Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реализация социальных функций семьи в уголовном процессе России. Монография
.pdf
Факт получения согласия на передачу несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого под присмотр учеными воспринимается в качестве элемента, позволяющего дифференцировать порядок применения
данной меры пресечении. Так, Х. В. Бохпоев говорит о том, что органы
предварительного расследования или суд при принятии соответствующего решения вправе в императивном порядке возложить на руководителя
специализированного детского учреждения обязанность по присмотру за
несовершеннолетним и обеспечению его надлежащего поведения. В остальных случаях это должно делаться при наличии добровольного согласия поручителя43. Аналогичную точку зрения выразил в коллективном пособии Д. В. Шинкевич44. Эти различия в процедуре применения рассматриваемой меры пресечения в отношении несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого позволили сформулировать предложение о том,
что администрация детского учреждения должна выполнять функцию надзора за своим воспитанником, а все остальные субъекты – присмотра45.
Полагаем, что такой подход оправдан. Он обусловлен разницей социально-правового положения субъектов, ответственных за присмотр.
Присмотр за несовершеннолетним обвиняемым, подозреваемым предполагает контроль поведения подростка со стороны лиц, взявших на себя
реализацию данной меры пресечения. Одно из условий надлежащего выполнения принятой на себя обязанности состоит в обеспечении явки несовершеннолетнего к следователю или другому должностному лицу, осуществляющему производство по делу. В связи с этим логично было бы
предположить, что повестка для явки несовершеннолетнего в орган предварительного расследования или в суд должна вручаться именно тем, кто
взял на себя присмотр. Однако законодатель, на наш взгляд, искусственно
ограничивает круг субъектов вручения повестки законными представителями (ст. 424 УПК РФ)46.
Данная непоследовательность законодателя является следствием отказа от проверенной временем практики применения подобной нормы в
43
БохпоевХ.В. Принудительные меры в отношении несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений: проблемы совершенствования
законодательного регулирования и практики правоприменения : автореф. дис. … канд.
юрид. наук. Н. Новгород, 2006. С. 19.
44
Вопросы предварительного расследования по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними. Красноярск, 2010. С. 42–43.
45
БохпоевХ.В.Указ. соч. С. 19.
46
Здесь мы рассматриваем случаи, когда несовершеннолетний подозреваемый или обвиняемый не содержится в специализированном учреждении для несовершеннолетних.
231
период действия УПК РСФСР. Утративший силу закон допускал иной
порядок вызова несовершеннолетнего, например, если имелись данные о
причастности родителей или лиц, их заменяющих, к преступлению, совершенному подростком, или вызов через этих лиц мог помешать установлению истины по делу (ст. 395 УПК РСФСР). Думаем, что в современных условиях при возникновении подобных ситуаций вызов подростка
следует осуществлять с учетом требований чч. 4 ст. ст. 172 и 188 УПК
РФ. Системное толкование этих норм допускает возможность применения иного порядка вызова несовершеннолетнего обвиняемого (по аналогии и подозреваемого), чем тот, который предусмотрен в ст. 424 УПК РФ.
Описанная проблемная ситуация демонстрирует необходимость реанимации отдельных процедурных правил, применявшихся в рамках УПК
РСФСР свыше 40 лет и получивших заслуженное признание на практике
и у научной общественности.
Избрание подписки о невыезде и надлежащем поведении также может сопровождаться оценкой обстоятельств внутрисемейной жизни человека. С учетом вводимых ограничений обвиняемый (подозреваемый)
может лишиться работы со всеми вытекающими отсюда последствиями47.
В итоге, его семья теряет определенные материальные блага. Рассуждая
по этому поводу, И. Л. Петрухин пришел к верному, по нашему мнению,
выводу о том, что с разрешения должностного лица или органа, избравшего меру пресечения в виде подписки о невыезде (в рамках УПК РСФСР),
следует допускать поездки обвиняемого в любое место, если это необходимо в интересах службы (командировки) или в интересах самого обвиняемого (в случаях тяжелой болезни или смерти близкого родственника,
стихийного бедствия, пожара, оставивших семью без крова, и т. п.). Он
предлагает в таких случаях составлять приобщаемый к делу протокол,
в котором необходимо отразить цель, место, продолжительность поездки48. Важно отметить, что в этих условиях данная мера пресечения мало
чем будет отличаться от обязательства о явке (ст. 112 УПК РФ).
