Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Права и обязанности непубличного общества и его участников теория и судебная практика

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Глава 3. Выступление непубличного общества в гражданском обороте
солидарно с Илларионовой М. Е. и Пугачева С. В.; 7 161 211 311 руб. 39 коп. солидарно с Пугачева С. В., Диденко А. А. и Злобина А. С.
Суды сделали вывод о том, что банкротство Банка наступило в ре­зультате действий Пугачева С. В. по формированию необеспеченной ссудной задолженности технических заемщиков, в преддверии банк­ротства Банка, которую составляют ссуды заемщиков Группы № 1, что причинило Банку ущерб в размере 56 537 420 000 руб.; дейст­вий Пугачева С. В. по формированию ссудной задолженности техниче­ских заемщиков, в преддверии банкротства Банка, которую составляют ссуды заемщиков Группы № 2, и последующими совместными дей­ствиями Пугачева С. В. и Илларионовой М. Е. по расторжению дого­воров залога в обеспечение ссудной задолженности технических заем­щиков Группы № 2, что причинило Банку ущерб 68 481 255 000 руб.
Показательно, что из всех указанных лиц, привлекаемых к суб­сидиарной ответственности, только Пугачев С. В. не имел право­отношений с должником. Однако в судебном порядке было вы­явлено, что Пугачев С. В. построил многоуровневую структуру, при которой участниками ЗАО «Международный Промышленный Банк» являлись девять российских хозяйственных обществ, кото­рые в свою очередь косвенно контролировались одной и той же но­возеландской компанией (трасти). Кроме того, решения, принима­емые доверительным собственником траста (трасти), находились под контролем Пугачева С. В., поскольку он являлся бенефициа­ром и гарантом траста. Эти обстоятельства позволили выявить, что такая сложная корпоративная структура создавалась для контро­ля за банком со стороны его конечного бенефициара — Пугаче­ва С. В., который желал скрыть свой прямой контроль за банком. Кроме того, было выявлено, что указания, исходящие от Пугаче­ва С. В. были обязательными для исполнения руководством, хотя он не занимал никакой официальной должности. У Пугачева С. В. был свой рабочий кабинет в банке, он непосредственно участвовал в переговорах от имени банка, позиционировал себя как конечного бенефициара, Пугачевым С. В. был внедрен порядок согласования с ним любых решений и сделок банка.
171
Права и обязанности непубличного общества и его участников: теория и судебная прак тика
Признаки контроля были также выявлены по делу о банкрот-
1
стве ООО «Дальняя степь»
.
Как было установлено, ООО «Дальняя степь», компания HSBC Management и ООО «Эйч-эс-би-си Банк (РР)» (далее — банк) входили в группу лиц. HSBC Management и банк не имели корпора­тивных правоотношений с ООО «Дальняя степь», но они фактически контролировали его. HSBC Management формировала действитель­ную волю на распоряжение денежными средствами, в связи с чем банк незаконно списал с расчетного счета денежные средства ООО «Дальняя степь». Поскольку требование кредитора не было удов­летворено за счет имущества должника, HSBC Management и банк были привлечены к субсидиарной ответственности солидарно.
Разрешая вопрос о наличии контроля у компании HSBC Ma na­gement, суды со ссылкой на п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (кото­рая действовала в исследуемый промежуток времени) отметили, что поскольку «ответчики не являлись непосредственно ни участ­никами (учредителями), ни руководителями должника, при разре­шении вопроса о допустимости привлечения их к субсидиарной ответственности в числе прочего доказыванию подлежит отнесе­ние их к категории иных контролирующих лиц, которые, несмотря на отсутствие формального статуса участника или руководителя, имели фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его пове­дение, то есть осуществляли контроль над его деятельностью». Суд указал, что «Доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании меж­ду лицами формально юридических связей, позволяющих ответчи­ку в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения до­водов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирова-
1
См.: Определение ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17–6757 (2,3) по делу № А22-
941/2006.
172
Глава 3. Выступление непубличного общества в гражданском обороте
ния корпоративных связей (в том числе с использованием офшор­ных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществле­ния контроля над должником».
