Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Трудности и возможности русско-немецкого и немецко-русского перевода. Справочник

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 486 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Легко представить себе отражение словарем и разнооб

разия видовых и фазовых форм русских глаголов (

лежать, полежать, полеживать; лечь, залечь, улечься), а также слов с различными суффикса

ми: бабушка, баба, бабка, бабуся, бабуля как переводы (разумеется, стилистически маркированные варианты сле дует снабжать специальными пометами).

Вообще ничто не препятствует тому, чтобы систему сти листических помет разработать более детально и чтобы лем мы и переводы снабжать стилистическими пометами более последовательно. Помимо традиционно принятых помет, указывающих на слова бранные, пренебрежительные, гру бые, фамильярные, ласкательные, шутливые, среди оценоч ной лексики можно было бы специально отмечать слова снисходительные, благожелательные, сочувственные: напри мер, в ряду наивный, прекраснодушный, беспомощный, неопыт ный, несмышленый последнее слово явно выделяется в сторо ну благожелательной или сочувственной оценки. Немецкое выражение сти как это было только предложение – со стилистической окраской нейтральноспокойной или примирительной, можно как я только хотел как лучше, то есть в разговорном стиле и явно в миролюбивоуступительном тоне, а можно как была бы честь предложена – в стилистике книжной лек сики и одновременно с обидой или с гонором, вызывающе. Подобная дифференциация стилей для словаря активного типа совершенно необходима. Стилистические ошибки могут повлечь за собой более серьезные последствия, чем грамматические или лексические, поскольку стиль непо средственно связан с психологией восприятия и с культур ными традициями; невольное нарушение стилистики мо жет быть воспринято как серьезная обида.

Ничто не мешает и тому, чтобы двуязычные словари вклю чали информацию о частотности или употребительности того или иного слова в языке перевода, особенно в сфере заимствований из других языков, имеющих место как в не мецком, так и в русском. Случаи типа ческий можно комментировать в разделе перевода с помо щью указаний типа «неупотребительный», «употребляемый

es war nur ein Angebot meinerseits можно переве

sich hinlegen – лечь, при

didaktisch – дидакти

liegen –

Oma

реже по сравнению с» методический, педагогический, препо давательский – и далее предлагать примеры для проясне

ния ситуации. Это было бы исключительно полезно для пе реводчика, особенно если учесть такие широко распространенные слова, как существительное немецком по сравнению с его переводом проблема в русском. Зная данное соответствие, носитель немецкого языка есте ственно стремится употреблять слово проблема в русской речи везде, где он сказал бы дая себя поисками других переводов, в то время как слово проблема в русском по частотности во много раз уступает частотности слова телям русского языка, но вовсе не обязательно ясно носите лям немецкого. В ситуациях, в которых немцы употребляют слово

Problem, русские чаще скажут затруднение, загвоздка,

забота, беда, неприятность, незадача, трудность, головная боль, заморочки, неурядицы.

Augen. Frau.

собы перевода стоило бы продемонстрировать носителям немецкого языка на конкретных примерах, для того чтобы облегчить им задачу грамотного перевода на русский язык.

нию традиционных двуязычных словарей, то одно из важных мест в этом списке заняло бы предложение изменить подход к частеречным соответствиям между оригиналом и перево дом. В противном случае картина перевода оказывается часто не только неполной, но и искаженной. Например, прилага тельное разочарованный. Значит, вопрос лось бы переводить как Ты уставший от жизни? Ты разочаро

ван? – в то время как он означает Тебе что, жить надоело? или Тебе жизнь не мила? Существительное правота переводится в

РНС как

ность), пример: доказывать свою правоту – дываться), seinen Standpunkt begründen (отстаивать свою точ ку зрения). При всем том остается невыясненным, как же ска зать понемецки: убедиться в чьейлибо правоте, убедиться в

– У меня плохо с глазами; Er hat Probleme mit seiner

– У него нелады с женой – все эти и многие другие спо

Если составлять список рекомендаций по реформирова

lebensmüde НРС переводит как уставший от жизни,

Richtigkeit (правильность), Berichtigung (обоснован

Schuldlosigkeit (невиновность), а затем следует один

Problem в немецком, что известно носи

Problem понемецки, не утруж

Ich habe Probleme mit meinen

Bist du lebensmüde? полага

sich rechtfertigen (оправ

Problem в

собственной правоте; да и доказывать комулибо свою правоту вовсе не означает оправдываться, а означает обычно пытать ся убедить коголибо. В немецком языке нет существительно

