Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реализация социальных функций семьи в уголовном процессе России. Монография
.pdf
нормальных условий жизни семьи обвиняемого (подозреваемого) и его
несовершеннолетних детей. Так, по общему правилу не подлежит аресту
жилое помещение, если для гражданина и совместно проживающих с ним
членов его семьи, оно является единственным местом, пригодным для
постоянного проживания. Не включаются в опись предметы обычной домашней обстановки и обихода, вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и др.), кроме драгоценностей и других предметов роскоши. Это
правило распространяется на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого
гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении.
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что законодатель, регулируя порядок наложения ареста на имущество, прямо не говорит об охране интересов семьи. Однако без учета этих социальных связей порой
обойтись невозможно. Совместный режим собственности супругов, особый характер имущественных отношений в семье оказывает сдерживающее влияние на применение мер принуждения. Общая охранительная направленность нормативного регулирования данных вопросов создает предпосылки для ограничения возможностей государства при наложении ареста на имущество.
Имеются основания для подобного вывода и при рассмотрении порядка применения других мер уголовно-процессуального принуждения.
Одной из них является привод, который призван обеспечить нормальный
ход производства по уголовному делу. Он способствует устранению препятствий, возникающих при расследовании или судебном разбирательстве, и применяется в тех случаях, когда подозреваемый, обвиняемый,
потерпевший или свидетель не выполняет процессуальной обязанности –
не прибывает по вызову в орган предварительного расследования или суд.
Привод участников уголовного процесса возможен при наличии оснований, под которыми следует понимать совокупность фактических данных,
указывающих на умышленное уклонение от явки к следователю (дознавателю) или в суд лица, надлежащим образом извещенного об этом. Нормативно основания для применения данной меры принуждения выражены
более лаконично. В части 1 ст. 113 УПК РФ сказано, что в случае неявки
по вызову без уважительных причин перечисленные участники уголовного процесса могут быть подвергнуты приводу.
Прибегая к оценочному понятию «уважительные причины», законодатель уходит от формулировки исчерпывающего перечня обстоятельств,
которые могли бы служить допустимыми причинами неявки по вызовам.
Такой подход по-своему понятен и оправдан. Вряд ли рационально пы-
271
таться учитывать все случаи, препятствующие добросовестному выполнению процессуальных обязанностей. Тем не менее из многообразия жизненных ситуаций есть смысл выделить те, которые являются наиболее
типичными и значимыми. В контексте интересующего нас вопроса обращает внимание необходимость определения примерного перечня уважительных причин неявки по вызовам, включающего неблагоприятные события внутрисемейной жизни субъекта или его родственников. Для проверки этого предположения мы обратились к практическим работникам.
62% респондентов считают, что учет указанных обстоятельств при решении вопроса о приводе необходим, и он должен найти отражение в законе. Лишь 33% опрошенных с нами не согласились.
Устав уголовного судопроизводства 1864 г. (ст. 388) прямо предусматривал в качестве законных причин неявки к следователю смерть родителей, мужа, жены или детей или же тяжкую, грозящую их смертью бо-
125
лезнь
. Проектом УПК РФ предлагалось закрепить в качестве уважительной причины неявки к следователю смерть близкого родственника
обвиняемого (ст. 228). Имелся перечень оправдательных причин неявки
к следователю и других участников уголовного процесса (ст. 111 проекта
УПК РФ)
126
.
Условно причины неявки можно разделить на два вида. Первый – это
события, которые делают физически невозможным явку лица к следователю, что может быть связано, например, со стихийными бедствиями,
катастрофами, перерывом в движении транспорта и другими обстоятельствами, не зависящими от воли вызываемого
127
. Ко второму виду следует
отнести такие события, которые не позволяют явиться к следователю (дознавателю) или в суд по каким-либо личным, нравственным либо социально-этическим соображениям. Например, смерть члена семьи обвиняемого или его тяжелая болезнь, требующая постоянного ухода; нахождение в
беспомощном состоянии и др. Кроме того, закон (ст. ст. 99, 107, 253, 281
УПК РФ) и судебная практика (например, пп. 5, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 октября 2009 г. № 22
125
Российское законодательство X–XX веков : в 9 т. / под общ. ред. О. И. Чистя-
кова. М., 1991. Т. 8 : Судебная реформа / отв. ред. Б. В. Виленский. С. 159.
