Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Многомерная психика. Внутренний мир личности. Монография
.pdf
Вероятно, Мы во внутренней речи выражает как минимум три
психических состояния. Первое — первичное Мы — мысли дет
ства, когда индивидуум еще не может выделить свое Я из окруже
ния значимых Других. Второе — Мы как архетип коллективного
бессознательного, на психологическом уровне это растворение Я
в Мы — приоритет общего, общественного, свойственного всем
людям или определенной группе людей, с которой субъект соот
носит себя. Третье — Мы как некое личностное качество, облег
чающее интеграцию Я с Другим, данное качество проявляется так
же и в использовании местоимения Ты по отношению к Другому,
и, наконец, в мышлении в форме сложного диалога, позволяюще
го представлять себя глазами другого человека; Мы здесь говорит
о способности индивидуума к перемещению центра осознания
личности по структурам собственной психики — сознания ее и
подсознания — и тем самым к реализации «ожидаемых отноше
ний Других ко мне». Таким образом, «третье Мы» выступает след
ствием какогото важного интегрального личностного качества, о
котором ниже мы поговорим подробнее.
Имена. Имеются в виду случаи спонтанного «называния» дру
гих лиц по именам. Во втором опросе некоторые испытуемые да
вали имена персонажам, изображенным на рисунке, или включа
ли в их мысли какихто еще людей, называя их по именам. В
первом опросе, описывая свои мысли, часть испытуемых называ
ла других по именам («Надо бы зайти к Наташке и спросить у нее»,
другие испытуемые предпочитали в аналогичной ситуации исполь
зовать местоимения или абстрактные существительные («Позво
нюка я одному моему другу и приглашу его»).
Как нам кажется, в мыслях все люди употребляют имена. Кон
струкция «я скажу одному из моих друзей» — вторична, в отличие
от конструкции «скажука я Ваське». Испытуемые, использовав
шие имена в нашем исследовании, действительно отражали на
бумаге мысли так, как они приходят в голову. Испытуемые, заме
нявшие имена на абстрактные сочетания типа «один из моих дру
зей», проделывали определенную умственную работу по замене
имен на какиелибо другие формы, например, не желая отражать
информацию, носящую личный характер, к тому же бесполезную
(по их мнению) для психолога. С другой стороны, поскольку ко
эффициент корреляции между употреблением в мысленной речи
имен и сознательной самооценкой этого достаточно высок, мы
можем предположить, что процесс «разнаименования» персона
жей своей мысленной речи часто происходит неосознаваемо.
Употребление Имен положительно коррелирует с употреблением
в мысленной речи местоимения Ты по отношению к Другому.
Личностные типы сознания и особенности внутренней речи. Согласно
концепции К.А. АбульхановойСлавской, в индивидуальном созна
221
нии каждого человека присутствуют глобальные представления о
своей связи с обществом. В зависимости от того, в качестве субъек
та или объекта рассматривает человек себя и общество, К.А. Абуль
хановаСлавская выделяет 4 основных личностных типа сознания,
характеризующихся субъектсубъектными, объектсубъектными,
субъектобъектными и объектобъектными отношениями [3].
В нашем исследовании анализировался пласт взаимоотношений
Я и Другой/Другие. В соответствии с концепцией личностного со
знания можно предположить наличие нескольких типов взаимодей
ствия Я — Другие, специфическим образом проявляющихся во
внутренней речи. Для начала выделим характеристики субъектно
сти себя и другого.
Отношение к себе как субъекту, на наш взгляд, выражалось, с
одной стороны, в формировании в мысленной речи Я как актив
ного действующего начала, в противовес пассивным формам
(Меня/Мне) и безличным предложениям. С другой стороны, раз
витие собственной субъектности вело к расширению сознания и
усложнению Эго, что проявлялось в свою очередь в появлении ме
стоимения Ты, употребляемого по отношению к самому себе.
Отношение к Другому как субъекту также выражалось через ме
стоимение Ты и внутренний диалог. Еще одним показателем
субъектности Другого могут выступать Имена, которыми индиви
дуум называет других в своей мысленной речи.
Далее следует отметить, что выделенный К.А.Абульхановой
Славской личностный тип сознания, характерный для студентов
и интеллигенции (субъектсубъектный), проявился и на нашей
выборке, состоящей из представителей тех же социальных групп.