Что касается вопроса о контроле компании HSBC Management над должником, было выявлено, что данная «компания контролиро­вала должника путем контроля промежуточных звеньев в иерархии сложной корпоративной структуры». В то же время при разрешении вопроса о статуте банка как контролирующего должника лица Вер­ховный Суд РФ указал на наличие единой группы лиц, куда входили компания HSBC Management и контролируемые ей организации, должник, в также банк, в силу чего денежные средства участников данной группы лиц «могли накапливаться и депонироваться только в банке, входящем в группу HSBC, то есть обслуживание должника в банке было обусловлено, в том числе именно этим фактором».
Дела о привлечении к субсидиарной ответственности контроли­рующих должника лиц осложняются тем, что лица, которые не со­стоят в правоотношениях с юридическим лицом-должником, скры­вают факт своего контроля над деятельностью юридического лица. Процессу доказывания по делам о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц сопутствуют объ­ективные сложности, возникающие зачастую как в результате от­сутствия у заявителей, в силу объективных причин, прямых пись­менных доказательств, подтверждающих их доводы, так и в связи с нежеланием членов органов управления, иных контролирующих лиц раскрывать документы, отражающие их статус, реальное по­ложение дел и действительный оборот, что влечет необходимость принимать во внимание совокупность согласующихся между со­бой косвенных доказательств, сформированную на основе анализа поведения упомянутых субъектов.
Показательным делом по данному вопросу является дело о бан-
1
кротстве ООО «Инком»
, которое значительно повлияло на судеб-
1
Определение ВС РФ от 15.02.2018 № 302-ЭС14–1472.
173
Права и обязанности непубличного общества и его участников: теория и судебная прак тика
ную практику. В рамках данного дела Верховный Суд РФ сделал следующие выводы: судами должна приниматься во внимание со­вокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения должника и конт­ролирующего должника лица; судам следует анализировать пове­дение привлекаемого к ответственности лица и должника.
О наличии подконтрольности должника, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия должника и контролирующего должника лица синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; действия должника и конт­ролирующего должника лица противоречат экономическим инте­ресам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные дей­ствия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т. д.
В рамках другого дела Верховный Суд РФ также обратил вни­мание, что, учитывая объективную сложность получения кредито­рами отсутствующих у них прямых доказательств контроля, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся
1
между собой косвенных доказательств
. Тем самым Верховный Суд РФ формирует подход, согласно которому при наличии совокуп­ности косвенных доказательств контроля, контролирующее должни­ка лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности.
Вместе с тем, практика привлечения контролирующих лиц к суб­сидиарной ответственности должна расцениваться как исключи­тельный случай, о чем говорится в п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53: «Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность
1
Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 28.03.2019
№ 305-ЭС18–17629 (2) по делу № А40-122605/2017.
174
Глава 3. Выступление непубличного общества в гражданском обороте
этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юри­дического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согла­совании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ)».
Это означает, что и доказывание по таким делам должно отли­чаться от доказывания по обычным «рядовым» гражданским де­лам. Как указывается в судебных актах по делу о банкротстве ООО «Дальняя степь», субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав креди­торов, т. е. исключением из принципа ограниченной ответственно­сти участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стан­дарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказа­тельствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьез­ными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся меж­ду собой косвенных доказательств подтверждать факт возможно­сти давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания. Тем самым в делах о привлечении контро­лирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приме­няется повышенный стандарт доказывания.
Обобщая опыт регулирования ответственности контролирую­щих лиц в банкротстве, О. В. Гутников справедливо пишет, что «Но­вая глава III. 2 Закона о банкротстве включает нормы о четырех видах ответственности при банкротстве, которые могут применять­ся к контролирующим лицам, включая участников юридического лица: 1) ответственность за нарушение законодательства РФ о бан­кротстве (ст. 61.13); 2) субсидиарная ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника (ст. 61.12); 3) суб-
175
Права и обязанности непубличного общества и его участников: теория и судебная прак тика
сидиарная ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11); 4) ответственность за причине-
1
ние убытков юридическому лицу — должнику (ст. 61.20)»
.