126
Проект УПК РФ, внесенный депутатами – членами Комитета Государственной
Думы по законодательству и судебно-правовой реформе и принятый Государственной Думой в первом чтении 6 июня 1997 г.
127
Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ. ред. В. М. Лебедева ; науч. ред. В. П. Божьев. 2-е изд.,
перераб. и доп. М., 2004. С. 260.
272
«О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под
стражу, залога и домашнего ареста», п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних»
128
к числу обстоятельств, влияющих на принятие решения, относят состояние здоровья самого обвиняемого (подозреваемого), наличие у женщины
несовершеннолетних детей, длительную или тяжелую болезнь.
Факторы, указанные в первой группе, практически всегда можно считать уважительными причинами неявки. Они не зависят от воли вызываемого лица и у правоприменителя, как правило, не возникает сомнений в
признании их таковыми. Однако оценка следователем обстоятельств, причисленных нами ко второй группе, может сопровождаться значительными трудностями, поскольку нередко их наличие не только сложно проверить, но и оценить. Уровень этических, нравственных представлений в том
или ином случае у разных следователей (дознавателей) или судей может не
совпадать. Это порождает противоречивую практику принятия такого рода
решений органами предварительного расследования и судом. К тому же
многое зависит и от того, кто из субъектов уголовно-процессуальной деятельности не является по вызову. Для обвиняемого (подозреваемого) обстоятельства, препятствующие явке, должны быть более убедительными.
Оценка правомерности неявки по вызову имеет большое значение,
особенно в суде. Так, неявка потерпевшего в суд без уважительных причин по делам частного обвинения влечет за собой прекращение уголовного дела (ч. 3 ст. 249 УПК РФ). Судья по своему внутреннему убеждению может признать оправдательным основанием для неявки, например,
смерть члена семьи или близкого родственника обвиняемого либо его тяжелую болезнь, требующую ухода со стороны вызываемого. Однако отсутствие отражения в нормах права вышеупомянутых причин неявки выступает пробелом законодательства, поскольку в каждом конкретном случае прекращение дела будет зависеть от усмотрения судьи, а не от нормы
закона. Очевидна необходимость законодательного закрепления этих обстоятельств. При оценке причин неявки по вызову и решении вопроса о
приводе конкретное предписание позволит полнее реализовать свои права обвиняемому, подозреваемому, свидетелю или потерпевшему. Кроме
того, такой шаг позволит сузить необоснованно широкие пределы усмотрения следователя (дознавателя) или суда.
)
128
Рос. газета. 2011. 11 февр.
273
Повышение эффективности и качества уголовного судопроизводства
неотделимо от задачи обеспечения прав и интересов личности при расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел. Обращает на себя
внимание отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве процедуры закрепления фактических данных, указывающих на умышленный
характер неявки участника процесса. Статьи 172 и 188 УПК РФ закрепляют право следователя на вызов обвиняемого, находящегося на свободе,
повесткой, которая может быть вручена ему непосредственно либо через
членов семьи или других лиц. Следственная и судебная практика выработала определенный порядок закрепления данных, указывающих на факт
вручения повестки. Он должен подтверждаться подписью лица, ее получившего, которая остается в уголовном деле.
Если обвиняемому (подозреваемому, потерпевшему, свидетелю) непосредственно вручена повестка, то в случае его неявки не вызывает сомнения факт надлежащего уведомления. Однако если вызов осуществлялся через членов его семьи (ч. 2 ст. 188 УПК РФ), то нельзя утверждать,
что повестка была передана надлежащим образом. Появляются ли в такой ситуации основания для применения привода? Скорей всего, нет.
В этом случае необходимо выяснить, был ли извещен обвиняемый (подозреваемый, потерпевший, свидетель) о необходимости явки к следователю (дознавателю) или в суд. Как это следует сделать? Закон не содержит
правил получения подобного рода сведений. Ясно одно: они должны быть
закреплены и содержаться в материалах уголовного дела. Это может быть
справка сотрудника полиции, проводившего проверку по поручению следователя, отметка на повестке о несвоевременном получении или показания лица, получившего повестку для вручения. Необходимость получения такого рода сведений подтверждается судебной практикой. Она допускает применение данной меры принуждения лишь после исследования вопроса о надлежащем уведомлении вызываемых лиц о дате, времени и месте судебного заседания. Отсутствие доказательств надлежащего
извещения лица о дате, времени и месте судебного заседания является
препятствием для применения к нему привода
129
.