го, которое соответствовало бы русскому правота, и неясно, для чего подыскивать близкие ему по смыслу существитель ные, если ни одно из них не является эквивалентом русского. Если бы словари не старались передать существительное не пременно существительным же, глагол глаголом, прилагатель ное прилагательным, то в словарной статье правота можно было бы не приводить немецкие существительные, которые не являются переводами русского, а сразу приступить к при мерам, в которых бы фигурировали немецкие выражения

haben

или j-m recht geben: настаивать на своей правоте –

recht

recht haben wollen; убедить коголибо в своей правоте – j-n davon überzeugen, dass man recht hat;

либо правоте – диться в собственной правоте

recht hatte;

Оценочное существительное Halsabschneider, которое немцы часто используют для характеристики человека, пытающего ся содрать с коголибо непомерную цену, можно, конечно, переводить согласно НРС существительными лихоимец, рос

товщик (добавим еще от себя варианты кровопийца, кровосос, мздоимец, рвач, хапуга), однако чаще русские используют в

соответствующих диалогах не существительные для обозна чения человека, пытающегося обобрать ближнего, а глаголь ные конструкции или обозначение ситуации как таковой. Где немец скажет о комлибо: ский, вероятнее всего, скажет Натуральная обдираловка! Он же пытается тебя обобрать! – не используя специального существительного для обозначения обманщика. Немцу, пе реводящему зать такие варианты, приведя несколько примеров; переводы же ростовщик и лихоимец следовало бы пометить как устарев шие, в современном языке неупотребительные.

Асимметрию двуязычных словарей, если рассматривать их как части одного целого, можно было бы свести к мини муму, если опираться не только на принадлежность исход ного слова или словосочетания к языкуисточнику, но и на

j-n davon überzeugen, j-m recht zu geben; убе

убедиться в чьейлибо правоте – j-m recht geben.

Ein richtiger Halsabschneider! – рус

Halsabschneider на русский язык, можно подска

убедить коголибо в чьей

– sich vergewissern, dass man

принадлежность переводного слова или словосочетания к лексикону перевода, то есть если применять лексемноцен трический подход одновременно не только по отношению к исходному языку, но и по отношению к языку перевода. Традиционные словари пользуются речевыми средствами (описание, свободная синтагматика) для представления пе ревода там, где для переводимой лексемы нет языкового эквивалента. Вообразим модель словаря, в котором будет использоваться речевой подход и в тех случаях, когда, на оборот, языковая единица в переводе есть, а ее словарного же эквивалента в исходном языке нет: тогда в разделе лемм мы встретим такие выражения, как полный радостного ожи

дания чеголибо –

entgegenfiebern

койлибо постыдный, бесчестный поступок – j-m etw.

unterstellen

глашения) не последовало –

языки не обнаруживают между собой симметрии, двуязыч ные словари могли бы отражать асимметрию между языка ми только таким образом: приводя лексемы не только в качестве лемм «слева» от словарной статьи, но и «справа», в качестве перевода, даже если для этой цели «справа», в раз деле лемм, пришлось бы поместить некоторое на первый взгляд аморфное сочетание слов.

Такой подход означает, что языковая принадлежность должна учитываться не только в исходном, но и в перевод ном материале: в леммы отчасти включались бы не элемен ты языка, а свободно комбинируемые словосочетания и фра зы – ради того, чтобы в переводной части могли найти место уже элементы языка (например, идиома в языке перевода, но свободное словосочетание в исходном языке). Можно поступить и менее радикально, включая свободные слово сочетания не в леммы, а в примеры. В больших словарях и сейчас уже имеются примеры, представленные свободными словосочетаниями, но их очень мало, и по этой причине огромный словарный массив языка перевода в словаре не отражается. Лемма или пример – в конце концов, решение этого вопроса не имеет столь уже принципиального значе ния; главное, чтобы в разделе перевода нашли место те лек

; чеголибо ожидаемого (например, реакции, при

etw. herbeisehnen, (einer Sache)

; предполагать, что ктолибо способен на ка

ausbleiben. Как раз потому, что

семы, которые пропадают, если не включать в исходную часть

словаря нелексемы

. Таким образом можно было бы по

знакомить русского переводчика, например, с глаголом sich

vertippen как переводом свободного словосочетания сделать опечатку, с существительным

Gernegroß, которое является

переводом словосочетания человек, страдающий манией ве личия, а переводчиканемца с прилагательным промозглый как переводом словосочетания kalt und feucht или с глаголом уго

реть

– durch Kohlenmonoxidvergiftung ums Leben kommen.

