Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Многопартийность в России в начале ХХ века
.pdf
Глава 7. Партии и власть 471
ся: «Оставьте дальнейшие попытки наладить совместную работу с
настоящей властью; они обречены на неуспех, они только отдаляют
нас от цели. Не предавайтесь иллюзиям, отвернитесь от призраков!
Власти – нет!»
138
Однако большинство Прогрессивного блока выразило желание
«выждать» до выступления в Думе Трепова. 19 ноября Трепову лишь
с третьей попытки удалось огласить в Думе правительственную декларацию, ибо левые фракции устроили ему обструкцию и своими
криками не давали говорить. В правительственной декларации было
выражено согласие с целым рядом пунктов программы Прогрессивного блока (передача продовольственного дела из МВД в Министерство земледелия, подготовка реформы городского самоуправления,
введение земства в неземских губерниях, снятие национальных и
конфессиональных ограничений на получение образования). Однако не только левые фракции, но и либеральная оппозиция требовала немедленного устранения от власти «темных безответственных
сил» типа А.Д. Протопопова, создания кабинета, готового «в своей
деятельности опираться на Государственную думу», и проведение
«в жизнь программы ее большинства»
139
. По настоянию Прогрессивного блока Дума приступила к рассмотрению продовольственного
вопроса, законопроектов о введении волостного земства и реформировании городского самоуправления. Прогрессивный блок продолжал питать надежду – вдруг исполнительная власть выразит готовность к сотрудничеству с Думой.
Натиск Прогрессивного блока на власть вызвал взрыв негодования у идеологов и политиков консервативных партий и союзов, потребовавших немедленного роспуска «крамольной» Думы и привлечения лидеров оппозиционных фракций к судебной ответственности.
В ноябре 1916 г. через премьер-министра кн. Голицына Николаю II
была передана «Записка», подготовленная в кружке А.А. РимскогоКорсакова. В связи с назреванием «государственного, а весьма вероятно, и династического переворота» предлагалось немедленно осуществить ряд мер.
Во-первых, рекомендовалось назначить на высшие государственные посты министров, главноуправляющих и на высшие командные
тыловые должности по военному ведомству (начальников округов,
военных генерал-губернаторов) лиц, «не только известных своей издавна засвидетельствованной преданностью Единой Царской Самодержавной власти, но и способных решительно и без колебаний на
борьбу с наступающим мятежом и анархией; в сем отношении они
должны быть единомышленны и твердо убеждены в том, что никакая иная примирительная политика невозможна. Они должны, кроме
472 Раздел третий. Стратегия и тактика
того, клятвенно засвидетельствовать перед лицом Монарха свою готовность пасть в предстоящей борьбе, заранее на сей случай указать
своих заместителей, а от Монарха получить всю полноту власти»
140
.
Во-вторых, Государственная дума «должна быть немедленно Манифестом Государя Императора распущена без указания срока нового
ее созыва, но с определенным упоминанием о предстоящем коренном
изменении некоторых статей (86, 87, 111 и 112) Основных Законов и
Положений о выборах в Государственный Совет и Думу»
141
. К данному пункту требований была подготовлена специальная объяснительная записка. В ней раскрывалась несостоятельность утверждений о том, что если бы вдруг монарх согласится дать конституцию и
формирование ответственного министерства, то в России «все сразу
успокоится», а умеренные партии выведут государство из тупика,
в котором оно оказалось исключительно благодаря «нерешительной и непоследовательной политике правительства»
142
. По мнению
авторов «Записки», виновниками создания Прогрессивного блока
являлись именно представители этих умеренных партий в лице кадетов и октябристов, которые «быть может и действительно вполне
искренне примирились бы с правительством» и «удовлетворились
бы достигнутым результатом своей многолетней борьбы». Однако
эти партии сами по себе настолько слабы и разрознены, а их лидеры
бездарны, то их временное торжество оказалось бы кратковременном
и непрочным
143
. Не представляют какой-либо политической силы
думские «либеральные националисты» и члены Государственного
совета, поставившие свои подписи под декларацией Прогрессивного
блока. Вместе с тем авторы «Записки» нелестно отзывались и о правых партиях, которые также «находятся в состоянии летаргии», их
вина состоит в том, что «они сразу и безропотно не устранили себя
от участия в осуществлении Манифеста 17 октября, основанного на
началах, совершенно противоречащих их государственному самосознанию». В условиях политической борьбы правые партии «оказались разбитыми, рассеянными и не признанными той самой властью,
которая только на них одних могла опираться»
144
.
