Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Права человека в России история, теория и практика. Учебное пособие

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

08.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

1 / 311 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Частное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

«Омская юридическая академия»

ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В РОССИИ:

ИСТОРИЯ, ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

Учебное пособие

Омск 2015

ББК 67.620.32

П68

Ответственный редактор

канд. юрид. наук Д. Т. Караманукян

А. В. Минжуренко (§ 1–3 главы 1), С. А. Величко (§ 4 главы 1),

Д. Т. Караманукян (предисловие, глава 7),

Я. В. Бакарджиев (глава 2), А. Е. Гузий (глава 3, § 2 главы 5),

А. С. Никонова (глава 4), Т. М. Ашенова (§ 1, 3 главы 5), А. Г. Быкова (глава 6)

Права человека в России: история, теория и практика : учебное пособие / Д. Т. Караманукян [и др.] ; отв. ред. и авт. предисл. Д. Т. Караманукян. – Омск : Омская юридическая академия, 2015. – 308 с.

ISBN 978-5-98065-129-9

Рецензенты:

Ю. В. Деришев – профессор кафедры уголовного процесса и криминалистики Омской юридической академии, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации;

О. И. Бекетов – начальник кафедры административного права и административной деятельности органов внутренних дел Омской академии МВД России, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, заслуженный работник образования Омской области.

Учебное пособие одобрено на заседании кафедры теории и истории государства и права Омской юридической академии «25» мая 2014 г., протокол № 8.

Учебное пособие рекомендовано к изданию методическим советом Омской юридической академии 5 июня 2014 г., протокол № 7.

Авторы:

Учебное пособие представляет собой систематизированное исследование правового статуса человека. Рассматриваются природа, сущность, генезис прав человека в России, правовой статус человека и гражданина в российской и международной правовых системах, современные институты и механизмы защиты прав человека в юридической действительности. Особое место занимает доктринальный анализ европейских стандартов в области прав человека и прецедентного права Европейского Суда по правам человека.

Издание предназначено для практикующих юристов, научных работников, аспирантов, бакалавров и магистрантов вузов юридического профиля.

ISBN 978-5-98065-129-9 ББК 67.620.32

ПРЕДИСЛОВИЕ

Права человека – важнейшая юридическая категория, которая представляет собой один из наиболее значительных итогов право вого развития общества с древнейших времен и до наших дней, когда права человека стали непременным атрибутом демократического правового государства. Проблемы защиты прав человека и гражданина, взаимодействия международного и внутри государственного права в данной сфере достаточно широко исследуются как в общей теории права, так и в отраслевых правовых науках.

Концепция прав человека занимает центральное место в мировой правовой культуре. Научные представления о правах человека, впервые закрепившись в конституционных актах демократических государств Запада, распространились и в других странах. Сегодня уже сложно найти государство, в котором в том или ином виде не отразилось бы представление о правах и свободах личности на национальном законодательном уровне. Юридические гарантии в сфере прав человека стали своего рода показателем степени демократизма, прогрессивности государств и возможности международного сотрудничества с ними. Повсеместно теперь постулируется сакральный и общеобязательный характер норм о правах и свободах личности, их обеспечения и защиты представителями публичной власти. Отсутствие в конституции страны норм о правах человека порождает недоумение мирового сообщества, еще больший резонанс вызывает публичное выражение нежелания признать права и свободы личности в основных законах государства.

В настоящей работе рассматривается сложный комплекс проблем прав человека: природа, сущность, генезис понятия «права человека» в России. Вместе с тем следует отметить, что авторский коллектив стремился анализировать не только общетеоретические проблемы, но и современные практические задачи различных отраслей российского права, затрудняющие процессы обеспечения прав человека, формирования и развития правового и социального государства. Особое внимание акцентируется на вопросах обеспечения и защиты прав человека с помощью наиболее эффективных конституционных, судебных, админист-

ра тивно-правовых инструментов. Опыт России в данной области сопоставляется с практикой защиты прав человека в современном мире.

