Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Свобода совести в истории России идеи, законодательные проекты, практическое воплощение. Конец XIX – первая четверть XX в.

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
В марте 1921 г. по инициативе ВЧК, санкционированной реше­нием Оргбюро ЦК РКП(б), было возбуждено уголовное дело против трех сотрудников ОСРОГ по обвинению в «злоупотреблениях» при выдаче удостоверений, освобождающих от военной службы. После обыска, произведенного сотрудниками ВЧК, канцелярия Совета была опечатана, имущество и большая часть делопроизводственной доку­ментации вывезены. Несмотря на то что особая сессия Моснарсуда (14–18 марта 1921 г.) вынесла обвиняемым оправдательный приго­вор, давление властных инстанций на ОСРОГ сохранялось. В мае 1921 г. ОСРОГ был лишен прав юридического лица
1
.
Вскрытие «святых мощей». Осенью 1918 г. Россия столкнулась, пожалуй, впервые в своей истории с таким явлением, как массовое вскрытие мощей, находившихся в действовавших или в закрытых монастырях и храмах.
В октябре 1918 г. при приеме на учет богослужебного имущества Александро-Свирского монастыря в Петрозаводской губернии в раке вместо «нетленных» мощей святого Александра Свирского была об­наружена восковая кукла. Этот факт, широко распропагандирован­ный в советской центральной и местной прессе, послужил толчком к тому, что в ряде губерний, где по инициативе местных жителей, включая и верующих, а в большинстве случаев – по инициативе мест­ных властей были проведены в присутствии духовенства, экспертов­врачей и представителей власти вскрытия мощей в храмах и мона­стырях. В ряде случаев в гробницах вовсе не было никаких останков, либо только полуистлевшие кости, либо обнаруживалась имитация тел с помощью посторонних предметов.
Протоколы по результатам вскрытий публиковались в печа­ти, здесь же размещались многочисленные отклики как верующих, так и неверующих, статьи идеологов антирелигиозной пропаган-
адвентистов и евангельских христиан, а освобождения от службы по поста­новлениям судов были чрезвычайно редки.
1
Вплоть до октября 1923 г. ОСРОГ продолжал существовать де-факто на полулегальном положении. Попытка ОСРОГ в ноябре 1922 г. перерегистри­ровать свой устав не удалась, а 27 декабря 1922 г. комиссия НКВД по адми­нистративным высылкам постановила выслать Черткова в Германию сроком на 3 года «за антисоветскую деятельность, выразившуюся в критике совет­ской власти и агитации против службы в Красной Армии». В январе 1923 г. высылка за границу была заменена высылкой в Крым под надзор органов ГПУ. 12 января 1924 г. Антирелигиозная комиссия ЦК РКП(б) утвердила ре­золюцию о фактической ликвидации ОСРОГ, постановив предварительно провести это решение через ВЦИК.
341
ды. «Мощейная» кампания активно обсуждалась на партийных и советских форумах, митингах и собраниях, нередко порождая пе­тиции в адрес властей о закрытии церквей и монастырей, требова­ния ареста духовенства и активных мирян, допустивших «обман» верующих
1
.
Ряд губисполкомов обращались в правительство с просьбой об из­дании общего циркуляра, регулирующего вскрытие мощей в обще­российском порядке. По мнению Наркомюста, рассматривавшего этот вопрос 14 февраля 1919 г., особого циркуляра по этому поводу издавать не следует, предоставив инициативу местам. О чем 16 фев­раля Наркомюст направил на места свой циркуляр.
В обстоятельствах массовых случаев вскрытия мощей патриарх Тихон и Синод вынуждены были каким-то образом реагировать. 17 февраля 1919 г. за подписью патриарха Тихона правящим архи­ереям было разослано конфиденциальное письмо, в котором пред­писывалось: «Считая необходимым по обстоятельствам времени устранить всякий повод к глумлению и соблазну (в том, что доселе не вызывало соблазна и было лишь благочестивым народным обы­чаем2), поручаю Вашему Высокопреосвященству по Вашему непо­средственному усмотрению и распоряжению, с архипастырской за­ботливостью и рассуждением, устранить всякие поводы к соблазну в отношении святых мощей во всех тех случаях, когда и где это при­знано будет Вами необходимым и возможным, с донесением о после­дующих Ваших распоряжениях Священному синоду»3.
