Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Национальная идея в Западной Европе в Новое время. Очерки истории. Монография
.pdf
61Глава 1. Национальная мысль и национальное сознание в Англии
до 1829 г. британские католики и диссентеры не были допущены к
избирательным урнам, государственным постам и участию в работе
парламента. При этом положение католиков было более тяжелым. В
течение всего ХVIII в. для них было введено суровое налогообложение, запрет держать оружие, ограничены доступ к образованию, права
собственности и свобода исполнения культа. Другими словами, если
и не всегда на деле, то по закону к ним относились как к потенциальным предателям
1
.
Положение протестантских диссентеров было иным. Акт о терпимости 1689 г. позволял тем из них, кто принял доктрину Святой Троицы, свободно отправлять культ. Они не могли голосовать, но могли
строить свои молитвенные дома, основывать академии для образования своих детей и носить оружие. На практике английские и валлийские протестантские диссентеры и шотландские пресвитериане имели возможность проникнуть почти на все уровни политической системы, включая парламент.
Формой поддержания протестантского единства являлись официально установленные праздники
ведями, которые читались в эти дни, издавались многочисленные альманахи, доступные широкой публике
2
. Наряду с патриотическими пропо-
3
.
В литературе существует мнение, что нетерпимость к католикам и
диссентерам быстро спадала перед лицом растущего рационализма и
грамотности. Это справедливо для образованных классов и политической элиты, особенно после окончательного поражения якобитов при
Каллодене (1746). Однако на уровне культуры низов нетерпимость,
особенно по отношению к католикам, давала о себе знать. Стихийные антикатолические выступления происходили вплоть до конца
XVIII в.: в Шотландии во время войны с Францией (1778), Гордоновские бунты в Лондоне (1780). Во времена опасности и нестабильно-
1
Bossy J. The English Catholic Community, 15701850. London, 1975.
2
Каждое 30 января вплоть до 1859 г. протестанты молились в память о казни
Карла I в 1649 г.; 29 мая годовщину реставрации монархии в 1660 г. отмечали
фейерверками и колокольным звоном. 1 августа праздновали восшествие на престол первого Ганноверского короля и сохранение протестантского престолонаследия. 5 ноября был вдвойне священный день: годовщина Порохового заговора (1605)
и высадки в Англии Вильгельма Оранского (1688) (См.: Ñressy D. Bonfires and Bells:
National Memory and the Protestant Calendar in Elizabethan and Stuart England. 1989).
3
В них обязательно присутствовали даты восшествия на престол Елизаветы
(1558), разгрома Армады (1588), Порохового заговора, резни в Ирландии (1641),
Великого пожара Лондона, Славной революции всего того, что могло быть истолковано как чудесное избавление от папства. Шотландские альманахи в целом
были столь же воинственно протестантскими и антикатолическими, как их английские эквиваленты.
62 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
сти католики становились козлами отпущения, на которых можно
было выплеснуть свой страх. Их называли диковинные, чудные
(outlandish) и воспринимали как находящихся за пределами границ
сообщества. Нетерпимый антикатолицизм низов, таким образом, сплачивал протестантов Англии, Шотландии и Уэльса.
Нельзя забывать и о том, что в конце XVIIXVIII в. контрреформация продолжала свое наступление в некоторых частях континентальной Европы. Франция попыталась изгнать свое протестантское население в 1685 г. В Испании инквизиция предпринимала действия против протестантов на протяжении всего ХVIII в. В Венгрии давление
на протестантские сообщества в начале века было более жестким, чем
1
. Частые ссылки (с явными преувеличениями) на эти примеры
ранее
воинствующего католицизма присутствуют в британских проповедях
2
и газетах
.
В 1708, 1715 и 1745 гг. экспедиционные силы в поддержку притязаний Стюартов на трон высаживались в Шотландии с намерением
двинуться на юг, захватить Лондон и весь остров. Пять восстаний,
шесть попыток вооруженной интервенции из Франции, несколько
крупных заговоров против королей Ганноверской династии держали
протестантское население в страхе. Новая реставрация Стюартов означала бы замену протестантской монархии римско-католической династией и несомненно сопровождалась бы оккупацией иностранной
католической армией.