Соблюдение принципа законности и наличие эффективных средств защиты прав и законных интересов человека и гражданина являются важнейшими характеристиками современных демократических государств. В России, как и во всех правовых государствах сегодняшнего мирового сообщества, исходным условием успешной реализации вышеуказанного становится обеспечение регулирования и защиты этих прав в контексте увязки конституционно-правовых основ с общепризнанными стандартами международного и европейского права, вырабатываемыми в рамках деятельности Совета Европы. В этой связи особый раздел посвящен правовой концепции европейских стандартов в области права человека.

Данное учебное пособие не претендует на исчерпывающее освещение всех аспектов правового статуса человека и гражданина. Вместе с тем поставлена задача с достаточной полнотой изложить наиболее актуальные проблемы ограничения власти правом, юридических гарантий прав и свобод человека и основных свобод в свете российского и европейского права.

Д. Т. Караманукян

ГЛАВА 1. ЭВОЛЮЦИЯ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ

О ПРАВАХ ЧЕЛОВЕКА В РОССИИ

§ 1. Складывание представлений

о правах человека в Древней Руси и в период

феодальной раздробленности (IX–XIV века)

В Древней Руси представления о естественных правах человека складывались, как и у других народов, в процессе развития и разложения родового строя. Человек, выделившийся из рода, где все было общим и делилось поровну, вырабатывал новые подходы к своим правам в условиях соседской поземельной общины. Обладание естественными правами на жизнь, свободу и имущество для восточных славян к IX в. было само собой разумеющимся, и длительное время данный вопрос, видимо, не был предметом обсуждения. Защиту естественных прав обеспечивало обычное право. Однако переход от первобытного родового общества к следующей стадии общественного развития совершался не безболезненно и сопровождался ломкой некоторых прежних представлений о равенстве и собственности. Выделение из рода отдельных семей, которые теперь могли вести хозяйство самостоя тельно, и появившаяся имущественная дифференциация среди этих новых ячеек общества требовали выработки новых современных понятий в праве, а главное – защиты естественных прав. Прежние положения обычного права и порядки их соблюдения уже не отвечали вызовам времени.

Летописные источники, сообщая о «призвании варягов», дают нам почти классическую иллюстрацию доминирующих в современной науке теорий о происхождении государства. Несторовская летопись особенно успешно «льет воду на мельницу» теории «общественного договора». Приход варягов не был захватом территории и покорением проживающего здесь населения. Созревшее общество – а в Новгородской земле было весьма зрелое общественное устройство – сознательно призывает иноземного князя с вооруженной дружиной для осуществления государственных функций. «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву»1.

Лаврентьевская летопись // Полн. собр. рус. летописей. Л. : Изд-во АН

СССР, 1926–1928. Т. 1. Вып. 1 : Повесть времен. лет. С. 14.

По какому праву? Да, разумеется, по тому «праву», которое уже существовало в новгородской земле. В словах обращения старейшин Новгорода к Рюрику прямо звучит констатация того, что в этой земле «великой и обильной» нет «наряда», т. е. порядка1. Раздоры между разными общинами и городами, внутри общины в связи с отменой порядков «первобытного коммунизма» – все это требовало особой полицейской силы для защиты прав домохозяев и нормального функционирования структур уже сложившегося общества. Следовательно, князя призывали именно для защиты прав человека, так как «лихие люди», памятуя прежнее всеобщее равенство, покушались как на имущество зажиточных семей, так и на их жизнь. А зажиточные семьи грешили тем, что, занимаясь ростовщичеством, закабаляли своих нуждающихся однообщинников и лишали их свободы.

Призвав варягов для наведения порядка в своей земле, для охраны прав насельников, новгородцы в то же время обеспокоились и по поводу защиты прав своих земляков перед княжеской властью. Приглашенному князю передавались функции обеспечения внешней обороны, полицейская и судебная власти, однако, согласно всему контексту соглашения с Рюриком и последующей практике, все это было обставлено целым рядом условий со стороны новгородцев. Князю явно давали понять, что перед ним не завоеванный им народ, а сторона договора. Новгород был тем самым монастырем, в который не рекомендовалось ходить со своим уставом. Устав, защищавший права новгородцев, у них уже был, и варяги не стали нарушать сложившийся здесь порядок вещей, тем более что их племена не стояли выше восточнославянских по уровню общей и правовой культуры. Княжеские дружинники практически не вмешивались в дела «земщины», и большинство правовых вопросов решалось на уровне общин и выборных новгородских функционеров. Самые важные темы по-прежнему выносились на всенародное собрание – «вече». Защищая права своих соплеменников, старейшины вообще запретили княжеским дружинникам селиться в пределах Новгорода и других городов. Тогда и появились в качестве резиденций дружины детинцы и кремли вблизи славянских городов.

