Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Обществоведение. Полный курс подготовки к тестированию и экзамену
.pdf
относительно замкнутых цивилизаций, каждая из которых про-
ходит в своем развитии стадии возникновения, роста, надлома и
разложения.
В конце ХIХ и особенно в ХХ в. достаточно четко проявились
интеграционные тенденции в развитии мировой истории, обозначились «точки соприкосновения» и взаимовлияния отдельных
цивилизаций. К. Ясперс, отмечая идею единства мировой исто
рии, заметил, что теперь проблемой и задачей стал мир в целом.
Тем самым происходит полное преобразование истории, земной
шар стал единым, обнаруживая новые опасности и возможности,
все существующие проблемы стали мировыми.
К каким выводам можно прийти, сравнивая
формационный и цивилизационный подходы?
Сравнительный анализ формационного и цивилизационного подходов к решению задачи крупномасштабного членения историческо-
го процесса позволяет сделать вывод, что эти подходы не следует
рассматривать как взаимоисключающие по принципу «или-или»,
а подходить к ним с точки зрения принципа дополнительности,
сопряжения («и-и»), учитывая положительные моменты в каждом
из подходов.
Сейчас необходим интеграционный подход, учитывающий поступательно-стадиальный прогрессивный характер развития человеческой истории, ее развитие во времени, хронологию; учитывающий всю многомерность, сложность, уникальность отдельных культур и цивилизаций, развитие человеческого общества
в пространстве. Только в рамках такого интеграционного подхода
исторический процесс может быть рассмотрен во всем многообра-
зии его характеристик, вариативности исторического развития, в
направленности на плюралистический диалог культур и обосновании перспектив цивилизационного развития. Такой взгляд на все-
мирную историю, такой подход был намечен еще в эпоху великих
географических открытий; особое значение он приобрел к концу
XX века. Перед лицом глобальных проблем современности человечество все более и более осознает свое единство и единство мировой истории.
-
Каково соотношение цивилизации и культуры?
Соотношение между цивилизацией и культурой – один из актуальных и «не проясненных», вызывающих острые дискуссии,
вопросов нашего времени.
371
372
В рамках деятельностного подхода к пониманию культуры, как
внутреннего достояния человека, как меры его развития и духовного богатства, понятию «культура» часто противопоставляет-
ся понятие «цивилизация». Эта традиция возникла еще в ХIX в. в
странах германского языка. Уже И. Кант проводит
ду этими понятиями. Классическое различие цивилизации и культуры мы находим у О. Шпенглера. Цивилизация, с его точки зрения,
есть неизбежная судьба культуры, это те самые крайние и искусственные состояния, осуществить которые способен высший вид
людей. Эти состояния – завершение, они следуют как ставшее –
за становлением, как смерть – за жизнью, как неподвижность –
за развитием, как умственная старость и окаменевший мертвый
город – за деревней и за душевным детством. Они – неизбежный
конец. Будущий Запад, предвещал Шпенглер, не есть безграничное движение вперед и вверх, по линии наших идеалов. Современ-
ность есть фаза цивилизации, а не культуры. В связи с этим отпадает целый ряд жизненных содержаний как невозможных. Когда
цель достигнута и идея завершена и осуществлена во внешнем,
тогда культура вдруг застывает, отмирает, и кровь свертывается,
силы ее надламываются – она становится цивилизацией.
Поставленный Жан-Жаком Руссо вопрос о том, становится ли
человек лучше, благодаря цивилизации, Ф. Ницше считал смешным, так как противоположное ясно как день. Высшие точки
подъема культуры и цивилизации не совпадают, по его мнению, и
не следует обманываться в вопросе о глубочайшем антагонизме
между культурой и цивилизацией. Цивилизация желает чего-то
другого, чем культура, быть может, даже противоположного.
Сам человек не способен поспевать за цивилизацией, констатиру-
ет Х. Ортега-и-Гассет, он терпит крах. Эти эпохи самоудовлетворения, считает он, снаружи такие гладкие и блестящие, внутренне мертвы. Д. Белл тоже говорит о «железной клети цивилизации»,
в которой обитает самодовольное механическое окаменение.