Активный словарь не может опираться только на основ ные слова в синонимических рядах. Если предлагать в каче стве переводов целый ряд синонимов, в том числе стилис тически окрашенных как устаревшие, просторечные, пренебрежительные, бранные, ласкательные и т. п., а также идиоматические выражения, то для

vergessen переводом бу

дет не только забыть, но и запамятовать – разумеется, с соответствующей стилистической пометой, – а для

zurückschlagen не только отбить, но и дать сдачи.

В современных условиях технические компьютерные средства при составлении словарей позволяют уследить за тем, чтобы те или иные слова не исчезали из поля зрения составителей. Приведем несколько конкретных примеров. НРС предлагает для глагола

prahlen два перевода: хвастать

ся, хвалиться. Благодаря тому, что в нашей модели словаря

руссконемецкая и немецкорусская части составлены од ними и теми же авторами на компьютере, у нас есть возмож ность отыскать в руссконемецкой части все слова и выраже ния, которые переводятся глаголом

prahlen и перенести их в

немецкорусский раздел словаря в качестве переводов для немецкого глагола. Получим следующий список: хвастать

ся, хвастать разг., хвалиться, набивать себе цену идиом., раз глагольствовать, бравировать, кичиться, бахвалиться разг., похваляться книж., козырять разг. Глаголу

belehren в НРС со

поставлены четыре перевода (поучать, учить, наставлять, да вать сведения) и тричетыре примера, из которых выявляются

дополнительные контекстуально зависимые значения. Бла годаря тому, что у нас словарь двусторонний, из русской части в немецкую «перетекает» значительно большее число перево дов и можно выделить дополнительные значения: 1. читать

нотации, поучать, учить, выговаривать, воспитывать, отчи тывать, указывать, поправлять, направлять, исправлять, де лать замечания, советовать, давать советы, вразумлять книж., наставлять на путь истинный идиом., книж.:

keine Kunden belehren.

нечего клиентам давать указания, нечего клиентам замечания делать; Пусть меня исправят, но я полагаю, что … ; Ich lasse mich

Ich lasse mich gern belehren, aber ich meine … . –

belehren, wenn ich das brauche.

веты, если мне это требуется; Er belehrt niemanden. – 1) Он не поучает. 2) Он никогда не делает никому замечаний;

– Нечего читать клиентам нотации,

– Я позволяю давать себе со

Sie sollen

belehrend – назидательный, наставительный: belehrend r eden

– вещать, воспитывать, поучать, говорить назидательно, на ставительно;

–

Русская классическая литература очень назидательна; Рус

ская литература воспитывает, поучает;

wie du soll mich nicht belehren.

Зелен ты еще мне советы давать. 2. напоминать: Der Schmerz

Russische klassische Literatur ist sehr belehrend.

So ein Grünschnabel

– Молод ты еще меня учить;

belehrte ihn, dass mit seiner Wunde nicht zu scherzen war.

Боль напомнила ему, что его рана весьма серьезна. 3. объяс нять, научить: объяснил мне, что все совсем не так; ктолибо научил меня, что почем, что к чему.

Такой подход имеет и уязвимые стороны. Изза разли чия в стиле, в эмоциональных коннотациях многие перево ды можно считать таковыми лишь условно (см. 3.1.1.6 Лек семы без прямого эквивалента). Например, глагол повадиться стилистически вовсе не эквивалентен выражениям

j-d hat mich eines Besseren belehrt – ктолибо

etw. zu tun pflegen, sich zur Gewohnheit machen, in den Genuss kommen

ций по сравнению со всеми перечисленными немецкими вариантами. Но других способов перевести это слово на не мецкий язык нет. Иначе приходится признать, что оно вов се не может быть переведено, а это абсурд, поскольку в ре альных условиях в том или ином тексте оно все равно както переведено будет. Поэтому, снабжая слово повадиться соот ветствующими стилистическими пометами (слово устарев шее, содержит сему осуждения), мы вынуждены приводить к нему эти переводы, каковые на деле являются лишь под

