
карательную функцию юридической ответственности, но и на восстановительную функцию
179
См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. – М., 1975. – С. 97.
180
См.: Гражданское право: учебник. Ч. 1 / отв. ред. В. П. Мозолин,
А. И. Масляев. – С. 87.
181
См.: Теория государства и права: курс лекций / под ред. Н. И. Матузова,
А. В. Малько. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрист, 2004. – С. 599; См. также:
Грибанов В. П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей. – С. 310–312.
182
См.: Хохлов В. А. Гражданско-правовая ответственность за нарушение
договора: дис. ... докт. юрид. наук. – Самара, 1998. – С. 53; Гражданское право.
Общая часть: учебник. В 4-х т. Т. 1 / под ред. Е.А. Суханова. – С. 43.
182
.
.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]