Н. Бердяев
ет, что в культуре закончены начала, которые неотвратимо ведут
к цивилизации. Цивилизация же есть смерть духа культуры. Про-
тивопоставляя культуру и цивилизацию, Бердяев отмечает, что
культура есть творческая деятельность человека, цивилизация же
есть переход от творчества ценностей к самой «жизни»; культура
национальна, а цивилизация – интернациональна; культура – ор
ганична, цивилизация – механична; культура – аристократична,
цивилизация – демократична.
придерживается аналогичной точки зрения и счита-
различие меж-
-
Признав, что в рамках деятельностного подхода к пониманию
культуры как внутренней устремленности человека к процессу
творчества, созидания, становления, а цивилизации как внешнего по отношению к человеку опредмеченного мира, воздействующего на него и противостоящему ему, и что между этими феноменами имеется существенное различие – все же противопоставлять
понятия «культура» и «цивилизация» не стоит.
Что, с Вашей точки зрения, представляет собой
современный этап цивилизационного развития?
Современный этап цивилизационного развития аккумулирует в
себе весь исторический опыт, накопленный человечеством, разнообразные пути и формы его общественного развития и позволяет сквозь призму «истории человечества в целом» понять место, направленность и смысл исторических событий, специфику и
роль отдельных цивилизаций в мировом историческом процессе,
его целостность и взаимозависимость.
Какие основные узловые моменты можно
выделить в истории цивилизационного развития
человечества? Можно ли говорить сегодня
о становлении единой глобальной цивилизации?
В истории человечества можно выделить четыре узловых момента:
Доисторический период», когда происходило становление
1. «
человека, выражающееся в использовании огня, орудий труда,
появления речи, образовании групп и сообществ, организации
жизни посредством мифов.
Великие исторические культуры древности» (локальные
2. «
культуры), появление которых в трех областях мира означало на-
чало человеческой истории:
– шумеро-вавилонская и египетская культуры, а также эгейс
кий мир (с IV тысячелетия до н. э.);
– доарийская культура долины Инда (с IV тысячелетия до н. э.).
– архаический мир Китая (со II тысячелетия до н. э.).
Осевая эпоха» (с 800 по 200 гг. до н. э.) – начало всемирной
3. «
эпохи, когда независимо друг от друга и в разных местах – в Индии, Китае, Персии, Палестине, Древней Греции – возникают ду
ховные движения, сформировавшие тип современного человека.
Это время рождения мировых религий и философии; проявления
духовной рефлексии и пробуждения духа; начала общей истории
человечества, распадавшейся ранее на локальные культуры.
-
-
373
374
4. «Эпоха техники» (переход к единой мировой истории), проявившись в XVII в., всеохватывающий характер приобрела в
XVIII в., а чрезмерно быстрое развитие получила в ХХ столетии.
Это – эпоха наступления духовного единства человечества, пе
рехода к единой мировой истории. Осознание единства мировой
истории произошло благодаря европейским географическим открытиям, достижениям науки и техники.
С точки зрения сторонников всемирно-исторического подхода
утверждается, что только на определенном этапе взаимодействия
локальных цивилизаций возникает феномен всемирной истории и
начинается весьма сложный и противоречивый процесс становления
единой глобальной цивилизации. Тем самым подчеркивается, что
современное общество – это целостный и взаимосвязанный мир,
постоянно сталкивающийся с необходимостью культурного плюрализма при решении глобальных проблем современности.
Когда западная цивилизация осуществляет
переход к постиндустриальному обществу?
В 60–70 годы XX в. западная цивилизация в результате структурной перестройки экономики, выдвинувшей на лидирующие
позиции новые, гибкие, наукоемкие отрасли взамен тяжелой
промышленности, переходит в постиндустриальную стадию. Этот
период связан с созданием разветвленной экономики услуг, доминированием слоя научно-технических специалистов, центральной роли теоретического знания в развитии экономики и, в
принципе, политических решений, бурным развитием «индустрии знаний», компьютеризацией и появлением широких информационных систем.
-
Как концепция «информационного общества»
описывает будущее западного общества?
