Общественная мысль России с древнейших времен до середины ХХ в. В 4 томах. Т.2 общественная мысль России XVIII – первой четверти XIX в.

во-первых, сделало неизбежным военное столкновение с Османской империей, причем неудачи Крымских походов 1687 и 1689 гг. нагляд­но продемонстрировали, с одной стороны, необходимость реоргани­зации армии1, а с другой – необходимость в союзниках. Во-вторых, выходцы с Украины, зачастую получившие образование в европей­ских университетах, стали пополнять сперва русское духовенство, а затем и русскую политическую элиту, неся с собой новые культур­ные образцы, понятия и практики. Уже наставником детей царя Алек­сея Михайловича был уроженец Речи Посполитой, выпускник Кие­во-Могилянской академии поэт и драматург Симеон Полоцкий, а его ученик, тоже поэт, Сильвестр Медведев стал автором первого про­екта учреждения в Москве университета. Было бы, однако, неверно полагать, что трансформация русской культуры произошла исклю­чительно под влиянием извне. Если Иван Грозный, как принято счи­тать, свои письма к Курбскому диктовал, поскольку самому государю браться за перо было «невместно», то уже царь Алексей Михайлович оставил потомкам немало своих автографов, а приглашение в на­ставники его детям человека не просто грамотного, но образованного свидетельствует о том, что знания и образование, по крайней мере в высших слоях русского общества, обретают в это время характер социальной ценности и становятся средством социальной мобиль­ности. Так, крупнейший дипломат этого времени А.Л. Ордин-Нащо­кин, выходец из скромной помещичьей семьи, члены которой никогда не достигали думских чинов, владея латинским, немецким и поль­ским языками и будучи любителем книжного чтения, стал бояри­ном и главой Посольского приказа. Сменивший его во главе русской дипломатии сын дьяка и ставший ближним боярином А.С. Матвеев имел дом с европейской обстановкой, картинами на стенах и часами. Именно Матвеев был организатором придворного театра и сам, как принято считать, являлся автором нескольких не дошедших до нас литературных произведений исторического содержания. В 1687 г. на территории московского Заиконоспасского монастыря была откры­та Славяно-греко-латинская академия, считающаяся первым в Рос­сии высшим учебным заведением, к основанию которого непосред­ственное отношение имели Симеон Полоцкий и Сильвестр Медведев и в котором первоначально было до 100 учащихся.

ваются не только записные интеллектуалы, но и сотни сановников и чиновников, генералов и дипломатов, которые исходили в своей повседневной деятельности из тех или иных антропологических по­сылок и вступали в диалог друг с другом по этому поводу.

и о методах управлении ими были укоренены в позднемосковском барочном интеллектуальном контексте. Определяющим для Петра и для людей его круга был глубоко скептический взгляд на человека и на его способность добровольно принять свои обязанности – и при­нимать разумные и справедливые решения в интересах общего блага. Ключевым здесь было понятие «страсти», которые направляли пове­дение подданных. Эти «страсти» были укоренены в самой плотской, физиологической природе человека, а в конечном итоге восходили к его изначальной греховности и адамову падению. Тем не менее ка­питуляция человека перед лицом страстей не была предопределена; предполагалось, что человек способен отказаться от следования их диктату1.