Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основы психологической помощи. Учебное пособие
.pdf
вующие ее поддержанию. Напротив, принятие ответственности и переживание большей способности к действию— одно из следствий экстернализации. Ведь можно своими действиями и поступками способствовать поддержанию проблемы, а можно— нет: все находится в
руках самого клиента и ответственность за свои действия (которые
подпитывают проблему или наоборот) несет тоже клиент. Таким образом, у клиента появляется ощущение власти над своей проблемой,
ощущение того, что он хозяин своей жизни, а также ощущение своих
возможностей по изменению своего поведения и нахождению альтернативных вариантов (Л.Г. Степанова, 2019).
Важно отметить, что экстернализация включает гораздо больше,
чем «лингвистические методы». Экстернализация связана с особым
способом понимания, определенной традицией мышления, называемой постструктурализмом. Этот способ понимания делает значительный акцент на языке, вопросах власти и способах конструирования
смысла и идентичности (M. Carey, S. Russell, 2002).
У клиентов в ходе такой беседы появляется возможность взглянуть на свою жизнь с ресурсной позиции и перед ними открываются
возможности, с помощью которых они смогут справиться с проблемами. М. Уайт отмечал, что «Если человек и проблема суть одно, то существует очень мало способов избавления от проблемы, помимо при
чинения вреда самому себе. Но если отношения человека с проблемой становятся более определенными, четко и ясно описанными, как
это происходит в экстернализирующих беседах, появляется новый
набор возможностей для пересмотра этих отношений»1. Отсюда вытекает еще одна задача нарративного практика: помочь человеку посредством экстернализации своей проблемы по-новому увидеть свой
опыт. В какой-то момент в ходе экстернализующих бесед люди начинают осознавать, что они и то, что им внушает проблема,— это не
одно и то же, это не единственно правильный способ видеть себя и
относиться к себе.
Экстернализующие беседы могут использоваться не только для
рассмотрения проблем. Их можно применять и более широко, например при определении сильных сторон или выявлении ресурсов человека, обратившегося за помощью. Например, если клиент говорит, что
ему «его храбрость помогает двигаться вперед», то здесь появляется
возможность начать экстернализирующую беседу, дающую более насыщенное описание этого качества, и узнать, какова история храбрости, каким образом она связана с определенными навыками решения
проблем и с жизненными знаниями, которые могут быть полезны клиенту сейчас (Л.Г. Степанова, 2019).
-
1
Уайт, М. Карты нарративной практики: Введение в нарративную терапию. С. 38.
301
Для проведения таких бесед М. Уайт (2021) разработал «Карту
определения позиции». Эта карта позволяет разделить беседу на этапы
с опорой на четыре категории вопросов. Первый этап— определение
проблемы, по поводу которой человек обратился за помощью, причем
максимально приближенно к его опыту, т.е. без терминологии и постановки различных диагнозов или самодиагнозов. Второй этап—
выяснение, как проблема влияет на разные области жизни человека,
в которых выявлены сложности, т.е. исследование последствий воздействия проблемы. Третий этап— оценивание «поступков» проблемы и последствий ее воздействия на разные области жизни. Четвер-
тый этап— обоснование такой оценки, т.е. почему человек выбирает
ту или иную позицию, почему это нравится или не нравится, почему он
именно так относится к тому, что происходит.
Деконструкция (деконструирующая беседа) побуждает людей уви-
деть свои проблемные истории с разных точек зрения, заметить, как
они сконструированы (или вообще увидеть, что они сконструированы),
отметить их ограничения и обнаружить, что существуют другие возможности. По мере того как люди начинают задумываться над тем, как
были сконструированы те или иные представления, они видят, что эти
представления не являются неизбежными и не олицетворяют абсолютную истину. Напротив, они выступают конструктами, которые могли бы
быть составлены по-другому.
В деконструкции как технике психологической работы можно выделить следующие этапы:
исследование идей, которые могут поддерживать существова-
ние проблемы;
прослеживание историй этих идей (как они пришли в жизнь
человека);
оценку влияния идей (помогают или нет);
выявление исключения (если идея не помогающая), т.е. когда
само собой разумеющаяся истина не являлась таковой (другие точки
зрения, культурные и исторические контексты, другие ситуации и т.д.);
исследование исключения для развития непроблемного по-
нимания, поведения и т.д.