Сторонники концепции информационного общества (Д. Белл,
А. Тоффлер) рассматривают в качестве доминирующего «четвер
тичный», информационный сектор экономики, следующий за сель-
ским хозяйством, промышленностью и экономикой услуг, и считают,
что информация и знание, а не капитал и труд, являются основой
постиндустриального общества. «Компьютерная революция» постепенно приведет к замене традиционной печати «электронными
книгами», громоздких корпораций – «малыми» экономическими
формами, «электронными коттеджами» для индивидуальной деятельности на дому, превращая безработицу в «обеспеченный досуг».
-
Каким образом концепция пределов роста
содействовала развенчиванию технократического
мифа о беспредельном экономическом росте
и информационном знании как средстве
решения всех проблем?
Концепцию пределов роста выдвинули в начале 70-х гг. Дж. Фор-
рестер, Д. Мидоуз. Согласно этой концепции, конечность раз
меров нашей планеты и ограниченность ее природных ресурсов
предполагает существование предела экспоненциального роста
народонаселения и промышленного производства. При сохранении существующих тенденций к росту, истощение природных ресурсов и загрязнение окружающей среды достигнут критических
пределов, чреватых катастрофой уже в начале XXI века.
Какие типы цивилизаций можно
выделить на современном этапе?
На современном этапе можно выделить следующие типы цивилизаций: западная, восточноевропейская, мусульманская, индий-
ская, африканская, китайская, японская, латиноамериканская.
Что означают региональный и локальный уровни
цивилизации?
Цивилизации включают в себя два уровня: региональный и локальный (национальный). Так, на региональном уровне в состав за-
падной цивилизации включаются североамериканская, французская, германская и другие локальные цивилизации. Будучи
уникальной, обладая специфическими духовно-нравственными
ценностями, создавая особую психологическую ауру и формируя
типичные, неповторимые личности с только им присущими качествами, локальные цивилизации как бы в «снятом» виде позволяют зафиксировать на региональном уровне некоторые типичные,
присущие этому типу как материальные, так и духовные проявления, однотипные в главном.
-
Почему для современной Беларуси в поиске
обновленной системы мировоззренческих
ценностей так важно рациональное осмысление
происходящих процессов?
В переломные моменты человеческой истории, связанные с
радикальным пересмотром сложившейся системы ценностей,
обостряется философская рефлексия над обоснованиями культу-
375
376
ры в различных ее измерениях – от повседневности до науки, политики, искусства и идет трудный поиск новых ориентиров. Если
меняются наши ценностные ориентации и убеждения, обновляется система исторически сложившегося общепризнанного знания и социального действия, значит осуществляется изменение
мировоззрения. Человек не может жить без мировоззрения, ибо
ему надо знать, как строить свое отношение к миру, к природе,
обществу, друг к другу, какими знаниями и ценностями руководствоваться, ибо понятие «мировоззрения» неотделимо от понятия
«человек», это воззрение именно человека на мир. Вопросы об отношении человека к миру – природному и социальному, о месте
и позиции человека в мире составляют основу мировоззрения. Без
новых идей невозможно появление новых социальных отношений и приоритетных ценностей. Цепочка же мировоззренческого
становления человека включает в себя знания – ценности – убеждения – волю к действию, что и обусловливает ориентацию человека в мире и его гражданскую позицию.
Cовременная Беларусь представляет собой трансформирующееся, или транзитивное, общество, в котором пока еще не сформирована аксиологически ориентированная государственность,
целостная система мировоззренческих ценностей, приемлемых
для людей, познавших горечь и разочарование крушения кумиров и иллюзий, тяжелое испытание Чернобыльской трагедией и
человеческого бытия «на изломе», в эпоху «великих перемен». С
одной стороны, возникают новые, демократические модели мировосприятия, с другой стороны, пока еще сохраняются мировоззренческие стереотипы коммунистических идеологем. Парадоксы
и разочарования новых идеалов и ценностей сочетаются с непреодолимым желанием отказа от модели «жить по-старому».
Каковы наиболее привлекательные идеи
современного белорусского общества,
способствующие его демократизации
и становлению белорусской государственности?
