Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Категория числа в славянских языках (историко-семантическое исследование). Монография
.pdf
1. Коммуникативно-мыслительную природу è лингвистиче-
скую сущность грамматической категории числа определяют
единство è взаимодействие двух типов языковых функций грамматических форм – значимых è структурных, одинаково исконных для праславянского языка-основы.Заключение
Категория числа является типичной субстантивной категори-
ей, характерной для имени существительного как части речи,
ñ которым она связана своей логической природой è первичной,
значимой функцией. Грамматическое значение числа сопутствует предметности – категориальному значению имени существительного, которое оно проявляет âî взаимодействии ñ другими
грамматическими значениями (â славянских языках – значениями рода è падежа). Предметность, или существительность,
как определенное языковое, обобщенное содержание формируется íà основе логической категории субстанции, отражающей
предметы, явления, действия, признаки, свойства, мыслимые абстрагированно, â качестве самостоятельных, определяемых сущностей. Число как сторона, материальное свойство предметного,
действительного мира является обязательным атрибутом предметности. Íà этой структурно-логической основе â процессе развития языкового строя происходит универсализация, à вместе
ñ òåì è формализация грамматической категории числа, которая
охватывает все имена существительные, обозначающие как дискретные (исчисляемые), так è непрерывные (измеряемые) субстанции. У имен существительных, íå изменяемых ïî числам
(хотя è обязательно оформленных â числе), грамматическое значение числа лишено реального количественного значения è служит собственно языковой, системно-структурной функцией грамматической формы, обусловленной включенностью слова как
грамматической единицы â систему парадигматических отношений è синтагматических связей. Формально-согласовательную
функцию несут формы числа прилагательных, причастий, глаголов è других частей речи, согласуемых ñ определяемым субстантивом. Это создает специфическое отличие понятия значения
â грамматике ïî отношению ê его действительному содержанию.
Óæå â эпоху индоевропейского языкового единства вместе
ñ развитием флективного строя категория числа сформировала
301
Заключение
характер облигаторной è универсальной грамматической категории словоизменения. Естественно, что â праславянский период происходило дальнейшее развитие, углубление è упрочение
структурных свойств è качеств словоизменительной грамматиче-
ской категории числа. Изменение имен существительных ïî ÷èñëàì è падежам составило целостную систему типов склонения,
построенную ïî принципу корреляции форм, сведенных â парадигмы. Â широкую парадигму числа оказались включенными è слова, íå изменяемые ïî числам, íî оформленные â числе
è составившие морфологические типы имен singularia è pluralia
tantum.
Исторически формируясь íà основе отражения свойств è отношений действительности, современные значения функционируют â системе языка как абстрагированные è формализованные
сущности. Они направлены íà обозначение действительных отно-
шений, íî вместе ñ òåì è подчинены внутренним порядкам è ìå-
ханизмам языковой системы. Следовательно, функционирование
грамматических категорий оказывается шире èõ предметнологической основы. Так, â согласуемых частях речи категория
числа имеет отраженный характер. Это объясняется специфическими свойствами è внутренними структурными особенностями
языка как системы знаков.
В грамматической категории числа современных славянских
языков объединяются è взаимодействуют различные типы грамматических форм: 1) словоизменительные формы, выражающие количественные отношения è íå нарушающие лексического единства, целостности его денотативного содержания; 2) семантизированные или лексикализованные формы, изменившие
лексическое значение слова или выражающие новый смысловой оттенок; 3) экспрессивно-стилистические формы, несущие
эмотивно-волевые функции â ðå÷è; 4) согласовательные формы, выполняющие структурно-организующие функции â предложении. Таким образом, применение форм числа связано ñ выражением грамматической категорией числа двух типов значений – грамматических è лексико-грамматических или лексикализованных – è выполнением функций двоякого рода: первичные, значимые функции категории числа подразделяются íà реляционные, выражаемые словоизменительными формами числа, è деривационные, выражаемые лекикализованными формами числа. Вторичной, структурной функцией категории чис-
302
Заключение
ла является функция морфологического оформления слова è согласования словоформ â предложении. Грамматический характер категории числа обусловлен тем, что наряду ñ реальнозначимыми è коммуникативно-психологическими функциями формы числа выполняют â ðå÷è è структурно-формирующую, согла-
совательную, грамматическую роль. Интегрирующим признаком
различных грамматических форм числа â языках флективносинтетического строя (â данном случае славянских) являются
глобальность è обязательность грамматического выражения числовых грамматических значений ó имен существительных è согласование â числе зависимых словоформ.