Именно в этой части проверка уважительности причин неявки вызывает трудности. Необходимо установить факт вручения повестки, причину неявки, оценить ее уважительность, подтвердить отсутствие уведомлений о невозможности прибытия к следователю (дознавателю) или в суд.
129
Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за первое полугодие 2010 года // Бюллетень
Верховного Суда Российской Федерации. 2011. № 1. С. 35.
274
Установление этих данных должно осуществляться средствами, предусмотренными УПК РФ, и найти отражение в материалах уголовного дела.
Без предварительной проверки причин неявки по вызову основания для
привода не могут быть выявлены.
Причины, которые можно отнести к «уважительным», должны подтверждаться справкой врача или листком нетрудоспособности, свидетельствующими, например, о болезни члена семьи, удостоверенными врачом,
работающим в медицинском учреждении, либо свидетельством о смерти
близкого родственника. Несмотря на то что законодатель напрямую не
связывает уважительные причины неявки к следователю (дознавателю)
или в суд с проблемами семейной жизни, в судебной практике, например,
смерть близких родственников или их тяжелая болезнь считаются уважительной причиной неявки
130
.
Помимо указанных обстоятельств нельзя упускать из виду и то, что
принудительное доставление участников процесса, уклоняющихся без
уважительных причин от явки к следователю или дознавателю, должно
производиться с учетом положений ст. 25 Конституции РФ, согласно которой «никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих
в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или
на основании судебного решения». Указанная норма определенным образом охраняет интересы вызываемого и его семьи. От их согласия будет
зависеть возможность проникновения в жилище. Однако не стоит полагать, что лицо, обычно уклоняющееся от явки по вызовам дознавателя,
следователя или суда, всегда готово «распахнуть» двери своего жилища
для работников органа дознания, судебных приставов, прибывших к нему
для принудительного сопровождения. Поэтому при исполнении постановления о приводе соответствующие должностные лица могут столкнуться с
тем, что им будет отказано в проникновении в жилище. Данная проблемная
ситуация, на наш взгляд, может быть разрешена следующим образом.
При принятии решения о приводе судьей или судом постановление
судьи либо определение суда служат достаточным основанием проникновения в жилище, где находится вызванное и уклоняющееся от явки лицо,
для его принудительного доставления судебными приставами в суд.
Если постановление о приводе вынесено дознавателем или следователем, должностные лица органа, которому поручено исполнение поста-
130
ЩербаС.П., ЗайцевО.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. М., 1996. С. 19 ; Комментарийк Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / науч. ред. В. Т. Томин, М. П. Поляков. 3-е изд., перераб. и доп.
М., 2010. С. 362.
275
новления, вправе войти в жилище подозреваемого (обвиняемого, свидетеля, потерпевшего), уклоняющегося без уважительных причин от явки
по вызову, только с его согласия. Без него они могут быть «захвачены» и
доставлены инициатору вызова только вне жилища. Причем эти действия
не должны ограничивать права иных лиц, проживающих совместно с доставляемым (членов семьи, других близких лиц). Сказанное относится
также к ситуациям, когда названные участники уголовного процесса, уклоняясь от явки по вызову, находятся в жилище своих родственников, друзей, знакомых. При определенных обстоятельствах (возражение проживающих в жилище лиц против вхождения в него работников органа дознания, которым поручено исполнение постановления о приводе) доставление к указанному в постановлении о приводе сроку перечисленных в
ст. 113 УПК РФ участников уголовного процесса становится проблематичным. Тем самым нормальный ход расследования уголовного дела с
помощью такой меры процессуального принуждения, как привод, не всегда может быть обеспечен.