К субъектсубъектному типу с той или иной степенью выражен
ности можно отнести испытуемых, вышедших во 2й, 4й и 5й
кластеры — это большая часть нашей выборки (75 %).
Объектобъектный тип сознания, на наш взгляд, представлен у
испытуемых 1го кластера. Вошедшие в эту группу испытуемые
были молоды (1719 лет) и, вероятно, находились на той стадии
личностного роста, который К.Г.Юнг назвал «формированием
Эго» и считал первым этапом индивидуации. Для них прежде все
го свойственен интерес с самим себе, своему Я, отсюда повышен
ная частота использования этого местоимения во внутренней речи.
С другой стороны, их Эго только формируется как активный лич
ностный центр, поэтому и местоимение Я в их мыслях пока
представлено пассивными падежными формами (Мне/Меня).
Мышление таких испытуемых преимущественно монологично,
отсутствует как разговор с собой, так и диалог с другими. Другие в
их внутренней речи представлены местоимениями третьего лица,
достаточно далекими от личностного Я. И хотя себя такие испы
туемые часто представляют объектом чьихто манипуляций, как
222
то воздействующих на Меня и делающих чтото Мне, но эти воз
действия безличностны, это не активность Других как субъектов,
это больше напоминает действие законов природы.
Субъектобъектный тип сознания присущ испытуемым, вошед
шим в 3й кластер. Представители этой группы себя воспринима
ют как Я — активное деятельное начало, отсюда доминирование в
мысленной речи соответствующего местоимения. Другие люди
представлены местоимениями третьего лица, часто падежных
форм; Другие здесь выступают как объекты манипуляций Я («Я
сделаю ему...»).
Интересно сравнить между собой испытуемых, вошедших во
2й, 4й и 5й кластеры. Как мы отметили выше, субъектсубъект
ный тип сознания в той или иной форме им всем присущ, но каж
дый кластер обладает собственным своеобразием.
Для представителей 4го кластера это тенденция к растворе
нию Я в Мы. Наряду с другими характеристиками, такими, как
низкая частота употребления местоимения Я, достаточная вели
чина Меня/Мне, мы можем предположить заниженное представ
ление о собственной субъектности у таких испытуемых. Субъек
том здесь выступает не собственное Я, а Я в соединении с
Другими — Мы. Существование такой особенности в русском мен
талитете было описано Г.Э.Белицкой как «наличие представлений
о себе в неразрывной связи с обществом» [42]. Вероятно, оно и
проявилось у почти третьей части наших испытуемых.
Испытуемые, вошедшие в 5й, самый многочисленный клас
тер, на наш взгляд, продемонстрировали классический вариант
субъектсубъектных отношений. Мышление у них протекает пре
имущественно в диалогичных формах: разговор с собой и диалог с
другими. Во внутренней речи часто присутствует местоимение Ты
по отношению к себе и к Другим и Имена.
Что же отличает от них представителей 2го кластера? Прежде
всего общая сложность внутренней речи, обилие речевых форм,
высокая частота употребления всех местоимений, мышление в
виде сложного диалога — размышление о себе глазами другого че
ловека, рассказывающего об этом комуто третьему, и, наконец,
наличие местоимения Мы. Выше мы предположили существова
ние особого личностного качества, которое облегчает взаимодей
ствие с Другими — это способность к перемещению фокуса осоз
нания собственной личности в Другого. Это же качество может
быть ответственно за понимание и принятие Других в Себя, мо
жет быть, в качестве субличностей.
Принятие Другого, точнее Других, вероятно, должно осуществ
ляться во многом на эмоциональном (чувственном) уровне, что, в
свою очередь, предполагает принятие и эмоций (чувств) Другого,
в том числе эмоций и чувств, направленных на еще какихто Дру
223
гих. Можно по аналогии с дивергентным мышлением по Гилфор
ду [370] предположить и существование дивергентного чувство
вания, тем более что, по К.Г.Юнгу [344, 348], мышление и эмоции
(чувства) являются двумя смежными функциями, а значит, что
существующие формы мышления (конвергентное и дивергентное)
должны иметь аналоги и для эмоциональной функции. Один из
наших испытуемых (Эдуард М., 29 лет) остроумно определил такую
особенность своей внутренней речи как «триопсихологичность».