Деконструкция имеет дело с практиками использования в социуме в отношении людей «истин», с одной стороны, отчужденных от условий и контекста создания этих истин, а с другой— отчужденных от
контекста и условий жизни конкретных людей. Деконструкция стремится не к тому, чтобы бросить вызов определенным представлениям,
а к тому, чтобы человек получил возможность рассмотреть их под разными углами зрения, оценить их влияние на свою жизнь и определиться, насколько они ему подходят.
302
Беседа пересочинения (или восстановление авторской позиции)
(Re-authoring) предлагает людям делать то, что они обычно делают, т.е.
связывать события своей жизни в определенной временной последовательности в соответствии с темой (или сюжетом). Тем не менее в
этой деятельности людям помогают выявить наиболее забытые события их жизни— уникальные эпизоды, или исключения,— и поощряют
принимать их в альтернативные сюжетные линии.
Уникальные эпизоды, или исключения, обеспечивают точку входа
в альтернативные сюжетные линии жизни людей, которые в начале
этих разговоров становятся видимыми как едва заметные следы, полные пробелов и не имеющие четкого названия. Во время этих бесед
нарративные практики выстраивают каркас из вопросов, которые побуждают людей заполнить эти пробелы. Это своеобразные строительные леса, которые помогают людям использовать свой жизненный
опыт, свое воображение и свои ресурсы для создания смысла, и которые вызывают их любопытство. В результате альтернативные сюжетные линии жизни людей уплотняются и более глубоко укореняются в
истории, пробелы заполняются, а эти сюжетные линии четко обозначаются. М. Уайт подчеркивал, что «Людям становятся любопытны, интересны остававшиеся прежде без внимания аспекты их жизни и взаимоотношений, их поражает, как в процессе беседы эти ранее незаметные линии их истории становятся все более значимыми, “укореняются” в прошлом и образуют фундамент для новых действий,
направленных на разрешение их проблем и сложных жизненных
ситуаций»1. Кроме того, разрабатывая каркас строительных лесов для
создания альтернативных историй, нарративные практики, опираясь
на идеи Джерома Брунера, обращаются к вопросам «ландшафта действия» (события, связанные последовательно, во времени и в соответствии с темой/сюжетом) и «ландшафта идентичности» (он же ландшафт смыслов, или ландшафт сознания): «Ландшафт действия— это
«материал» истории, он состоит из последовательности событий, составляющих сюжет, и фабулы. Ландшафт сознания состоит из того, что
вовлеченные в действие люди знают, думают, чувствуют или не знают,
не думают, не чувствуют»
2
.
Можно выделить следующие этапы развития предпочитаемой
истории:
открытие и детализацию исключений из проблемной исто-
рии— «уникальных эпизодов»;
прояснение предпочитаемости уникального эпизода, насколь-
ко они являются желательными;
1
Уайт, М. Карты нарративной практики: Введение в нарративную терапию. С. 77.
2
Уайт, М. Карты нарративной практики: Введение в нарративную терапию. С. 92.
303
развитие уникального эпизода в различных временных рам-
ках и связь их с другими уникальными эпизодами, уплотнение альтернативной, предпочитаемой истории.
Исключенные события (уникальные эпизоды) могут быть обнаружены как в сфере действий (знания, навыки, поступки и способности),
так и в сфере идентичности (смыслы, цели и намерения, качества и
особенности, желания, надежды, ценности и убеждения). Эти сферы в
нарративном подходе называются «ландшафт действия» и «ландшафт
идентичности». Исключениями из проблемной истории могут быть моменты, когда человеку удавалось изменить отношения с проблемой,
уменьшить ее размер и ее влияние на свою жизнь. Но отдельный уникальный эпизод сам по себе не конкурентоспособен по сравнению с
проблемной историей, поэтому его необходимо связать с другими
фактами и событиями из различных ландшафтов жизни человека.
По мере своего развития беседы пересочинения создают условия,
при которых люди могут шагнуть в ближайшее будущее ландшафта
действия своей жизни. Эти беседы позволяют заново развить и усилить
подчиненные истории в жизни людей. Именно укрепление, усиление
этих подчиненных сюжетов обеспечивает людям основу того, чтобы
преодолевать проблемы и сложные жизненные ситуации, находясь в
гармонии с особо важными, ценными жизненными темами для них,
которые становятся все более насыщенными и осознаваемыми
(Л.Г.Степанова, 2020).