В ряде епархий такие освидетельствования, проводимые без со­гласований и разрешений со стороны советских органов, впослед­ствии были признаны властью «незаконными», а его организаторы и участники были привлечены к судебной ответственности.
Странное и непонятное чувство порождали в сердцах духовен­ства поступки и слова тех, кто, казалось, еще совсем недавно с бла­гоговением и религиозной экзальтацией молились в храмах, при-
1
К примеру, журнал «Революция и церковь» сообщал, что делегатки 2-й Владимирской беспартийной конференции, после вскрытия мощей в местном кафедральном соборе, вынесли резолюцию: «Мощи, называемые нетленными, есть обман… Делегатки съезда, убедившись в этом на деле, обе­щают бороться с религиозными предрассудками». См.: Революция и церковь.
1920. № 9–12. С. 82.
2
Речь идет о распространенном обычае придавать сохранившимся «свя­тым мощам» форму человеческого тела, что создавало впечатление о полной нетленности (сохранности) тела почившего святого.
3
Акты святейшего патриарха Тихона и позднейшие документы о преем­стве высшей церковной власти. С. 158.
342
кладывались к святым мощам, а теперь – не просто безразличие и покорность обстоятельствам, факту осквернения святынь, но и активное в том участие! Видно, что-то внутри этих крестьян и рабочих давным-давно сдвинулось в их отношении к вере и церкви...
Наибольший всероссийский резонанс получила история со вскрытием мощей Сергия Радонежского, хранившихся в течение веков в Троице-Сергиевой лавре. После Октябрьской революции, с ноября 1918 г., по распоряжению Всероссийской коллегии по делам музеев, в Лавре работала «Комиссия по охране лавры», состоявшая из небольшой группы (4–5 человек) знатоков живописи, архитекту­ры и археологии и имевшая целью описание и охрану всех лаврских культурно-исторических сокровищ, а также образование на их осно­ве музея для культурно-просветительских задач. Наряду с работой этой комиссии, в лаврских церквах в течение всего 1918 г. беспрепят­ственно совершалось богослужение и допускалось паломничество для поклонения мощам преподобного Сергия, и эти мощи остава­лись неприкосновенными. В начале марта 1919 г. в газетах Сергиева Посада, а затем и Москвы появляется информация о желании не­которой группы лиц вскрыть и подвергнуть осмотру мощи святого. С просьбой предотвратить «святотатсво» к Ленину вначале обра­щается наместник Лавры архимандрит Кронид (Любимов), а затем, 20 марта, и патриарх Тихон
1
.
На заседании Совета рабочих и крестьянских депутатов Сергиева Посада 1 апреля 1919 г. фракция коммунистов вносит резолюцию: «считая, что мощи Сергия являются средством пошлой эксплуата­ции малосознательных масс и почвой для злостной агитации черно­го духовенства, пленум Совдепа считает необходимым мощи Сергия вскрыть». После бурного обсуждения голосами: «за» – 29, «про­тив» – 3, «воздержались» – 4, следовательно, резолюция прини­мается2. Уже на следующий день патриарх Тихон в письме к предсов­наркома взывает: «во имя успокоения смущенных сердец верующих людей настоятельно прошу принять экстренные меры к недопуще­нию со стороны местной Сергиево-Посадской власти деяния, явно оскорбительного для чувств православного русского народа»3.
1
См.: Следственное дело патриарха Тихона: Сб. документов по материа-
лам ЦА ФСБ / под ред. прот. В. Воробьева. М., 2000. С. 534–535.
2
ЦГАМО. Ф. 2609. Оп. 1. Д. 6. Л. 3–3 об.
3
Следственное дело патриарха Тихона: Сб. документов по материалам
ЦА ФСБ. С. 536–537.
343
Центральная власть, ссылаясь на отсутствие на тот момент едино­го общероссийского нормативного акта по вопросу вскрытия мощей, заняла позицию невмешательства в действия местных властей.