Выводы.
1. По данным самооценки и контентанализа текстов можно выде
лить несколько основных форм внутренней речи: монолог, диалог,
мышление в форме рассказа Другому о событиях собственной жизни
и сложный диалог — рассказ Другого о тебе комуто Третьему.
2. Каждое местоимение, используемое во внутренней речи, по
зволяет характеризовать особенности сознания, самоосознания и
отношения к Другим. Местоимение Я связано с самовыражением
Эго — сознательной части личности; через местоимение Я часто
выражается положительный личностный материал (Я — хороший).
Через местоимение Мы выражается коллективная, общечелове
ческая сторона Эго (Я— как личностный архетип). Местоимение
Ты тесно связано с общим уровнем рефлексии человека, развити
ем внутреннего диалога и степенью его самокритичности.
3. Особенности внутренней речи тесно связаны с личностными
типами сознания (по К.А. АбульхановойСлавской). Отношение
к себе как субъекту выражается в употреблении в мысленной речи:
1) местоимения Я (отражая активное действующее начало) в про
тивовес пассивным формам (Меня/Мне) и безличным предложе
ниям; 2) местоимения Ты по отношению к самому себе (характери
зует расширение личностного сознания и усложнение «Яконцепции»
индивидуума). Отношение к Другому как субъекту выражается через
употребление местоимения Ты и Имен собственных в его адрес, а так
же через развитие внутреннего диалога с Другим.
4. При кластерном анализе был выделен особый подтип лич
ностного сознания, характеризующийся общей сложностью внут
ренней речи, разнообразием речевых форм и употребляемых мес
тоимений (все формы и все местоимения). Испытуемые этого типа
предпочитали мышление в форме сложного диалога — представ
ление Себя глазами Другого, рассказывающего о Тебе комуто
Третьему. Мы предположили по аналогии с дивергентным мыш
лением существование дивергентного чувствования — особого
личностного качества, выражающего способность к перемещению
фокуса осознания личности в Другого и ответственного за пони
мание и принятие Других в Себя на эмоциональном уровне (воз
можно, в качестве субличностей).
224
3. Исследования психических состояний методом
анализа характеристик мысли и образа
Внутренний мир человека очень сложен. В.Н.Дружинин, предло
живший категорию «внутренний мир субъекта», выделял четыре
составляющих психического. Это сознание, регулирующее пове
дение; подсознание, также регулирующее поведение; бессозна
тельное, никак не проявляющееся в поведении; внутренний мир
субъекта. По определению, «внутренний (не проявляющийся не
посредственно в поведении) субъективный мир — это все богат
ство мыслей, образов, чувств, грез, сновидений, которые даны
только переживающему их индивиду. Единственный источник и
получатель знаний о них — сам человек. Другие должны прини
мать на веру его самоотчет» [132, с. 111]. С другой стороны, внут
ренний мир человека — социален, потому что включает в себя дру
гих людей, наши отношения к ним и их отношения к нам.
Создатель межличностной теории психиатрии Г. Салливан ут
верждал, что социальны все психические процессы, а личность фор
мируется преимущественно в ходе межличностных психических со
бытий [396]. При этом внутренний мир индивидуума закономерно
включает в себя образы других людей и проявляется, главным об
разом, во взаимодействии с ними. Согласно К.А. Абульхановой,
внутренняя жизнь личности строится на основе трех видов отно
шений: к себе, к другому и ожидаемых отношений других к себе [7].
Таким образом, внутренний мир, все богатство мыслей и чувств
индивида, с одной стороны — субъективен, поскольку принадле
жит только тому, кто их переживает; а с другой — социален, посколь
ку включает в себя (в мысли, чувства, фантазии) образы других лю
дей. Кроме того, внутреннюю жизнь человека связывают с течением
психических процессов. При этом и само психическое есть процесс
(С.Л. Рубинштейн), и, в свою очередь, все психические процессы в
совокупности образуют внутренний мир личности. Наиболее важ
ными здесь являются процессы мышления. Рубинштейн выделял
абстрактнотеоретическое и нагляднообразное мышление, пола
гая их компонентами единого мыслительного процесса: «...не толь
ко понятие, но и образ выступают на всяком, даже самом высшем,
уровне мышления» [262, с. 390]. Так, выделяются две важнейшие
составляющие психического — мысль и образ, единство которых
определяет многообразие внутренней жизни личности. При этом
мысль обычно понимается как вербальная составляющая психичес
кого: «...мысль не существует без языковой оболочки, которую она
получает в речи» [259, с. 109]. А образы связываются с течением бо
лее глубинных малоосознаваемых процессов: «...образы — язык нео
сознаваемого» [109,с. 47].