Наиболее привлекательными идеями нашего постсоветского
существования стали идеи демократического государства с гарантированными нормами прав и свобод, разделением властей,
установлением рыночных отношений в экономике, повышением
роли политической активности граждан, устранением распределительных отношений, формированием подлинно гражданского
патриотизма. В сознании современного белорусского гражданина
созидается образ своего отечества как цивилизационного, суверенного молодого государства с древними традициями, способного выполнить уникальную историческую миссию инициатора
интеграционных процессов на постсоветском пространстве. Следует признать, что такие ценности государства социалистического типа, как монополизм государственной формы собственности,
однопартийность, некоторые коммунистические идеологемы,
утратили свою значимость, оставаясь господствующими лишь
среди определенных слоев общества. В этих условиях несомненно
обостряется историческая память людей, актуализируется проблема обоснования обновленной системы ценностей, происходит
«переоткрытие времени», возникает особый интерес к духовным
традициям прошлого, к глубинным истокам своей собственной
истории, ибо, «если ты выстрелишь в прошлое из пистолета, будущее выстрелит в тебя из пушки».
Какова роль духовных традиций в истории
развития любого народа?
Духовные традиции любого народа имеют чрезвычайно важное
значение, обнажая истоки, корни соответствующей цивилизации,
ее наследие.
Духовные традиции, аккумулируя опыт прошлого, являются культурогенетическим кодом народа, запечатлевая его «черты
вечности», существуя вопреки переменчивому времени и всему
исторически преходящему.
Какие ценности выделяют в иерархии духовных
традиций и ценностей славянства?
В иерархии духовных традиций и ценностей славянства можно
выделить: общеславянские ценности; ценности восточного славянс-
тва (наряду с другими типами регионального славянства – западного и южного); духовные ценности национального славянства (рус-
ские, белорусы, украинцы и т.д.).
Какие стороны общеславянских ценностей
привлекали внимание В. Соловьева, Н. Данилевского
и других исследователей?
Проблеме общеславянских духовных ценностей уделял внимание
В. Соловьев, пытаясь проникнуть в дух народа, выразить глубин
ные антиномии и напряжения славянского этноса. В славянской
377
-
378
духовности, в отличие от западного образа мышления с его аналитической, холодной рациональностью, он видел сплав язычества
(мифологизм), христианства (мудрость) и европейского мышления (рационализм). С точки зрения Н. Данилевского, менталитет славян в большей степени соотнесен с христианским идеалом. Славянству, по его мнению, свойствен дух свободы, хотя это
стремление к свободе обусловлено умением и привычкой славянских народов повиноваться, наличием у них уважения и доверия к
власти, и в основном, отсутствием властолюбия.
Сравнивая общеславянские духовные ценности с менталитетом западного человека, исследователи называют такие традиционные качества славян, как святость и добродетель, коллективизм
и соборность, веру в идеал, служение обществу, в противоположность таким ценностям, как агрессивность, уверенность в себе,
умение владеть собой, прагматизм, что характерно для западного
общества. При исследовании различных черт общеславянских духовных ценностей, в литературе часто подчеркивается некоторая
их сопоставимость с западноевропейскими и американскими типами ментальности. Это позволяет выделить такие альтернативы,
как христианская мудрость и рационализм, свобода и рабство,
добродеяние и агрессивность и т.п.
Какие условия способствовали формированию
некоторых духовных ценностей общеславянства?
Не раз отмечалось, что формированию некоторых духовных
ценностей общеславянства способствовала соответствующая природная среда, географическое положение, маятниковое положение между Востоком и Западом. В очерке «О власти пространств
над русской душой» Н. Бердяев отмечал это обстоятельство применительно к России, поскольку главные звенья становления
духовного мира восточного славянства были заложены здесь.
Географическое положение России, писал он, было таково, что
русский народ принужден был к образованию огромного государства, размеры которого ставили народу почти невыполнимые
задачи. Вся деятельность уходила на служение государству. Это
наложило безрадостную печать на жизнь русского человека. Душа
русского ушиблена ширью, она не видит границ, и эта безграничность не освобождает, а, наоборот, порабощает ее. Из географической необъятности России Бердяев делает вывод о национальном характере русского человека, таких его чертах, как смирение,
самосохранение, недостаток инициативы, слабо развитое чувство
ответственности. Антиномичность русской души заставляет ее
стремиться к безграничной свободе духа, скитанию и искательству, быть мятежной и жуткой в своей стихийности, в своем народном дионисизме, не желающем знать формы.
