Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Перформанс анализа позиции юнгианства и иудаизма
.pdf
Сложности групповой жизни аналитиков
и дневному храмовому жертвоприношению. Вечерняя молитва, однако, не имеет прямых аналогов в храмовом культе, так как вечернего
жертвоприношения не было. Эта молитва не может быть оправдана
таким же образом, хотя предыдущее суждение («вечернюю молитву
можно читать всю ночь») показывает, что вечерняя молитва уже стала
стандартной практикой. Спор, таким образом, оказывается полнос-
тью теоретическим. В ана литических институтах также имеют место
теоретические и концептуальные споры, зачастую крайне ожесто-
ченные, даже когда у спора нет никакого практического следствия.
Действительно, такие споры могут оказаться настолько долговечными, потому что в них так мало поставлено на карту… за исключением
самого ценного для аналитиков – их личной репутации.
Уникальность Талмуда в том, как он поощряет, даже требует
от читателя интеллектуальной гибкости, предлагая противоречи-
вые мнения и оставляя читателя думать до конца и самостоятельно
разрешать очевидные противоречия
1
. У Гамлиэля Старшего и рав-
вина Иешуа возникли принципиальные разногласия о природе ве-
черней молитвы, но на данном этапе не приводится ни одного обос-
нования в поддержку их точек зрения. Каждое мнение излагается
просто и прямо, в манере, подразумевающей глубокую терпимость
к разнообразию: два противоположных мнения представлены двумя достойными противниками. Пользуясь юнгианской метафорой,
можно сказать, что обе противоположности содержались в общем
1 Насчитывается 50 групп, признанных IAAP, и по крайней мере 20
из них претерпели раскол. Первый раскол в юнгианском мире про-
изошел в итальянской ассоциации через шесть месяцев после смерти
ее основателя и, кажется, задал тон многим расколам в будущем. Там
не было никаких больших теоретических различий меж ду двумя груп-
пами, и конфликт бы л основан исключительно на личных основаниях
(Kirsch, 2000, p. 151). В Великобритании за первонача льным расколом
между Майклом Фордхэмом (SAP) и Герхардом А длером (AJA) после-
довало дальнейшее разделение внутри группы Адлера, которая обра-
зовала независимую группу (IGAP). Другие разделения произошли
в Австрии, Бразилии, Бельгии, Дании, CIPA (Италии), Онтарио, ти-
хоокеанском северо-западе США, Венесуэле, Цюрихе (Kirsch, 2000).
Новые расколы находятся в процессе в Нью-Йорке и в ассоциации
Испании (Murray Stein, личная информация, 2003 год). В других ре-
гионах разделение в среде аналитиков удалось задержать (например,
в Дании) или даже предотвратить образование ассоциации (напри-
мер, в Питсбурге).
171
Ветхий завет, Талмуд и аналитическая практика
архетипическом поле. Повторение спора между Абайе и Равой много
поколений спустя показывает: этот вопрос остался неразрешенным.
В конечном счете было решено, что вечерняя молитва действительно
добровольна, но все члены общины свободно берут эту обязанность
на себя. В результате вечерняя молитва стала обязательной, так же
как и две другие ежедневные молитвы.
Это противоречие можно сравнить с разногласиями в современном психоанализе относительно толкования переноса, клинического использования контрпереноса или частоты сеансов и требований
к пациенту лежать на кушетке. Являются ли эти методы обязательным или факультативным элементом? (Jungian analysis, 1995; Contro-
versies in…, 2003; Stone, Duckworth, 2003). Аналитики и их институты,
как правило, имеют определенные мнения по каждой теме, но вопрос
остается далеко не решенным. В противоположность этому каждый
юнгианский аналитик согласится, что сновидения являются важной
частью аналитического процесса и что регулярные сеансы желатель-
ны, даже если они могут не соглашаться в вопросах о том, как толковать сны или как часто должны проводиться сеансы.
