Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Свобода совести в истории России идеи, законодательные проекты, практическое воплощение. Конец XIX – первая четверть XX в.
.pdf
можностей к январю – февралю 1922 г. дали некоторые результаты1:
в пострадавшие районы поступали перераспределенные остатки продовольственных фондов, медицинская и гуманитарная помощь; к
оказанию помощи бедствующему населению подключились армия,
профсоюзы, комсомол, общественные и религиозные организации; из
тающего золотого запаса к ранее выделенным добавили еще 62 млн
золотых руб.; оказывали необходимую помощь вывезенным в более
благополучные районы детям и больным2.
Все же одному Помголу овладеть ситуацией явно не удавалось:
число голодающих уже превысило 15 млн человек3. Положение с
продовольствием, особенно в Поволжье, становилось катастрофическим. Резко возросла смертность, начали возникать очаги эпидемий,
отмечались случаи людоедства и трупоедства. Закупленные за рубежом более 6 млрд пудов продовольствия из-за отсутствия средств
транспортировки все еще ожидали отправки в иностранных портах.
Безрадостную картину давали и сводки ГПУ, составлявшиеся для
информирования членов правительства и высших партийных руководителей. В одной из них сообщалось:
«Туркестан. Положение беженцев Поволжья крайне тяжелое.
Помощь, оказываемая им, слишком мала. Проценты смертности и
заболеваемости высокие. Сбор в пользу голодающих незначителен.
Саратовская губерния. Голод усиливается. Число голодающих в
уездах доходит до 80–90 %. Усиливается эпидемия.
Татреспублика. Эпидемии тифов, дизентерии, цинги, кори и желудочные заболевания на почве голода принимают массовый характер. Ежедневно почти в каждом уезде есть от 100 до 150 смертных случаев. Имеют место случаи людоедства»
4
.
1
ЦК Помгол использовал любые возможности, чтобы собирать средства,
продукты, предметы для оказания помощи голодающим. В одной из своих
радиограмм от 6 января 1922 г. в адрес комиссий на местах он рекомендовал:
«Голод в Поволжье усиливается, нужны героические меры для спасения умирающих. Цекомиссия Помгол ВЦИК предлагает использовать наступающие
праздники в целях помощи голодающим. Елки, вечера, концерты и собрания
превратить в места сборов для голодающих, пусть каждый трудящийся поделится праздничным куском с голодающим». См.: ОГАЧО. Ф. Р-380. Оп. 1.
Д. 26. Л. 93.
2
См.: Хенкин М.Е. Очерки истории борьбы Советского государства с голодом. Красноярск, 1988.
3
Итоги борьбы с голодом в 1921–1922 гг.: Сб. статей и отчетов. М., 1922.
С. 460.
4
РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2628. Л. 5, 9, 10. Огромное количество документов, подтверждающие катастрофическую ситуацию на местах, хранится в
381
Усугублялась общая экономическая и политическая обстановка
в стране. Железнодорожный транспорт был разрушен и едва справлялся с объемами перевозок в «голодные» районы. Города мерзли из-за нехватки топлива. Останавливались фабрики и заводы.
Раскручивалась спираль инфляции. Росла безработица. Расширялась
волна забастовок и отказа от выхода на работу. Сотни и тысячи рабочих покидали ряды Коммунистической партии. В воинских подразделениях зрело недовольство, а кое-где вспыхивали волнения.
В крестьянской массе царило настроение подавленности и страха перед возможной голодной смертью. В обществе нарастало ощущение
безысходности и приближающегося краха. Казалось, у государства
исчерпаны все возможности, и ничто не может дать надежды на спасение. Вопрос стоял так: либо будут найдены средства для закупки и
доставки в голодающие районы продовольствия, либо голод спровоцирует социальный взрыв, и страна погрузится в пучину нового хаоса
с неминуемым последствием – полный распад целостного государства с многомиллионными человеческими жертвами.
Свидетельствуют документы
Документ 15
Из информационной сводки № 26 ВЧК
1 февраля 1922 г.
