Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Пределы осуществления гражданских прав. Монография
.pdf
Пределы осуществления гражданских прав
наличию или отсутствию противоправности
ствиям для субъекта
313
и т. д. Необходимо отметить, что сам законо-
312
, по правовым послед-
151
датель в ГК РФ разводит данные понятия. Так, в п. 2 ст. 1215 ГК РФ
указывается на возможность признания действия правообладателя либо
злоупотреблением правом, либо недобросовестной конкуренцией.
Мы также не можем согласиться с высказанным мнением.
В соответствии с п. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции недобросовестная конкуренция – это любые действия, противоречащие законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота и
т. д.
314
Следовательно, эти действия, во-первых, нарушают нормы
права, причем нарушают прямые запреты, установленные в законе;
во-вторых, очевидно, что у субъекта отсутствует право так действовать, то есть он осуществляет деятельность за пределами права.
Необходимо также уточнить, что, давая определение недобросовестной конкуренции, Закон о защите конкуренции (ст. 4) указал, что
формами недобросовестной конкуренции признаются не только действия, нарушающие прямые предписания закона с установлением за
это ответственности, но и другие действия, нарушающие обычаи делового оборота, требования добропорядочности, разумности и справедливости. Таким образом, при нарушении прямых запретов, содержащихся в законодательстве, мы можем вести речь только о правонарушениях и, соответственно, привлекать к ответственности только на
основании данных конкретных норм. Когда же мы говорим об обычаях делового оборота, требованиях добропорядочности, разумности и
справедливости, то эти оценочные категории не содержат конкретного запрета на те или иные действия, они обрисовывают границы поведения субъекта. В этих случаях, если последствием недобросовест-
312
См.: Маликов Е. Ю. Злоупотребление доминирующим положением на
рынке: юридическая природа правового явления. – С. 41.
313
См.: Волков А. В. Недобросовестная конкуренция и злоупотребления
доминирующим положением на рынке как формы злоупотребления правом. –
С. 33.
ренция сформулировано в большей степени как злоупотребление правом и в
меньшей – как правонарушение. Например, ст. 10.bis Конвенции по охране
промышленной собственности / Заключена в Париже 20 марта 1883 года (ред.
от 2 октября 1979 года) указывает, что актом недобросовестной конкуренции
считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах // Закон. – 1999. – № 7. – С. 37.
314
В международном законодательстве понятие недобросовестная конку-
152
Т. В. Дерюгина
ных действий стало ограничение конкуренции, то к таким правоотношениям следует применять ст. 10 ГК РФ.
В свете исследуемых в настоящем параграфе проблем возникает
вопрос: почему законодатель заложил в ст. 10 ГК РФ только запрет на
злоупотребление доминирующем положением на рынке, ограничение
конкуренции, но обошел стороной запрет на монополистическую
деятельность, которая определяется в ст. 4 Закона о защите конкуренции как злоупотребление правом; отсутствует запрет на осуществление недобросовестной конкуренции и т. д. Объяснение простое:
нельзя в одной норме предусмотреть все формы возможных выходов
за пределы осуществления гражданских прав. Однако есть другой
способ достижения эффективного результата. Необходимо указать на
недопустимость наступления определенных последствий в силу совершения данных действий. Например, в случае злоупотребления
правом – это недопустимость причинения вреда. В случае с конкурентными правами – это недопустимость ограничения конкуренции.
При таком подходе нет необходимости перечислять все действия, которые могут привести к таким последствиям. Главное, чтобы эти последствия не наступили.
Аналогичные выводы можно сделать в отношении недобросовестной рекламы. Тем более что ст. 5 Федерального закона РФ
от 13 марта 2006 года № 38-ФЗ «О рекламе» связывает недобросовестную рекламу с недобросовестной конкуренцией.