В «Записке» неожиданно прозвучала нота отчаяния и одновременно признания неэффективности консервативных и либеральных
идей в России. У левых партий, читаем в «Записке», «есть идея, есть
деньги и есть толпа, готовая и хорошо организованная», которая
«в ненависти к имущим классам и завистливом порыве» готова «разделить чужое богатство». Причем именно в «классовой борьбе толпа эта крепка и постоянна» и вполне может рассчитывать «на сочувствие подавляющего большинства крестьянства, которое пойдет
за пролетариатом тотчас же, как революционные вожди укажут им
Глава 7. Партии и власть 473
на чужую землю»
145
. При такой политической незрелости русского
общества объявление конституции, по мнению авторов «Записки»,
привело бы к тому, что «более устойчивые и сильные политические
партии и течения», получив благоприятную почву в «самих конституционных гарантиях», тотчас поглотили бы «партии менее жизненные и сильные» и приобрели бы «преимущественное влияние на
дальнейшие судьбы государства». Объявление конституции привело
бы к полному и окончательному разгрому правых партий и постепенному поглощению партий промежуточных, либеральных консерваторов, октябристов и прогрессистов партией кадетов, которая поначалу
получила бы решающее значение. Однако вскоре кадетам грозила та
же участь. При выборах в V Думу они потерпели бы поражение от
своих «друзей слева» – левых партий. «А затем выступила бы революционная толпа, коммуна, гибель династии, погромы имущественных классов и, наконец, мужик-разбойник»
146
.
Как видим, классовое чутье идеологов консерватизма их в общем
и целом не подводило. Они сделали довольно объективный прогноз
развития политических событий в России, имевших место после
Февральской революции 1917 г., когда либеральные партии были
выдавлены из политического пространства левыми революционными партиями.
По мнению авторов «Записки», изданием Манифеста 17 октября
1905 г. была допущена стратегическая ошибка. В конечном счете не
дала результатов и политика «роспуска – созыва» Государственной
думы. Был допущен стратегический просчет и с изданием Основных
законов 23 апреля 1906 г., изменивших «прерогативы Верховной Самодержавной Власти» и права «законодательных учреждений». Несостоятельными оказались Положения о выборах в Думу 11 декабря
1905 г. и даже 3 июня 1907 г.
147
Общий вывод «Записки» был лаконичен: для России является единственно правильной формула: «Народу мнение, а Царю решение»
148
. Выборы в Думу должны быть одностепенными, от городских и уездных бытовых и сословных групп, а
затем дальнейший отбор депутатов должен осуществляться по жребию, а лучше всего «по Высочайшему соизволению». Правительство
должно иметь большинство в Думе.
После этих рассуждений о расстановке политических сил в стране
в «Записке» давались рекомендации по выводу России из кризисной
ситуации. И в этих вопросах интеллектуалы-консерваторы недалеко ушли от консерваторов-практиков типа Тихановича-Савицкого.
Предложения авторов «Записки» сводились к следующим пунктам.
1. Введение военного положения (а если нужно и осадного) в обе-
их столицах и крупных городах, где «возможно ожидать особенно
474 Раздел третий. Стратегия и тактика
острых выступлений революционной толпы». При этом рекомендовалось широко применять жесткие меры подавления революционных выступлений «до полевых судов включительно»
149
.
2. В Петрограде снабдить пулеметами и артиллерией запасные
батальоны, в Москву направить батальоны и кавалерийские части.
Причем эти батальоны должны быть пополнены офицерами гвардии.
3. Закрыть все органы левой печати и принять меры к усилению
правых газет.