Сов[ершенно] секретно
[…]
Воронежская губерния
8. Усиливается заболеваемость сыпным тифом. В Богучарском уез-
де имело место случай людоедства на почве голода…
Приволжье
9. На почве голода эпидемия усиливается. За отчетное время в
Самаре и уезде заболело 859 чел., умерло 318 чел. Случаи голодной
смерти учащаются. Крестьяне Велекеского уезда Старосавченской волости обратились в Велсовет на разрешение употреблять в пищу трупы…
местных архивах. Приведем в качестве примера Акт осмотра общежития голодающих в п. Варнинском Челябинской губернии (апрель 1922 г.). Из него
следует, что при осмотре фельдшером и милиционером одной из комнат, где
находились трупы умерших от голода, «один труп умершей женщины, которой имя и фамилию не знали, был почти весь съеден, только лишь от трупа
остались грудная клетка и голова, кишки, а остальные части тела были срезаны ножом, по-видимому, были употреблены в пищу для людей». См.: ОГАЧО.
Ф. Р-380. Оп. 2. Д. 7. Л. 16.
382
Немкоммуна
11. Настроение крестьян растерянное. Голод продолжает свирепствовать. Голодающие питаются кошками, собаками, падалью, вследствие чего возрастают эпидемии. Ощущается недостаток медикаментов
и медперсонала…
Царицынская губерния
12. АРА в Царицыне питает 4058 детей школьного возраста. Голод
усиливается. На почве голода развивается эпидемия. Ощущается недостаток медикаментов и в медперсонале…
Пензенская губерния
13. Настроение населения вследствие голода неудовлетворительно. Вызывает недовольство сбор продналога. Сельхозкомы организованы. Проводится подготовительная кампания к губсъезду селькомов.
Предполагается съезд созвать в начале марта…
Татреспублика
14. Настроение крестьян с каждым днем ухудшается. Отношение к
советской власти и компартии недоверчивое…
Чувашская область
15. Настроение крестьян ухудшается. Усилился убой скота.
Количество рабочего скота сократилось на 60%...
Прод[овольственное] положение ухудшается. Из общего числа сто-
ловых 60 закрывались ввиду отсутствия продовольствия…
Киргизский край
Актюбинская губерния
16. Настроение крестьян скверное, вследствие отсутствия продовольствия. В Можарском и Актюбинском районах усиленно уничтожается рабочий скот. Отношение крестьян к посевкомам хорошее.
Высылаются представителя в разные места за семенами. Сбор продналога на мясо проходит успешно среди Киргизского населения, русское
население от выполнения налога отказывается…
Население в пищу употребляет полынь, растения и собак, учащаются случаи людоедства. Имеют место случаи, когда вследствие голода
бросают собственных детей в колодцы. Смертность усиливается. Трупы
не убираются по 3 недели больше. Помощь голодающим вследствие
отсутствия средств незначительна. В Киргизском районе развивается
сильное заболевание оспой…
Пермская губерния
17. Голод усиливается. В некоторых местах в пищу употребляют
кошек, собак и древесные опилки. По сведениям Губкомпомгол всего
голодающих взрослых насчитывается 176 114 чел., детей 184 228 чел.
Вследствие голода развивается нищенство и эпидемии…
Вотская область
18. В области голодает 62 %. Настроение на почве голода обостряется.
РГАСПИ. Ф. 5. Оп. 1. Д. 2628. Л. 6–12.
383
Правящие круги реально оценивали сложившуюся ситуацию
и лихорадочно искали путь к спасению. В критической обстановке
зимы – весны 1922 г. надежду на спасение увидели в бывшей церковной, а теперь национализированной собственности, традиционно
считавшейся значительным состоянием. Предварительные подсчеты,
сделанные тогда же, обнадеживали в том, что только в православных
храмах, монастырях и молитвенных домах хранятся, в пересчете на серебро, 525 тыс. пудов ценностей. Тогда как каждый фунт серебра мог
спасти от голодной смерти семью из пяти человек. Предполагалось,
что и в иных культовых зданиях – католических, иудейских, буддистских, мусульманских, протестантских, хотя и в несравненно меньшем
количестве, но будут выявлены и изъяты необходимые для борьбы
с голодом предметы. Правовой основой изъятия был факт национализации церковного имущества и, следовательно, его собственник –
государство – могло его использовать по любому назначению, в том
числе изъять и продать.