Кроме того, в ст. 6 ФЗ «О рекламе» говорится о злоупотреблении
доверием несовершеннолетних. В частности, к злоупотребительным
действиям отнесены: дискредитация родителей и воспитателей, подрыв доверия к ним несовершеннолетних; побуждение несовершеннолетних к тому, чтобы они убедили родителей или других лиц приобрести рекламируемый товар и т. д. Можно ли в данном случае говорить о злоупотреблении гражданским правом в смысле ст. 10 ГК РФ?
ГК РФ говорит о злоупотреблении субъективным правом,
ФЗ «О рекламе» – о злоупотреблении доверием. Является ли доверие –
субъективным правом? Нет, не является. Есть другое право – право
на получении полной и достоверной информации, но о злоупотреблении этим правом закон не говорит.
Какую цель преследует злоупотребляющее лицо? Его цель – продать товар и получить прибыль. Стоит ли перед ним первоочередная
задача причинить такими действиями вред несовершеннолетнему или
его родителям? Нет, не стоит.
Пределы осуществления гражданских прав
153
Лица, права и интересы которых нарушены в результате злоупотребления доверием, вправе обращаться в суд с исками о возмещении
вреда, о компенсации морального вреда, о публичном опровержении
недостоверной рекламы (ч. 2 ст. 38 Закона о рекламе). Таким образом, за злоупотребление доверием установлена конкретная санкция в
виде возмещения вреда, а не отказа в защите права.
В тех случаях, когда мы имеем конкретную санкцию, нет смысла
обращаться к общей санкции, предусмотренной в ст. 10 ГК РФ.
Таким образом, злоупотребление доверием в смысле ФЗ «О рекламе» и злоупотребление гражданским правом в смысле ст. 10 ГК РФ
– разные правовые явления.
Следовательно, с учетом выводов, сделанных в предыдущих параграфах, система законодательно закрепленных пределов осуществления субъективных гражданских состоит из:
1) недопустимости причинения вреда;
2) недопустимости ограничения конкуренции;
3) недопустимости создания препятствий в осуществлении гра-
жданских прав.
При применении мер правовой охраны, суду в первую очередь
необходимо установить возможность появления неблагоприятных
последствий (вреда, ограничения конкуренции, наличия препятствий
в осуществлении права). Необходимо помнить, что данная общая
норма будет применяться только в том случае, если в законе отсутствует специальная норма.
Отметим, что авторы Концепции совершенствования общих положений ГК РФ предлагают рассматривать в качестве одной из форм
злоупотребления правом недобросовестность участников правоотношений (п. 2.1. Концепции). Рассмотрим предложенную форму в параграфе, посвященном добросовестности, так как связь между категориями добросовестности и недобросовестности очевидна, и анализировать одну категорию вне связи с другой невозможно.
§ 3. «Предупреждение причинения вреда»
как мера охраны прав от злоупотребления
В научной литературе возможность соотнесения опасности причинения вреда в будущем (ст. 1065 ГК РФ) и недопустимости злоупотреб-
154
ления правом (ст. 10 ГК РФ) практически не исследовались
Т. В. Дерюгина
315
. Однако
выделенные признаки данных правоотношений позволяют нам утверждать, что речь идет о взаимосвязанных понятиях.
Анализируя ст. 1065 ГК РФ, трудно не обратить внимание на то,
что в указанной статье речь идет о двух правовых нормах, а именно, о
возможности причинения вреда в будущем любым субъектом гражданского права (п. 1 ст. 1065 ГК РФ) и об уже причиненном вреде и
возможности нового вреда в результате эксплуатации предприятия,
сооружения либо иной производственной деятельности (п. 2 ст. 1065
ГК РФ).
Таким образом, две диспозиции отличаются по субъектному составу возможных правонарушителей и по правовой природе содержащихся требований.
Согласно п. 1 ст. 1065 ГК РФ, «опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску о запрещении деятельности,
создающей такую опасность». Как известно, деликтное обязательство
предусматривает возмещение реально существующего, то есть уже
возникшего вреда. Поэтому опасность причинения вреда в будущем
еще не создает обязательственного правоотношения по возмещению
вреда. По этому признаку мы можем говорить, что в п. 1 ст. 1065
ГК РФ речь не идет о деликте, в силу отсутствия факта причинения
вреда.