Раввины учили: Рассмотрим историю студента, который пришел
к рабби Иешуа и спросил его: «Вечерняя молитва добровольна или обя-
зательна?». Он сказал: «Добровольна». [Студент] пошел к раббану
Гамлиэлю и спросил его: «Вечерняя молитва добровольна или обяза-
тельна?». Он сказал: «Обязательна». [Студент] сказал ему: «Но раб-
би Иешуа научил меня, что это дело добровольное». [Раббан Гамли-
эль] сказал: «Подожди, пока носящий щит (то есть мудрецы, которые
сравниваются с Воинами) войдет в Дом учения [а затем задай свой
вопрос]». Когда «носящий щит» вошел, [студент] встал и спросил:
«Вечерняя молитва добровольна или обязательна?». Раббан Гамлиэль
сказал: «Обязательна». Раббану Гамлиэлю сказали мудрецы: «Есть ли
кто-нибудь, кто не согласен по этому вопросу?» Рабби Иешуа ска-
зал: «Нет». [Раббан Гамлиэль] сказал: «Но ведь от твоего имени было
сказано, что молитва эта добровольна». Он сказал: «Иешуа! Встань
на ноги и рассмотри этот вопрос!» Рабби Иешуа встал на ноги и ска-
зал: «Если бы я был жив, а он был мертвым, живые могут отрицать
мертвых, но теперь, когда я жив и он жив, как можно отрицать живое
живым?». Раббан Гамлиэль сидел, в то время как рабби Иешуа стоял.
Если сравнивать Дом учения и аналитический институт, раббану
Гамлиэлю можно отвести роль авторитарного президента институ-
172
Сложности групповой жизни аналитиков
та. Рабби Иешуа – его главный соперник. Оба – старшие обучающие
аналитики. Неназванный студент в нашей ситуации – кандидат, за-
дает вопрос рабби Иешуа. Но кандидат не принимает его ответ, он
стремится услышать и второе мнение. Он идет к главе учебного института, раббану Гамлиэлю, который выражает противоположную
точку зрения. Студент сразу же пересказывает ему, что сказал его
соперник, рабби Иешуа. Деятельность кандидата вызывает недоуме-
ние и открыта для ряда интерпретаций. Я предпочитаю интерпретировать его действия не как обманщика и смутьяна, разжигающего
соперничество между ведущими фигурами института, но как вос-
торженного искателя истины, стремящегося разрешить явное противоречие. Ответ раббана Гамлиэля указывает, что он заинтересован не в изучении вопроса, но в публичном обмене мнениями. Он
плетет заговор против соперника, выбрав время и место для противостояния, когда он просит кандидата поставить вопрос на следующем совещании всего института. Студенту может показаться, что он
скоро увидит блестящий поединок своих наставников.
Но вместо этого, когда вопрос ставится перед всеми членами
института, никаких дебатов не происходит. Глава института смело
высказывает собственное мнение, а затем спрашивает вызывающе:
«Есть ли человек, который действительно не согласен по этому по-
воду?». Уверенность раббана Гамлиэля в точности соответствует той
манере подачи материала, в какой делается большинство клинических презентаций.
Клинические события сообщаются в догматической, перегруженной теорией манере, чтобы проиллюстрировать выбранную автором теоретическую позицию и «безупречность восприятия»
1
. Такая уверенность разрушает двойственность, непосредственность
и «поэзию» анализа и даже может создать атмосферу враждебности
в аудитории (Plaut, 1999).
1 Существует ряд книг, демонстрирующих толерантность к разнообра-
зию, представляющих клинический материал с разных точек зрения.
К ним относятся: Dreams…, 1989, в котором серии снов анализируются с восьми различных точек зрения; Controversies in…, 2003, у которого материал и теоретические споры рассматриваются с юнгианской
и кляйнианской точек зрения; The Cambridge…, 1997, которая включает в себя «Случай Джоан», проанализированный с трех различных
юнгианских точек зрения; Astor, 2000, который сравнивает подходы
к внутренней супервизии; Samuels, 1992, в роботе которого обсуждается клинический плюрализм.
173
Ветхий завет, Талмуд и аналитическая практика
Затем раббан Гамлиэль входит в конфронтацию с соперником,
который публично соглашается с точкой зрения президента. Раббан
Гамлиэль этим не удовлетворен, он обвиняет Иешуа в «ереси». Затем
он выполняет ритуальный акт унижения, оставив соперника стоять.