Грамматическое содержание категории числа â современ-
ных славянских языках составляет оппозиция (â широкой парадигме) формализованных функциональных значений е д ин ств енн ос т и (ó ôîðì åä.÷.) è ìíî æå ñ òâ å íí î ñò è (ó ôîðì ìí.÷.)
âî всем многообразии èõ действительных значений. Единствен-
ность è множественность íå являются семантическими инвариантами или общими значениями форм ед. è ìí.÷. è, следователь-
íî, íå тождественны реальным понятиям единичности è множественности. Это – значения грамматических форм. Они имеют
функциональный, структурный, формально-грамматический характер. Эти значения характеризуют язык как систему è свидетельствуют î формализованности единиц грамматического строя.
2. Историко-семантическое исследование грамматических
форм числа â славянских языках дает собственно лингвистическое обоснование известного положения диалектической логики, согласно которому мыслительно-логическая категория количества имеет глубинные основания â действительности как отражение одного èç важнейших свойств материи – многообразных количественных отношений â сознании людей è формирует-
ñÿ â процессе развития мышления, абстрагируясь îò качественных представлений количества, âî взаимодействии ñ категорией качества.
Широкое функционирование грамматической категории чис-
ëà â древних славянских языках, охватывающее, ïî данным
старших письменных памятников, фактически все лексикограмматические классы è словообразовательные типы имен существительных, включая имена собирательные, вещественные
è отвлеченные, которые â современных языках â своих прямых
номинативных значениях íå изменяются ïî числам, ñ одной сто-
303
Заключение
роны, проявляет особый, отличный îò современного, íî âìåñòå ñ òåì è исторически подвижный, качественно изменяющийся (â ôèëî- è глоттогенезе) характер собирательных, вещественных è отвлеченных представлений, à с другой стороны, наиболее полно выявляет исконные типы значений ед., дв. è ìí.÷.
è èõ развитие â истории славянских языков. Это изменяет при-
вычные, íî ограниченные представления, будто противопоставление форм имен существительных ïî числам выражает лишь
количественные отношения, основанные íà противопоставлении
действительной единичности è множественности. Так, применение форм мн.ч. имен собирательных мотивируется совершенно
иначе, à именно мыслью î дискретности обозначаемого: формы
мн.ч. имен собирательных выражают íå обычные количественные отношения, à раздельность, расчлененность совокупного
множества. Примечательно, что форм дв.ч. имена собирательные
íå образуют. Следовательно, идея раздельности или расчленен-
ности является одним èç древнейших è самостоятельных значений форм мн.ч. Это значит, что множество мыслилось íå только
совокупно-собирательно, íî и расчлененно-дифференцированно.
 целом содержательной функцией противопоставляемых форм
åä. è ìí.÷. â древних славянских языках является выражение
следующих основных значений: 1) единичности – множественности; 2) целостности – расчлененности; 3) определенности – неопределенности; 4) конкретизированности – обобщенности. Первооснову этих значений мн.ч. составляет собственно количественное представление множества как дискретного ряда однородных объектов, включая вещества, отвлеченные признаки,
свойства, действия. Îá этом свидетельствует, â частности, относительно свободное â древних славянских языках употребление
имен вещественных è отвлеченных â соотносительных формах
ед. è мн.ч. Дискретность материального мира является условием
количественности как свойства материи.
3. Структуру грамматической категории числа â предысторический, à затем è в ранний исторический период развития славянских языков характеризует единство è взаимодействие трех
субкатегорий числа – единственного, множественного è двойственного. Номинативной (называющей) формой слова исконно
является форма ед.ч. Это объясняет åå многозначность, поскольку â форме ед.ч. выражаются разные типы денотативных содержаний. Вместе ñ тем есть данные, указывающие íà òî, ÷òî àê-
304
Заключение
туальным значением ед.ч. было значение единичности. Показательно (примеры приведены выше), что некоторые отнесенные
ê индивидуальному субъекту имена pluralia tantum «восстанав-
ливают» (â òîì æå значении) производящие формы ед.ч., когда
â определенном контексте сознание того, что речь идет î единич-
ности, вступает â противоречие ñ формой выражения мн.ч. Иначе говоря, согласование â числе íà основе реального значения ко-
личества соблюдалось â древних славянских языках довольно по-
следовательно. Это прямо свидетельствует îá актуальности собственно количественных значений грамматических форм, à âìåñòå ñ òåì è о большей конкретности è смысловой определенности
грамматических значений.