Какие исторические вехи сыграли роль
в становлении духовных ценностей восточного
славянства?
Несомненно, российский менталитет закладывал важные звенья духовного мира восточного славянства, представленного русскими, украинцами и белорусами, хотя и нельзя все духовные
ценности белорусов и украинцев сводить к российским. В эволюции духовных ценностей восточного славянства решающую роль
сыграли такие исторические вехи, как формирование Киевской
Руси, Московского княжества и Великого княжества Литовского,
единого Российского и советского государства (имея в виду некоторое отклонение существования западных белорусов в составе
Польши), а также современная суверенность трех восточнославянских народов.
Формирование духовных ценностей восточного славянства связано с влиянием православно-византийского духовного наследия.
«Между гражданами Византийской империи, – писал К. Леонтьев, – были люди, которыми могли бы гордиться все эпохи, вся
кое общество» (Леонтьев К. Записки отшельника. М., 1992. С.34).
Обладая глубокими знаниями, богатой культурой, высокими идеалами, такие люди трансплантировали византизм на почву восточного славянства. Благодаря салунским братьям Кириллу и Мефодию были переданы не только вся сумма знаний, накопленная Византией и полученная ею в наследство от античной цивилизации,
но и произошла передача ее исторического опыта, юридических
и этнических норм, духовных ценностей. Образ жизни восточной
ветви славянства, пережившего ордынское подневолье, тяжкий
путь освобождения от него, жесткий режим московских правителей, на фоне общеславянства все же отличался. Неустранимость
подобного наследия формировала такие черты ментальности восточного славянства, как стойкость к жизненным испытаниям и
невзгодам, твердость душевной организации, готовность нести
свой тяжкий крест перед лицом судьбы, особая преданность в сохранении христианских заветов. Наиболее показательным примером такого характера является Сергей Радонежский.
-
379
380
Какова роль духовных ценностей
национального славянства – русских и белорусов?
Наряду с общеславянскими духовными ценностями и ценностями восточного славянства, в этой иерархии особую роль играют
ценности национального славянства – русских, белорусов, украинцев, поляков, германцев и т.д. О ментальности русских, как самой
значительной части восточного, да и всего славянства, мы уже
частично говорили. Здесь важно иметь в виду, что генезис русской
этнокультурной общности объединил в себе такие компоненты,
как исходный славянский, византийско-православный и ордынский (татаро-монгольский), что создавало особый характер русского человека.
Противоречивость русской души, ее амбивалентность во многом объясняются антиномиями исторического пути Руси, которые
ей пришлось испытать, ее промежуточным, неустойчивым положением между двумя цивилизациями. Трудолюбие и лень, деспотизм и доброта, бунт и смирение, коллективизм и персонализм,
мужское и женское, христианство и язычество, аскетически-монашеское и безбожное, трудолюбие и праздность и т.д. – таковы
противоположные начала русского характера. Комплекс раболепия (сервилизма), транслированный от Востока, причудливо сочетался здесь с бунтарским духом, вечным стремлением к свободе.
Духовные ценности белорусов несомненно формировались в контексте восточнославянского менталитета, традиционно испытывая
трудности существования между Востоком и Западом и осуществляя поиск собственного пути развития. Белорусская ментальность
впитала в себя и униатскую склонность к компромиссам, и героику католицизма, и строгую воздержанность вместе с индивидуализмом протестантизма. Многие исследователи отмечают, что белорусы миролюбивы, для них нехарактерно чувство национального
превосходства над другими национальностями. Говоря о толерантности белорусской нации, обычно выделяют такие черты, как рассудительность и поиск справедливости без насилия, стремление
к разумному компромиссу, терпимость, чуткость, уважение людей
с иным мировосприятием и стилем мышления.
Отмечается неоднородность белорусской ментальности в зависимости от местонахождения: для Гродненщины и других районов
Западной Беларуси, развивающихся под влиянием католической
Польши, Литвы и протестантской этики Западной Европы, характерна индивидуализация жизни; в Полесье же преобладает культ
сельской общины, а в белорусском Поозерье, граничащем с Россией, проявляется православная соборность.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]