11 апреля 1919 г. в присутствии многочисленных представите­лей местных и центральных властей, общественных организаций, монастырского духовенства, монашествующих и верующих мощи были вскрыты. Весь процесс был заснят на кинопленку. На следую­щий день после вскрытия исполком Сергиево-Посадского Совдепа, ссылаясь на многочисленные просьбы волостных Советов оставить мощи во вскрытом состоянии, чтобы желающие могли их видеть, постановил: «вскрытые мощи оставить держать открытыми для обо­зрения граждан»; устроить стеклянную крышку над гробницей и опе­чатать ее. Одновременно решено было просить центр предоставить Сергиеву Посаду право первого показа в течение недели фильма о вскрытии.
В сентябре 1919 г. население Троице-Сергиевского Посада реор­ганизовалось в церковную общину, которая заключила договор с вла­стью и приняла в свое ведение четыре храма Лавры: Троицкий собор, в котором хранились мощи, церкви Смоленской Божией Матери, Сошествия Святого Духа и Иоанна Предтечи.
В ночь на 3 ноября 1919 г., по распоряжению президиума местно­го исполкома, Троице-Сергиевская лавра была закрыта, монахи были выселены из ее стен, к воротам храма был приставлен военный кара­ул, и доступ к мощам преподобного Сергия и в храмы Лавры для ве­рующих был прекращен. 15 ноября фракция коммунистов Сергиево­Посадского Совдепа вносит предложение об изъятии вскрытых мощей из Троицкого собора лавры и вывозе их в Москву в один из музеев. Закрытое голосование по этому вопросу дало неутешитель­ные для инициаторов результаты: 15 – «за», 14 – «против», 1 – «воз­держался». 19 ноября жители Сергиевского Посада и окрестных деревень, опасаясь поругания святыни и видя угрозы самому суще­ствованию ее, стали собираться к зданию совдепа, и волнение толпы дошло до такой степени, что пришлось народ разгонять холостыми выстрелами. 20 ноября 1919 г. по распоряжению М.И. Калинина мо­настырь и храмы были вновь открыты для богослужения, в том числе и Троицкий собор.
Однако слухи, циркулировавшие в Сергиевом Посаде и в Москве, сообщали, что власти не отказались от своей идеи и скрытно готовят­ся к вывозу мощей из Лавры. И вновь патриарх Тихон, теперь уже 27 февраля 1920 г., взывает к Ленину. «Для чего, – вопрошает он, – готовится новое оскорбление веры народа в преподобного Сергия вывозом его священных останков?.. Для чего это новое оскорбление
344
веры?..» и просит «сделать непосредственное от себя распоряжение о приостановлении изъятия останков преподобного Сергия»
1
.
К вопросу о Лавре обращается президиум Московского губ­исполкома, постановлением которого от 26 марта 1920 г. решено было: «Лавру закрыть и приостановить богослужение немедленно. Мощи перевезти в московский музей». Данное постановление по­сле опубликования в печати не встретило сочувствия даже среди Московского комитета РКП и Моссовета, печатный орган которого «Коммунистический труд» в № 16 от 6 апреля в передовой статье, озаглавленной «С плеча», нашел, что президиум сделал крупную по­литическую ошибку, вынеся непродуманно, «с плеча», означенное выше постановление, как оскорбляющее веру и нарушающее про­грамму РКП, к которой принадлежат вынесшие это постановление товарищи из президиума, так как программа эта находит необходи­мым «избегать всякого оскорбления веры, ведущего лишь к закрепле­нию религиозного фанатизма».
И все же Cергиево-Посадский исполком во исполнение постанов­ления Московского губисполкома назначил вывоз мощей из Сергиева в Москву в ночь на 31 марта. И опять власть не решилась привести в исполнение это решение из опасения бурного протеста со стороны населения, т. к. это было перед Пасхой, когда в Сергиеве собиралось на базары много народа. 9 апреля по распоряжению М.И. Калинина постановление губисполкома о вывозе мощей было приостановлено.