Таким образом, психолог, работая с клиентами
тивной терапии, выполняет следующее:
принимает и подчеркивает важность уникального опыта клиента;
способствует развитию восприятия изменяющегося мира пу-
тем связывания элементов проживаемого опыта во временные последовательности;
предлагает занять рефлексивную позицию и признать свое
участие в актах интерпретации происходящего;
одобряет и поддерживает чувство авторства и право на пере-
осмысление историй своей собственной жизни и отношений;
признает тот факт, что истории создаются в сотворчестве, и
способствует тому, чтобы клиент стал автором собственной жизни.
Краткосрочная терапия, ориентированная на решение (SFBT, или
ОРКТ, — ориентированная на решение краткосрочная терапия). Разработана в конце 1970-х гг. Стивом де Шейзер (1940–2005) и Инсу
Ким Берг (1934–2007) совместно с коллегами в Центре краткосрочной
семейной психотерапии (далее — Центр) в США. Как следует из названия, этот подход ориентирован на цель и фокусируется на реше-
1
в рамках нарра-
1
М. Уайт не называл клиентов клиентами, он говорил «люди, которые столкнулись
с трудностями».
304
ниях, а не на самой проблеме, которая привела клиента на терапию.
Само направление как особый подход в психотерапии обычно датируется 1982 г. — лозунг Центра звучал как «Решения с 1982 года»
(«Solutions since 1982»). Подход SFBT предполагает, что все клиенты
имеют некоторое представление о том, что сделает их жизнь лучше,
даже если им может понадобиться некоторая (иногда существенная)
помощь в описании деталей их лучшей жизни, и что каждый, кто обращается за помощью, уже имеет, по крайней мере, минимальные навыки, необходимые для создания решений.
Стив де Шейзер и Инсу Ким Берг опирались на взгляды Пола Вацлавика (всемирно известный исследователь коммуникации), Джона
Уикленда (проводил исследования шизофрении с Грегори Бейтсоном),
Джона Хейли (всегда подчеркивал важность системного подхода и писал об особых принципах функционирования и существования систем), а также на идеи Сальвадора Минухина (основателя структурной
семейной терапии, который предложил рассматривать семью как систему и использовать в терапевтических целях изменения, происходящие в системе). В частности, С.деШейзер взял в свой методический
арсенал метод наблюдения за маленькими изменениями и расширения небольших положительных изменений. Еще одним всемирно известным психотерапевтом, внесшим большой вклад в развитие под
хода краткосрочной терапии, ориентированной на решение, является
Милтон Эриксон (1901–1980). Он всегда подчеркивал, что клиент —
это специалист, который определенно знает, как работать со своей
проблемой, но нуждается в помощи, чтобы увидеть и открыть это знание (А.В.Михальский, 2015).
Основные принципы SFBT включают следующее:
отношения между клиентом и психологом чрезвычайно важ-
ны: клиент ведет, а психолог следует за ним;
никакая проблема не происходит все время (100% времени) с
одинаковой интенсивностью;
необходимо сосредоточиться не на самой проблеме, а на ее
решении;
у большинства клиентов есть ресурсы для изменений;
если это не сломано, то и не чините, а если это работает, то
выжмите из него больше;
если люди застряли, то это потому, что они продолжают делать
то, что не работает, поэтому нужно сделать что-нибудь другое и тогда
можно будет получить другой результат;
перемены неизбежны, поэтому вопрос не в том, произойдет ли
изменение, а в том, когда оно случится;
одно небольшое изменение в жизни человека может иметь ре-
шающее значение для «запуска» положительной динамики изменений.
-
305
СтивдеШейзер подчеркивал важность усиления решений, а не
решения проблем и отводил клиенту роль эксперта. Основное внимания уделяется решениям, надеждам, ресурсам, сильным сторонам и
позитивным исключениям. Этот подход очень эффективен, полезен и
полон надежд на перемены, независимо от степени сложности или
серьезности проблем. Психолог характеризуется крайне позитивным
отношением, которое определяется «видением» только конструктивных, ресурсных возможностей и принципиальным «невидением» проблемы. Клиента просят подумать о том, чем бы он хотел заменить проблему и на каком этапе, по его мнению, терапия будет успешной.