Что-то явно изменилось в групповой жизни института: налицо ав-
торитарная «нетерпимость к разнообразию» (Eisold, 1994). Честные
различия во взглядах больше не разрешаются. Раббан Гамлиэль, заранее выбрав время и место, дает знать, что больше не заинтересован
в законной оппозиции, ему нужна унизительная покорность. О том,
что Гамлиэль стремится к власти, свидетельствует тот факт, что он
не довольствуется открытым согласием Иешуа, но ищет возможности
унизить соперника. Легитимный глава института должен спраши-
вать, почему Иешуа не отстаивает публично свою позицию. Раббан
Гамлиэль как глава института требует идеологической однородности
и заставляет других аналитиков быть лично и идеологически верными ему. Именно благодаря комплексу власти раббана Гамлиэля
мы можем понять странное отрицание Иешуа своего мнения и его
последующий ответ: «Если бы я был жив, и он был мертвым, живые
могут отрицать мертвых, но теперь, когда я жив и он жив, как можно отрицать живую жизнь?».
Этот ответ также загадочен и вновь открыт для интерпретации.
Я считаю, стратегию Иешуа можно понять как попытку избежать
явного и открытого конфликта, который уничтожит весь институт.
Метафора Иешуа о живом и мертвом призвана комментировать ав-
торитарный стиль раббана Гамлиэля. «Мертвые» – те, кто не обле-
чен властью в организации, поэтому властный «живой» может от-
рицать уязвимых «мертвых». Когда обе стороны одинаково «живые»,
то каждая точка зрения должна быть принята во внимание. Живые
не могут отрицать живых: два мнения выражаются двумя достойными противниками. Именно такой плюрализм мнений раббан Гамлиэль находит угрожающим.
Рабби Иешуа остался стоять, пока не вызвали Хатцпита-глаша-
тая с просьбой остановить [возмущенные крики на слова раббана
Гамлиэля], и он остановил их. Они сказали: «Как долго будет [раб-
бан Гамлиэль] продолжать унижать его… Он мучил его в прошлом
году, в еврейский Новый год [когда он вынудил раввина Иешуа поехать
к нему в Йом Кипур, День искупления, в соответствии с искуплени-
ем Иешуа, а не раббана Гамлиэля]. Он мучил его при раввине Садоке
174
Сложности групповой жизни аналитиков
и Перворожденном [когда он также заставил его стоять – как пуб-
личное унижение]. Здесь снова он мучает его».
Как и многие нарциссические лидеры, раббан Гамлиэль заходит
слишком далеко в использовании своей власти. Публичное униже-
ние рабби Иешуа непосредственно приводит к его падению. Раббан
Гамлиэль открывается всем как авторитарный диктатор. Присутст-
вующие вспоминают предыдущие акты произвола, в частности когда
тот заставил Иешуа нарушить его Йом Кипур.
Как ни странно, я отношусь терпимо к этому акту подчинения.
Соблюдение Судного дня (Йом Кипур), в отличие от споров по по-
воду статуса вечерней молитвы, не теоретическое, оно имеет зна-
чимые практические последствия. Сообщество, в котором больше
не соблюдаются святые дни, очень скоро не сможет выжить как единое сообщество. Действия Иешуа, таким образом, согласуются с его
действием в Доме учения. В то же время он согласился поехать в святой день года, дабы усмирить раббана Гамлиэля. В Доме учения он
действует на грани самоуничижения, чтобы избежать открытого
раскола в своей общине.
То, как открытый конфликт может сломать общество, раскры-
вает раскол в Израильской ассоциации. Хотя напряженность долго
существовала, непосредственной причиной раскола был открытый
конфликт относительно новой юнгианской программы обучения
психотерапии, которую одна из фракций организовала в атмосфере
секретности. Другая фракция считала, что программа будет представлять прямую конкуренцию и посягательство на прерогативы
ассоциации. Они утверждали, что программа должна разрабаты-
ваться под эгидой ассоциации, в то время как ее основатели считали,
что это частное мероприятие, разработанное специально для физических лиц, которые не имеют необходимых профессиональных ква-
лификаций и необходимой подготовки аналитика. Конфликт стал
открытым для общественности. Если бы этот вопрос был передан
в комитет или арбитраж, то, возможно, могли бы быть достигнуты
некоторые компромиссы. Конфликт, однако, рассматривался в ряде
чрезвычайных встреч «публично», перед всеми членами, и обе фрак-
ции не видели ни малейшей возможности компромисса. Когда этот
вопрос был поставлен на голосование, фракция, создавшая программу обучения, отказалась признать легитимными результаты голосования. Когда голосование обернулось против них, они вышли
175
Ветхий завет, Талмуд и аналитическая практика
из ассоциации, подали в отставку в полном составе, а затем сформировали новую группу, Новое израильское юнгианское общество.