В этот период уже знакомая нам Книга мучеников Джона Фоукса переживает новый период своей славы. Другой пример протестантской классики Путь паломника Баньяна, одна из сквозных идей
которой заключается в том, что католики мешают протестантам достичь Града Небесного, была опубликована в конце XVII в., а к 1789 г.
выдержала 57 изданий.
Отголоски ветхозаветной образности XVII в. слышны в проповедях пресвитерианских священников, сравнивавших нашествие якобитов в 1745 г. с воинством Антихриста из пророчества Иезекииля. Апокалиптическая интерпретация истории, в которой уже не только Англия, но вся Британия выступала как Израиль, а ее противники как сообщники Сатаны, таким образом, не исчезла перед лицом рационализма, но осталась частью мышления многих протестантов, при том,
что посещение церкви приходило здесь в упадок.
Идеи протестантизма органично выражались во многих произведениях искусства. Гендель, придворный капельмейстер Георга I в Ган-
1
Church and Society in Catholic Europe of the Eighteenth Century. Cambr., 1979.
2
Colley L. Britons... Ð. 23.
63Глава 1. Национальная мысль и национальное сознание в Англии
новере, был приглашен в Англию и льстил своим новым покровителям при дворе, включая в свою музыку постоянные сравнения между
событиями британской и ветхозаветной истории. Характерны названия его ораторий: Эстер, Дебора, Аталия, Иуда Макковей (сочинен в честь победы герцога Камберлендского над якобитами при
Каллодене в 1746 г.), Джошуа, Сусанна и Израиль в Египте. Главной темой ораторий было избавление Израиля от опасности вождями,
вдохновляемыми Богом. В Великобритании, втором и лучшем Израиле, жестокое и сомнительное прошлое должно быть искуплено новой
и смелой протестантской Ганноверской династией. Оттого, что Гендель прославлял Британию в столь ярких красках, он стал воплощением национального духа. В ХVIII в. его оратории исполнялись в Вестминстерском аббатстве
1
.
Даже в начале XIX в. образы, которые были в центре протестантской мысли ХVII в., продолжали вдохновлять У. Блейка, выразившего
в своих стихотворных произведениях и гравюрах то, что присутствовало у многих поколений англичан на подсознательном уровне.
***
Сознавая нестабильность нового Ганноверского режима и свою
собственную позицию в нем, виги, пришедшие к власти, неустанно
работали над тем, чтобы обеспечить поддержку Георгу I и себе в широких слоях населения. Вигские активисты произвели настоящий
шквал письменной и визуальной пропаганды, направленной на укрепление их позиций и позиций нового короля. Пресса, церковная кафедра, театр и политический календарь все использовалось, чтобы положить конец недовольству тори протестантским престолонаследием
и позволить вигам выступить в качестве единственной альтернативы
католическому абсолютизму.
Впечатляла уже сама коронация Георга I. Виги спонсировали многочисленные процессии по всей стране с шелковыми алыми и золотыми знаменами, на которых были вышиты слова Боже, храни короля
Георга. Прославлялась монархия, иерархия и народное согласие
все сразу, одновременно. Энергичная пропаганда шла через прессу. В
ней были задействованы такие известные вигские журналисты, как
Р.Стил и Дж.Аддисон. Чтобы вызвать энтузиазм по отношению к ви-
1
Вагнер, посетивший концерт в Лондоне в 1850-е гг., отмечал, что чувства,
испытываемые аудиторией слушателей оратории, можно сравнить с чувствами людей, присутствующих на церковной службе: каждый держал генделевскую партитуру.., как держат молитвенник в церкви (Hogwood Ch. Handel. 1984. P. 251).
64 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
гам и Ганноверскому делу, использовались также памфлеты, пропове-
1
ди, пьесы, баллады
.