Лаврентьевская летопись... С. 14.

Однако, как и следовало ожидать, князь со временем попытался расширить свою компетенцию, что вызывало сопротивление со стороны новгородцев, имевших давно сложившиеся и устойчивые традиции. Наиболее крупным конфликтом Рюрика и местного населения, выступившего в защиту своих прав и обычаев, было восстание под руководством выборного воеводы Вадима Храброго. После гибели Вадима, спустя два года вновь вспыхнуло подобное восстание. Примечательно, что в главном лозунге повстанцев прямо говорилось о причинах возмущения, о том, что они поднялись в защиту своих прав, прав человека на свободу: «Беда нам от этого князя, сделает он нас рабами»1.

Не исключено, что упорная борьба новгородцев за свои права и послужила главной причиной того, что преемник Рюрика князь Олег уходит из Новгорода со своей дружиной в другие земли, где бы его власть не встречала таких сильных оппонентов, как свободолюбивые новгородцы. Однако и на других восточнославянских территориях складывалась похожая ситуация: к князю относились как к наемнику и соглашались уплачивать весьма умеренную по тяжести дань, понимая ее не как дань покоренных народов, а как плату за содержание дружины. И, когда великий князь Игорь попытался самовольно, не оговорив это с населением, повысить размеры поборов с древлян, они, возмутившись таким самоуправством и нарушением их прав, перебили всю его дружину, убив и князя.

Ограниченность прав князя состояла и в том, что он не захватывал на ранних этапах становления Древнерусского государства никаких земельных угодий. Его дружинники также не получали земельных участков и содержались исключительно на средства, собираемые с населения один раз в году. Таким образом, первые русские князья не вмешивались в поземельные отношения, сложившиеся на Руси. Подавляющая часть земельных владений находилась в собственности крестьянских общин, т. е. местное население считало землю – основное средство производства – своим неотъемлемым достоянием. Это, видимо, и было основанием того, что насельники Русской земли так долго и упорно со-

Никонова летопись // Полн. собр. рус. летописей ... Т. 9. С. 16.

противлялись ограничению их прав со стороны укреплявшейся государственной власти.

Имея такой прочный материальный фундамент, крестьянские общины позиционировали себя в качестве хозяев земли в широком смысле слова и относились к представителям княжеской власти как к пришельцам, имеющим определенные и достаточно узкие функции и полномочия. Смерды соглашались иметь дело с представителями государственной власти не чаще одного раза в год, когда производился сбор дани – «полюдье». В остальное время со всеми вопросами разбиралось общинное самоуправление. До потребности в княжеском суде дело доходило редко. Однако и в том случае, когда суд и расправу чинили князь или его люди, они должны были руководствоваться исконными обычаями и соблюдать права человека в представлении местных жителей. Существует достаточно правдоподобное суждение о том, что князь Святослав во многом именно из-за строптивости местного населения, упорно отстаивавшего свои права и свободы, намеревался уйти с так и не осевшей на Киевско-Новгородскую землю дружиной на Дунай и учредить там столицу своего нового государства.

В дальнейшем, с развитием Древнерусского Киевского государства, мы можем судить о представлениях восточных славян о правах человека по дошедшим до нас памятникам писаного права. Это договоры князей Олега и Игоря с Византией, устав Владимира Святославича «о судех церковных и десятине» и его же «Судный закон людем», Русская Правда, устав Всеволода Мстиславича и др.

Согласно древнему русскому законодательству, права человека на жизнь, свободу, достоинство и собственность признавались не за всеми людьми на территории государства. Такими правами обладали свободные крестьяне – смерды, купцы, бояре, ремесленники и другие независимые, «вольные» люди. Соответственно, не имели этих прав «челядинцы», положение которых было

Российское законодательство X–XX веков : в 9 т. / под общ. ред. проф. О. И. Чистякова. М. : Юрид. лит., 1984–1994. Т. 1. М., 1984. С. 47–79, 148–150, 250–253.