Задачами психолога является ведение диалога таким образом,
чтобы выполнить следующее:
создать и укрепить хороший контакт с клиентом;
выяснить опору, на которой базируются будущие позитивные
изменения;
изучить жалобы клиента, прояснить проблему, определить до
стижимые цели;
создать и расширить мотивацию клиента к позитивным изме-
нениям;
выстроить стратегию и тактику терапевтического воздействия
таким образом, чтобы достичь поставленных целей.
Принято считать, что в SFBT-подходе на встрече именно клиент
выполняет основную работу. В работе же психолога важным является
понимание того, кому и какие вопросы задаются, каково предназначение того или иного вопроса. Поэтому вопросные технологии в SFBTподходе играют очень важную роль, поскольку «Ответы, которые вы
получите, зависят от вопросов, которые вы зададите» (Т. Кун).
Основные типы вопросов в SFBT. Вопросы об изменениях перед
встречей (pre-session change). Желаемые изменения у клиентов часто
происходят именно в период между первым контактом (например,
звонком по телефону с назначением встречи) и самой первой встречей. Часто упускается из виду то, что клиенты сами предпринимают
определенные усилия по нормализации, которые часто оказываются
успешными. Кроме того, в период между первым звонком и первой
встречей клиенты оказывают повышенное внимание своему поведению, отношениям, стараются замечать, что именно происходит, применяют не совсем обычные для них приемы (например, в обращении
со своими детьми). Для SFBT-психолога очень ценная информация
будет содержаться как раз в этих изменениях перед первой встречей.
Однако если не спросить об этом, клиент не обратит на это внимание,
а продолжит жаловаться только на те проблемы, которые оговаривались при назначении встречи. Вопрос об изменениях перед встречей
строится в модели «Что происходило особенного или необычного в
-
306
период между нашим разговором по телефону и тем, когда вы сюда
пришли— за эти несколько дней?».
Вопросы об исключениях (exception-finding questions). Помимо того,
что проблема может усиливаться или ослабевать, существуют более
или менее длительные периоды, когда проблема в принципе перестает напоминать о себе, исчезает. Именно такие периоды, когда проблема не происходит, хотя могла бы, называются исключением. С помощью этих вопросов выявляются различия в том, в каких условиях
появляется проблема, а в каких условиях она не проявляется. Основным вопросом об исключении является следующий: «Расскажите о
периодах, когда такой проблемы не было». Например, «Вы упоминали
о том, что месяц назад вы не подходили к холодильнику ночью в течение нескольких дней подряд. Правильно ли я поняла? Когда было еще
время, когда вы не ели лишнего на ночь?». Даже если исключение
происходит только в какой-то узкой, специфической ситуации, это уже
большой задел для совместной работы клиента и психолога по расширению «исключительной» области— поля исключений.
Исключения бывают двух типов: случайные и предсказуемые. Случайные исключения— такие моменты, когда клиент приписывает
успешность ситуации другому лицу, или говорит, что он не имел контроля над ситуацией. Это произошло случайно, или как следствие
чьего-то участия. Предсказуемое исключение— планомерное. Это уже
результат работы клиента над собой. Однако вопрос о наличии исключений— лишь начало темы. Необходимо продолжить исследовать
область исключений, задавая дополнительные вопросы, например
«Что же именно было по-другому? Как именно вы по-другому действовали? Как вы понимаете, что проблемы нет? Как окружающие замечают, что проблемы нет? Как вы думаете, что потребуется, чтобы повторить такое удачное стечение обстоятельств?» и т.д.
Вопросы о прошлых успехах и достижениях. Основной целью этих
вопросов являются мотивация клиентов, ресурсирование (поиск полезных ресурсов в прошлом). С помощью этих вопросов удобно будет
изучить то хорошее, что уже происходило ранее в связи с насущной
проблемой клиента. Логика построения вопросов такого типа достаточно проста: когда клиент начинает описывать свою проблему, психолог уточняет не только то, когда и как она происходила, но и то, как
дела принимали положительный оборот.