225
Внутренний мир человека — размышления, фантазии, снови
дения — существует либо в чувственнообразной форме (образы
других людей, сопровождающиеся переживанием определенных
чувств), либо в виде внутренней речи, либо, чаще всего, в сочета
нии того и другого (образы, сопровождающиеся внутренней ре
чью, и внутренняя речь, иллюстрирующая сама себя образами).
Традиционным способом получения информации о внутрен
них психических процессах являются методы интроспекции. Воз
никшие одновременно с психологией, они неоднократно подвер
гались сильнейшей критике и заменялись на более научные
методы. Главная критика была направлена на чрезвычайную
субъективность интроспекции. «Каждый испытуемый описывает
свои собственные впечатления или переживания, которые очень
редко совпадают с впечатлениями следующего испытуемого... И
что еще хуже — ощущения одного и того же человека варьируют
день ото дня; то, что ему казалось приятным в понедельник, мо
жет стать скучным во вторник и откровенно неприятным в среду»
[103, с. 65]. Однако поскольку внутренний мир человека представ
лен ощущениями только созидающей его личности, не существу
ет иного способа заглянуть «вглубь психических процессов», кро
ме как попросить сделать это самого переживающего индивида.
Но вопрос в другом, что именно принять за точку отчета, какие
единицы анализа психического выбрать, чтобы, с одной стороны,
они были бы субъективны, а с другой, их можно было бы исполь
зовать для сравнения различных психических состояний одного
индивидуума и психических состояний разных людей.
Выше мы обосновали возможность применения для анализа
внутренней речи в качестве такого рода характеристик местоиме
ния (Я, Ты, Мне/Меня, Мы).
Однако в большинстве исследований, в том числе и в предыду
щих работах автора статьи, чувственные образы и внутренняя речь
анализируются по отдельности, что снижает полноту описания пси
хических состояний внутреннего мира человека, поскольку в его
реальных проявлениях (фантазиях, размышлениях, сновидениях)
чаще представлены одновременно и образы, и внутренняя речь.
Существование взаимосвязи между образной и вербальной сфе
рой подтверждается данными современной нейропсихологии, в
которой постулируется связь мысли и образа, исходя из «наличия
некоторых общих психологических механизмов нарушения вер
бальных и невербальных (образных) компонентов в процессе мыш
ления при локальных поражениям мозга» [325, с.239]. В рамках
концептуальнопропозициональной гипотезы такая взаимосвязь
возможна вследствие того, что в памяти хранятся интерпретации
событий, а не сами образы [355]. По мнению З.Пилишина, суще
ствуют некоторые общие неосознаваемые репрезентации, пред
226
ставляющие информацию в памяти (более абстрактные, чем чув
ственные образы или мысленная речь), своеобразный «язык пси
хического»; такие репрезентации объясняют тот факт, что чело
век может легко переходить от одной формы представления
информации к другой [387].
Поэтому в данном исследовании у группы респондентов фик
сировались показатели и образной, и вербальной составляющей.
В исследуемую группу вошли большинство испытуемых, прини
мавших участие в предыдущем исследовании. Им просто было
предложено ответить на ряд дополнительных тестов, характери
зующих образную сферу.
Гипотеза.
Мы предположили, что формальные характеристики психичес
ких процессов вербального и образного мышления являются свое
образным отражением внутренней жизни индивида, а их сочетание
с показателями взаимодействия с миром даст нам возможность схе
матически описывать текущие психические состояния. В свою оче
редь это позволит выделить наиболее распространенные психичес
кие состояния в нашей выборке, а также в перспективе определять
текущее состояние индивида по особенностям представления им
мысленных образов и особенностям внутренней речи, сравнивать
его состояние сегодня с состояниями, переживаемыми им вчера, и
с состояниями других людей. Возможна связь таких состояний с
другими психическими проявлениями (интеллектуальной и твор
ческой активностью), с определенными видами ментальной дея
тельности (составлением планов, фантазиями и т.д.).