4. Все заводы, мастерские и предприятия, работающие на оборону, должны быть милитаризированы с перечислением всех рабочих,
пользующихся так называемой отсрочкой, в разряд «призванных под
знамена и с подчинением их всем законам военного времени».
5. В местные земские и городские союзы, в военно-промышленные
комитеты должны быть назначены правительственные комиссары.
На фронт предлагалось направить комендантов, которым поручалось
наблюдать «за расходованием отпускаемых казною средств» и пресекать революционную пропаганду среди нижних чинов.
6. Генерал-губернаторам, губернаторам и представителям высшей
администрации в провинции «должно быть предоставлено право немедленного собственной властью удаления от должности тех чинов
всех рангов и ведомств, кои оказались бы участниками антиправительственных выступлений либо проявили в сем отношении слабость и растерянность».
7. Обновить состав Государственного совета, очистив его от лиц,
подписавших программу Прогрессивного блока
150
.
Наряду с консерваторами-интеллектуалами консерваторы-практики типа Тихановича-Савицкого продолжали «заваливать» Николая II телеграммами, в которых рекомендовали царю «сосредоточить
всю полноту власти в руках одного сильного, энергичного, с широким
государственным кругозором и инициативой лица, безусловно, правого». В телеграммах перечислялись имена «крамольников» и «изменников» типа Львова, Милюкова, Челнокова, Гучкова, Караулова,
Долгополова, которых следовало немедленно арестовать и отдать под
151
суд
.
Трудно сказать, подействовали ли советы консерваторов, однако
Протопопов запретил проведение съездов ВЗС и ВСГ в Москве. Тем
не менее союзам удалось в явочном порядке принять резкую резолюцию с осуждением внутриполитического курса правительства. На
выборах в Московскую городскую думу кадеты и прогрессисты получили 144 места из 160. Под впечатлением событий в Москве разворачивались дебаты в Думе по общеполитическим вопросам. В своем
выступлении 16 декабря 1916 г. Милюков говорил: «Наша победа не
Глава 7. Партии и власть 475
довершена, наша цель не достигнута, и это нужно громко признать.
По мере того как теряется вера в силу народного представительства,
выступают, гг., на первый план другие силы. Мы переживаем теперь
страшный момент. На наших глазах общественная борьба выступает
из рамок строгой законности, и возрождаются явочные формы 1905 г.
...Атмосфера насыщена электричеством. В воздухе чувствуется приближение грозы. Никто не знает, гг., где и когда грянет удар»
152
.
Уже по традиции царь, после очередной думской сессии, 27 декабря 1916 г. отправил в отставку Трепова и вместо него назначил
кн. Н.Д. Голицына. В общественных кругах невольно складывалось
впечатление, что верховная власть сознательно назначает на высшие
государственные посты одиозных представителей камарильи. Сохраняя верность и преданность царю, они не обладали волей, не имели
конструктивной программы, игнорировали общественное мнение.
Протестное настроение в стране в конце 1916 – начале 1917 г. достигло критической точки. Это отражалось на позиции либералов, которые утрачивали надежду на мирный исход конфликта между представительной и законодательной ветвями власти. Однако либералы
отдавали себе отчет, что, не имея массовой поддержки в стране, они
не смогут сдержать нарастающий вал народного нетерпения, накапливающегося гнева и ненависти к власти, не способной обеспечить
победу на фронте и организовать снабжение населения в тылу. Репрессивная политика властей (например, в отношении московских
съездов и рабочей группы ВПК) уже исчерпала себя, ее перестали
бояться, а ее распоряжения выполнять. Принятие общественными
организациями решений явочным порядком, минуя цензурные запрещения, усиление рабочего протестного движения подтверждали
бесперспективность действий власти, пытавшейся предотвратить новую революцию. Формировалась атмосфера полной изоляции власти
от общества и одновременно либеральной оппозиции от нарастающего в стране массового движения.