Их уход дестабилизировал ассоциацию, так что, несмотря на пер-
воначальные усилия по реорганизации после раскола, остальные
члены в свою очередь разделились на две группировки, считающие,
что не могут работать друг с другом. Тогда было принято решение
о разделении на два тренинговых общества: Израильское общество
аналитической психологии (ISAP) и Израильский институт юнгианской психологии (IIJP).
Давайте заменим [раббана Гамлиэля как главу Дома учения]. «Кого
мы поставим на его место? Если мы предложим раввина Иешуа, [он
не может быть назначен, так как] он является заинтересованной
стороной [в споре]. Если мы предложим рабби Акива, [раббан Гамли-
эль] будет ему вредить, ведь у него [как потомка новообращенных]
нет защиты в виде наследия предков (zechut avot)». Предложим Эле-
азара, сына Азарии, того, кто мудр, богат и является десятым по-
томком поколения Эзры. «Он мудр: если [раббан Гамлиэль] поставит
трудные вопросы, он сможет ответить. Он богат: [так что, если
раббан Гамлиэль] может одаривать римского кесаря подношениями,
он может поехать и делать это также [так как он располагает
достаточными средствами на поездки, налоги и подарки]. Он явля-
ется десятым потомком Эзры: он, следовательно, имеет наследие
прославленных предков, и [раббан Гамлиэль] не может причинить
ему вред».
Рассмотрев эти события в контексте аналитического института, мы
увидим сюжет о дворцовом перевороте, имеющем целью устранить
авторитарного президента. Возникает показательный вопрос о том,
кто станет достойной заменой, идут поиски нового президента. Рабби Иешуа как сторона в споре не может рассматриваться как лицо,
получающее непосредственную выгоду от свержения раббана Гамлиэля, так как это превратило бы раббана Гамлиэля в неумолимого
врага. Институт тогда будет постоянно разрываться поляризованными фракциями, что, скорее всего, приведет к постоянному расколу. Рабби Акива, очевидная альтернатива, считается непригодным
по причине отсутствия у него его родовой линии. Слово, которое
я перевел как «вред», в оригинале буквально означало «наказать»
и связано с богословским понятием, согласно которому знаток Торы
может привести к Божественному наказанию, которое постигнет его
176
Сложности групповой жизни аналитиков
соперника
1
. Прославленное наследие предков (zechut avot), как и безупречная линия аналитической традиции, обеспечивает магическую
защиту от таких атак. Акива, потомок «новообращенных», не имеет
такой защиты и был бы слишком уязвим для враждебных контратак
раббана Гамлиэля. В аналитических терминах раввин Акива может
рассматриваться как ведущий аналитик. Но его аналитическая родословная под подозрением, так как он изначально пришел из другой
учебной группы и в символическом смысле является «новообращен-
ным». Положение и власть такого руководителя, как и рабби Акивы,
была бы постоянно подорванной. Все его шаги как главы института
будут зависеть от негативной интерпретации: «Что можно ожидать
от человека, у которого наставником был такой-то?». Или же: «Он
действует так, потому что он когда-то был [классическим/развивающим/архетипическим] юнгианским аналитиком» (Samuels, 1985a).
Удивительный выбор 18-летнего юноши, Элеазара, сына Азарии,
помогает прояснить требования, выставляемые к президенту института. Президент должен быть мудрым, экономически обеспеченным
и с безупречной аналитической родословной линией. Он должен
быть достаточно мудрым, способным иметь дело с интеллектуальными задачами и достаточно богатым, чтобы иметь возможность
взять отпуск для путешествия в роли официального представителя института, чтобы общаться с другими представителями власти.
Элеазар произошел в десятом поколении от Эзры, или, в терминах
аналитической линии, новый президент может иметь отношение
к самому Юнгу или одному из его ближайших соратников.
В какой-то момент во время раскола я чувствовал себя чем-то
сродни Элеазару, сыну Азарии. Это произошло в период до 2001 года,
до конгресса в Кембридже, где все три группы были представлены
в IAAP как тренинговые. Это был период, когда звучали обоюдные
угрозы, что одна группа может саботировать заявку другой группы.