Практически всегда можно найти определенный ритм функционирования проблемы: когда-то она хуже, когда-то она лучше, просто
нужно придать немножко больше внимания подъемам, а не спускам.
Вкачестве примера таких вопросов можно привести следующие:
«Какименно вы были уверены в себе в школе? Припомните ситуации,когда эти положительные чувства ощущались? Когда именно это
307
проявлялось? Как так получилось, что ситуация вовсе не ухудшилась?
Ведь тогда не было надежды, но вы сделали это… каким образом?».
Психологу необходимо найти полезную информацию о тех моментах и способах, которыми клиент достигал успехов, совершал какие-либо достижения. Как правило клиенту нужна помощь в том, чтобы
вспомнить это, поскольку даже самые сильные положительные воспоминания теряются. С помощью этих вопросов психолог открывает
чаще или реже используемые ресурсы, клиент же с удивлением и удовольствием открывает для себя свои собственные прошлые достижения и успехи.
Копинг-вопросы (coping questions). Этот тип вопросов сфокусиро-
ван на выяснение тех способов, с помощью которых клиент преодолевает тяжелые, проблемные, самые сложные ситуации. Если придерживаться строгой логики, то копинг-вопросы являются разновидностью
вопросов о прошлых достижениях. Однако они традиционно в SFBT
выносятся в отдельный блок: в них психолог направляет свое внимание на то, как именно преодолевается проблемная ситуация, какой
именно способ выбирает клиент, чтобы справиться с проблемой. Примером такого типа вопросов могут быть следующие: «Что именно
выделаете, чтобы …? Вы всегда умели это делать, или со временем
научились?».
Эти вопросы особенно полезны, поскольку придают силы клиенту,
находящемуся в кризисной ситуации. Они создадут мощную позитивную опору для изменений, вдохнут в клиента уверенность в том, что
изменения возможны и даже неизбежны. Они мотивируют и превращают, казалось бы, безнадежную ситуацию в такое проблемное поле,
с которым уже возможно работать.
Таким образом, терапия начинается с допущения, что из проблемы
всегда можно найти исключения: ни одна проблема или жалоба не
присутствует постоянно с одной и той же силой. Это позитивные исключения, когда проблема или жалоба ощущаются менее серьезно
или не ощущаются какое-то время, часто не замечаются клиентом или
обесцениваются как что-то незначительное, это происходит вследствие зашоренности на проблеме.
Поэтому важно делать акцент на этих исключениях и спрашивать:
«В какие моменты проблема отсутствует или менее всего выражена?
Чем отличаются эти моменты? Что вы делаете иначе в это время?».
Если клиент говорит, что проблема не решается, то психолог может
задать копинг-вопросы, например «Как вам удалось предотвратить
ухудшение?» и «Звучит так, что ситуация непростая... Как вы справляетесь, чтобы удержаться так, как сейчас?» (С. де Шейзер, 2022).
Чудесный вопрос. Является ключевой техникой в краткосрочной
терапии, ориентированной на решение. Суть его заключается в том, что
человеку, рассказывающему о проблеме, терапевт предлагает пофан-
308
тазировать. Стив де Шейзер писал: «У клиентов бывают разные реакции на этот вопрос. Они могут показаться озадаченными. Они могут
сказать, что не понимают. Они могут улыбаться. Однако обычно, если
есть достаточно времени для обдумывания, клиенты описывают некоторые очень специфические вещи, которые будут происходить, когда их проблема будет решена. Ответы, которые дают клиенты, обычно
соответствуют целям терапии. Таким образом, ответы помогают клиентам более подробно описать то, какой они хотят видеть свою жизнь.
Аэто, в свою очередь, может помочь выяснить их предыдущие реше-
1
ния и исключения»
.
Некоторые психологи думают, что цель чудесного вопроса— опре-
делить цели терапии. Однако, цель чудесного вопроса гораздо шире—
это целый процесс, помогающий перейти от решения проблем к построению решений, сосредоточив внимание на деталях предпочтительного будущего, который затем приведет к вопросам об исключениях (какие части чуда, даже самые небольшие, уже происходят, что
будет вместо проблемы и т.д.). Речь идет о смещении фокуса разговора от проблемы к тому, что происходит, когда проблема больше не
преобладает, об изменении всей атмосферы разговора. Это также
можно назвать набором чудесных вопросов или вопросом о предпочитаемом будущем.