Формы дв.ч. выражали парность – двойственность, двоич-
ность, т.е. такое соединение è единство двух взаимодействующих, взаимосвязанных, симметрично расположенных предметов, â котором они íå утрачивали функциональной самостоятель-
ности è отдельности. Ïî данным письменности, ó наименований
парных предметов, íå образующих единого целого, формы дв.ч.
наиболее частотны â употреблении. Однако условием функциони-
рования субкатегории двойственности была соотнесенность форм
дв.ч. ñ производящими формами ед.ч. â значении единичности.
Это значит, что íå было таких слов, которые, имея формы дв.ч.,
íå имели áû â òî же время è ôîðì åä.÷. è íå были способны обра-
зовать формы мн.ч., хотя, как правило, они употреблялись преимущественно â дв.ч. Поэтому бытующее â индоевропеистике по-
нятие dualia tantum представляется нам ложным или âî всяком
случае условным, если оно означает преимущественное, наиболее частое употребление слова â дв.ч. Это понятие, строго говоря, íå подтверждается историческим материалом славянских
языков, â которых, как известно, двойственное число можно наблюдать â целостном состоянии. Равным образом, нет оснований
считать двойственность разновидностью или типом собирательности. Формы дв.ч. íå выражали собирательных понятий. Поэто-
ìó îíè íå лексикализовались è вопреки широко распространенному представлению íå участвовали â образовании имен pluralia
tantum, тем более что истоки лексикализованных форм мн.ч. находятся â праязыковом состоянии, à падение субкатегории двойственности относится ê периоду развития самостоятельных языков древнеславянских народностей, т.е. ê XIII–XIV вв. Следовательно, между процессом утраты двойственности è происхожде-
305
Заключение
íèåì èìåí pluralia tantum â славянских è вообще индоевропейских языках нет преемственной связи.
Семантический анализ форм мн.ч. позволяет утверждать, что
наряду ñ простой (логической или количественной) множественностью основными значениями мн.ч., исконными для праславянского языкового состояния, были: 1) собирательная множественность; 2) раздельность (расчлененность); 3) обобщенность; 4) неопределенность; 5) интенсивность; 6) длительность (или повторяе-
мость); 7) действенность (процессуальность). Эти основные, наиболее общие значения мн.ч. âî взаимодействии ñ определенными
типами денотативных содержаний образуют множество частных,
вариантных значений è обусловливают широкое применение
форм мн.ч. â ðå÷è è в языке – семантическое, стилистическое
è словообразовательное. Íî стилистические è словообразователь-
ные функции форм мн.ч. íå влияют íà сложившийся характер
грамматической категории числа â славянских языках как категории словоизменительной, так как лексикализованные формы выпадают èç системы противопоставлений, определяющих
åå функционирование â количественных значениях. Значение со-
бирательной множественности лиц, продуктивное â древних славянских языках, выражается равно формами ед. è ìí.÷. è объек-
тивируется парадигматически – в противоположении сингуляти-
âàì è синтагматически – сочетаемостью ñ собирательными формами числительных.
Соотношение форм ед., дв. è мн.ч. организовано ïî принципу бинарных противопоставлений единственного числа множественному è двойственному. Как показал анализ фактов древнеславянской письменности, формы дв. è мн.ч., различаясь между собой, íå составляли взаимных оппозиций, т.е. íå противополагались друг другу, à совместная поляризация ñ формами ед.ч.
сближала субкатегории множественности è двойственности, способствовала èõ взаимодействию è историческому преобразованию форм дв.ч. â формы мн.ч. вследствие абстрагирования коли-
чественных представлений è обобщения грамматических значений категории числа.
4. Исследование показало, что грамматическая категория числа â древних славянских языках несет íà себе некоторые архаические, пережиточные черты словообразовательной категории,
унаследованные èç праиндоевропейского языкового состояния.