: у повадиться иное поле семантических коннота

–

меной отсутствующего эквивалента. А как поступать с глаго

pflegen в немецкорусской части словаря? Pflegen – по

лом вадиться? На первый взгляд предложить подобный перевод представляется нелепостью. Но с другой стороны, в художе ственном переводе для определенной стилистики, опреде ленной эпохи и определенного контекста – да,

pflegen

но, для этого требуется большой переводческий опыт, чув ство языка и стиля. Наша задача – предложить переводчику такую возможность, приводя повадиться как (исключитель но редкий) вариант перевода к более популярными и очевидными (и снабдив этот вариант примером). Однако как переводчику находить подобные пе реводы, если он не знает, где и на какое ключевое слово ис ходного языка его искать в словаре? Например, в русском нет эквивалента глагола ситуативный: считать коголибо способным к чемулибо дур ному, особенному, великому, непосильному. Например:

mutete ihm die große Zukunft zu

щее; So eine Leistung konnten wir dir nicht zumuten. – Мы (и) не думали, что ты способен на такие свершения;

можно было бы перевести и как повадиться. Конеч

pflegen наряду с другими,

zumuten. Перевод описательный или

. – Ему прочили великое буду

etw. zu tun

Man

Wir beide stammen aus Scheidungsfamilien und wollen es unserer T ochter nicht zumuten

желаем такой судьбы для нашей дочери. Каким образом дать знать переводчику с русского на немецкий о существовании глагола в виде леммы в руссконемецком словаре? На какое ключе вое слово его предлагать? Способный? Прочить? Желать? Придет ли в голову переводчику искать этот вариант перево да с русского на немецкий, если ему требуется перевести фразу Ему прочили великое будущее? Скорее всего, он переве дет ее как есть надежда, что, заглянув в словарь на глагол прочить и обнаружив наряду с эквивалентными переводами

. – Мы оба происходим из разведенных семей и не

zumuten, если он не имеет своей устойчивой ячейки

Man hat ihm eine große Zukunft pr ophezeit. И все же

prophezeien, voraussagen, verkünden глагол zumuten, не явля

ющийся эквивалентом прочить, но снабженный соответству ющим примером, переводчик нетнет да и воспользуется и такой не вполне традиционной возможностью расширить арсенал своих переводческих средств.

Как именно представлять в словарях свободные словосо четания в исходном языке – вопрос скорее технический и решаемый в рамках договоренности. Например, можно да вать их на каждое из знаменательных слов, участвующих в словосочетании, или выбрать только одно из них в качестве подходящей леммы, а для остальных в роли лемм предла гать вместо словарной статьи соответствующую ссылку.

Крайний случай – когда слово вовсе не переводится, на пример, русское грешный или немецкое слово которых контекстах: где уж мне, грешному – wie soll ich; die

Wahrscheinlichkeit ist denkbar gering

ка. В такой ситуации, разумеется, в руссконемецкой части словаря не найдется словарной статьи, где фигурировать в качестве перевода; то же касается грешный в немецкойрусской части: эти слова некуда «пристроить», они переводят «нулевые леммы». Исходное слово попросту отсутствует. Словарь здесь бессилен. Возможности словаря развернуть перед переводчиком полный набор частотных, менее частотных, редких, специфических средств для пере вода, увы, ограничены.

Стремление к выравниванию руссконемецкой и немец корусской части единого словаря должно ограничиваться рамками разумного и целесообразного. Асимметрия между ними, несомненно, останется, и это нормальное положе ние дел. Иная симметричность может оказаться бессмыс ленной: так, для немцев для русских нет. Можно, конечно, было бы включить в рус ский словник выражение смешение немецкого с английским или слово новонемецкий с пометой шутл. для того, чтобы дать при них комулибо требуется. Трудно представить себе ситуацию, в которой подобный перевод с русского на немецкий был бы актуален. Русский эквивалент слова щего в немецком языке число, состоящее из двух одинако вых цифр (например, 22 или 33), в руссконемецкой части словаря никто искать не станет: для русских такие числа не представляют интереса как номинативные единицы вовсе, и вероятность, что подобное явление встретится в каком либо русском тексте, равна нулю.