Невероятно важным и часто упускаемым из виду аспектом предпочтительного будущего является его характер, связанный с взаимодействием с другими людьми, поскольку проблемы (как и решения)
существуют в системном, интерактивном контексте. Это означает, что
значимые другие (близкие люди клиента) являются частью контекста
проблемы, а также частью предпочитаемой картины будущего, отношения с этими людьми и взгляд клиентов на них дают ключ к пониманию того, что будет другим, когда проблема исчезнет. Некоторые клиенты не всегда могут описать исключения, и это нормально. Для них
есть другие инструменты.
Важно помнить, что «Чудесный вопрос»— это не простой вопрос
с готовым ответом, как например «Сколько сейчас времени?»—
«10:15». Когда психологи рассматривают его ошибочно как простой
вопрос, они думают, что клиенты должны ответить определенным образом (возможно, дать какой-то идеальный ответ). И когда клиенты
этого не делают (а это часто происходит)— психологи говорят, что чудесный вопрос не работает. Эта идея и такие ожидания приносят вред
как психологу, так и клиенту. Конечно, клиент не может дать определенный «ответ», он может дать только какой-то «ответ». Чудесный
вопрос не используют с намерением получить определенный ответ.
1
Больше, чем чудеса: искусство ориентированной на решение краткосрочной
терапии / С. де Шейзер [и др.]; пер. с англ. Ю.С. Гамзина. Киев, 2022. С. 34.
309
Данная техника нужна, чтобы получить лишь первый элемент в большом описании чудесного будущего, первый шаг психолога, направленный на побуждение клиента дать соответствующие ответы
(T.S.Nelson,2018).
Таким образом, чудесный вопрос, скорее всего, не сработает, если
терапевт не будет помнить о том, что это первый вопрос в серии, в
котором будет подчеркнуто, то чего хотят клиенты и что уже происходит из того, чего они хотят. Обычно клиенты говорят что-то вроде: «Я
чувствую, словно гора упала с моих плеч». Как это часто бывает, клиент
начинает с разговора о том, как он сразу «почувствует себя лучше».
«Чувство, когда тебе лучше», как правило, мимолетно— особенно сначала, когда клиент только начинает размышлять об этом, поэтому следует задать вопрос, связанный с тем, что сказал клиент: «Хорошо, гора
упадет с плеч, а что вы будете делать?». В каждом случае ответный
вопрос психолога призван помочь клиенту создать больше деталей и
встроить описания клиентов в более широкий социальный контекст.
На самом деле чудесный вопрос вообще не является вопросом.
Скорее, это первый шаг в языковой игре. Когда клиент отвечает, психолог задает следующий вопрос, чтобы помочь клиенту уточнить и расширить свой первоначальный ответ. После чудесного вопроса разговор перемещается в направлении тех «кусочков» чуда, которые уже
происходят, и клиенты часто начинают описывать, что стало лучше уже
после того, как они решили обратиться за помощью к психологу.
Чудесный вопрос— это не отдельный вопрос вне остального контекста, даже если иногда создается впечатление, что он сам по себе
способствует изменениям у клиентов. Для того чтобы получить терапевтический эффект, чудесный вопрос, как правило, должен быть связан с последующими вопросами, смысл которых заключается в том,
чтобы помочь клиенту обнаружить стратегии конструирования реальности из его описания чуда.
Шкалирующие вопросы. Независимо от того, ставит ли клиент конкретные цели напрямую или с помощью чудесного вопроса, важной
следующей техникой в SFBT является шкалирование каждой цели.
Шкалирующие вопросы— тип вопросов, известный в психологии и
психодиагностике. В подходе SFBT шкалирование используется в
меньшей степени для диагностики, и в большей— для терапевтических
изменений. Применяя простую шкалу от 0 до 10, мы можем оценивать
текущее положение вещей, происходящие изменения, желание человека что-либо менять, уверенность в изменениях:
какой балл был, когда назначили первую встречу;
бкакой балл сейчас;
какой балл будет на следующий день после чуда, т.е. когда те-
рапия пройдет успешно (С. де Шейзер, 2022).
310
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]