В течение апреля – июня 1920 г. вопрос о национализации Троице-Сергиевой лавры неоднократно рассматривался в заседа­ниях Совнаркома (и Малого Совнаркома). 6 апреля на заседании Малого СНК (МСНК) заслушан был доклад наркома по просвеще­нию А.В. Луначарского. Повторное рассмотрение этого вопроса было вынесено на следующее заседание МСНК с участием представите­лей Наркомата юстиции и Московского губисполкома. На заседании МСНК 14 апреля проект решения, подготовленный Луначарским, не получил единогласной поддержки, поскольку не удалось согласовать интересы Наркомпроса и Московского губисполкома, по-разному планировавших использование зданий и выявленных историко-ху­дожественных ценностей, а потому вопрос был вынесен на заседание СНК. 20 апреля СНК рассмотрел этот вопрос и, отменив решение МСНК от 14 апреля, принял за основу проект решения Московского губисполкома с поправкой П.А. Красикова о создании комиссии для передачи художественно-исторических зданий и ценностей в ведение
1
ЦА ФСБ РФ. Следственное дело патриарха Тихона. (Д. Н.-1780). Т. 2.
Л. 43–43 об.
345
Наркомпроса. 3 мая МСНК, обсудив доклад Московского губиспол­кома, принял решение исправить выявленную в тексте декрета от 20 апреля описку, где в п. 4 вместо представителя Наркомюста ука­зан был представитель РКИ. Одновременно Московскому губиспол­кому предложено было принять меры к охране библиотеки и других ценностей Лавры. Однако 11 мая СНК, заслушав сообщение РКИ, отменил постановление МСНК от 3 мая, признав, что «первоначаль­ное постановление от 20 апреля было правильно».
Декрет, состоявший из пяти пунктов, определял, что все находя­щиеся в пределах Лавры историко-художественные здания и ценно­сти обращаются в музей, находящийся в ведении Наркомпроса; и что остальные здания передаются в ведение местного исполнительного комитета для использования преимущественно в целях социального обеспечения и народного просвещения. Одновременно оговарива­лось, что необходимые инструкции по использованию памятников старины и искусства, как и всякая перестройка и ремонт их, выра­батываются Наркомпросом и осуществляются с его разрешения. Наконец, определялись конкретные сроки и порядок передачи худо­жественно-исторических зданий и ценностей в ведение Наркомпроса.
Декрет не касался вопроса о мощах преподобного Сергия, оставив, таким образом, этот вопрос открытым. Президиум Сергиевского ис­полкома продолжал настаивать на вывозе мощей в Москву и лишь только после этого разрешить организацию в Лавре музея и прекра­тить совершения служб во всех церковных помещениях, имеющих историко-художественное значение и использование этих помеще­ний для нужд музея и его отделений. В начале мая 1920 г. богослуже­ние в храмах Лавры местным исполкомом было прекращено, храмы опечатаны и заперты.
10 мая 1920 г. патриарх Тихон вновь обращается к Ленину с прось­бой открыть для верующих Троицкий собор, где находились мощи Сергия Радонежского, не допустить их вывоза из Лавры
1
. Копия жалобы была препровождена В.Д. Бонч-Бруевичем в Народный ко­миссариат рабоче-крестьянской инспекции (Рабкрин) для рассмо­трения. По распоряжению же председателя ВЦИК М.И. Калинина, Троицкий собор, по просьбе церковной общины, был открыт на один день – в праздник Троицы 31 мая, когда ожидалось стечение богомольцев.
Рабкрин 10 июня представила в СНК записку о результатах рас­смотрения обращения патриарха Тихона. По заключению РКИ, оно должно было быть полностью удовлетворено, т. е.:
1
ГА РФ. Ф. А-353. Оп. 3. Д. 766. Л. 4–5.
346
– храмы и мощи должны перейти в ведение церковной общины;
– необходимо снять запрещение богослужения в лаврских хра­мах, как совершенно не обоснованное и не вызванное какими-либо нарушениями условий договора, заключенного церковной общиной с местной властью;
– отменить как незаконное постановление президиума Московс­кого губисполкома о вывозе останков преподобного Сергия в один из московских музеев и о прекращении богослужения в лаврских храмах
1
.
Однако мнение сотрудников Рабкрин было проигнорировано, более того, против них Наркомюст предложил начать судебное раз­бирательство в связи с принятием «антисоветского» документа. Все это хорошо подтверждает известный тезис о силе «политической це­лесообразности» в период революционных потрясений, о которую разбиваются правовые, даже основанные уже на советском законода­тельстве, аргументы.
15 июня СНК вновь вернулся к вопросу о Лавре. Заслушав доклад Междуведомственной комиссии по делу Троице-Сергиевой лавры, Совнарком постановил:
«а) поручить Комиссии в месячный срок сдать все имущество Троице-Сергиевой лавры по черновым спискам, обязав Наркомпрос и председателя исполкома Троице-Сергиевского Посада составить точный учет всего инвентаря;
б) поручить Наркомюсту разработать вопрос о порядке ликви­дации мощей во всероссийском масштабе»
2
.