Ганноверская культура породила новые технологии формирования
общественного мнения. Если в середине 1740-х гг. число печатников,
книгопродавцев и граверов в стране равнялось 381 (в 174 городах), то
к 1790 г. оно возросло до 988 (в 316 городах). Посредством прессы и
иной печатной продукции, проповедей с церковной кафедры на улицы, в театры и таверны Лондона и провинциальных городов лились
политические идеи, связывая обывателей с национальной и даже имперской политикой. Это помогало людям все более осознавать то влияние, которое государственная политика и решения имели на их каждодневную жизнь и процветание. Предлагаемые пропагандистами и
парламентскими ораторами конкурирующие интерпретации государства, нации, империи и патриотизма использовались соперничающими группировками с разными целями. Первые премьер-министры от
Стэнхопа до Норта были вынуждены заявлять о санкции народа на их
политику фраза, использовавшаяся для того, чтобы определить границы политической нации и исключить других, которые рассматривались в разное время как недостойные быть членами нации: якобиты
и республиканцы, диссентеры, католики, шотландцы, ирландцы, аф-
2
риканцы и евреи
.
Вигская пропаганда провозглашала наследственную, нравственную
и политическую законность притязаний Ганноверов на трон. Один из
памфлетов 1715 г. убеждал читателей в происхождении короля от Якова I, в мужестве Георга I и знании им Британской конституции
3
. Другой памфлет, озаглавленный Гармония лютеранской доктрины с доктриной Церкви Англии, сопоставлял статьи англиканской церкви со
статьями Аугсбургского вероисповедания, чтобы доказать совместимость двух вариантов протестантизма и пригодность Георга I на роль
Защитника Веры
4
. Национальное антикатолическое и антиабсолю-
тистское наследие приписывалось вигской традиции.
То обстоятельство, что Георг I обладал потомством, подчеркива-
лось в стихах и балладах. В ежегодных церемониях принц и принцес-
1
Foxon D.F. English Verse, 17001750. 2 Vols. Cambr. 1975. Vol. 1. P. 245
246; The Hanover Garland or Songs Calculated for his Britannic Majestys Coronation.
London, 1714.
2
Wilson K. The Sense of the People: Politics, Culture and Imperialism in England,
17151785. Cambridge. 1998.
3
A Character of His Most Excellent Majesty George King of Great Britain. London,
1715.
4
The Harmony of the Lutheran Doctrine, with That of the Church of England. London,
1715.
65Глава 1. Национальная мысль и национальное сознание в Англии
са Уэльские публично выставлялись в Гемптон-Корте, куда свободно допускались люди всех состояний, даже самого низшего сорта и
грубых нравов
1
. Это, по всей видимости, работало: день рождения
принца Уэльского 30 октября праздновался как символ преданности
новой династии. Лоялистские зрелища, организуемые местными элитами и членами различных вигских обществ 45 ноября и в годовщину победы над якобитами при Престоне, сопровождались обычно
размахиванием оранжевыми лентами (символами Вильгельма III и протестантского престолонаследия), деревянными башмаками (обозначающими французский деспотизм), кастрюлями (означающими сомнения в законности Стюартовских претендентов на престол), шотландскими юбками (символизирующими шотландцев), чучелами папы, Претендента и английских якобитских и торийских лидеров (графа Мара,
герцога Ормонда и др.) с тем, чтобы ритуально унизить тори и идентифицировать их с предательством и рабством
2
. На некоторых медалях, выпущенных по поводу коронации, были отчеканены символическая фигура Британии, венчающей Георга I, и надпись Proceribus
and Populis Consentientibus (Знать и народ в согласии)
3
.
Торийским ответом на поддержку вигами Ганноверской династии
был трактат Идея о короле-патриоте (1738), написанный Генри СентДжоном, виконтом Болингброком (16781751) в поддержку внука Георга I, в то время принца Уэльского. Это была уничтожающая сатира
на господство вигов в политике. В трактате Болингброк доказывал,
что британский монарх все еще может стать жизненным центром политики, олицетворением самого государства, главным принципом которого должно быть не обручаться ни с одной из партий, но править в
качестве отца своего народа, соизмеряющего интересы соперничающих партий с общенациональными интересами
4
, для которого нет бо-
лее святого долга, чем защита и сохранение свободы... конституций
5
.
***
Но существовали серьезные расхождения между национальной
мифологией, поддерживаемой вигско-ганноверской пропагандой, и
реальностью.
1
The Diary of Dudley Ryder / Ed. Matthews. London, 1939. P. 298.
2
Ryder D. Diary. P. 255, 279.
3
Doran J. London in the Jacobite Times. 2 vols. London, 1877. Vol. 1. P. 2122.