Я был убежден, что принятие заявок всех трех групп отвечало интересам всех израильских аналитиков, поэтому я путешествовал за свой
счет, чтобы представить фоновую израильскую ситуацию исполни-
тельному комитету IAAP, которому затем рекомендовал принятие
заявки всех трех групп на кембриджском конгрессе.
1 Карет – буквально: «срез»; в переносном смысле – «истребление»,
пр овозглашен ная в Биб лии не бесна я кара за сознат ельно е нару шение
религиозных предписаний, перечисленных в текстах Пятикнижия. –
Прим. ред.
177
Ветхий завет, Талмуд и аналитическая практика
Они пошли и сказали [Элеазару, сыну Азарии]: «Приятно ли тебе
стать главой Дома учения?» Он сказал: «Я пойду посоветоваться
с членами моего собственного дома». Он пошел и советовался с же-
ной. Она сказала: «Что, если они заменят тебя [как они заменили
раббана Гамлиэля]?» Он ответил [пословицей]: «Стоит использо-
вать драгоценные стекла сегодня, даже в случае если они разобьют-
ся завтра» [имеется в виду, что человек должен воспользоваться
возможностью, которая сегодня приходит, а не беспокоиться о по-
тере ее в будущем]. Она сказала: «На тебе нет белого [волосы – знак
умудренности]». В этот день ему было 18 лет, и произошло чудо. 18
прядей белых волос появилось на его голове. Поэтому раввин Элеазар,
сын Азарии, говорил: «Вот я и – как 70 лет и не 70 лет».
Жена Элеазара понимает реальную политику института гораздо луч-
ше, чем он, и спрашивает пророчески: «Почему твое руководство
закончится иначе, чем Гамлиэля?» (Именно этот вопрос я задаю
пациентам, желающим сменить аналитика: «Почему будет по-другому на этот раз?». Чем лучше ответ, тем больше вероятность успеха.) Элеазар со всем энтузиазмом молодежи отвечает в духе Carpe
Diem («лови момент»): принимай возможности, когда они приходят,
и не беспокойся о будущем. Единственное, что свидетельствует против Элеазара, – его молодость. Его юность может рассматриваться
как компенсация за раббана Гамлиэля, старейшину, который ведет
себя как негативный Сенекс – самоуверенный, закрытый для ново-
го опыта и завидующий молодым. Элеазара беспокоит отсутствие
Персоны, или «вида» лидера. За ночь он обретает соответствующие
черты, 18 белых прядей, и выглядит «как семидесятилетний» – из-
вестные строки, включенные в текст Пасхальной Агады. Его физи-
ческая трансформация может отражать то, как некоторые личности
становятся мудрее в новой роли.
В тот же день [когда раббан Гамлиэль был заменен], привратник был
удален, [всем] студентам разрешили войти в [Дом учения]. Раббан
Гамлиэль постановил и заявил: «Любой студент, кто внутри не та-
ков, как снаружи (tokho kevaro), да не войдет в Дом учения». В тот же
де нь больше мест бы ло доба влено. А бба Йосеф, сын До стаи, и равв ины
[согласились о количестве дополнительных мест]. Одни говорили: 400
мест были добавлены, другие сказали: 700 мест. Ум раббана Гамлиэля
был ослаблен (halash da’atei), и он сказал: «Возможно ли, что я помешал изучению Торы [народу] Израиля?». Ему снились белые кувшины,
178
Сложности групповой жизни аналитиков
полные пепла [которые показали бы его сторонникам, что студенты
были недостойными], н о было не т ак. Толь ко что бы усп око ить св ой ум,
видел он этот сон. В тот же день трактат Эдуйот (Свидетельст-
ва) был составлен, и где бы ни говорилось «в тот день» – это имен-
но о том дне [когда раббан Гамлиэль был заменен], и не обсуждалось
и не решалось никаких сомнительных галахических вопросов в Доме
учения. Кроме того, раббан Гамлиэль не отлучался из Дома учения
в течение даже одного часа [хотя он уже не был президентом], пока
он преподавал. В тот же день Иуда, обращенный из Аммона [в Транс-
иордании], предстал перед Домом учения и спросил их: «Могу ли я вой-
ти в сообщество [и жениться на израильтянке]?». Раббан Гамлиэль
сказал: «Тебе запрещено войти в сообщество». Рабби Иешуа сказал:
«Тебе разрешено войти в сообщество». Раббан Гамлиэль сказал ему:
«Разве не написано: „Аммонит или моавитянин да не войдет в Цер-
ковь Господа и Бога [Втор 23: 04]“?». Рабби Иешуа сказал ему: «Разве
аммониты и моавитяне живут на своем месте, с тех пор как Сан-
хариб, царь Ассирии, смешал все народы, как написано: „У меня сти-
раются границы народов, я разграбил их сокровища и сослал их многочисленное население“» [Ис 10: 13] [Правило]. «Образец указывает
на большинство» [то есть большинство стран в настоящее время
перепутаны, так что предки этого «обращенного» могут быть не-
известны, могли быть приняты и не рассматривались как аммони-
ты во времена] Библии. Раббан Гамлиэль сказал ему: «Разве не на-
писано: „Но потом я верну аммонитов из плена – говорит Господь?“
[Ир 49: 6]. И они уже вернулись». Рабби Иешуа сказал ему: «Разве
не написано: „Я восстановлю народ Мой, Израиля, из плена?“ [Ам
9: 14]. Но они еще не вернулись». Сразу же ему [аммониту] было раз-
решено присоединиться к сообществу.