Таким образом, судьба Лавры и всех хранящихся в ее пределах
историко-художественных и духовно-церковных ценностей, была решена окончательно. Теперь уже в бывшей Троице-Сергиевой лавре был создан Сергиево-Посадский государственный историко-художе­ственный музей-заповедник. Первым его директором стал художник и общественный деятель В.Д. Дервиз; первым хранителем – историк искусства А.Н. Свирин. В этот музей, в качестве экспоната, были пе-
3
реданы мощи Сергия Радонежского
1
См.: Андроник (Трубачев). Закрытие Сергиевой лавры и судьба мощей
преподобного Сергия в 1918–1946 гг. М., 2008. С. 235–245.
2
См.: Декреты Советской власти. Т. VIII. М., 1976. С. 57–58.
3
Осенью 1941 г. мощи Сергия Радонежского вместе с музейными фонда­ми были эвакуированы в глубокий тыл, в г. Соликамск Пермского края. В апреле 1946 г. Лавра была открыта, а мощи перенесены из Троицкого со­бора, который оставался за музеем, в Успенский собор. В настоящее время мощи покоятся в Троицком соборе Лавры.
.
347
Выполняя постановление Совнаркома, Наркомюст 29 июля внес в Совнарком проект циркуляра о ликвидации «святых мощей». В нем губисполкомам предлагалось, опираясь на предварительную широ­кую агитацию на собраниях в городах и деревнях, принять на плену­мах исполкомов решения «о полной ликвидации мощей на местах»; провести их, избегая «вредной нерешительности и половинчатости мероприятий»; поместить «мертвые тела и куклы» в отделы церков­ной старины музеев либо «захоронить». Одновременно местным от­делам юстиции предлагалось возбуждать судебное преследование в отношении лиц и организаций при обнаружении с их стороны «слу­чаев шарлатанства, фокусничества и иных уголовных деяний, на­правленных к эксплуатации темноты»
1
.
30 июля 1920 г. Совнарком, соглашаясь с предложениями Наркомюста, принял постановление «О ликвидации мощей», пред­усматривающее «ликвидацию мощей» во всероссийском масштабе. Наркомюсту рекомендовано было добавить краткие историю и ре­зультаты 58 произведенных на тот момент вскрытий, а Президиумам Московского и Петроградского Советов прислать свои возражения по этому вопросу2.
10 августа Совнарком вернулся к рассмотрению этого вопроса, принял к сведению уточненный проект циркуляра НКЮ о ликвида­ции мощей и предоставил Д.И. Курскому самостоятельно определить время публикации циркуляра3. Текст циркуляра «О ликвидации мо­щей» был окончательно утвержден 25 августа 1920 г. и опубликован 27 августа:
1
РГАСПИ. Ф. 19. Оп. 1. Д. 378. Л. 24.
2
Там же. Л. 25.
3
РГАСПИ. Ф. 19. Оп. 1. Д. 320. Л. 2, 5, 6.
348
Таблица 12
1
Сравнительная таблица
2
текстов проекта и утвержденного циркуляра НКЮ о ликвидации мощей
Предложения НКЮ
о ликвидации мощей во
Всероссийском масштабе,
29 июля 1920 г.
1
Преамбула: Советская власть, отнюдь не препятствует отдельным гражданам почи­тать память тех или иных деятелей прежних периодов истории (исключая явных угнетателей), в то же самое время не может допустить, под видом религиозного почита­ния, самое грубое нарушение элементарных порядков общежития и чувств других граждан, не говоря уже о шарлатанстве, фокусничестве, фальсификации, что имеется налицо, согласно многим фактам вскрытия, так называе­мых «мощей», удостоверенным подписями под протоколами официальных представителей культа. Трупы или останки трупов, или имитация трупов в Советской Республике не могут быть предоставлены частным лицам в их свободное распоряжение в целях или укрепления, или эксплуатации религиозных верований, а тем более для извлечения из сего доходов теми или иными религиозными объединения­ми. Посему, по отношению к таким варварским пережиткам религиозного гипноза и темноты, каким является культ мертвых тел и кукол, необхо­димо:
Циркуляр НКЮ
«О ликвидации мощей»,
25 августа 1920 г.