Вряд ли сегодня можно с уверенностью назвать того, кто первым
публично высказался за изъятие ценностей из действующих культовых зданий. Но ещe в ноябре – декабре 1921 г. об этом, как о возможном шаге, говорили верующие, духовенство и отдельные епископы из голодающих районов, а поддерживали их крестьяне, рабочие
и красноармейцы в относительно благополучных районах. Известно,
что 5 декабря 1921 г. на заседании Политбюро М.И. Калинин докладывал о предложениях мусульманского духовенства оказать помощь
голодающим. Специально созданная комиссия для рассмотрения
этого вопроса предложила: «Установить обеспечение права сбора
для голодающих в церквах всех религий, с тем, однако, чтобы была
исключена возможность использования этого в целях религиозных
демонстраций»
1
. Реализуя это решение, 9 декабря 1921 г. ВЦИК специальным постановлением разрешил «религиозным управлениям и
отдельным религиозным обществам верующих» производить денежные и продовольственные сборы в пользу голодающих. Специальные
инструкции, выработанные совместно представителями органов власти и религиозных организаций, предусматривали возможность пожертвования предметов культа, находившихся в пользовании общин.
Вопрос «О помощи голодающим» был вынесен на рассмотрение
IX Всероссийского съезда Советов2. В принятом постановлении
1
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 241. Л. 2.
2
IX Всероссийский съезд Советов проходил в Москве с 23 по 28 декабря
1921 г. Присутствовал 1991 делегат, 1630 из которых обладали правом решающего голоса. 39 % делегатов составили рабочие, 32,5 % служащие, 20 % –
384
(24 декабря 1921 г.) констатировалось тяжелейшее положение в
стране, где «целые губернии и области оказались выбитыми из хозяйственной колеи, а некоторые местности очутились под угрозой
полного вымирания». Причиной тому, кроме небывалой весенней засухи, названо разрушение сельского хозяйства и в целом экономики
страны в ходе трехлетней Гражданской войны, а также внешняя блокада со стороны крупнейших и развитых стран мира. Дана была оценка деятельности государственных (центральных и местных) и общественных организаций, призванных к борьбе с голодом и оказанию
помощи голодающим и намечены новые неотложные меры в этой области. Съезд выразил благодарность рабочим всех стран, пришедшим
на помощь голодающим губерниям Советской России; персонально
Фритьофу Нансену и АРА.
Одновременно отвергнуты были все и всяческие попытки со
стороны «буржуазных правительств» и «русских контрреволюционных группировок» использовать голод либо как удобный случай
навязывать Советской России условия, равносильные нарушению ее
суверенных прав и несовместимые с требованиями ее внешней безопасности, либо для новой попытки свержения советской власти и
контрреволюционного переворота в России
1
.
Президиум ВЦИК, продолжая линию на выявление любых ценностей, которые можно было бы использовать для борьбы с голодом,
2 января принимает и затем рассылает на места в циркулярном порядке постановление «О ликвидации церковного имущества». Оно
касалось прежде всего музейных ценностей, находящихся в закрытых монастырях. Властям предписывалось разобраться с ними, распределить на три части и передать по принадлежности:
а) имеющее историко-художественное значение – Главмузею
Наркомпроса;
б) имеющее материальную ценность – в Гохран;
крестьяне. 8,5 % делегатов числились как «прочие». 1522 делегата были либо
членами Коммунистической партии, либо кандидатами в члены партии.
В повестку дня съезда вошли следующие вопросы: 1) Отчет ВЦИК и СНК о
внешней и внутренней политике республики; 2) О помощи голодающим;
3) О предварительных результатах новой экономической политики; 4) О положении промышленности; 5) О восстановлении сельского хозяйства;
6) О кооперации; 7) О финансах и бюджете; 8) О строительстве Красной армии; 9) О советском строительстве; 10) Выборы ВЦИК; 11) О декрете Совнаркома об электрификации.
1
См.: СУ РСФСР. 1922. № 5. Ст. 51.
385
в) имущество обиходного характера – Главмузею и его органам на
местах
1
.