Если в деликтных обязательствах права и обязанности возникают
вследствие причинения вреда (пп. 6 п. 1 ст. 8 ГК РФ), то основанием
возникновения прав и обязанностей в силу п. 1 ст. 1065 ГК РФ будут
иные действия граждан и юридических лиц (пп. 8 п. 1 ст. 8 ГК РФ).
Следовательно, мы имеем разные правовые основания возникновения
правоотношений.
Различия можно провести и по активности субъектов. В деликтных обязательствах должник должен совершить активные действия
по возмещению вреда, а при возможности причинения вреда в будущем «должник» должен воздержаться от совершения определенных
действий.
315
Данная проблема затрагивалась в работах некоторых авторов, но обос-
нований соотношения понятий не приводилось. См.: Уруков В. Н. Пределы
осуществления гражданских прав // Право и экономика. – 2007. – № 3. – С. 102;
Кузнецова Л. В. Иск о запрещении деятельности, создающей угрозу причинения вреда / Иски и судебные решения: сборник статей / под ред. М. А. Рожковой. – М.: Статут, 2009. – С. 144.
Пределы осуществления гражданских прав
155
Помимо этого, из анализа ст. 1065 ГК РФ прямо вытекает, что
вина ответчика в отличие от деликтных и других гражданскоправовых обязательств, не презюмируется. Бремя доказывания возможности причинения вреда и необходимости запретить ту или иную
деятельность лежит на лице, обратившемся в суд, то есть истце.
Этот факт вызывает на практике множество трудностей, так как
истцу зачастую крайне сложно собрать доказательства возможного
причинения вреда. Например, в удовлетворении иска о приостановлении деятельности в соответствии с ч. 1 ст. 1065 ГК РФ в части эксплуатации рынка отказано, поскольку в материалах дела отсутствуют
доказательства возможности причинения вреда. Другим Постановлением ФАС Поволжского округа от 16 марта 2004 года по делу
№ А55-8327/03-40 в удовлетворении иска о запрещении деятельности, создающей опасность причинения вреда отказано, поскольку истец не представил суду доказательств того, что здание, эксплуатируемое ответчиком, находится в аварийном состоянии, что грозит
причинением вреда в будущем
316
.
Таким образом, п. 1 ст. 1065 ГК РФ посвящен правоотношению,
не связанному с деликтами. Вместе с тем законодатель поместил
норму, регулирующую возможность предъявления указанного иска, в
гл. 59 ГК РФ «Обязательства вследствие причинения вреда».
Действительно, связь рассматриваемого иска с деликтом очевидна: ведь именно на случай его наступления предусмотрена возможность предъявления превентивного требования о запрещении деятельности, создающей опасность причинения вреда в будущем. Поэтому суд, рассматривая дело, должен установить: наступит деликт
или нет. Для требования о запрещении деятельности так же, как и для
возмещения вреда, важное правовое значение имеет наличие непосредственной связи между деятельностью ответчика и угрозой наступления в будущем вреда. Так же, как требования из деликтных обязательств, требования о запрещении деятельности, создающей опасность причинения вреда в будущем, не могут быть основаны на договоре. В свою очередь, п. 2 ст. 1065 ГК РФ говорит об уже причиненном вреде и возможности причинения нового, то есть, по сути, объединяет в себе деликтное и неделиктное правоотношение. Учитывая
316
См.: Постановление ФАС Поволжского округа от 27 ноября 2008 года
по делу № А12-7770/08 / Банк решений арбитражных судов // URL:
http://www.arbitr.ru/bras/; Постановление ФАС Поволжского округа от 16 марта
2004 года по делу № А55-8327/03-40 // СПС «Консультант Плюс».
156
Т. В. Дерюгина
сходство данных правоотношений, а также специфику привлечения к
ответственности, нахождение в гл. 59 ГК РФ данной статьи вполне
закономерно и не нарушает общую структуру ГК РФ.