схожим с рабским. Челядинец рассматривался как собственность хозяина. Он был лишен свободы, а все, что он мог заработать или добыть иным способом, заведомо принадлежало его хозяину, т. е. он не имел права на собственность. Если же кто-то покушался на жизнь челядинца или наносил ему увечья, то такому человеку грозила ответственность как за порчу имущества хозяина челядинца или как за уничтожение его рабочего скота. Существовали и некоторые полунезависимые разряды населения, которые попадали в имущественную зависимость от заимодавца: закупы, рядовичи. Очень часто это было временным состоянием, и такие люди окончательно попадали в рабство (чаще всего) либо справлялись с уплатой долга и снова становились полноправными членами общины.

Интересно, что лишение человека всего комплекса прав происходило начиная с лишения его права на свободу, т. е. это право было основным, первичным. Как только человек становился несвободен – он автоматически лишался права на жизнь, имущество и защиту своего достоинства. Однако потеря свободы и попадание в зависимость чаще всего были следствием имущественных проблем человека. Отсюда – недовольство беднейших слоев населения высокими процентами, взимавшимися с должников кредиторами. Поэтому и в законодательстве Древней Руси уделяется много внимания данному вопросу, ставятся пределы произволу ростовщиков, которые, поставив заемщика в безвыходное положение, ввергали его в рабское состояние. Следствием активного поведения населения и соответствующей позиции законодателя по отношению к проблеме закабаления ранее свободных людей можно считать то, что в Киевском государстве рабство не получило сколько-нибудь широкого распространения.

Отдельно стоит отметить и роль церкви в препятствовании процессу порабощения свободного населения. Первые священники, пришедшие из Византии, которая стояла на более высокой ступени общественного развития и где уже убедились в неэффективности рабского труда, миновав к тому времени фазу рабовладения, много сделали в плане воспитания населения в духе выработки негативного отношения к лишению свободы одноплеменников. Особенно отрицательно относилась церковь к продаже

крещеных славян в восточные страны с иной верой. Затем такое же отношение распространилось на работорговлю вообще. Надо сказать, что торговлей людьми занималось главным образом не местное славянское население, а дружинники-варяги, которые рассматривали своих пленных как законную добычу в завоевательных походах и набегах на соседние земли.

Защита права на жизнь свободного населения Киевской Руси последовательно проводится во всех известных памятниках древнерусского права. Так, уже в договоре князя Олега «с греками» 911 г. была предусмотрена смертная казнь уличенного убийцы, которая в случае его бегства заменялась лишением имущества в пользу семьи убитого1. Как пережиток родового строя допускалась и кровная месть, однако уже в Русской Правде Ярослава законодатель ограничивает круг лиц, имеющих право на месть, только ближайшими родственниками2. В дальнейшем наказанием за убийство выступают выплаты значительных денежных сумм семье убитого и князю. Православная церковь так же отрицательно, как и к работорговле, относилась к смертной казни и кровной мести. Священники проводили мысль о том, что жизнь человеку дарована богом и он не может быть лишен ее по воле другого человека. Это положение находило понимание и у местных насельников, которые вполне терпимо относились к кровной мести, считая ее естественным правом родственников убитого, но не соглашались с тем, что их одноплеменника могли лишить жизни по решению князя, воспринимаемого все еще как пришельца, чужого.

Немедленная суровая расправа с грабителями и ворами практиковалась и на Руси. Однако здесь законодатель достаточно рано (в Х в.) ставит пределы самосуду, что говорит об уважении к праву преступника на жизнь. Так, убить грабителя или ночного вора дозволялось только в случае, если он продолжал совершать свои преступные действия, был вооружен и оказывал сопротивление. Если же преступник был схвачен и связан, то его убийство пострадавшей стороной в таком случае уже не допускалось. За-

Лаврентьевская летопись ... С. 34.

Российское законодательство X–XX веков ... Т. 1. М., 1984. С. 47.

1 / 311 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]