Целью данной работы является описание состояний внутрен
него мира личности на языке формальных характеристик образ
ной сферы и внутренней речи.
Методика.
1. Исследование вербальных компонентов мышления. Оценка
частоты употребления местоимений изучалась по описанной выше
методике.
2. Взаимодействие с миром. На основе рисуночного теста
Розенцвейга оценивались особенности психологических реакций
субъекта на фрустрационную ситуацию. Давалась суммарная
оценка по описаниям «что думает 1й персонаж в момент ситуа
ции» и «что думает 2й персонаж в момент ситуации». Оценива
лась выраженность у каждого испытуемого 6 классических реак
ций на фрустрацию: эмпунтивной (направленной на внешнее
окружение), инпунтивной (направленной на себя), импунтивной
(несубъектой, направленной на ситуацию), направленной: на
препятствие, на защиту (обвинение), на достижение цели (удов
летворение потребностей).
227
3. Исследование образной сферы. На основе нашей методики,
подробно описанной в первой главе, у испытуемых строилась об
разная модель жизненного пути. Им предлагалось представить не
сколько мысленных образов (в виде изображений) своего прошло
го, настоящего и возможного будущего; а потом описать свои
образы по предложенной экспериментатором схеме.
Обработка результатов.
Обработка содержания текстов осуществлялась с помощью
контентанализа. Далее из всех полученных данных была сформи
рована матрица «переменныеобъекты» и проведен факторный
анализ наших результатов. Для статистической обработки исполь
зовалась программа STADIA.
Испытуемые.
В экспериментах принимали участие 65 человек.
Результаты исследования.
После вращения результатов факторного анализа варимаксме
тодом с применением преобразования Кайзера было выделено
семь основных факторов. Процент объясняемой дисперсии фак
торов: 1й — 14,6 %; 2й — 10,25 %; 3й — 8,6%; 4й — 6,7%; 5й —
6,6%; 6й — 6,2%; 7й — 5,0%. Факторные нагрузки по каждому из
факторов приведены в табл. 4.
1й фактор — самовыражение Эго. Самое распространенное со
стояние нашей психики.
В вербальной сфере. Характеризуется повышенной частотой
употребления местоимения Я (факторная нагрузка 0,73) в мыслен
ной речи; также употребляются все другие формы Я (падежные
формы Мне/Меня (0,32) и местоимение Мы — обычно в значе
нии Я (0,23).
На уровне образной сферы. Отрицательный вклад переменных,
относящихся к будущему времени, показатель «структурирован
ность линии будущего», характеризующий развитие когнитивной
перспективы по К.А. Абульхановой [7], (0,35). Слабые положи
тельные нагрузки у областей внутреннего пространства, относя
щегося к настоящему времени (образы впереди себя, вокруг себя,
«внутри головы»).
Самооценка. Испытуемые не замечают у себя преобладания ме
стоимения Я (вклад Я близок к нулю), однако активно отвергают
все другие несубъектные формы выражения себя (не через Я): фор
ма Мне/Меня (0,53), безличные предложения (0,73). Другие
люди отвергаются в форме Он/Она (0,84).
Данному состоянию не свойственна самокритика (0,34),
Взаимодействие с миром. Не выражено, т.е. испытуемые в дан
ном состоянии склонны обращать минимум внимания на внешний
228
мир. Таким образом, этот фактор характеризует самое распрост
раненное психическое состояние, которое можно представить как
размышление субъекта о самом себе в настоящем времени.
2й фактор — размышление о Другом. Составлен из переменных
с отрицательными значениями. Он характеризует состояние, вто
рое по распространенности в данной выборке. Однако это состо
яние, выраженное через переменные с отрицательным вкладом,
является противоположным первому состоянию и располагается
в другой плоскости. Поэтому основная характеристика этого со
стояния выражена отрицательными показателями.
Вербальная сфера. Доминирование Ты (высокая отрицатель
ная нагрузка переменных: общее употребление местоимения Ты
(0,81), употребление Ты по отношению к себе (0,75), употребле
ние Ты по отношению к другим (0,52), Имена (0,36)).
