Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Основные понятия англоязычного переводоведения. Терминологический словарь-справочник
.pdf
Исходные нормы – это выбор переводчика относительно того,
следовать ли ему в переводе лингвистическим и литературным
нормам, принятым в ИЯ и определяющим адекватность перевода,
нормам, принятым в ПЯ и определяющим приемлемость перевода
в рамках данной культуры, или попытаться их скомбинировать.
Операционные нормы – это конкретные решения, принятые
переводчиком в процессе перевода: добавления,
лингвостилистические предпочтения переводчика. Они подразделяются на две подгруппы: 1) матричные нормы, которые определяются способом распределения текстового материала, полнотой
перевода и возникшими в результате значительных опущений изменениями в сегментации; 2) текстуально-лингвистическими нормами,
касающимися выбора материала при формулировании текста
перевода (Toury, 1995).
Критикуя методологию Г. Тури, другие исследователи замечают
, что нормы перевода тот выводит на основе сравнительного
анализа нескольких переводов одного текста, предпринятых разными переводчиками в разные эпохи (Gentzler, 1993). Сравнительный анализ выявил расхождение в определениях перевода, разные
приоритеты, на которые ориентируются переводчики, и часто подсознательные правила, которыми они руководствуются, принимая
переводческие решения. Базой для сравнения послужил некий
«идеальный» перевод (см. TERTIUM COMPARATIONIS), основанный на абстрактных лингвистических и литературных нормах.
Из этого следует, что адекватный перевод в принципе невозможен,
ибо ни один из переводов не может быть ни полностью приемлемым в языке перевода из-за структурных и вербальных различий,
ни адекватным исходному тексту из-за нового культурного
текста, в который он помещен. В конечном счете выдвигается
некий гипотетический инвариант перевода, который определяется
некой литературной/лингвистической формой, формальной переводческой универсалией, которую все двуязычные индивиды могут
интуитивно определить (Gentzler, 1993).
Исследователи также указывают на то, что провести разграничение между понятиями «нормы перевода» (translation norms) и
«традиции, правила поведения» (conventions) достаточно сложно.
По мнению исследователей, нормы следует понимать как более
строгие и обязательные для исполнения, чем социальные правила
поведения или традиции (Hermans, 1998). В качестве примера приводятся переводы ключевых юридических терминов на итальянский
язык в сводках из зала суда и в комментариях из периодических
опущения и другие
кон-
141
изданий. В первом случае используется транслитерация и это рассматривается как норма перевода. В комментариях же в переводе
ключевых терминов используется калькирование, т.е. передача иностранного понятия средствами родного языка. Это рассматривается
как следование традиции (Hermans, 1998, p. 15–16). Различают также
учредительные (constitutive) нормы, определяющие то, что может
рассматриваться как перевод, а что – нет (
гулятивные (regulatory) нормы, определяющие выбор, напр. эквивалента (Baker, 2001). Некоторые исследователи различают профессиональные нормы (professional), т.е. применяемые профессионалами и определяющие приемлемые методы и стратегии в
переводческой практике, и ожидаемые нормы (expectancy), т.е.
выражающие требования получателя информации (Chesterman,
1998). Профессиональные нормы подразделяются на нормы ответственности (accountability), т.е. этические
соблюдение принципа целостности и тщательности; коммуникативные (communication) нормы, т.е. социальные и нормы, выражающие отношения (relation) между оригиналом, текстом перевода,
читательскими ожиданиями и целью перевода (Chesterman, 1998).
Помимо понятий норм перевода и общепринятых правил поведения вводитcя также понятие стратегии перевода, так как
«нормы межкультурного поведения требуют наличия определенной стратегии» (Snel Trampus, 2003, р. 51), т.е. стратегия перевода
является следствием соблюдения норм и правил поведения. Примерами стратегии исследователь считает использование таких
переводческих приемов, как экспликация («нормализация» иностранного выражения) и упрощение (simplification) (см.
EXPLICATION, SIMPLIFICATION) (Snel Trampus, 2003).
Библиогр.: Chesterman А. Memes of translation: The spread of ideas in
translation theory. – Amsterdam; Philadelphia, 1997; Gentzler E. Contemporary translation theories. – L.; N.Y., 1993; Hermans T. Paradoxes and aporias // Riccardi A. Translation studies perspectives on an
emerging discipline. – Cambridge, 2003. – P. 34–78; Holz-Mänttäri J.