Однако эти черты уже â старший письменный период находи-
306
Заключение
ëèñü â противоречии ñ åå универсальным è облигаторным харак-
тером. Наиболее выразительной чертой лексико-грамматического
характера категории числа является функционирование древнейших типов имен собирательных íà месте грамматических форм
мн.ч., отраженное è в старший письменный период развития
славянских языков. Функция выражения множественности является генетически исконной функцией, определяющей природу
è сущность категории имен собирательных â разноструктурных
языках íà древнейших этапах èõ развития, â частности â период формирования языковых средств выражения количественных
представлений. Этот древнейший способ выражения множественности имел неформализованный, лексический è словообразовательный характер. Таким образом, â праславянском состоянии,
à затем è в старший период самостоятельного развития древних
славянских языков категория числа объединяла два типа числовых парадигм: словообразовательную, â которой противопоставлялись имена собирательные è имена единичные, или сингулятивы (но сначала только â именах личных), è словоизменительную – флективно выраженное противопоставление грамматических форм ед., мн. è äâ.÷. Ó некоторых типов мн.ч. â форматив
множественности наряду ñ флексией входили основообразующие
суффиксы (типы íà /, ). Î лексичности значения числа свидетельствует также семантический тип собирательной множественности, актуальный для конкретного мышления.
Этимологический анализ древнейших типов имен собиратель-
ных обнаруживает некоторые следы общего числа â праславянском языке, когда общее значение выражается лексически – ñëî-
вом, которое â зависимости îò ситуации может быть отнесено
как ê одному, так è êî множеству предметов. Â праиндоевропейском языковом состоянии, â период формирования флективного
строя, возможно было выражение количественно-качественных
отношений (первоначально синкретичных, недифференцированных) лексическими или словообразовательными средствами. Îá этом свидетельствуют некоторые данные сравнительноисторической грамматики индоевропейских языков. Так, есть
основания полагать, что окончания им.п. ед.ч. è восходят ê единому, общему источнику è, по существу, являются вариантами одного окончания. Â косвенных падежах формы числа первоначально, по-видимому, íå различались. Íà это указывает общность окончаний генитива, аблатива è инструменталя
307
Заключение
â формах ед. è ìí.÷. â хеттском языке, отражающая праиндоев-
ропейское состояние. Исключение составляли только номинатив
è аккузатив, имевшие особые формы мн.ч., как падежи, выра-
жающие субъектно-объектные отношения. И.М. Тронский, основываясь íà данных греческого è латинского языков, предположил, что â индоевропейском языке-основе имена первоначально íå имели особых форм мн.ч. Â процессе развития праязыка
эти формы возникли, íî сначала только â тех падежах, которые
выражают субъектно-объектные отношения, è прежде всего – у
имен активного класса [Тронский, 1946, ñ. 66]. А.Н. Савченко,
комментируя позицию И.М. Тронского, высказывает предположение, что è формы номинатива è аккузатива ó имен активного
класса сначала тоже íå различались ïî числам [Савченко, 1974,
ñ. 235–236]. Если это так, то, следовательно, число первоначаль-
но должно было выражаться словом, лексически – чистой основой, è это могло быть сначала именно общее число, совмещающее единичность è множественность. Выражение количественных значений формой слова, равной основе, сближает индоевропейский язык ñ многочисленными иноструктурными языками, обладающими формами общего числа, â едином языкотворческом процессе, хотя â современных языках, â которых имеется общее число, различие единичности è множественности выражается â формах согласования глагола ñ существительным â åä.
èëè âî ìí.÷. – в зависимости îò реального числового значения
имени или каким-либо иным способом. Такая форма общего числа имеет уже собственно грамматический характер è, следовательно, является определенной структурно-типологической чертой развитого грамматического строя, отличного îò индоевропей-
ского, например, современных агглютинативных языков.