Результаты исследования показали, что некоторые испытуемые
по собственной инициативе давали имена персонажам теста Ро
зенцвейга, вспоминая собственные мысли, они также называли
других по именам («Зайдука я к Наташке и спрошу»). Другие ис
пытуемые предпочитали в этих случаях использовать местоиме
ния или абстрактные существительные («Позвонюка я одному
моему другу и приглашу его...»).
Образная сфера. Характеристики дивергентного мышления
(слабый отрицательный вклад переменной в расхождение линии
будущего (0,25), а также необъективированность (0,35). Поло
жительный вклад диссоциации (0,31) и расположение образов по
направлению впередназад (0,35).
Самооценка. Диалог и рефлексия: отрицательный вклад диа
логичных форм внутренней речи (рассказ, ни к кому конкретно
не обращенный (0,41), и сложный диалог (0,31); местоимений
Ты к себе (0,74) и к Другому (0,28), Имен (0,70). Для этого со
стояния не характерно мысленное одобрение самого себя (поло
жительный вклад соответствующей переменной (0,29), ему свой
ственна мысленная самокритика с отрицательным вкладом (0,45).
Взаимодействие с миром. Незначительно отвергается идея не
субъектности (вклад импунтивной реакции (0,26).
Таким образом, данное состояние противоположно всем дру
гим, и, главным образом, первому (самовыражению Эго). Из пе
ременных с отрицательными показателями складывается состоя
ние, в котором активно присутствуют другие, при этом особенно
выражены творческие характеристики самого субъекта (диалогич
ность мышления, расходящаяся линия будущего).
3й фактор — необъективированность мысленных образов. Фикса
ция на себе.
Образная сфера вносит максимальный вклад в этот фактор.
Наибольшее значение у переменной необъективированность об
229
раза (0,51). Испытуемые в этом состоянии представляют образы в
пространстве не субъективно внешнем, а внутреннем, «внутри го
ловы»; другое расположение отвергается: «слевасправа» (0,56).
Показатели когнитивной и личностной перспективы вносят от
рицательный вклад: структурированность линии будущего (0,23).
Вербальная сфера. Диалогичный стиль мышления: положитель
ный вклад переменной употребление Ты по отношению к Другим
(0,28). Однако эти другие присутствуют как местоимения или аб
страктные существительные, а не как имена (0,50). По отноше
нию к самому себе Ты не употребляется (0,30).
Самооценка. Испытуемые адекватно оценивают некоторые
свои особенности: развитие сферы вербальность (0,75), разговор
с собой (0,29), сложный диалог—рассказ Другого о себе комуто
Третьему (0,20). Сложнее связь самооценки с другими особенно
стями: высоко оценивается употребление Я (0,61), хотя на самом
деле Я для этих людей действительно играет важную роль, но не
как структура мысленной речи, а как область внутреннего про
странства, где располагается часть (или все) внутренних образов.
Мысленная критика отвергается(0,31), мысленное одобрение
принимается (0,52)
Взаимодействие с миром. Фиксация на себе, отвергается эм
пунтивная реакция, т.е. направленная на внешнее окружение
субъекта (0,47). Присутствуют: инпунтивная — направленная на
себя (0,22) и импунтивная — направленная на ситуацию (0,25) ре
акции. Отсутствует фиксация на достижении цели (0,25)
Таким образом, в этом состоянии субъект сосредоточен на себе,
своих достоинствах, недостатки отвергаются, мысленные образы
представляются внутри себя («внутри головы»). Данное состояние
характеризуется хорошо развитой внутренней речью, диалогич
ным мышлением (признак креативности), но целеволевые харак
теристики развития не получают. Внешнее окружение, будучи хо
рошо представлено в мысленной речи, отвергается (не понимается
или не принимается). В целом, необъективированность образной
сферы проявляется в общих сложностях с самореализацией лич
ности вовне.
В этом состоянии наблюдается своеобразное «пересечение»
вербальной и образной сферы: представление образов «внутри
себя» (внутри Я) испытуемыми, которые полагают, что они очень
часто употребляют в речи местоимение Я (что на самом деле не
совсем так).
4й фактор — планирование будущего. Фактор целеволевых харак
теристик.
Образная сфера. Выражены показатели, характеризующие про
работанность когнитивных и личностных перспектив: структури
рованность линии будущего (0,53) и сцепление между образами
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]