Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Категория числа в славянских языках (историко-семантическое исследование). Монография
.pdf
2. Функционально-семантическое развитие форм мн.ч. имен вещественных
жестве частиц, â многосоставной структуре материала. Можно допустить, что подобные формы мн.ч. – просто стилистический признак профессиональной речи, íå обязательно связанный
ñ какими-либо семантическими различиями, тогда как формы
ед.ч. выражают общее номинативное понятие. Ср.: -
(Êèðã. ÑÑÐ) мрамора , мраморы
(газета «Правда» îò 10.05.1976 ã.).
В отдельных случаях подобные формы мн.ч. лексикализуют-
ñÿ â специальных значениях – терминологизуются. Например,
русск. мн.ч. , польск. мн.ч. (åä.÷.) è ìí.÷.
: (Lekarz) , , Rej. Zw.
44b [Linde II, 616]. Â польском языке мн.ч. имеет è иные
значения: «пепел, зола», «пыль», «порох», например:
Jak. Art. 3, 308 [Linde IV, 244]. Сравнение
ñ нижнелужицким, â котором это слово имеет, кроме прочих,
è единичное значение «пылинка», мн.ч. «клубы пыли»,
показывает, что смысловую основу формы мн.ч. составляет собирательное значение множества частиц.
Актуальной функцией форм мн.ч. имен вещественных â ñëà-
вянских, как è вообще â индоевропейских языках, было выраже-
ние действенности, активного проявления свойства. Ñ этим связано применение форм мн.ч. â значении активных веществ. Например, ст.-слав. мн.ч. Винами язвъныими врhдъ цhл–ште Ñóïð
430. 16–17; др.-русск. водами -
ÍIVë, Äóáð. ñï., ë. 432 îá.; водами Пов. Царьгр. Ср. совр. , è ò.ä.
Разновидностью этого типа является мн.ч. â значении специальных веществ, вызывающих активную реакцию, например: ст.русск. (самопала) водками Îðóæ. Áîð. Ãîä.
1589 ã., 32, íî здесь æå – è åä.÷. â òîì æå значении: -
водкою, 35; польск. спец. мн.ч.
LekC, 4b [Linde II, 632]; русск. диал. , -
«квасная гуща, применяемая для закваски овчин» (улья-
новск.), мн.ч. – кожев. «броженый затор для выделки
шкур», например: , [Даль IV,
552], польск. мн.ч. [Linde II, 564], русск. мн.ч. , ÷åø.
ìí.÷. , польск. мн.ч. è ò.ï.
Жидкие, газообразные è твердые вещества â состоянии выде-
ления, распространения, образования массы также иногда обо-
211
Глава III. Имена вещественные и грамматическая категория числа
значаются формами мн.ч. ñ расчлененно-совокупным или интенсивным значением. Древним образцом этого типа являются слав.
мн.ч. , ëàò. ìí.÷., например: ñò.-ñëàâ. пhны тhштитъ
Ìàð Åâ, 18; съ пhнами Ñàâ êí. Ëê IX, 55; др.-русск. [Срезн
II, 1783], болг. (â загадке: -
[Дебърско]), ст.-чеш. , ст.-польск. , русск. мн.ч. , í.-ëóæ. [Muka II, 32] è т.п. Исторически вследствие «вы-
равнивания» выражения вещественности â славянских языках
форма мн.ч. вытеснена формой ед.ч.
Этимологическим собирательным значением мотивирована
форма мн.ч. др.-русск. , например: -
Æèò. Àíäð. Þðîä. XIII, 67 [Срезн III, 243];
ñð.-áîëã. , òâîð.ï. (Тиквеш. рук., 18б), совр. болг.
, ñò.-÷åø. ìí.÷. , ст.-польск. мн.ч. , í.-ëóæ. ìí.÷.
, [Muka I, 116], äèàë. ìí.÷. [Muka II, 383], â.-ëóæ.
ìí.÷. , полаб. мн.ч. [Rost, 423], ñëâí. ìí.÷. . Cëàâ.
* (от глагольного корня ) исконно значило «то, что
осело, осевшие частицы копоти, отложения» [Machek, s. 440],
т.е. выражало собирательное понятие, которое è мотивирует фор-
ìó ìí.÷.
Íà òîì æå логико-семантическом основании (â значении массы, совокупности, большого количества, активности, движения)
лексикализуются формы мн.ч. , , , ; польск.