Стоит отметить, что ответственность контролирующих должника лиц подразделяется на субсидиарную и на ответственность за от­дельные виды противоправного поведения, которая не является суб­сидиарной. Несмотря на то, что правила об ответственности конт­ролирующих должника лиц являются исключением, статистика показывает, что количество дел о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности постоянно увеличивается, также увеличивается количество удовлетворенных заявлений о привле­чении их к субсидиарной ответственности (4 кв. 2015 г. — 4 кв.
2
2018 г.)
. Статистика свидетельствует о возможности кредиторов относительно просто привлекать к ответственности не само юриди­ческое лицо, а лиц, стоящих за юридическим лицом. В этой связи О. В. Гутников пишет, что «в стремлении законодателя облегчить жизнь кредиторам очень часто не учитывается и обратная сторона медали: чем проще привлекаются к ответственности лица, стоящие за предпринимательской корпорацией, тем меньше у участников гражданского оборота и профессиональных управляющих (менед­жеров) стимулов и желания вести бизнес посредством создания юридического лица, что в конечном счете может крайне негативно
3
сказаться на экономическом развитии страны»
.
Проводя разграничение видов ответственности контролирующих
должника лиц, стоит отметить, что из содержания статьи о суб-
1
Гутников О. В. Гражданско-правовая ответственность в отношениях, свя­занных с управлением юридическими лицами: Дис. … д-ра юрид. наук. М., 2018. С. 519, 520.
2
См.: URL: http://download.fedresurs.ru/news/%D0 %A1 % D1 %82 %D0 % B0 % D1 %82 %D0 %B8 % D1 % 81 %D1 % 82 %D0 % B8 %D1 %87 %D0 % B5 %D1 %81 %D0 % BA%D0 %B8 %D0 %B9 % 20 %D0 %B1 %D1 % 8E%D0 %BB% D0% BB% D0% B5%D1%­82% D0% B5%D0% BD% D1 %8C%20 % D0 %95 % D0 % A4 %D0 % A0 % D0 % A1 %D0 % 91 %-
202018.pdf (дата обращения: 13.05.2019).
3
Гутников О. В. Гражданско-правовая ответственность в отношениях, связан-
ных с управлением юридическими лицами. С. 516..
176
Глава 3. Выступление непубличного общества в гражданском обороте
сидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (ст. 61.11) следует, что фактически речь идет о таких действиях (бездействии), которые явились необходи­мой причиной банкротства должника, то есть тех, без которых объ­ективное банкротство не наступило бы. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирую­щего лица на положение должника, проверяя наличие причинно­следственной связи между названными действиями (бездействи­ем) и фактически наступившим объективным банкротством (п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12. 2017 г. № 53).
Согласно п. 20 указанного постановления Пленума при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению — общие по­ложения о возмещении убытков, в том числе ст. 53.1 ГК РФ, либо специальные правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.11 Закона о банкротстве), — суд в каждом конкретном случае оцени­вает, насколько существенным было негативное воздействие конт­ролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансо­вое положение должника, какие тенденции приобрели экономиче­ские показатели, характеризующие должника, после этого воздей­ствия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой при­чиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, ука­занными в ст. 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам ст. 15, 393 ГК РФ. Независи­мо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поимено­вал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд
177
Права и обязанности непубличного общества и его участников: теория и судебная прак тика
применительно к положениям ст. 133 и 168 АПК РФ самостоя­тельно квалифицирует предъявленное требование. При недока­занности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную ст. 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким конт­ролирующим лицом убытков.
Тем самым Верховным Судом РФ в качестве критерия при­менения норм берутся наступающие последствия. Разъясняется, что если причиненные убытки не привели к банкротству, то при­меняться будет не специальная ст. 61.11 Закона о банкротстве, а ст. 53.1 ГК РФ. Однако в таком случае возникают вопросы о при­менении специальных ст. 61.13 и 61.20 Закона о банкротстве, за­крепляющих ответственность за убытки, и о их соотношении со ст. 53.1 ГК РФ, а также о соотношении специальной ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления со ст. 53.1 ГК РФ.