Translatorisches handeln. Theorie und methode. – Helsinki, 1984;
Levý J. Translation as a decision process // To honor Roman Jakobson:
Essays on the occasion of his seventieth birthday. – The Hague, 1966;
Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by Baker M. – L.;
N.Y., 2001; Snel Trampus Rita D. Aspects of a theory of norms and
some issues in teaching translation // Riccardi A. Translation studies
perspectives on an emerging discipline. – Cambridge, 2003. – P. 79–
115; Snell-Hornby M. Translation studies: An integrated approach. –
адаптация, напр.) и ре-
нормы, предписывающие
142
Amsterdam; Philadelphia, 1998; Toury G. Descriptive translation studies and beyond. – Amsterdam; Philadelphia, 1995.
М.А. Захарова
OBLIGATORY SHIFTS (обязательные, вынужденные смещения,
обязательные, вынужденные сдвиги) – изменения в тексте перевода
по отношению к тексту оригинала, предпринимаемые переводчиком вынужденно, для того, например, чтобы сделать текст перевода
более доступным для целевой аудитории. По мнению Ю. Найды,
приемы по достижению динамической эквивалентности могут
рассматриваться как частный случай
Понятие введено А. Поповичем, который разрабатывал теорию художественного перевода.
Библиогр.: Catford J.С. А linguistic theory of translation: An essay in
applied linguistics. – L., 1967; Nida E.A. Language, structure and
translation. – L., 1975; Nida E.A. Toward science of translating. –
Leiden, 1964; Makaryk I.R. Encyclopedia of contemporary literary
theory: Approaches, scholars, terms. – Toronto, 1993; Popovič A.
Theory of literary translation. – L., 1975; Routledge encyclopedia of
translation studies / Ed. by Baker M. – L.; N.Y., 2001.
OMISSION (опущение) – один из универсальных приемов перевода, который заключается в опущении ненужной или несущественной информации.
Omission = Deletion
По мнению М. Бейкер, опущение используется, если «это не
играет определяющей роли
внимание читателя слишком длинными объяснениями» (Baker,
1992, р. 40) Опущение слов, фраз и предложений является самым
прямым способом упрощения текста. Опущение и добавление –
две наиболее распространенные стратегии для приспособления
текста ИЯ к особенностям ПЯ. Служат стилистическим и стратегическим целям. Опущение помогает сгладить различия в языках
разных
ский). Опущение чаще используется в переводе с испанского на
английский, так как некоторые грамматические формы (напр.,
притяжательные местоимения) реже используются в английском
языке. Наиболее распространены лексические опущения. Напри-
лингвистических групп (например, испанский и англий-
в развитии текста, а лишь отвлекает
обязательного смещения.
М.Б. Раренко
143
мер, опускаются названия брендов, небольших городов, отдельных
учреждений (баров, ресторанов и т.д.), названия-аббревиатуры,
специфические для данного языка формы обращения. Причины
лексического опущения – различие в фоновых знаниях культур ИЯ
и ПЯ. Названия брендов, исторических и культурных реалий могут
быть важны в ИЯ, но незначимы в ПЯ. Иногда полностью опускается фразеологическая единица, так как ей нет близкого соответствия ПЯ или по стилистическим соображениям. Опущение часто
рассматривается как недостаток, свидетельствующий о некомпетентности переводчика, так как ведет к частичным смысловым
потерям. Опущенная реалия может: 1) выполнять поэтическую
функцию характеристики персонажа, например, название напитка
или марки одежды может нести имплицитную информацию о
альном и имущественном положении; 2) создавать определенную
атмосферу, придавать национальный колорит (напр., такие слова,
как sheriff, coyote, grizzly, prairie, savannah, mustang в романах о
Диком Западе); 3) нести информацию об образе жизни, привычках
и обычаях страны ИЯ (см. TRANSLATION STUDIES). Однако
иногда опущение считается закономерным и удобным способом
решить переводческую проблему и устранить непереводимые
элементы текста, такие как
специфические для данного контекста или культуры элементы
содержания. Например, испанцы часто упоминают в речи святых и
Бога, что может быть несвойственно представителям других культур,
соответственно, эти элементы содержания оригинального высказывания опускаются в переводе. Опущение рассматривается как
адекватная переводческая стратегия в следующих случаях: 1) если
данный элемент содержания неприемлем
тории ПЯ; 2) если присутствие этого элемента окажет отрицательное воздействие; 3) если его использование произведет в ПЯ эффект, противоположный ожидаемому автором оригинала, например,
придаст экзотизм вместо узнаваемости, неясность вместо очевидности; 4) элемент содержит уже известную или излишнюю
информацию.