В начале зимы 1921–1922 гг. в ряде районов страны верующие
по собственной инициативе добровольно передавали на нужды голодающих отдельные предметы из церковного имущества. К этому
их побуждали в своих устных и печатных обращениях руководители
религиозных центров и организаций. Патриарх Тихон в послании от
6 февраля 1922 г., кстати, одобренном и распространенном с ведома
Политбюро, информируя паству о достигнутых договоренностях
между властью и церковью в борьбе с голодом, призывал жертвовать
не только продукты, но и церковные ценности. «Протяните же руки
свои на помощь голодающим братьям и сестрам, – писал патриарх, –
и не жалейте для них ничего, деля с ними и кусок хлеба, и одежду
по заветам Христа. Учитывая тяжесть жизни для каждой отдельной
христианской семьи вследствие истощения средств их, мы допускаем возможность духовенству и приходским советам, с согласия
общин верующих, на попечении которых находится храмовое имущество, использовать находящиеся во многих храмах драгоценные
вещи, не имеющие богослужебного употребления (подвески в виде
колец, цепей, браслет, ожерелье и другие предметы, используемые
для украшения святых икон золотой и серебряный лом), на помощь
голодающим»2.
Откликаясь на послания патриарха Тихона от 1921–1922 гг. о помощи голодающим в Поволжье, правящие архиереи многих епархий
стремились выстроить отношения, с одной стороны, с верующими,
а с другой – с властями. В частности, в Новгородской епархии, митрополит Арсений (Стадницкий) попытался образовать в епархии
особый комитет помощи голодающим. Но власть не давала разрешение печатать сообщения об этом, и помещать в газетах воззвания
митрополита. Тогда он принял решение говорить о помощи голодающим во время богослужений, призывая верующих к милосердию,
к оказанию посильной помощи. Сам Арсений передал в губернский
комитет помощи голодающим имеющиеся у него личные драгоценности – награды за архипастырские труды: золотой крест с 11 брил-
1
Известия. 1922. 6 января.
2
ГА РФ. Ф. А-353. Оп. 2. Д. 254. Л. 4. В газете «Известия» от 15 февраля
1922 г. в статье А.В. «Церковные ценности голодающим» фрагментарно излагалось содержание этого послания патриарха Тихона. Автор выражал сомнение, что добровольно жертвуемые верующими предметы культа, украшения икон (цепи, браслеты и т. п.), золотой и серебряный лом достаточны для
спасения голодающих и ставил вопрос о принудительном изъятии всех драгоценностей, хранившихся в церквах.
386
лиантами, золотой наперсный крест, золотую панагию с золотой
цепью. Примеру владыки последовали и многие новгородские священники. В храмах собирались деньги, продукты и все, что могло помочь голодающим. Устанавливался специальный церковный сбор в
пользу детей Поволжья, оказывалась помощи детям, вывезенным в
Новгородскую губернию из Поволжья. Однако усилия такого рода не
давали надежды властям, что будут собраны во всероссийском масштабе достаточные средства для спасения голодающих.
Идея изъятия ценностей из действующих храмов обрела организационную и материальную основу, а тем самым возможность воплощения в жизнь, во многом, если не в определяющей степени, благодаря усилиям Льва Троцкого. Еще в конце 1921 г. он считал, что без
изъятия из действующих культовых зданий не обойтись, и в письмах
к Ленину говорил об этом как о задаче, к которой ещe требуется подготовиться «политически с разных сторон» и поэтому не настаивал
на ее немедленном осуществлении. К началу же февраля 1922 г., по
его разумению, время «пришло». В телеграмме в адрес Президиума
ВЦИК он пишет: «Мне кажется необходимым сейчас же подготовить
постановление Президиума ВЦИК о порядке изъятия и учета церковных ценностей, о порядке их сосредоточения и об установлении
им особого государственного счета со специальным назначением на
нужды голодающих (хлеб, семена, орудия труда и пр.)»
1
.