4
The Works of Lord Bolingbroke / 4 vols. Philadelphia, 1841. Vol. II. P. 380. Ðó-
бинштейн Е.Б. Концепция короля-патриота в политическом учении Болингброка // Идейно-политическая борьба в странах Европы и Америки. М., 1988. С. 79
95.
5
Болингброк. Письма об изучении и пользе истории. М., 1978. С. 216.
66 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
Налоги в Англии были выше, чем в странах континентальной Европы. Действовал суровый уголовный кодекс. Даже Дефо отмечал: несмотря на то, что мы нация свободы, в Лондоне больше тюрем, чем в
любом городе Европы, а возможно, столько же, сколько во всех столицах Европы, вместе взятых
1
. Большая часть британцев была очень
бедна. Некоторые историки полагают, что оратории Генделя и политические и экономические сочинения Дефо не более, чем пропаганда меньшинства
2
.
Однако убеждение, что Великобритания особенно благословенна,
не ограничивалось теми, кто процветал. Подобно всем устойчивым
национальным мифам, идея о том, что Британия была Землей обетованной и потому плодородной, не зависела от того, насколько она
была истинна. Были они бедны на самом деле или нет, большинство
британцев-протестантов верило, что они богаче, чем другие народы,
что только протестанты могли обладать истинным и продолжительным процветанием. Быть католиком означало быть экономически неспособным: расточительным, праздным и склонным к деспотизму (в
случае богатства) или же бедным и эксплуатируемым (в случае бедности).
Чем же в действительности отличалось положение британцев от
положения их континентальных соседей? Относительно немногие из
британцев голодали. Это способствовало социальной стабильности.
Последний крупный голод в Шотландии имел место в 16971699 гг.,
тогда как Скандинавские страны сталкивались с этим явлением вплоть
до ХIХ в., а Франция на протяжении XVIII в. 16 раз переживала голод
3
в национальном масштабе
. Поэтому лелеемый британцами стереотип
голодающего французского крестьянина не был просто продуктом предубеждений.
Гордость быть избранной нацией прочно базировалась на успеш-
ной торговле и росте городов, переживавших ганноверский ренес-
4
. Британцы всех социальных уровней путешествовали в боль-
санс
ших количествах и гораздо чаще, чем их современники в других странах Европы. Примерно одна из пяти семей в ХVIII в. получала средства к существованию от торговли. Не случайно обычным самообозначением англичан в XVIII в. стало выражение торговая нация, или
деловая нация. Культ торговли становился все более важной состав-
1
Tour Through the Whole Island of Great Britain. London. P. 157.
2
См., например: Clark J.C.D. English Society, 16881832. London, 1985. P. 42
118.
3
Braudel F. The Identity of France. II. People and Production N.Y. 1990. P. 371
384.
4
Ñì.: Wilson K. The Sense of the People... P. 6.
67Глава 1. Национальная мысль и национальное сознание в Англии
ной частью британскости. Эффект торговли и предпринимательства
ощущался всеми слоями населения. В этом отношении характерен пассаж из вигского журнала Зритель (1711): Торговля ... изменила самую нашу жизнь. Английские корабли гружены изделиями и плодами
всех стран, жарких и холодных; столы наши уставлены специями, винами и маслами; комнаты полны китайского фарфора и японских безделушек; утренний напиток приходит к нам из дальних уголков земли; мы подкрепляем здоровье американскими снадобьями и спим под
индийским балдахином. ... Конечно, природа обеспечивает нас самым
необходимым, но заморская торговля дополняет пользу разнообрази-
ем и к тому же дарует все, чего требуют красота и приличия. ...Взор
наш тешат зеленые луга Британии, тогда как вкус услаждают тропические плоды. По этим причинам и нет в обществе людей более полезных, чем торговцы. Не увеличивая самое Англию, торговля даровала нам еще одну империю
1
.
С культом торговли неразрывно был связан и культ британского
военного флота. Лорд Хэвершем в речи перед палатой лордов в 1707 г.
говорил: Ваш флот и ваша торговля столь сильно зависят друг от друга
и оказывают столь сильное влияние друг на друга, что их невозможно
разделить; ваша торговля является матерью и колыбелью ваших моряков; ...моряки это жизнь вашего флота, а флот безопасность и
защита вашей торговли и одновременно богатства, силы, безопасности и славы Британии
2
.