Очевидно, что, как и в случаях, предусмотренных ст. 10 ГК РФ,
предъявление требования по п. 1 ст. 1065 ГК РФ не может быть обусловлено нарушением субъективного гражданского права. Имеет место лишь опасность причинения вреда в будущем, а значит, лишь
опасность нарушения того или иного субъективного права.
Фактический вред в силу диспозиции п. 1 ст. 1065 ГК РФ истцу
может быть и не причинен, и суду необходимо в отсутствие вредоносных последствий принять решение о тех возможных предположительных результатах, которые такая деятельность может иметь, если
она не будет запрещена. Этот признак нами выделялся и при анализе
нормы ст. 10 ГК РФ.
Норма п. 1 ст. 1065 ГК РФ носит, безусловно, превентивный характер, направленный не на устранение последствий уже допущенного нарушения, а на предотвращение совершения правонарушения.
Здесь законодатель, как и в случае ст. 10 ГК РФ, исходит из аксиомы:
предупреждать вред всегда легче и надежнее, чем устранять. Таким образом, мы имеем одинаковые цели, преследуемые данными нормами.
Как и в отношении злоупотребления правом, в литературе ведутся споры о том, правомерна ли деятельность, создающая угрозу причинения вреда в будущем, или противоправна. Одни авторы полагают, что на момент обращения в суд противоправность отсутствует
другие, что речь идет только о противоправной деятельности
318
317
, тре-
тьи полагают, что диспозиция статьями объединяет и правомерные, и
противоправные действия
319
.
По нашему мнению, на момент предъявления требования о предотвращении причинения вреда деятельность является правомерной.
Никакого нарушения права еще быть не должно. Противоправное по-
317
Кузнецова Л. В. Иск о запрещении деятельности, создающей угрозу
причинения вреда. – С. 144.
318
См.: Бондаренко С. С. Предупреждение причинения вреда (ст. 1065
ГК РФ) // Современное право. – 2008. – № 8. – С. 18; Право собственности: актуальные проблемы / отв. ред. В. Н. Литовкин, Е. А. Суханов, В. В. Чубаров. –
М.: Статут, 2008. – С. 89; Гражданское право: в 4-х т. Обязательственное право:
учебник. Т. 4. – 3-е изд., перераб. и доп. / Под ред. Е. А. Суханова. – М.: Волтерс Клувер, 2008. – С. 72.
319
См.: Рабец А. М. Обязательства по возмещению вреда, причиненного
жизни и здоровью. – М., 1998. – С. 65.
,
Пределы осуществления гражданских прав
157
ведение имеет место тогда, когда лицо действует или бездействует
при отсутствии на то права, и тогда когда оно избирает такие способы
осуществления права, которые запрещены конкретными правовыми
нормами, либо закон содержит конкретные обязанности действовать
таким образом. Здесь же, по смыслу ст. 1065 ГК РФ лицо действует в
рамках, предоставленного ему субъективного права. Оно имеет право
осуществлять такую деятельность.
Если бы мы занимали другую позицию, не смогли бы разграничить близкие по содержанию исследуемые требования и административное приостановление деятельности, преследующее наряду с другими ту же цель – предотвратить вред. Административное приостановление деятельности применяется в случае нарушения трудовых
прав граждан, возникновения эпидемии, эпизоотии, заражения объектов, наступления радиационной аварии или техногенной катастрофы,
причинения существенного вреда состоянию или качеству окружающей среды и т. д. (ст. 5.27, 6.3, 6.6, 8.3, 8.6, 8.14. КоАП РФ и т. д.).
Очевидно, что основной отличительной чертой административного приостановления деятельности от иска о запрещении деятельности, создающей опасность причинения вреда в будущем, является то,
что административное приостановление – вид административной ответственности. Применение запрета на осуществление деятельности
возможно только за совершенное правонарушение. Например, если
мы обратимся к ч. 1 ст. 5.27 КоАП РФ, то административное приостановление деятельности на срок до 90 суток наступает за нарушение
законодательства о труде и об охране труда. Действительно, нормы
административного права также направлены на предотвращение вреда, но к моменту их применения правонарушение уже совершено, хотя вред может быть и не причинен. В гражданском же правоотношении никакого правонарушения еще нет, а сама норма как раз направлена на предотвращение правонарушения. Другими словами, при
всей близости юридических последствий административного приостановления деятельности и запрещения последней на основании ст.