16 февраля 1922 г. на заседание Президиума ВЦИК был вынесен
вопрос «Об изъятии церковных ценностей для реализации на помощь голодающим». Принимаемое постановление рассматривалось
как дополнение к декрету от 2 января 1922 г. об изъятии музейного имущества. Исходя из неотложной необходимости мобилизовать
средства страны, могущие послужить средством спасения погибающего от голода населения Поволжья и для обсеменения полей, местным Советам предлагалось:
«1) изъять из церковных имуществ, переданных в пользование
группам верующих всех религий по описям и договорам все драгоценные предметы из золота, серебра и камней, изъятие коих не
может существенно затронуть интересы самого культа, и передать их в органы НКФина со специальным назначением в фонд ЦК
Помгол;
2) образовать в каждой губернии Комиссию из представителей
губисполкома, губкомпомгола и губфинотдела для проведения изъятия церковных ценностей, организации их точного учета и передачи органам НКФина;
1
ГА РФ. Ф. Р-1235. Оп. 39. Д. 11. Л. 274.
387
3) проводить изъятие с обязательным привлечением групп ве-
рующих, в пользование которых имущество было передано;
4) передавать изъятые ценности в особый фонд и на особый
учет исключительно на нужды Помгола;
5) регулярно публиковать в местной и центральной печати све-
дения о всех изъятых ценностях и их расходовании».
В качестве шестого пункта вносилось предложение о подготовке
ЦК Помголом, Наркомюстом и Наркомфином инструкции, точно
определяющей порядок изъятия и передачу в органы НКФина изымаемых церковных ценностей.
23 февраля 1922 г. Президиум ВЦИК вновь рассмотрел текст постановления и прилагаемую к нему инструкцию. Они были утверждены и затем опубликованы: Постановление (декрет) – 26 февраля,
инструкция «О порядке изъятия церковных ценностей, находящихся
в пользовании групп верующих» – 28 февраля.
Неожиданное для религиозных организаций решение ВЦИК в
кратчайший срок изъять принудительно, повсеместно и полностью
(выд. – Авт.) из молитвенных зданий ценности уже несло в себе
предпосылки к конфликту между государством и верующими. Но
больнее всего оно ударяло по Российской православной церкви, руководство которой считало, что между правительством и Церковью к
тому времени был достигнут определенный компромисс в вопросе об
изъятии, и Церковь выступает в качестве партнера государства, добровольно жертвуя церковные ценности ради спасения людей.
Еще 25 февраля патриарх Тихон в письме М.И. Калинину призывает отказаться от принятого решения, чреватого, по его мнению,
непредсказуемыми последствиями. И добавляет, что, если не будет
ответа, он оставляет за собой право разъяснить верующим в особом
послании позицию церкви в связи с действиями властей
1
. Долгое
время оставалось неизвестным, показывал ли Калинин кому-либо из
членов Политбюро это письмо. Но в ходе изучения фондов ВЦИК
в ГА РФ было выявлено заключение А.Н. Винокурова, заместителя
председателя ЦК Помгола, на письмо патриарха Тихона2. Он посчитал, что письмо не заслуживало какого-либо серьезного внимания, а
мнение патриарха о достигнутом договоре с государством по вопросу
изъятия церковных ценностей характеризовалось им как «недоразумение». Очевидно, Калинин удовлетворился такой информацией и
не отреагировал должным образом на обещание патриарха обратиться с разъяснениями к пастве.
1
См.: ГА РФ. Ф. Р-1235. Оп. 97. Д. 54а. Л. 38–39.
2
См.: Там же. Л. 40–41.
388
Не получив ответа, патриарх Тихон, как и обещал, обнародовал
28 февраля свое послание к верующим. В нем он назвал «актом святотатства» изъятие из храмов в числе «драгоценных церковных вещей»
священных сосудов и богослужебных церковных предметов, «употребление коих не для богослужебных целей воспрещается канонами».
Разъясняя свою позицию, патриарх указывал: «Мы допустили, ввиду чрезвычайно тяжких обстоятельств, возможность пожертвований
церковных предметов, неосвещенных и не имеющих богослужебного
употребления. Мы призываем верующих через церкви и ныне к таковым пожертвованиям, лишь одного желая, чтобы эти пожертвования
были любящего сердца на нужды ближнего, лишь бы они действительно оказывали реальную помощь страждущим братьям нашим.