Под новым руководством критерии отбора института кардинально
изменились. Работа привратника, похожего на швейцара в притче
Кафки «Процесс», состояла в том, чтобы исключать недостойных.
Кандидаты отклонялись, если их внутренним качествам не соот-
ветствовали наружные (ein tokho kevaro). С точки зрения юнгианст-
ва, кандидатов, которым было что скрывать или чьи Персоны не от-
ражали их Самости, не принимали. Вариант рукописи объясняет,
что раббан Гамлиэль считал студентов, чьи внутренние качества
не соответствовали внешним, нечестными в своей основе, и поэто-
му они никогда не могли стать кандидатами. Элеазар, сын Азарии,
179
Ветхий завет, Талмуд и аналитическая практика
противопоставил ему аргумент, что несовершенный студент благо-
даря упорному труду и учебе может стать совершенным или по край-
ней мере «достаточно хорошим». Задача привратника состоит в том,
чтобы узнать, кто достоин входа. Приемные комиссии в учебных
заведениях выступают в качестве привратников и часто отвергают
кандидатов на основе обнаруженных в характере человека недостатков. Такие исключения, как правило, оправданы с точки зрения
стандартов, но неявно способствуют эмоциональному превосходст-
ву тех, кого принимают, и унижению тех, кого отклонили
1
. Айсолд
отмечает, что на протяжении обучения, когда возникают вопросы
об «эмоциональной способности некоторых кандидатов к практике
анализа», решение о том, как иметь дело с ними, часто основывается на «потребности сообщества продолжать поддерживать профессиональную репутацию», а не на том, как оказывать необходимую
помощь кандидату (Eisold, 2001, p. 349). В новом Израильском институте юнгианской психологии (IIJP) были изменения в политике,
аналогичные учрежденным Элеазаром, сыном Азарии. Предыдущие
кандидаты проходили собеседование, в котором оценивались в соответствии с некоторыми нечеткими критериями психологического
здоровья и аналитического потенциала.
В результате этого подхода, как и в Доме учения раббана Гамли-
эля, исключили многих кандидатов, которые хотели учиться. Проанализировав ситуацию, члены нового института пришли к выводу,
что эта точка зрения была основана на предвзятой идее о том, каким
должен быть аналитик. Такое бессознательное или подсознательное
предубеждение может повлиять на процесс отбора, подталкивая
к выбору кандидатов, которые были бы похожи на членов приемной
комиссии. Вместо отборочного интервью («Этот человек достоин?»)
мы ввели отсеивающее интервью («Есть ли достаточные аргументы
для отклонения заявки этого человека?»), чтобы не столько прини-
мать кандидатов, сколько установить, существуют ли достаточные
1 На протяжении десятилетий американские психоаналитические ин-
ституты были открыты исключительно для докторов медицины, хотя
медицинское образование вряд ли отвечает требованиям психоанализа. Юнгианские институты отличаются друг от друга тем, какой
именно профессиональной квалификации и лицензии они требуют.
В ряде случаев споры, касающиеся квалификационных требований
или статуса обучающего аналитика, сами стали «непосредственной
причиной» раскола (Kirsch, 2000).
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]