1065 ГК РФ, основания применения указанных правовых инструментов разные. Для первого значение имеет присутствие в деятельности
правонарушителя состава соответствующего административного правонарушения, для второго – наличие вреда и (или) объективная опасность его причинения деятельностью ответчика.
Этот вывод крайне важен, так как в судебной практике встречаются ошибки по совокупному использованию п. 1 ст. 1065 ГК РФ и
158
статей административного законодательства
320
в тех случаях, когда
Т. В. Дерюгина
правонарушение уже совершено и обращаться к п. 1 ст. 1065 ГК РФ
нет никакого смысла. Однако можно предъявлять иски о возмещении
вреда.
Вывод о том, что речь в п. 1 ст. 1065 ГК РФ идет о правомерном
поведении, подтверждается и мерами государственного принуждения, использованными законодателем за нарушение п. 1 ст. 1065
ГК РФ – они созвучные с мерами, существующими в ст. 10 ГК РФ.
Так, меры по запрещению деятельности, которая может создать опасность причинения вреда, безусловно, носят превентивный характер и
направлены на охрану права от нарушения. Таким образом, это не
мера гражданско-правовой ответственности, которая может наступать
только за уже совершенное правонарушение. Такой же вывод мы
сделали в предыдущих параграфах для санкции, наступающей за злоупотребление правом.
Не следует также забывать о том, что в результате совершения
правонарушения на правонарушителя накладывается обязательство в
силу той или иной санкции что-то сделать или чего-то не делать в отношении другого лица. И в злоупотреблении, и в деятельности, создающей опасность причинения вреда, субъект должен воздержаться
от действий, которые могут причинить вред.
Аналогично ст. 10 ГК РФ в ст. 1065 ГК РФ решен вопрос о причинении вреда. Важно не наличие вреда (его не должно быть на момент предъявления требования), а наличие вероятности и неотвратимости возникновения вреда в результате действия субъекта, осуществляющего свое право.
Что касается объекта посягательства в правоотношении, вытекающем из ст. 1065 ГК РФ, то в литературе традиционно сложились
узкий и широкий подход. Сторонники широкого подхода считают,
что статья распространяется на любые объекты правоотношений, которым в будущем может быть причинен вред
321
.
320
См.: Из практики прокурорского надзора по гражданским делам (редак-
ционный материал) // Законность. – 2009. – № 8. – С. 52–58.
321
См.: Хохлов В. А. Ответственность и позитивное регулирование // Гра-
жданское право. – 2008. – № 3. – С. 10; Богданов Д. Е. Вопросы предупреждения
причинения вреда в судебной практике // Российский судья. – 2008. – № 5. – С. 10;
Обязательства вследствие причинения вреда: постатейный комментарий гл. 59
Гражданского кодекса Российской Федерации / под ред. П. В. Крашенинникова. –
М.: Статут, 2009 – С. 4.
Пределы осуществления гражданских прав
159
Представители узкого подхода связывают действие данной нормы только с причинением экологического вреда
322
. Авторы указыва-
ют, что действие нормы рассчитано на деятельность, представляющую собой повышенную опасность для окружающих и осуществляемую на ядерных, химических, биологических и иных опасных производственных объектах.
Безусловно, содержание данной статьи не может сводиться только к возможности причинения экологического вреда. Во-первых, этот
вывод вытекает из толкования ст. 1065 ГК РФ, где говориться о любом вреде; во-вторых, ряд законодательных актов указывают нам на
возможность причинения не только экологического вреда
323
. Судеб-
ная практика квалифицирует в качестве объектов, которые могут в
будущем причинить вред, любые строительные объекты, промышленные производства, непромышленные производства; даже установка металлических решеток на окна зданий и сооружений рассматривается как возможность причинения вреда в будущем (в целях защиты неопределенного круга лиц от пожаров). Сюда относятся иски о
запрещении осуществлять деятельность по организации общественного питания в связи с грубыми нарушениями санитарноэпидемиологического законодательства, создающими реальную угрозу жизни и здоровью людей, иски о запрещении осуществлять деятельность по ремонту автомобилей, раскопка траншеи вдоль принадлежащего истцу здания, строительство объектов без соблюдения правил противопожарной безопасности, что впоследствии могло причинить вред и т. д.