, , , cр. «пески сыпу-
÷èå», , ñò.-÷åø. âèí.ï. ìí.÷. Mil.,
rkp. XV v. (Výbor II, 551); í.-ëóæ. åä.÷. – «массы снега»
[Muka II, 473]. Идея массы, множественности выступает обычно
â единстве ñ пространственным или иным конкретно-предметным
значением: например, типичное â современных славянских языках мн.ч. , , , è ò.ï.
В современных лексикализованных или семантизированных
формах мн.ч. имен вещественных скрыты, переосмыслены или
приспособлены для определенных стилистических целей конкретные значения, связанные ñ первоначальным созерцательным
восприятием веществ. Â сопоставлении ñ номинативным значением, выражаемым формами ед.ч., эти значения воспринимаются как переносные, поскольку прежние значения, íå совместимые ñ новым уровнем абстрагирования, ñ обобщенным понятием вещества, семантически обособлены, íå соотносительны
ñ ними. Так, первоначальное дистрибутивное значение мн.ч. -
212
2. Функционально-семантическое развитие форм мн.ч. имен вещественных
â русском языке семантизировано â значении «кровопролитие,
междуусобица, битва», например:
ÏÂË, Ë ñï., ë. 25. Â среднерусской письменности ê этому значению прибавился экспрессивно-усилительный оттенок, è форма
мн.ч. получила выразительную стилистическую функцию:
Задонщина. Â таком æå значении отмечено болг.
ìí.÷. â грамотах Брашова XV â. В донском просторечии
известно выражение . Фразеологизм удерживает эту
æå форму â древнем значении кровного родства или (по отноше-
íèþ ê животному) породы, например: . Ïåð-
воначальное значение множественности подверглось переосмыслению, потому что вместе ñ формированием обобщающей вещественности была утрачена соотносительность ñ формой ед.ч., изменившей характер предметно-логического содержания.
Ñëàâ. ìí.÷. â вещественном значении «мясо» (как про-
дукт) вытеснено формой ед.ч. Форма мн.ч. лексикализовалась
â болгарском языке â значении «открытые участки тела», напри-
ìåð: (òåëî) ,
(Ив. Вазов. Под игом);
(òàì æå). Ñåðá. ìí.÷. â òîì æå значении встречается â материалах Словаря Â. Ст. Караджича [Карађèћ, 1898, ñ. 82, 180].
Русск. мн.ч. имеет специальное значение «ляжки ó áîðçûõ» [Äàëü II, 374], например: (Н.В. Гоголь.
Мертвые души). Â польском языке мн.ч. отмечено â видоразличительном значении: Wiel. Kuch. 406 [Linde III,
168].
Эти значения основываются íà древнейшем конкретно-
предметном осмыслении денотата è являются следствием его
логического преобразования â процессе развития обобщенного понятия вещества. Равным образом, мн.ч. «цепи, оковы», «орала» исторически связано ñ предметным значением
ед.ч. «предмет, изделие èç железа»; мн.ч. , польск.
(ó îðãáíà) è т.п. основываются íà предметных значе-
ниях слова «шкура животного». Â наименованиях тканей
тоже исторически происходит семантическое размежевание форм
ед.ч. (â номинативно-вещественном значении «материя») è ôîðì
ìí.÷. â сорторазличительном è конкретно-предметном значениях. Íî вторые значения íå являются результатом переосмысления первых. Напротив, именно вторые значения ближе ê древнейшим. Так, старейшие значения «наряд», «платье» отраже-
213
Глава III. Имена вещественные и грамматическая категория числа
íû â формах мн.ч.: , , è ò.ï. Ýòè
формы как áû возвращают память î далеком прошлом, когда на-
звания тканей были вместе ñ òåì è названиями одежд.
Подобные лексикализованные формы мн.ч. неправомерно рассматривать как результат метонимии – переноса названия материала íà изделие èç íåãî ïî схеме singularia t. > лексикализован-
ный плюрал. Лексикализация грамматических форм – это исторический процесс, è åå формулы должны объективно отражать
историю, à íå современное восприятие семантических преобразо-
ваний. Глубинным мыслительно-логическим основанием èõ является абстрагирование идеи материальности, формирование категории вещественности. Â языке этот процесс, изменяющий
предметно-логическое содержание слов, выражается âî взаимодействии конкретных лексических значений имен вещественных
ñ общими грамматическими значениями числа. Эволюция мате-
риальных представлений îò конкретно-предметных ê обобщенным вещественным понятиям нарушает прежнюю грамматическую соотносительность форм. Формы ед.ч. â славянских языках
принимают большей частью функцию номинации общего понятия. Это создает морфологический тип вещественных singularia
tantum. Формы мн.ч., утратившие соотносительность ñ формами
ед.ч., специализируются â выражении определенных, â основном
конкретных, лексических значений, т.е. лексикализуются. Иные
èç них находят стилистическое применение â речи. Некоторые
архаические формы сохраняются âî фразеологически связанных
значениях. Если æå форма ед.ч. имеет значение единичности,
т.е. обозначает элемент, частицу вещества, òî соответствующее
вещественно-собирательное значение выражается формой мн.ч.