Свою лепту в обострение политической ситуации в стране продолжали вносить консервативные партии и союзы, буквально провоцируя правительство на принятие жестких репрессивных мер, не
останавливаясь перед введением в стране военной диктатуры. Так, в
середине января 1917 г. на имя министра внутренних дел А.Д. Протопопова А.А. Римским-Корсаковым была направлена своеобразная
инструкция «Сводка общих положений и пожеланий», содержавшая
программу мер для правительства в целом, а также для отдельных
министерств и ведомствм. В числе «общих мер» были следующие.
1. Пересмотр Основных законов в части, касающейся установле-
ния Думы, ее прав и обязанностей.
476 Раздел третий. Стратегия и тактика
2. Усиление власти на местах.
3. Назначение объединенного правого Совета министров, ответ-
ственного перед монархом.
4. Однородности состава Совета министров должны соответство-
вать чины всех ведомств.
5. Все силы объединенного правительства должны быть сосредо-
точены на водворение порядка и спокойствия в стране.
6. Использовать все силы союзников, «не упуская из виду, что
гнет Англии, в итоге так же не допустим, как и немецкий».
7. Усиление правого крыла Государственного совета, выведение
из числа назначенных членов колеблющихся.
8. Усиление «вырождающегося дворянства свежими элемен-
153
тами»
.
Что касается рекомендаций по министерствам и ведомствам, то
они сводились к следующему.
По министерству внутренних дел – введение жесткой цензуры
для левой и либеральной печати с одновременной поддержкой широкой ежедневной патриотической печати (не менее 10–12 органов);
основание патриотического издательства; назначение драконовских
наказаний по суду за клевету, распространяемую органами печати;
ревизия органов местного самоуправления; введение военного закона
о конфискации имущества «государственных изменников», осужденных военным судом «за попытку к ниспровержению государственного порядка, либо в возбуждении смут, крамол или волнений, могущих
ослабить силу государственной власти и обороны государства во время войны»; широкое награждение верноподданных, особенно низов;
реформа полиции
154
.
По Синоду – поддержка православного духовенства; реформа
консистории; упорядочение дел православной церкви.
По министерству земледелия – организация сельскохозяйственных ремесленных мастерских-школ; разработка казенных лесов;
развитие коневодства и животноводства; покупка хлеба для заграничного экспорта; эксплуатация Сибири и Кавказа; пересмотр лесоохранительного закона; рациональное использование труда военнопленных; упорядочение продовольственного дела, накопление
запасов.
По министерству финансов – усиление железнодорожного строительства; выкуп частных железных дорог.
По министерству народного просвещения – усиление правительственного надзора за школами; пересмотр школьных программ;
покровительственное отношение к ремесленному и техническому
образованию.
Глава 7. Партии и власть 477
По военному министерству – сокращение тыловых учреждений;
сокращение отпусков с фронта; прекращение «заигрывания с общественностью высших чинов армии».
По министерству иностранных дел – реорганизация ведомства в
плане того, что его представители должны быть русскими; открытие
за границей в крупных центрах органов печати, которые должны работать в наших интересах, развитие коммерческой агентуры
155
.
Однако эти требования консерваторов, обращенные к монарху,
министерствам и ведомствам, повисали в воздухе, ибо у власти не
было интеллектуальных сил и ресурсов, чтобы предотвратить новую
революцию в России.
В этой патовой ситуации Прогрессивный блок продолжал призывать власть «образумиться», втайне надеясь на то, что волна новой революции окончательно не «смоет» эту власть, а вместе с ней и
либеральную оппозицию. Для понимания ситуации, сложившейся в
России накануне Февральской революции, весьма важно выступление Милюкова 15 февраля 1917 г. в Государственной думе. Обращаясь к министерской ложе, он говорил: «Там нет народа, там нет никого, кроме вот этих бледных теней, которые приходят сюда и уходят
молча, не решаясь вступить с нами не только в сотрудничество, но
даже и в разговор и лишь удивляя нас по временам какими-то обрывками фраз на непонятном языке, который принадлежит другому, не
нашему столетию». Далее он отметил, что все чаще и чаще раздаются
требования к Думе, «не довольствуясь речами, совершить какое-то
дело, какое-то необычное и особенное действие». Эти слова, идущие со стороны общественности, хотя и «трогают членов Думы», но
одновременно и «несколько смущают». Казалось бы, дальше лидер
Прогрессивного блока должен был выписать думским депутатам «рецепт» выхода из критического положения. Однако опытный «врачеватель» посоветовал «страждущим и больным» продолжать лечиться
диетой. «Наше слово, – заявил Милюков, – есть уже наше дело. Слово и вотум суть пока наше единственное оружие»
156
. В это время в
Петрограде уже «заговорили», но отнюдь не парламентским языком,
вышедшие на улицы рабочие и солдаты.