В первой половине XVIII в. наблюдались достаточно гармоничные взаимоотношения между землевладельческим правящим классом
и широким торговым сообществом, что несомненно способствовало
стабильности.
Культ парламента также поддерживал национальное единство.
Почтение к парламенту стало в XVIII в. жизненной частью патриотизма элиты. Парламент воспринимался как уникальный институт, как
трудно завоеванная привилегия свободного протестантского народа.
Этот культ парламента не был позднейшим изобретением вигских историков ХIХ в. Необходимо, впрочем, заметить, что на первых порах
валлийцы и шотландцы получили мало прямой пользы от этого института.
1
Цит. по: Англия в памфлете. М., 1987. С. 136, 137. Культ торговли перекрывал партийные различия и социальные границы. В парламенте Британию тоже превозносят как торговую нацию. Торговля, говорил в 1762 г. историк Т. Морти-
мер, великий идол этой нации.., коему она пожертвует всеми другими соображениями (Parliamentary History, XI. P. 7, 19).
2
Öèò. ïî: Colley L. Op. cit. P. 65.
68 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
Успех в войнах также льстил британской гордости. Одной из причин, по которой Британия не была охвачена гражданской войной после 1688 г., было то, что агрессия ее жителей направлялась на ведение
войн и имперскую экспансию вовне.
И все же в 1745 г. нация оказалась перед реальной угрозой новой
гражданской войны, которая могла стать еще более разрушительной,
чем войны середины XVII в. Летом 1745 г. Карл Эдвард Стюарт высадился в Англии. К декабрю его армия, насчитывавшая уже 5 тыс. человек, достигла Дерби и была всего в сорока милях от Лондона. Георг II
в этот период был в Ганновере, часть армии отсутствовала, находясь
на службе во Фландрии и Германии. Парламент не собирался до середины октября. В этих условиях, если бы значительное число британцев действительно захотело связать свою судьбу с якобитским делом,
трудно сказать, что могло бы их остановить. Однако только бедные
горские кланы, горсть валлийцев и около 300 англичан присоедини-
1
лись к Молодому претенденту
. Большинство населения бесстрастно
сидело дома и лишь незначительное меньшинство оказало действенную поддержку Ганноверской династии. Они, подобно своим предшественникам в гражданских войнах XVII в., выражали великую готов-
ность защищать свою страну, но на деле имели в виду свое графство. Только в 10 северных английских графствах, оказавшихся под ударом армии Претендента, было организовано сопротивление на уровне джентри. При этом значительную роль в его поражении сыграли
торговые и промышленные центры. Огромное большинство народа в
Шотландии, так же как в Уэльсе и Англии, не поддержало Претендента ни оружием, ни добровольными денежными пожертвованиями. Сэмюэль Джонсон, мало симпатизирующий Ганноверской династии, замечал: Если бы в Англии были справедливые выборы, нынешний король был бы выслан сегодня же вечером, но затем добавил, что
народ не стал бы рисковать чем-либо для реставрации изгнанной династии. Они не дали бы двадцати шиллингов.., чтобы вернуть их назад. Когда якобиты были разбиты при Каллодене (1746) и стали отступать, население добивало остатки армии, проявляя крайнюю жестокость
2
. Якобиты были побеждены задолго до Каллодена. Они потерпели поражение не потому, что те, кто их поддерживал, смотрели
в прошлое, но скорее потому, что многим британцам было что терять
в настоящем.
1
Ñì.: Muster Roll of Prince Charles Edward Stuarts Army 174546. Ed. by
Livingstone A., Aikman C.W.H. and Hart B.S. Aberdeen, 1984.
2
Colley L. Britons... Ð. 8082.
69Глава 1. Национальная мысль и национальное сознание в Англии
Таким образом, пока чувство миссии и провиденциальной судьбы
поддерживалось ростом процветания на Британских островах, постоянными войнами с католическими государствами Европы и успешным
расширением империи, Британия могла быть спокойна за свое будущее.