2
Преамбула: По почину и настойчивому требованию самих трудящихся масс в губер­ниях: Архангельской, Владимирской, Воло­годской, Воронежской, Московской, Новго­родской, Олонецкой, Псковской, Тамбовской, Тверской, Саратовской и Ярославской произведено 58 вскрытий так называемых «нетленных мощей». Вскрытия эти в присут­ствии трудящихся масс, духовенства, экспер­тов-врачей и представителей советской власти раскрыли целый ряд мошеннических дей­ствий, при помощи коих служители культа обманывали трудящиеся массы. Серебряные гробницы, блистающие драгоценными камнями, содержат в себе или истлевшие превратившиеся в пыль кости, или имитацию тел с помощью железных каркасов, обмотан­ных тканями, чулок, ботинок, перчаток, ваты, окрашенного в телесный цвет картона и т. п. Вот то, чему архиереи и монахи заставляли поклоняться загипнотизированные народные массы, почитать за нетленные (т. е. неразру­шенные временем) тела, и во имя чего приносить свои трудовые копейки в церков­ные карманы. Вместо воображаемых мощей Митрофана Воронежского обнаружен череп о прилепленными волосами, несколько костей, груда тряпок и ваты, несколько перчаток и мешок, набитый разной трухой. В гробе Тихона Задонского обнаружены: череп, истлевшие кости, картон, чулки, ботинки, перчатки; вместо груди – железный каркас. В Александро-Свирском монастыре Олонецкой губ. в серебряной массивной гробнице, весящей более 40 пуд., обнаружена восковая кукла. В Суздале Владимирской губ. «мощи» так называемой Ефросиний Суздальской оказались матерчатой куклой с обломками небольшого количества разрозненных костей. В Тамбове в
1
РГАСПИ. Ф. 19. Оп. 1. Д. 378. Л. 22–22 об.
2
Известия. 1920. 27 августа.
349
Продолжение табл. 12
Предложения НКЮ
о ликвидации мощей во
Всероссийском масштабе,
29 июля 1920 г.
1
Циркуляр НКЮ
«О ликвидации мощей»,
25 августа 1920 г.
2
гробнице Питирима была обнаружена серебряная кукла-футляр, в которой было заключено незначительное количество костей, причем череп оказался искусно сделанным восковым слепком. Мощи Артемия Верколь­ского в Архангельской губ. оказались смесью обыкновенного угля, ржавых гвоздей и мелкого кирпича; в Жабынской пустыни Тульской губ. массивная серебряная гробница, в которой находилось якобы, по уверениям церковников, нетленное тело Макария, оказалась совершенно пуста. В соборе Василия Блаженного, в Москве, обнаружены мощи отрока Гавриила, оказавшиеся состояв­шими из воска и небольшой, в 0,5 вершка, гнилой кости. Мощи эти были привезены из Польши, а открыты для публичного почита­ния известным черносотенцем протоиереем Восторговым еще в 1915 г., в целях ненавист­нической антисемитской пропаганды, а в 1912 г., находясь еще в Польше, дали царизму, в тех же целях, религиозное обоснование в гнусной инсценировке процесса Бейлиса. В большинстве остальных случаев были обнаружены обложенные ватой и тканями полуистлевшие, рассыпавшиеся в порошок кости, причем: в одних случаях найдены были лишние кости, по своим размерам, плотности, свежести, белизне отличные от остальных костей, в других случаях многих костей от скелета не хватало, иногда в раках были обнаружены посторонние, по-видимому, не имеющие никакого отношения к культу, предметы, как то: брошки, гайки, ломаные серьги, пуговицы недавнего времени, денеж­ные марки и т. п. Эти золоченые гробницы с предполагаемыми в них нетленными телами старым правящим классам были необходимы, как аппарат одурманивания на религиозной почве темных гипнотизируемых закабаленных масс. Означенные раки и гробницы имели целью придавать также «религиозное освещение» тем или иным административным, торговым и промышленным центрам. Такова была, например, роль мощей Сергия Радонежского в Московский период России и мощей Алексан­дра Невского в период Петербургский.
350
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]