26 февраля царь в очередной раз распустил Государственную
думу. Прогрессивный блок принял решение выслушать указ, никаких
демонстраций не производить и немедленно закрыть заседание. Тем
самым «блокисты» выражали лояльность верховной власти и свою
непричастность к уличным революционным событиям в Петрограде. Поэтому говорить, что одной из причин Февральской революции
«была деятельность Прогрессивного блока» во главе с либералами
157
представляется едва ли обоснованным.
,
478 Раздел третий. Стратегия и тактика
Только после того как ситуация в столице достигла критической
отметки и власть оказалась неспособной справиться с массовым
революционным движением, либеральная оппозиция стала проявлять активность. 27 февраля явочным порядком был сформирован
из 12 человек Временный комитет Думы. В него вошли октябристы М.В. Родзянко, И.И. Дмитрюков и С.И. Шидловский, кадеты
П.Н. Милюков и Н.В. Некрасов, прогрессисты А.И. Коновалов и
В.А. Ржевский, независимый националист В.В. Шульгин, беспартийный М.А. Караулов, от партии центра В.Н. Львов, трудовик А.Ф. Керенский, меньшевик Н.С. Чхеидзе. В 2 часа ночи 28 февраля Временный комитет принял решение «взять в руки власть», приступить к
восстановлению административного аппарата и направить комиссаров Думы во все высшие правительственные учреждения
158
. В то же
время на другой половине Таврического дворца шло формирование
Совета рабочих и солдатских депутатов. Обе структуры – думская и
советская, созданные для решения «нужд текущего дня», вынуждены
были «войти в контакт»
159
.
С 28 февраля Таврический дворец находился в кольце восставшего народа. Эта ситуация и предопределила окончательное решение
Временного комитета признать революцию как свершившийся факт.
Почти 12 лет либералы делали максимально возможное для того,
чтобы предотвратить новую революцию в России. Теперь же им пришлось признать победу восставшего народа и принять меры к тому,
чтобы направить массовое революционное движение в мирное конституционное русло.
2 марта Временный комитет по согласованию с Советом рабочих
и солдатских депутатов сформировал Временное правительство в
следующем составе: премьер-министр и министр внутренних дел
кн. Г.Е. Львов, министр иностранных дел П.Н. Милюков, военный и
морской министр А.И. Гучков, министры – финансов М.И. Терещенко, торговли и промышленности А.И. Коновалов, путей сообщения
Н.В. Некрасов, юстиции А.Ф. Керенский, земледелия А.И. Шингарев, народного просвещения А.А. Мануйлов, а также обер-прокурор
Синода В.Н. Львов, государственный контролер И.В. Годнев. Временному правительству предстояло «довести» страну до созыва Учредительного собрания и осуществить комплекс неотложных реформ
во всех сферах жизни.
После победы Февральской революции и формирования Временного правительства в России возникла новая политическая реальность, коренным образом отличавшаяся по всем параметрам от
предшествующего периода. Государственная дума образца «3 июня
1907 г.» фактически прекратила свое существование, а вместе с ней
Глава 7. Партии и власть 479
канул в Лету и Прогрессивный блок. Изменилось положение всех общероссийских и национальных партий. С февраля 1917 г. начинается
новый этап истории многопартийности в России.