Библиогр.: Baker M. In other words: A coursebook on translation. – L.,
1992; Translation studies. – Mode of access: http://www.seas3.elte.hu/
coursematerial/KarolyKrisztina/TS-lecture17.ppt; Mode of access: http://
www.bbspanish.com/addition-and-ommission-in-spanish-translation.htm.
металингвистические ссылки, слишком
для читательской ауди-
М.А. Захарова
соци-
144
ONE-TO-MANY-EQUIVALENCE (множественная эквивалент-
ность) – тип межъязыковой эквивалентности, которая устанавливается между словом (выражением), грамматической формой
или конструкцией одного языка и несколькими одноуровневыми
единицами (словами, фразеологизмами, формами, конструкциями)
другого языка.
Особенности данного вида эквивалентности (one-to-many
equivalence), в отличие, например, от таких типов, как one-to-one
equivalence (см. ONE-TO-ONE EQUIVALENCE) или one-to-part-ofone equivalence (см. ONE-TO-PART-OF-ONE EQUIVALENCE,
заключаются в
многозначная) имеет несколько регулярных соответствий в другом
языке. На лексическом уровне отношения one-to-many equivalence
встречаются довольно часто, так как в различных национальных
картинах мира понятия концептуализируются по-разному. Наличие множественных соответствий можно констатировать не только
у многозначных слов, но и у однозначных слов, например:
sincerity – искренность, чистосердечие, прямота, честность;
chamber – 1) комната, горница, апартаменты, покои; 2) зал, па-
лата, конференц-зал; 3) контора, камера, кабинет и т.д. Это свя-
зано с неполным совпадением объемов лексического значения
единиц перевода, наличием различных ассоциативных, образных,
эмотивно-оценочных коннотаций, различными стилистическими
свойствами единицы перевода в сравниваемых языках, а также и с
тем, что в реальном контексте семантика слова конкретизируется,
а иногда и несколько трансформируется. При этом следует различать ситуации, когда в одном языке выделяются два или больше
разных понятия вместо одного, например: girl – девочка, девушка
или адвокат – lawyer, barrister, advocate, attorney, solicitor, в опи-
санных случаях суммарное значение множества слов в одном языке
является эквивалентным объему
языке; с другой стороны, есть отношения, подобные следующим:
sincerity, candour, frankness, kindliness – искренность, чистосердечие, прямота, честность, т.е. на самом деле перед нами отношения
типа many-to-many equivalence, т.е. можно говорить о множественных соответствиях в ИЯ и ПЯ, которые при этом являются не полными, а частичными,
эквиваленты лишь в определенных контекстуальных условиях.
Наличие множественных соответствий отмечается не только у
единиц лексической системы языка (слов и словосочетаний), но и
у грамматических единиц: грамматических категорий, синтаксиче-
том, что одна единица языка (однозначная или
значения одного слова в другом
которые можно рассматривать как переводные
145
ских конструкций. Грамматические множественные соответствия
классифицируют как однотипные и разнотипные. К однотипным
относят соответствия, которые выявляются в языках при совпадении
определенных грамматических категорий и значений, например,
существительное в русском и английском языках, категория числа
в русском и английском языках, категория степени сравнения,
например: feeling – feelings, strong – stronger // чувство – чувства,
сильный – сильнее. В основе самого
ний типа many-to-many equivalence и one-to-many equivalence в
языке лежат отношения многозначности и полисемии в лексике и
грамматике языка, именно многозначные единицы языка и их
синонимы образуют целые сети множественных соответствий.
Библиогр.: Arntz R. Terminological equivalence and translation //
Terminology: Applications in interdisciplinary communication. – Amsterdam; Philadelphia, 1993. – P. 5–19; Baker M. In other words:
A coursebook on translation. – L.; N.Y., 1992; Hann M. The key to
technical translation. – Amsterdam; Philadelphia, 1992; Jakobson R.
On linguistic aspects of translation // On translation / Ed. by
Brower R.A. – Cambridge, MA, 1959. – P. 232–239; Kenny D. Eqivalence // Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by
Baker M. – L.; N.Y., 2001. – P. 77–80; Koller W. The concept of
equivalence and the object of translation studies // Target. – Amsterdam, 1995. – Vol. 1, N 2. – P. 191–222.
ONE-TO-ONE EQUIVALENCE (прямая регулярная эквивалентность) – тип межъязыковой эквивалентности, которая устанавливается между
формами или конструкциями двух языков и которую следует
определить как лексическую или грамматическую эквивалентность.