***
Оптимум, которого достигла британская национальная идентичность в годы стабильности и процветания первой империи, был нарушен парадоксальным образом: в результате побед и приобретений, достигнутых в ходе Семилетней войны (17561763). Эта война была
самой успешной войной, которую Британия когда-либо вела. Французы были изгнаны из большей части их владений в Канаде, Индии, Западной Африке и Вест-Индии. Манила и Гавана были отняты у Испании. Флот рассеял европейских противников, и Британия снискала себе
репутацию самой агрессивной, богатой и стремительно растущей державы в мире
1
. Итогом этой войны было то, что страна обрела статус
мировой державы.
Однако, как только эйфория улеглась, стало очевидно, что победа
принесла трудноразрешимые проблемы. Ее масштаб был слишком велик, завоеванная территория слишком обширна и враждебна. Британия непомерно раздула свой национальный престиж и имперскую
власть. Колоссальные размеры империи были уязвимы и внушали беспокойство. До Семилетней войны Британская империя была достаточно
компактной и однородной. Она была адекватной ценностям британцев, и прежде всего англичан. Империя, существовавшая до Семилетней войны, была главным образом англоговорящей и протестантской,
имевшей в качестве своего стержня тринадцать Американских колоний. Но послевоенная империя включала Квебек, с его 70-тысячным
французским католическим населением, а также области Азии, население которых не было ни белым, ни христианским.
До Семилетней войны Британская империя мыслилась как по преимуществу торговая, созданная свободолюбивым народом и отличная
от кровавых империй Испании, Франции и Португалии, основанных
на завоевании. Зверства Семилетней войны стерли этот контраст, что
породило нравственные проблемы и практические трудности. Поскольку Британская империя более не основывалась лишь на торговле, но,
1
Посмотрите вокруг, восклицал Ч. Дж. Фокс, обозрите величие нашей
метрополии, протяженность нашей империи, необъятность нашей торговли и богатство нашего народа (Parliamentary History, XVII. P. 147).
70 Национальная идея в Западной Европе в Новое время
как и предыдущие империи, была установлена силой оружия, где были
гарантии того, что она не придет в упадок и не разрушит в процессе
своего падения метрополию? Вопрос этот тревожил целое поколение
британских интеллектуалов. Э.Гиббон написал свой труд Упадок и
падение Римской империи через год после подписания Парижского
1
мирного договора (1763)
.
Послевоенная империя потребовала от Великобритании гораздо
больших вложений в администрацию и военные силы. Это должно
было оплачиваться либо британскими налогоплательщиками, либо колонистами, что необходимо было узаконить. Чем мог народ, провозгласивший себя исключительно свободным, оправдать свое господство
над другими народами? Эдмунд Берк задавался вопросом о том, насколько сильная держава, необходимая для сохранения обширной,
разъединенной и разнообразной империи, ... может быть примирена с
сохранением традиционных Британских свобод?
2
Подобная адаптация предполагала принесение в жертву собственных ценностей в угоду ценностям азиатских и римско-католических подданных.
Все это бросало вызов британской мифологии о британцах как протестантской нации, обществе, основанном на торговле, земле свободы. Ответом на этот вызов явился взрыв английского национализма,
противопоставившего себя имперскому и даже британскому национализму. Английские радикалы в лице Дж.Уилкса
3
именно в этот момент развернули широкую кампанию за старые английские свободы,
опасаясь угрозы шотландского доминирования в Великобритании. Извне американские колонисты, которых большинство англичан привыкло рассматривать как отражение самих себя, отвергли как авторитет
британского парламента, так, в конечном счете, и свою собственную,
доставшуюся им по наследству британскую идентичность. Реакцией
на это была переоценка того, что подразумевается под британским,
и того, что подразумевается под империей.
Следует учесть и чисто политический момент. Со времени установления Ганноверской династии в 1714 г. высшие государственные
должности находились в руках вигов. Георг III, допустив тори к управлению, порвал тем самым с условиями 47-летнего Ганноверского
1
Colley L. Britons... P. 102.
2
Öèò. ïî: Greene J.P. Periferies and Center: Constitutional Development in the
Extended Polities of the British Empire and the United States, 16071788. 1986.
P. 23.
2
Дж. Уилкс (17271797) впервые занял место в парламенте в 1757 г. В 1763 г.
он был арестован за клевету на короля и его министров в издаваемом им Северном Британце. В 1768 г., когда он еще был вне закона, был выбран в парламент от
графства Миддлсекс. В 1774 г. был избран лордом-мэром Лондона.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]