322
См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации:
в 3-х т. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части
второй (постатейный). Т. 2. – 3-е изд., перераб. и доп. / Под ред. Т. Е. Абовой,
А. Ю. Кабалкина. – С. 1064; Кудинов О. А. Обязательства вследствие причинения вреда и неосновательного обогащения: юридический комментарий. – М.:
Городец, 2006. – С. 8.
323
Федеральный закон от 21 июля 1997 года № 116-ФЗ «О промышленной
безопасности опасных производственных объектов» // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 30. – Ст. 3588.
324
Постановление ФАС Северо-Западного округа от 19 декабря 2008 года
по делу № А56-15279/2008; Постановление ФАС Поволжского округа
от 24 июня 2008 года по делу № А49-6029/07 Постановление ФАС ЗападноСибирского округа от 19 июня 2008 года № Ф04-1189/2008(6883-А45-16) по делу № А45-12327/07-33/331/ Банк решений арбитражных судов // URL:
http://www.arbitr.ru/bras/; Постановление ФАС Северо-Кавказского округа
324
Основаниями для удовлетворения исков Управле-
160
Т. В. Дерюгина
ния Роспотребнадзора о запрещении соответствующей деятельности
являются нарушения санитарно-эпидемиологического законодательства, а именно – отсутствие санитарно-эпидемиологических заключений, отсутствие у работников предприятия личных медицинских
книжек, отсутствие сертификатов на продукцию, отсутствие согласованного с органами Роспотребнадзора ассортимента реализуемой
продукции, неудовлетворительное санитарное содержание цехов по
производству продуктов питания и т. д.
325
Такие виды деятельности создают угрозу причинения вреда не
только экологии, но и соседним зданиям, сооружениям, населению,
отдельным субъектам и т. д. Причем не все они связаны с эксплуатацией опасных объектов, создающей повышенную опасность причинения вреда.
Следует также обратить внимание на тот факт, что требование,
предусмотренное ст. 1065 ГК РФ, не обусловлено наличием у заинтересованного лица каких-либо прав на имущество, в отношении которого создается угроза причинения вреда. Более того, такое требование не обязательно должно быть связано с каким-либо правом на
имущество: деятельность, упомянутая в ст. 1065 ГК РФ, в равной мере может быть сопряжена с опасностью причинения вреда как имуществу, так и жизни или здоровью гражданина, его личным неимущественным правам либо другим принадлежащим гражданину нематериальным благам
326
. Таким образом, объектом посягательства яв-
ляется именно субъективное право: на имущество, на жизнь, здоровье, честь, достоинство. Аналогичным образом мы рассуждали и о
злоупотреблениях.
Некоторые авторы акцентируют внимание на том, что основная
направленность данной нормы – это защита общественных интересов
от 2 апреля 2008 года № Ф08-1528/08 Обзор практики рассмотрения судами
споров по ГК РФ за период с 1 января 2008 года по 1 июля 2008 года / Центр
методологии бухгалтерского учета и налогообложения // СПС «Консультант
Плюс».
сти как вид наказания и запрещение соответствующей деятельности в целях
предупреждения вреда в будущем // Исполнительное право. – 2008. – № 2. –
С. 19.
вует также иная позиция. См.: Постановление ФАС Дальневосточного округа
от 19 сентября 2003 года по делу № Ф03-А59/03-1/2062 // СПС «Консультант
Плюс».
325
См.: Соломонис И. В. Административное приостановление деятельно-
326
Необходимо обратить внимание на то, что в судебной практике сущест-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]