Таким образом, в течение почти 12 лет политические партии (прежде всего либеральные и консервативные) пытались найти «общий»
язык с властью. Партии по-разному пытались воздействовать на
власть: социалистические – через вооруженные восстания в 1905–
1906 гг., критику в печати и с думской трибуны; либеральные – ведение переговоров и усиление «критики словом» в печати и с думской трибуны; консервативные – использование разного рода связей
и влияний, советы и рекомендации. Однако все эти разнообразные
методы воздействия на власть не привели к позитивным результатам. Образно говоря, власть напоминала кота из крыловской басни:
когда она чувствовала угрозу, то отступала, а когда угроза миновала,
то она переходила в наступление, стремясь максимально возвратить
утраченное. Если бы не Первая мировая война, то соревнование между властью и обществом по перетягиванию каната длилось бы еще
долгое время. Во время войны на кон были поставлены не только интересы отдельных классов и слоев российского общества, не только
личные амбиции представителей власти и партийных лидеров, но национальные интересы страны. В экстремальных ситуациях перевес
сил всегда на стороне общества, и власть (хочет она того или нет) вынуждена либо идти навстречу его требованиям, как это имело место
в октябре 1905 г., либо капитулировать, как это и произошло в феврале 1917 г. За 12 лет российское общество в целом и политические
партии в частности получили колоссальный жизненный и политический опыт, который убедил их в необходимости коренных перемен,
в противном случае страна могла оказаться на грани национальной
катастрофы в результате неудача фронте и обострения противостояния внутри страны. Вторая российская революция, которую ждали
и готовили социалистические партии, которой всячески стремились
избежать либеральные партии и во что бы то ни стало (вплоть до введения в стране военной диктатуры) предотвратить консервативные
партии, предоставляла российской империи еще один шанс выхода
из системного кризиса.
Судьба распорядилась так, что власть, получив шанс после поражения Первой российской революции провести крупномасштабные
реформы и вывести Россию на путь эволюционного капиталистического развития, очищенного от пережитков дореформенной эпохи,
оказалась в конечном счете не способна воспользоваться этим шансом. Вполне реальным вариантом для спасения власти могли стать
системные столыпинские реформы. Однако они были рассчитаны на
480 Раздел третий. Стратегия и тактика
длительный период. Более того, под напором консервативных сил
эти реформы постепенно «сворачивались» или же «выхолащивались», что уже само по себе становилось провокативным фактором.
Согласившись в экстремальных условиях Первой российской революции на издание Манифеста 17 октября 1905 г. и Основных законов
23 апреля 1906 г., на создание законодательного народного представительства и на столыпинский вариант преобразования страны, Николай II был убежден в том, что, имея в своем распоряжении разветвленный административный аппарат и армию, он сохранит за собой
контроль над масштабным трансформационным процессом в стране.
Несмотря на колебания политического курса, Николай II все же не
решился на его радикальный пересмотр (в частности, на отказ от законодательного народного представительства), он использовал для
его коррекции традиционные методы бюрократического манипулирования (смена премьер-министров, министров, изъятие из Думы целого ряда правительственных проектов), что не могли не раздражать
общественное мнение. В течение 12 лет между властью и обществом
шел процесс накопления конфликтов, которые стали переходить в
противостояние, рупором чего стала Государственная дума. Таврический дворец, как рупор общественного мнения, постепенно превращался в место подготовки новых политических кадров, готовых
прийти на смену царскому бюрократическому аппарату. Неслучайно,
что в начале Февральской революции либеральные думские фракции
стали источником формирования Временного правительства, а лидеры социалистических фракций возглавили Совет рабочих и солдатских депутатов.
Вместе с тем 12-летний период между Первой и Второй российскими революциями сыграл большую роль и в жизни общероссийских политических партий, которые прошли школу политической
борьбы, в которой они, с одной стороны, окончательно организационно оформились и закрепились на политической арене, но с другой –
лицом к лицу столкнулись со своими политическими конкурентами
и непримиримыми противниками. Этот богатый и разнообразный
опыт позволил раскрыть облик и потенциальные интеллектуальные
и организационные возможности каждой политической партии, проверить на практике эффективность их стратегических и тактических
курсов. За это время политические партии продемонстрировали свои
разнообразные облики и лики, сохранив в неизменности исходную
непримиримость своих позиций, неспособность к диалогу и компромиссу друг к другу.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]