Лексикализация форм мн.ч. â вещественном значении является источником образования вещественных имен pluralia tantum.
Вместе ñ тем исконно конкретизированный характер вещественных значений, обусловленный тем, что вещества применялись è мыслились â конкретных действительных формах, íå òîëü-
êî íå препятствовал, íî и стимулировал действие метонимии, ко-
торая играет важную роль â развитии лексических значений è в
лексико-семантическом словообразовании. Формы мн.ч. имен вещественных исторически лексикализуются íà основе переносного употребления â значении действий, например: ст.-русск. мн.ч.
«время пивоварения è угощения новым пивом», чеш. мн.ч.
«пиршество, веселье» (â старочешском â òîì æå значении
214
2. Функционально-семантическое развитие форм мн.ч. имен вещественных
è åä.÷. ), ÷åø. ìí.÷., «сенокос, время сенокоше-
íèÿ», êàê è ìí.÷., .
В условиях сложившейся категории вещественности метони-
мия играет активную роль è в образовании новых имен вещественных íà базе конкретно-предметных. Так, славянские названия мехов образуются путем переноса наименования животного íà мех. Дальнейшее развитие è образование нового значения происходит â результате переноса наименования ïî функции
ïî схеме: название животного → ìåõ → øóáà, например: äð.-
русск. «куница» – «мех куницы» – мн.ч.:
Сб. Троиц. XII â. [Срезн I, 1364]. Â среднерусском
языке формы мн.ч. имен существительных, называющих мех,
шкурки пушных животных, продуктивны â вещественных значениях, например: Äóõ. êí. Þë. Âîë. 1503 ã.; -
Ïëàò. Áîð. Ãîä. 1589 ã.: Ïàì. ßðö. 1599 ã.; ,
òàì æå; Âûï. ñóä. äåë. 1673 ã. [Срезн
II, 626]; () Явочн. чел. кадаш. 29 äåê. 1694 ã. (ÌÄÁÏ 17 â., № 136) è т.п., ср. также
укр. мн.ч. «овчина», польск. мн.ч. «òî æå», áëð.
ìí.÷. «волчина» [Носович]. Этот тип мн.ч. продуктивен
â польском языке (факты письменности – ñ XV â.):
1466 St PPP II № 3858 [Sł st.-pol
I, 78];
ZapWar 1528, № 2396; .
Myc Prsz B 2 [Sł pol XVI w. II, 4].
 старочешском языке â ýòîì æå типе значения применялись
формы ед. è ìí.÷.
Таким образом, формы выражения ед. è мн.ч. составляют
языковую основу для многообразных лексико-семантических
явлений, характеризующих исторические процессы развития имен вещественных. Важнейший èç этих процессов – формирование лексико-грамматической категории вещественности
â результате абстрагирования понятия вещества – выражается
â функционально-смысловом размежевании, разведении форм
åä. è мн.ч. имен вещественных, нарушающем èõ первоначальную морфологическую корреляцию путем лексикализации. Формы ед.ч. ïî характеру предметно-логического содержания обособляются îò ôîðì ìí.÷. â общих вещественных значениях. Образование форм мн.ч. îò них допустимо при конкретизации смыс-
215
Глава III. Имена вещественные и грамматическая категория числа
ëà, ò.å. â тех частных случаях, когда формы ед.ч. выражают
íå общую идею данного вещества, à определенные формы его су-
ществования или проявления â действительности. Формы мн.ч.
имен вещественных могут быть соотносительны ñ формами ед.ч.
при условии, что òå и другие выражают однородные конкретные
(исчисляемые) понятия. Этому соответствуют следующие признаки денотата: 1) определенность; 2) конкретность; 3) единичность,
основанные íà действительной расчлененности, выделенности
частей èç целого. Формы мн.ч. имен вещественных ïî отношению ê номинативным формам ед.ч. выступают как лексикализованные, лексико-грамматические формы, так как èõ применение
связано ñ определенным смещением номинативного вещественного значения. Â иных случаях è формы мн.ч. могут выполнять
номинативную функцию выражения вещественности, когда они
формализованы, т.е. освобождены îò значения реальной (количественной) множественности. Если формы мн.ч., оказавшиеся
изолированными, лишенными парадигматической связи ñ формами ед.ч. после распада числовой парадигмы â результате формирования категории вещественности, íå были утрачены, òî îíè
становятся основой для других, сопутствующих процессов – лексикализации, фразеологизации è стилизации грамматических
форм. Â этих процессах исторически реализуется знаковое свойство форм числа как словообразовательных моделей, фразеологических è стилистических фигур. История имен вещественных
обнаруживает активное взаимодействие словоизменения è словообразования â границах категории числа, связь лексики è грамматики, единство слова è формы, функционально-семантическую
целостность лексико-грамматической системы языка.