По мнению Б. Б. Булатова и В. В. Николюка, уголовно-процессуальный закон должен иметь в своем арсенале средства, позволяющие реально и оперативно решать задачу принудительного доставления участников
процесса, уклоняющихся от явки по вызову, к дознавателю или следователю. В связи с этим полагаем необходимым внести дополнения в УПК
РФ и предусмотреть в нем право органа дознания, следователя возбуждать перед судом ходатайство о получении разрешения на проникновение в жилище в целях обеспечения принудительного доставления к ним
уклоняющегося от явки по вызову подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего. Решение данного вопроса возможно по правилам
ст. 165 УПК РФ. Это позволило бы сократить возможность злоупотребления правом на неприкосновенность жилища со стороны указанных лиц
или членов семьи
131
.
Возможен и другой вариант решения рассматриваемой проблемы.
В соответствии со ст. 25 Конституции РФ проникновение в жилище против воли проживающих в нем лиц допускается в случаях, установленных
федеральным законом, или на основании судебного решения. Поэтому
если в УПК РФ будут внесены изменения, разрешающие работникам органов дознания на основании постановления о приводе беспрепятственно входить в жилые помещения, то проблема принудительного доставления в орган предварительного расследования участников процесса, ук-
131
БулатовБ.Б.,НиколюкВ.В. Указ. соч. С. 65.
276
лоняющихся от явки по вызову и скрывающихся в жилых помещениях,
снимется. Однако в уголовно-процессуальном законе все же необходимо
закрепить именно судебную процедуру получения разрешения на проникновение работников органа дознания в жилище при исполнении постановления о приводе.
Уголовно-процессуальный закон (ст. ст. 12, 165 УПК РФ) допускает
осмотр жилища, обыск и выемку в жилище, личный обыск, а также выемку заложенной или сданной на хранение в ломбард вещи, наложение ареста на имущество, указанное в ч. 1 ст. 1041 УК РФ, без получения судебного решения, на основании постановления следователя, дознавателя. Проникновение в жилище в перечисленных случаях обусловлено требованиями безотлагательности, необходимостью пресечения совершаемого преступления и захвата преступника, предупреждения утраты доказательств,
обеспечения личной безопасности граждан или общественной безопасности. Подобные исключения из общего правила о неприкосновенности
жилища, установленного ст. 25 Конституции РФ, объективно оправданны.
При исполнении постановления о приводе уклоняющихся от явки по
вызову участников процесса работники правоохранительных органов действуют в иной ситуации. Когда им известно, что подлежащее приводу лицо
находится в жилом помещении, то у них имеется возможность заранее
получить разрешение на вхождение в него. Если же на законодательном
уровне признать, что работники органа дознания вправе беспрепятственно входить в жилые помещения на основании постановления о приводе,
то это может способствовать злоупотреблениям, выражающимся в неоправданном вторжении в жилище граждан, неприкосновенность которого гарантируется Конституцией РФ.
Здесь уместно проанализировать Федеральный закон от 7 февраля
2011 г. № 3-ФЗ «О полиции». Он предусматривает основания вхождения (проникновения) в жилые и иные помещения, на земельные участки и территории (ст. 15). Такая возможность связывается с задержанием
лиц, подозреваемых в совершении преступления (п. 2 ч. 3 ст. 15). Если
вести речь о подозреваемом и обвиняемом и учитывать факт их нежелания являться по вызову, уклонение от расследования и другие обстоятельства, которые в совокупности могут образовывать основания для
задержания или применения меры пресечения в виде заключения под
стражу, появляются достаточные аргументы для постановки вопроса о
возможности использования Федерального закона «О полиции» для вхождения в жилище в целях привода обвиняемого (подозреваемого) в этой
конкретной ситуации.
277
При рассмотрении данной проблемы нельзя обойти вниманием правовое положение несовершеннолетних. В возрасте до 14 лет они не подлежат приводу (ч. 6 ст. 113 УПК РФ). Привод лиц, не достигших 16-летнего возраста, производится с уведомлением его законных представителей либо администрации по месту его работы или учебы
132
. Для несовершеннолетних более старшего возраста каких-либо особых правил привода не предусмотрено. Вместе с тем следует обратить внимание на то, что
родители несовершеннолетних являются их законными представителями.
Оставлять их в неведении при применении данной меры процессуального принуждения вряд ли целесообразно. Тем более любой привод вызывается необходимостью производства определенных действий в отношении несовершеннолетнего. В контексте требований ч. 2 ст. 45, ст. 426 УПК
РФ их участие может быть признано обязательным. К тому же, в силу ч. 1
ст. 16 УПК РФ, они осуществляют защиту прав несовершеннолетних.