Neudeutsch в качестве перевода, но вряд ли это

Neudeutsch – актуальное понятие,

– вероятность невели

Schnapszahl, означаю

denkbar в не

denkbar могло бы

Однако вопрос, стоит ли какоелибо понятие, для кото рого отсутствует эквивалент в исходном языке, предлагать в качестве леммы или примера (снабжая его, возможно, соот ветствующей условной пометой), необходимо в каждом кон кретном случае решать заново. Например, в русском языке нет эквивалента для немецкого слова

freipressen. Выраже

ние требовать чьеголибо освобождения путем шантажа, на пример, путем взятия заложников является свободным сло восочетанием. Его можно предложить в качестве примера на словарные статьи требовать, освобождение или шантаж в первую очередь для того, чтобы пользователь узнал немец кое слово

freipressen, являющееся его переводом. Различие

между свободным словосочетанием требовать чьеголибо ос вобождения путем шантажа, например, путем взятия залож ников и словосочетанием число, состоящее из двух одинако вых цифр, с прагматической точки зрения, состоит в том,

что первое из них русские употребляют в речи, поскольку стоящее за ним явление действительности входит в сферу практической необходимости, в то время как словосочета ние число, состоящее из двух одинаковых цифр в речи русских вряд ли когдалибо может быть упомянуто.

Ясный случай необходимой словарной асимметрии, обус ловленной объективными условиями, представляют обозна чения специфических реалий: вряд ли возникнет необхо димость искать в руссконемецком словаре словарную статью песочный торт в виде башни сложной формы, которая перево дилась бы названием сугубо немецкой реалии

Baumkuchen.

Перевод наименований специфических реалий обычно про цесс сугубо однонаправленный: он осуществляется из язы ка, в котором бытует данное обозначение, на язык народа, в практике которого эта реалия отсутствует. В.П. Берков ука зывает в этой же связи, что выражение С легким паром! не войдет ни в один иноязычнорусский словарь, потому что только в России принято приветствовать человека, побывав шего в бане, специальным приветствием

Включение в те или иные словарные статьи двуязычных словарей свободных словосочетаний в качестве исходных примеров для перевода – в надежде, что пользователю при дет в голову их прочитать и таким образом с ними познако

миться – превращает в словарь из справочника, которым человек целенаправленно пользуется при острой необходи мости, в книгу для чтения – по крайней мере, отчасти. Это ослабляет его позиции как справочника для быстрого на хождения необходимой информации, но одновременно обо гащает его содержательно и увеличивает меру доверия к нему. Составитель подобного словаря должен был бы, по возмож ности, указать на эти обстоятельства в предисловии. Если внимательно присмотреться к нынешним двуязычным сло варям, то уже и они не вполне выдерживают принцип алфа витности и чисто справочной литературой не являются, по скольку в разделе примеров в них нередко приводятся свободно комбинируемые, по крайней мере формально не идиоматичные словосочетания.

В словарных статьях для глаголов следовало бы помнить об отрицаниях, потому что грамматическое отрицание в ис ходном языке нередко вынуждает прибегать при переводе не к эквиваленту положительного слова с отрицательной ча стицей, а совсем к другой лексической единице: доверять –

vertrauen, не доверять – misstrauen; простить – verzeihen, не

простить –

nachtragen, grollen. Разумеется, глаголы с отри

цаниями в качестве исходного словарного материала имеет смысл предлагать только при наличии подобных расхожде ний между переводами положительного и отрицательного модуса.

К сожалению, нельзя рассчитывать на то, что словарь, даже после выравнивания его немецкорусской и русско немецкой частей описанным способом, способен исчер пать все варианты контекстной сочетаемости и выявить полный арсенал потенциальных переводов, решив за пере водчика все его переводческие задачи, в особенности в сфе ре активного речепорождения. Многие проблемы актив ного перевода и в этой модели остаются нерешенными. Однако представляется, что стремление к выравниванию немецкорусской и руссконемецкой частей словаря и не которые дополнительные предложенные в этом разделе из менения лексикографической традиции обогатили бы ар сенал переводческих средств и до определенной степени облегчили деятельность переводчика.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 486 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]