Исследование исторического взаимодействия имен вещественных è категории числа показало, что коррелятивные формы чис-
ла исконно выражают количественные отношения действительности. Нарушение соотносительности, связанное ñ формированием обобщенного понятия вещества, исторически служит основой
для семантического различия è лексикализации форм.
216
1. Î происхождении категории отвлеченности…
(по данным историко-семантического анализа форм числа
имен отвлеченных)
Абстрагирование – важнейшее, сущностное свойство вербаль-
ного мышления, определяющее весь исторический процесс развития познания. Свойство отвлечения è обобщения характеризует практическую, производственную деятельность, трудовой
опыт человечества, творческую работу сознания. Â абстрагировании как процессе познания проявляется исторический опыт
развития умственных способностей, аналитические è синтезирующие свойства разума, углубляющиеся â результате исторической практики, коллективной трудовой деятельности è коммуникации.
Абстрагирование – это сложная система мыслительно-логи-
ческих операций – анализа è синтеза (сравнения è различения,
дифференциации è классификации данных опыта), íà основе ко-
торых осуществляется отвлечение интересующих нас сторон анализируемых фактов, выделение общего â отдельном è обобщение знаний î действительности. Это, â сущности, идеализация
è абсолютизация объекта познания, мысленное отчуждение его
îò многообразных конкретных форм существования, разнообраз-
ных действительных связей è отношений. Абстракция огрубляет действительность, íî вместе ñ òåì è углубляет знание î íåé:
«… научные (правильные, серьезные, íå вздорные) абстракции отражают природу глубже, вернее, » [Ленин, т. 4,
ñ. 152]. Без абстрагирования невозможно познание è общение,
невозможна практическая деятельность, равно как è абстрагирование основывается íà конкретной практике. Â результате абстрагирования знаний î действительности формируются обобщенные представления è понятия î предметах è явлениях (íà-
пример: «человек», «животное», «растение»), мысли î свойствах
предметов, действиях è отношениях – «абстрактные предметы»
(«белизна», «объем», «длина», «теплоемкость»), мысли î òàê íà-
217
Глава IV. Имена отвлеченные и грамматическая категория числа
зываемых идеализированных объектах (например, «точка», «абсолютно упругое тело» è тому подобные научные абстракции).
Абстрагирующая, т.е. наиболее творческая, познавательная
деятельность мышления осуществляется â языковых формах,
опирается íà слово. Свойство обобщать содержание мыслительных актов, абстрагировать понятия, формулировать результаты
абстракций является универсальным качеством слова, благодаря которому осуществляется функция языка как орудия мышления. Вне слова невозможно выражение è развитие абстракций –
глубинных знаний î предметах è явлениях действительности,
èõ сущности, функциях, свойствах è отношениях. Предметно-
логическая основа лексического значения формируется как результат обобщения множества отдельных актов восприятия объектов действительности, абстрагирования представлений, обобщенных данных практического опыта, результатов познавательной деятельности.
По характеру соотнесенности ñ предметным рядом è уровню
абстрагирования противопоставляются абстрактные è конкретные лексические значения. Ó всякого слова соотнесенность ñ äåé-
ствительностью детерминирована сознанием. Íî конкретные
значения характеризуются непосредственной направленностью
íà мир предметов è обобщают чувственные данные опыта, à îò-
влеченные значения опосредованы восприятиями è представлениями è значительно абстрагированы îò íèõ, îò непосредственной данности опыта, конкретности восприятия, осознания ситуации. Таким образом, â плане предметной отнесенности слÒва
различие между конкретными è отвлеченными значениями проявляется â том, что первые непосредственно соответствуют обозначаемым предметам è явлениям действительности, à вторые
выражают свойства, действия, связи или отношения, à также
«предметы», отвлеченные îò непосредственно воспринимаемых
действительных форм èõ существования. Â плане логической от-
несенности конкретным лексическим значениям соответствуют
обобщенные образы или представления непосредственно воспринимаемых предметов è явлений, à абстрактным – понятия, отвлеченные îò реальных предметов è обобщающие представления
î признаках, свойствах, процессах, или мысленные «предметы»,
т.е. опосредованные мышлением продукты абстракции.