Но мы не можем одобрить изъятия из храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, освященных предметов, употребление коих
не для богослужебных целей воспрещается канонами Вселенской
церкви и карается ею, как святотатство, мирян – отлучением от нее,
священнослужителей – низвержением из сана»
1
.
Позицию патриарха власть сразу же расценила как «контрреволюционную». На заседании Московской губернской комиссии по учету
и сосредоточению ценностей, состоявшемся 7 марта 1922 г., заместитель председателя МЧК Ф.Д. Медведь заявлял, что «начинается война между церковью и государством», что патриарх выступил «против
декрета ВЦИК», называя его «кощунством», и призывая «пастырей
церкви не подчиняться ему». Одним из руководителей МЧК ставилась задача «идейно подготовить массы, затмить воззвание Тихона, а
потом приступить к извлечению всех ценностей, как из закрытых, так
и из действующих храмов, без исключения»2.
Все же отметим, что само по себе послание патриарха не привело
тотчас к каким-либо драматическим событиям на местах. И в отношении Тихона репрессивных мер не предпринималось. Более того,
газета «Известия» публикует 15 марта беседу с патриархом3. В ней он
излагает основные идеи своего послания от 28 февраля в части поддержки церковью инициативы верующих жертвовать в пользу голодающих церковное имущество. Вместе с тем Тихон полемизирует с
властью, убеждая, что «в церквах нет такого количества драгоценных
1
ГА РФ. Ф. А-353. Оп. 5. Д. 254. Л. 5–6.
2
ЦГАМО. Ф. 66. Оп. 1. Д. 613. Л. 48–48 об.
3
Отметим, что именно в этот день произошли известные события в
г. Шуе, связанные с изъятием церковных ценностей из городского собора, которые в последующем были «использованы» Л. Троцким для общего административно-уголовного преследования духовенства и верующих и привнесения в Русскую церковь раскола.
389
камней и золота, чтобы при ликвидации их можно было получить
какие-то чудовищные суммы денег», что «при всем благожелательном отношении к делу помощи голодающим со стороны церковных
общин» изъятие церковного имущества не даст ожидаемого результата. Одновременно глава церкви говорит и о другой стороне дела –
о том, что в ходе изъятия могут пострадать или вовсе быть утраченными многочисленные высокохудожественные и исторически значимые предметы, хранящиеся в православных церквах, монастырях и
молитвенных домах
1
.
Конец февраля – начало марта показали, что «церковный народ»
постепенно раскалывается на противостоящие группы: одни отрицательно относятся к изъятию ценностей из церквей и особенно освященных предметов и святынь; другие – сразу же поддержали решение
власти, указывая, что находящиеся в храмах предметы юридически
являются собственностью государства, и оно вправе распоряжаться
ею по собственному разумению; что не следует чинить изъятию препоны и что следует отдать все и вся, не ставя вопроса о каком-либо
«контроле» церкви над процессом изъятия ценностей и последующей их реализацией на нужды голодающих2.
Обе группы свои взгляды стремились донести до верующих, которые в большей части оставались пока инертными в отношении решений и действий правительства по изъятию церковных ценностей.
В середине марта обозначились трудности, с которыми столкнулись власти при выполнении Постановления ВЦИК. По существу,
изъятие и не начиналось. На местах шли затяжные и трудные переговоры между верующими и властями. Последние на первых порах не
торопились с применением принудительных мер и ограничивались
тем, что отдавали добровольно.
По мере проведения учета ценностей в храмах становилось ясным,
что предположения об их количестве явно завышены. Во-первых, в
годы Первой мировой и Гражданской войн и интервенции многое
из хранившегося в культовых зданиях оказалось утраченным, в том
числе и вывезенным за рубеж бежавшими белыми и иностранными
частями. Во-вторых, набирал ускорение стихийный процесс сокрытия верующими наиболее ценной церковной утвари. В-третьих, ве-
1
Известия. 1922. 15 марта.
2
По документальным материалам можно установить, что как отдельные
священники и миряне, так и группы их отмечаются в Москве, Петрограде и в
ряде других крупных городах европейской части России. Пока между ними
не было никакой связи, зачастую они даже и не знали о существовании друг
друга.
390
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]