Особенности данного вида эквивалентности (one-to-one
equivalence), в отличие, например, от таких типов, как one-to-many
equivalence (см. ONE-TO-MANY EQUIVALENCE) или one-to-partof-one equivalence (cм. ONE-TO-PART-OF-ONE EQUIVALENCE),
заключаются в том, что одна единица одного языка (однозначная
или многозначная) полностью совпадает
с единицей другого языка (однозначной или многозначной), что
позволяет им выступать в роли регулярных соответствий в двуязычных словарях и грамматических описаниях, быть использованными в качестве переводческих соответствий во всех возмож-
двумя словами (выражениями) или грамматическими
факта существования отноше-
Л.Д. Захарова
по семантическому объему
146
ных контекстах употребления данного слова или данной конструкции. На лексическом уровне отношения one-to-one equivalence
встречаются не так часто, так как слова часто несут в своем значении отпечатки национально-культурных особенностей людей, отражают различный социальный опыт; поэтому чаще всего данный
вид представлен в определенных группах значений, например,
количественные значения на
(ten – десять, eight – восемь, books – книги), отдельные группы
терминов в границах соотносимых терминосистем: перевод –
translation, текст – text. Гораздо чаще в языке встречаются случаи
частичной эквивалентности, когда единицы языков совпадают лишь
в одном или нескольких своих значениях или, совпадая в денотативном плане, различаются в коннотациях. Исследование и описание
данного типа эквивалентности
переводоведения, но и в рамках контрастивного описания систем
языков, лексических и грамматических.
Библиогр.: Kenny D. Eqivalence // Terminology: Applications in inter-
disciplinary communication. – Amsterdam; Philadelphia, 1993. –
P. 77–80; Arntz R. Terminological equivalence and translation // Terminology: Applications in interdisciplinary communication. – Amsterdam; Philadelphia, 1993. – P. 5–19; Baker M. In other words:
A coursebook on translation. – L.; N.Y., 1992; Hann M. The key to
technical translation. – Amsterdam; Philadelphia, 1992; Jakobson R.
On linguistic aspects of translation // On translation / Ed. by
Brower R.A. – Cambridge, MA, 1959. – P. 232–239; Kenny D. Eqivalence // Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by
Baker M. – L.; N.Y., 2001. – P. 77–80; Koller W. The concept of
equivalence and the object of translation studies // Target. – Amsterdam, 1995. – Vol. 1, N 2. – P. 191–222.
ONE-TO-PART-OF-ONE EQUIVALENCE (частичная эквивалентность) – тип межъязыковой эквивалентности, которая устанавливается между словом (выражением), грамматической формой
или конструкцией одного языка и несколькими одноуровневыми
единицами (словами, фразеологизмами, формами,
другого языка, когда единица одного языка покрывает лишь часть
семантики единицы другого языка.
Особенности данного вида эквивалентности (one-to-part-ofone equivalence), в отличие, например, от таких типов, как one-to-
лексическом и грамматическом уровне
были сделаны не только в рамках
Л.Д. Захарова
конструкциями)
147
one equivalence (см. ONE-TO-ONE EQUIVALENCE) или one-to-
many equivalence (cм. ONE-TO-MANY EQUIVALENCE), заклю-
чаются в том, что их можно констатировать только применительно
к конкретному слову конкретного языка, а также и в том, что эквивалентность этого типа может выступать как обратная к эквивалентности типа one-to-many equivalence. На лексическом уровне
отношения и того и другого типа эквивалентности
чем, что в различных национальных картинах мира понятия концептуализируются по-разному. Наличие частичных соответствий
нередки в лексических системах языка, например: blue – голубой и
синий, girl – девочка и девушка, берег – bank, shore, coast. Необходимо заметить, что в отличие от one-to-many equivalence, которая
формируется на основе существования многих синонимических
рядов, отношения one-to-part-of-one equivalence устанавливаются в
результате межъязыковых
когда слово одного языка является гиперонимом по отношению к
словам другого языка, выступающим в роли гипонимов. Наличие
частичных соответствий отмечается не только у единиц лексической системы языка (слов и словосочетаний), но и у грамматических единиц: грамматических категорий, синтаксических конструкций, а также на уровне стилистических значений и
типологически различных литературных языках, когда в одном из
языков дифференцируется широкий спектр стилистически окрашенных значений слов. Грамматические частичные соответствия в
основном однотипные. Среди них различаются, например, такие
отношения, как оппозиции: единственное – множественное число
и единственное – двойственное + множественное число или активный – пассивный залог и активный – медиальный + пассивный
Библиогр: Kenny D. Eqivalence // Terminology: Applications in
interdisciplinary communication. – Amsterdam; Philadelphia, 1993. –
P. 77–80; Arntz R. Terminological equivalence and translation // Terminology: Applications in interdisciplinary communication. – Amsterdam; Philadelphia, 1993. – P. 5–19; Baker M. In other words:
A coursebook on translation. – L.; N.Y., 1992; Hann M. The key to
technical translation. – Amsterdam; Philadelphia, 1992; Jakobson R.