В любом, особенно современном, языке, имеющем определенную письменно-книжную традицию, абстрактная лексика игра-
218
1. О происхождении категории отвлеченности…
ет важнейшую роль â формировании è развитии понятий, â осуществлении сложной мыслительно-логической деятельности сознания. Вместе ñ тем она является показателем величайших
достижений человеческого разума, развития науки è культуры, хранителем многотысячелетнего практического опыта человечества.
В языке понятия выражаются всеми номинативно-значащими
частями речи. Однако идеальной или оптимальной формой выражения понятий является имя существительное, благодаря своей
четко выраженной номинативной функции. Выражая понятие,
имя существительное четко отграничивает его îò других, связанных или соотнесенных ñ ним, логических форм. Â самом про-
цессе формирования понятия момент называния, образования
термина, является важнейшим: найти подходящее наименование мыслимого – значит очертить, определить, сформулировать
è само понятие. Выражая предметность, имя существительное
является языковым средством «опредмечивания» разнообразных
понятий è представлений. Ср.: «Категория имени существительного обеспечивает возможность мыслить предметно, â форме называния, даже отвлеченные понятия î качествах è действиях»
[Виноградов, 1947, ñ. 48].
Имена существительные составляют структурно-грамматичес-
кую основу абстрактной лексики. Образование имен отвлеченных è èõ грамматические признаки находятся â зависимости,
ñ одной стороны, îò способа логического абстрагирования, à ñ
другой – îò языковых средств выражения. Отвлеченные понятия свойств образуются путем аналитического абстрагирования,
мысленного отвлечения свойства îò предмета, ñ которым â действительности оно неразделимо, è обобщения ( абстракция). Имена свойства выражают понятия î качествах, признаках, свойствах, действиях è отношениях, присущих различным предметам è явлениям действительности, органично слитых ñ íèìè, íî мысленно отчужденных, представленных обобщенно – как самостоятельные субстанции, т.е. мыслимых опредмеченно, так что они служат самостоятельными объектами мыслительных актов. Образование отвлеченных имен свойства или
действия опирается íà структуру предложения. Они являются
результатом трансформаций атрибутивных или предикативных
конструкций – субстантивации признаков è действий. Другой
тип абстракции – идеализация или абсолютизация объекта по-
219
Глава IV. Имена отвлеченные и грамматическая категория числа
знания, создающая научное понятие, например: «точка», «прямая», «объем», «масса», «энергия» (абстракция -
). Â языковом выражении подобные абстракции основывают-
ñÿ íà переосмыслении значений è терминологизации слов общенародного языка – апеллативов.
Отвлеченные имена существительные характеризуются самостоятельными грамматическими признаками, благодаря которым правомерно говорить î категории отвлеченности как
лексико-грамматическом классе имен существительных. Они
проявляются â системе словообразования (â специальных формантах отвлеченности) è в особом отношении ê грамматической
категории числа, облигаторной для имени существительного как
части речи. Â славянских языках, как è в других индоевропейских, типичной è адекватной формой выражения отвлеченных
понятий является номинативная форма ед.ч., подчеркивающая
целостность, нерасчлененность, качественную однородность «абстрактного предмета».
Возможность образования формы мн.ч. è изменения ïî числам зависит îò характера обозначаемого, применимости или неприменимости ê выражаемому понятию идеи счета. Абстрактные понятия подразделяются íà единичные è общие. Названия
признаков имеют обобщающий характер è независимо îò различия â применении отвлеченного признака ê одному определенному предмету или â качестве общего признака многих предметов
íå изменяются ïî числам; ср.: è -
. Названия действий, напротив, â отношении ê числу зави-
ñèìû îò обозначаемого единичного или общего понятия: имена
действий, выражающие отдельные конкретные акты, события,
образуют формы мн.ч., например: è (по
радио), è (ñ избирателями), è (за
границу), è (врача) è т.п. Однако â общем для отвле-
ченных имен существительных характерна невыраженность противопоставления ïî числу.
Отношение имен отвлеченных ê категории числа â значитель-
ной степени определяется самой системой языка, внутриструктурными факторами. Согласно типам словообразования è соответственно характеру предметно-логического содержания, имена отвлеченные обычно имеют парадигмы ед.ч. – словообразовательные модели ñ формантами , , , , ,
, è äð.Грамматическиеформы ед.ч. â большей мере аб-
220
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]