Поэтому, на наш взгляд, будет оправданным их информирование при осуществлении привода указанных лиц. Такое предложение считаем целесообразным еще и потому, что порядок вызова несовершеннолетних к следователю (дознавателю) по общему правилу осуществляется через его законных представителей (ч. 4 ст. 188, ст. 424 УПК РФ). В неявке несовершеннолетних могут быть виноваты и сами родители. Учет этого обстоятельства в контексте охраны интересов семьи может быть признан оправданным.
Можно сделать вывод, что нормативное регулирование оснований и
порядка применения привода допускает широкие возможности для усмотрения правоприменителя. Создаются предпосылки для злоупотребления сторон. В условиях охранительного судопроизводства, направленного на приоритетный учет интересов личности, есть основания для совершенствования требований ст. 113 УПК РФ. Нормативное регулирование
вопросов, связанных с охраной личной и семейной жизни человека, обеспечением неприкосновенности его жилища при применении привода нуждается в законодательном разрешении.
Применение других мер процессуального принуждения в меньшей
степени зависит от учета интересов семьи. Однако это не значит, что его
совсем нет. Так, при временном отстранении от должности подозреваемого или обвиняемого важно принимать во внимание его семейное положение. Наличие иждивенцев может выступать серьезным аргументом для
132
Обутверждении Инструкции о порядке осуществления привода : приказ МВД
России от 21 июня 2003 г. № 438 // Рос. газета. 2003. 11 июля.
278
судьи, рассматривающего соответствующее ходатайство следователя.
Закрепленная в ч. 6 ст. 114 УПК РФ компенсация может не покрыть все
затраты семьи преследуемого лица. Обязательство о явке, как и привод,
должно учитывать уважительные причины невыполнения участником уголовного процесса своей обязанности. Таким образом, следует констатировать, что семейные отношения имеют высокий нравственный потенциал, без учета которого применять меры уголовно-процессуального принуждения можно не всегда.
При этом семейные отношения чаще воспринимаются как фактор,
сдерживающий реализацию той или иной меры процессуального принуждения. Найти баланс между интересами правосудия и семьи порой непросто. Применяемые законодателем оценочные категории допускают
широкое усмотрение правоприменителя. Государство не может учесть
всего спектра отношений между членами семьи. Общая охранительная
направленность учета этих социальных связей людей создает предпосылки для сознательного противодействия применению следователем (дознавателем) мер принуждения.
279
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проведенное исследование позволяет сформулировать следующие
выводы и предложения.
Интересы семьи гармонично вплетены в нравственную структуру
закона, оказывая системное воздействие на ход расследования и судебного разбирательства уголовных дел. Они пронизывают практически все
этапы уголовного судопроизводства, привнося в него характерные социально-этические черты. Благодаря этому сфера интересов семьи широко
проявлена во многих институтах и принципах уголовно-процессуального
права, отражена в отдельных категориях уголовных дел. Базирующиеся в
большей степени на нормах морали, правовые средства охраны интересов семьи характеризуют нравственный потенциал уголовного судопроизводства и призваны воспрепятствовать разрушению личной сферы жизнедеятельности человека.
Находясь на стыке общественного и личного, институт семьи оказывает корректирующее влияние на специфику уголовно-процессуальных
отношений, формирует социальные предпосылки для включения первичных социальных связей человека в систему уголовного судопроизводства.
Данные связи оказывают влияние на субъективные предпочтения человека, формируют отношение членов семьи к другим социальным системам,
определяют допустимые формы взаимодействия с правоохранительными
органами и государством. Проявляясь в ходе расследования или судебного
разбирательства уголовных дел, указанные особенности подчеркивают социальную сущность личности, законодательный учет которой способствует гармоничному включению УПК РФ в общее социальное пространство.
Вопросы охраны интересов семьи широко представлены на международном уровне, представляя собой неотъемлемую часть охранительного «блока» личной жизни человека. Общая идеологическая установка,
сформулированная в нормах международного права, нацеливает государство на минимизацию вмешательства в эту область человеческих взаимоотношений. Видна озабоченность мирового сообщества проблемой со-
280
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]