Из статьи 61.13 Закона о банкротстве следует, что в случае на­рушения контролирующими должника лицами положений этого Закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения (п. 1). В пункте 2 ст. 61.13 Закона о банкротстве особо подчеркивается возможность ответственности указанных лиц перед кредиторами. Так, если заявление должника подано должником в арбитражный суд при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объ­еме либо должник не принял меры по оспариванию необоснован­ных требований заявителя или предъявленных кредиторами тре­бований в деле о банкротстве, должник, руководитель должника и иные контролирующие должника лица несут перед кредиторами ответственность за убытки, причиненные возбуждением производ­ства по делу о банкротстве или необоснованным признанием (не­оспариванием) требований кредиторов. В пункте 3 ст. 61.13 указы­вается, что аналогичные правила п. 2 данной статьи применяются также в случае, если должник не оспорил необоснованные требо­вания кредиторов, предъявленные до или после возбуждения дела
178
Глава 3. Выступление непубличного общества в гражданском обороте
о банкротстве, вне производства по делу о банкротстве. Представ­ляется, что ответственность перед определенными кредиторами юридического лица возникает и в случаях неоспаривания необо­снованных требований других кредиторов. Называя данный случай ответственностью за фиктивное банкротство, И. С. Шит­кина полагает, что «самым сложным в привлечении к ответст­венности за фиктивное банкротство будет доказательство этой самой фиктивности — наличия у должника возможности удовлет­ворить требования кредиторов или доказательство того, что он не принял все меры по оспариванию необоснованных требований. Совершенно очевидно, что здесь будет нужна глубокая экономиче-
1
ская экспертиза»
.
Кроме того, Законом о банкротстве предусмотрена ответствен­ность за причинение убытков юридическому лицу — должнику (ст. 61.20). В данном случае также невозможно разграничить от­ветственность по данной статье от ответственности за убытки по ст. 53.1 ГК РФ или ст. 61.13 Закона о банкротстве. В постанов­лении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 раскрываются только процедурные особенности привлечения к ответственности (ответ­ственность по корпоративным основаниям); сущностные отличия, выделяющие данный вид ответственности, не приводятся.
В связи с тем, что в ст. 61.13 Закона о банкротстве говорится в целом об убытках, которые причинены контролирующими долж­ника лицами, в судебных актах мотивировочные части включают в себя ссылки на ст. 53.1 ГК РФ, а также на ст. 61.13 Закона о бан-
2
кротстве
. Представляется, что ст. 61.13 (частный случай — ст. 61.20)
и ст. 61.12 можно рассматривать как специальные по отношению
1
Корпоративное право: Учеб. курс / Отв. ред. И. С. Шиткина. Т. 2. С. 730. (автор
главы — Шиткина И. С.).
2
См.: 6 Постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.01.2019 № Ф05-5851/2018 по делу № А40-157363/2015; постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2019 № Ф05-21562/2018 по делу № А40-165388/ 2017; постановление Арбитражного суда Московского округа от 28.02.2019 № Ф05­19900/2017 по делу № А41-18188/2016; постановление Арбитражного суда Мос­ковского округа от 21.03.2019 № Ф05-12490/2017 по делу № А41-99956/15.
179
Права и обязанности непубличного общества и его участников: теория и судебная прак тика
к ст. 53.1 ГК РФ, при этом наличие таких убытков не должно влечь банкротство должника. Тем самым в случае причинения убытков контролирующими должника лицами, которые не привели к банк­ротству должника, квалификация должна основываться на общей ст. 53.1 ГК РФ и указанных специальных статьях Закона о банк­ротстве.
Таким образом, с точки зрения последствий, связанных с на‑
ступлением или ненаступлением банкротства должника от дейст‑ вий контролирующих лиц, ответственность контролирующих лиц можно классифицировать за те действия, которые связаны с до‑ ведением должника до банкротства, и те, которые не явились не‑ обходимой причиной банкротства должника.
В первом случае ответственность возникает за невозможность
полного погашения требований кредиторов по специальной норме ст. 61.11 Закона о банкротстве; во втором случае ответственность возникает за действия, которые не привели к банкротству, но при­чинили убытки должнику и (или) кредиторам должника по общей ст. 53.1 ГК РФ и специальным ст. 61.13 — убытки за нарушение за­кона о банкротстве (частный случай — ст. 61.20 — ответственность по корпоративным основаниям) и ст. 61.12 — убытки за неподачу заявления.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]