On linguistic aspects of translation // On translation / Ed. by
Brower R.A. – Cambridge, MA, 1959. – P. 232–239; Kenny D. Equivalence // Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by
Baker M. – L.; N.Y., 2001. – P. 77–80; Koller W. The concept of
equivalence and the object of translation studies // Target. – Amsterdam, 1995. – Vol. 1, N 2. – P. 191–222.
гипогиперонимических отношений,
объясняются
коннотаций в
залог.
148
Л.Д. Захарова
ONTOLOGICAL APPROACH TO TRANSLATION (онтологический подход к переводу) – подход к переводу, в основе которого
лежит переводческая практика, делающая упор на субъективное
восприятие и понимание текста, где особая роль отводится интуиции переводчика при интерпретации и истолковании смысла текста.
Библиогр.: Hewson L., Martin J. Redefinding translation: The
variational approach. – L.; N.Y., 1991; Deliste J. L’Analyse du discours comme method de traduction. – Ottawa, 1980; Newmark P.
About translation. – Clevedon, 1991; Lederer M. La traduction aujourd’hui. – P., 1994; Routledge encyclopedia of translation studies / Ed.by Baker M. – L.; N.Y., 2001; Seleskovitch D. Interpreting
for international conferences: Problems of languages and communication. – Wash., D.C., 1978.
В.Н. Базылев
OPTIONAL SHIFTS (необязательные, факультативные смещения,
сдвиги) – изменения
оригинала, предпринимаемые переводчиком по его желанию.
Понятие связано с понятием индивидуальных смещений
(см. INDIVIDUAL SHIFTS) и введено А. Поповичем, который
разрабатывал теорию художественного перевода.
Библиогр.: Catford J.С. А linguistic theory of translation: An essay in
applied linguistics. – L., 1967; Makaryk I.R. Encyclopedia of contemporary literary theory: Approaches, scholars, terms. – Toronto, 1993;
Popovič A. Theory of literary translation. – L., 1975; Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by Baker M. – L.; N.Y., 2001.
ORAL TRANSLATION (устный перевод) – см. INTERPRETING
ORIGINAL WORK (оригинальное произведение) – произведе-
ние
, которое было создано на языке-источнике (см. SOURCE
LANGUAGE), а затем переведено на какой-либо язык (см. TARGET
LANGUAGE).
в тексте перевода по отношению к тексту
М.Б. Раренко
149
Употребляя данный термин, теоретик или практик перевода
подчеркивает первичный характер произведения. В работах по
теории и практике перевода термин противопоставляется термину
«translated work» (переведенное произведение).
Библиогр.: Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by
Baker M. – L.; N.Y., 2001.
М.Б. Раренко
ORIGINAL WRITER (оригинальный автор, автор оригинала) –
автор оригинального произведения.
Термин употребляется для указания на автора произведения,
которое подвергается переводу, таким образом некоторыми теоре
тиками косвенно признается тот факт, что переводчик может претендовать на роль соавтора переводимого им произведения.
Библиогр.: Routledge encyclopedia of translation studies / Ed. by
Baker M. – L.; N.Y., 2001.
М.Б. Раренко
OVERT TRANSLATION (букв. «открытый перевод») – перевод,
изначально предназначенный для аудитории, отличной от аудитории
языка-источника.
Такой перевод изначально призван функционировать в качестве перевода, т.е. целевая аудитория изначально знает,
ней именно перевод, а не оригинальное произведение, следовательно, переводчик не должен стремиться создавать «второй оригинал» (House, 1977, p. 189), а сам перевод не должен скрывать
того, что он – перевод.
Данный термин был введен исследовальницей Дж. Хаус в
1977 г. и противопоставляется термину «закрытый» перевод
(см. COVERT TRANSLATION).
Библиогр.: House J. A model for translation quality assessment. –
Tübingen, 1977.
PARALLEL COMPENSATION (параллельная компенсация) –
один из видов компенсации (см. COMPENSATION), особый прием
перевода, предназначенный для восполнения неизбежных потерь
при переводе безэквивалентных или коннотативных единиц. При
что перед
М.Б.
Раренко
-
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]