Очевидно, что первоначальное лексически выражаемое множество имело собирательный характер. Это соответствует первоначальному качественному осмыслению количества â определенных конкретных формах его объективного существования è непосредственного восприятия. Имена собирательные – наиболее
архаичное средство выражения множественности, соответствующее более конкретному осмыслению количества. Этимологический словообразовательный анализ древних типов имен собирательных показывает, что первоначально множество мыслилось
â связи ñ конкретным представлением î месте или происхожде-
нии, свойстве или качестве предметов. Понятие количественно-
308
Заключение
сти формируется â процессе абстрагирования, дифференциации
более общих, синкретичных, диффузно-комплексных представлений, отвлечения идеи множественности îò качественности, è такая множественность, опирающаяся íà слово, есть собирательность. Полное абстрагирование количественности достигается
только â грамматических формах числа. Словообразовательные
типы имен собирательных â славянских, как è вообще â индоевропейских, языках обособляются â процессе функциональносемантического развития è расчленения первоначальных деривационных значений места, свойства, отношения, â общем – качества.
Таким образом, языковая категория числа â своей эволю-
ции прошла ряд этапов качественных изменений, направленных
ê грамматизации (формализации) выражения количественных
отношений, вместе ñ èõ абстрагированием. Первый этап начинается â дофлективном состоянии индоевропейских языков. Â этот
период идея количественности, органично слитая ñ иными – êà÷å-
ственными, предметными, пространственными è т.п. представлениями, выражалась словом, совмещавшим â общей форме значе-
ния единичности è множественности. Множественность íà этом
этапе имела собирательный характер. Вместе ñ тем различение
собирательности è расчлененности, множественности è единичности исконно для древнейшего состояния логического мышления è соответствует диалектическому закону познания – åäèíñòâó è борьбе противоположностей. Второй этап связан ñ формированием è развитием флективного строя языка. Â этот период формы общего числа, унаследованные èç предшествующего состояния, подверглись преобразованию. Стремление ê расчлененному выражению значений множественности è единичности, мотивируемое абстрагированием количественных представлений, проявилось прежде всего â социально активном классе
наименований лиц è выразилось â том, что слова-основы утвердились большей частью â собирательном значении, à в значении единичности îò них стали образовываться специальные фор-
ìû íà -, íå известные именам пассивного (неличного) класса. Формы единичности вторичны è свойственны только именам лиц. Это свидетельствует î òîì, ÷òî â сознании древних людей, â архаических сообществах актуальным было разграничение
двух номинальных классов – активного (класс лиц) è пассивного
(класс предметов). Íà òî же указывает è различие â формах со-
309
Заключение
гласования глагольного сказуемого ñ подлежащими собирательного значения, выражающими личные è предметные множества
(см. îá ýòîì â главе II, раздел 4). Характерно, что противопостав-
ление классов людей è классов животных è предметов составляет основу номинальных классификаций â иноструктурных языках, например â кавказских. Такое разграничение, проявляемое
разными способами è средствами, очевидно, свойственно мышлению человека вообще. Ср., например, основанные íà этом категории одушевленности – неодушевленности, личности – предметности è ò.ï.
Древнейшие памятники славянской письменности отражают
качественно новый этап развития категории числа, íà котором
количественные отношения выражались преимущественно грамматическими формами, à функционирование имен собирательных â качестве средств выражения мн.ч. воспринимается как пе-
режиток, реликт прошлого. Однако эта функция имен собирательных все æå четко выражена â древних славянских языках
è в еще большей мере типична для праиндоевропейского языко-
вого состояния, è с нею связана эволюция грамматических форм
числа. Сопоставление значений имен собирательных â функции
множественности è форм мн.ч., соотносительных ñ òîé æå производящей основой, показывает, что простые (грамматические)
формы мн.ч. при наличии соответствующих имен собирательных
ограничены â своем употреблении сочетаниями ñ количественны-
ми числительными è применяются главным образом для обозначения известного, конкретного, сосчитанного ряда индивидуализированных предметов. Значит, â отличие îò современных грамматические формы мн.ч. первоначально характеризовались большей конкретностью, количественной ограниченностью è определенностью, è это объяснимо разными уровнями абстрагирования
форм выражения.
В истории славянских языков происходит трансформация
древнейших типов имен собирательных â грамматические формы
ìí.÷. â соответствии ñ функцией è значением множественности.
 этом проявились тенденции развития, заложенные еще â ïðà-
индоевропейском состоянии. Мыслительно-логической основой
этого процесса было абстрагирование количественных понятий,
переход сознания îò именованно-качественного ê абстрактноколичественному осмыслению множеств. Это определило è характер процесса – морфологическое преобразование слова â ãðàì-
310
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]