Нарушение подписки о невыезде и надлежащем поведении способно
повлечь применение более строгой меры пресечения. Этот шаг, на наш
взгляд, допустим лишь в случае умысла на невыполнение взятого на себя
обязательства. Но здесь могут быть исключения. Так, В. А. Михайлов отмечает, что при наличии уважительных причин отлучки изменение меры
пресечения на более строгую будет неоправданным, несправедливым.
47
Например, при работе вахтовым методом.
48
ПетрухинИ.Л. Указ. соч. С. 224–225.
232
Например, при срочном выезде на похороны родственников, при необходимости оказать помощь заболевшим близким, когда у обвиняемого не
было возможности обратиться за таким разрешением49.
Следовательно, порядок применения мер уголовно-процессуального
принуждения содержит нормы, направленные на охрану интересов семьи
при производстве по уголовным делам и связанные с реализацией ее социальных функций. Особенно отчетливо это видно при задержании лица,
применении к нему таких мер пресечения, как заключение под стражу,
домашний арест и присмотр за несовершеннолетним подозреваемым или
обвиняемым. В той или иной степени обстоятельства семейной жизни
учитываются и при избрании других мер пресечения, что вытекает из ст. 99
УПК РФ.
Установленный в ходе расследования преступлений характер семейных отношений оказывает корректирующие влияние на выбор конкретной меры пресечения. Эффективность их применения часто находится в
прямой зависимости от состояния межличностных связей в семье. С одной стороны, это связано с высоким уровнем социально-этической зависимости между людьми в семье. Она позволяет определить степень допустимого вмешательства государства в личную жизнь человека. С другой – учет
сложившихся в семье отношений способствует более полной реализации
целей избрания отдельных мер уголовно-процессуального принуждения.
Вводимые законодателем меры, направленные на охрану интересов
семьи, не всегда последовательны. Несмотря на то что видно желание
государства защитить столь важную для человека сферу его жизнедеятельности, предусмотренные УПК РФ меры не в полной мере учитывают
требуемый спектр межличностных отношений в семье. Это влияет на
эффективность их реализации. Нужна корректировка законодательства в
данной сфере.
§ 2. Принятие мер попечения о членах семьи, оставшихся
без присмотра и помощи, в связи с задержанием
или заключением обвиняемого (подозреваемого)
под стражу
Заключение лица под стражу (равно как и задержание) негативным
образом сказывается не только на положении обвиняемого (подозреваемого), но и на состоянии его близких. Большая часть людей живет в семьях, поэтому любое воздействие на личность так или иначе отражается и
49
МихайловВ.А. Указ. соч. С. 78.
233
на тех, кто ее окружает. Законодатель стремится минимизировать наступление такого рода «побочных» последствий. Применение соответствующих мер принуждения сопровождается реализацией следователем (дознавателем) определенных мер социального характера. Он должен не только
уведомить родственников преследуемых лиц о принятом решении (ст. 96,
ч. 12 ст. 108 УПК РФ), но и при необходимости принять меры попечения о
детях и других лицах, нуждающихся в постороннем уходе, а также обеспечить сохранность имущества, оставшегося без присмотра (ст. 160 УПК РФ).
Данное установление призвано обеспечить реализацию международных стандартов в сфере защиты интересов личности. Согласно Своду
принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению
в какой бы то ни было форме, утвержденному Резолюцией № 43/173, принятой 43-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН, «соответствующие власти принимают меры для обеспечения согласно национальному законодательству, в случае необходимости, помощи членам семей задержанных или
находящихся в заключении лиц, находящимся на их иждивении, в особенности несовершеннолетним лицам, и уделяют особое внимание надлежащей опеке над детьми, оставшимися без присмотра» (принцип 31)50.
Эффективная защита столь важных для любого человека ценностей
может быть обеспечена лишь законодательной процедурой реализации
закрепленного в ст. 160 УПК РФ права. Но в тексте закона она не приведена. В связи с этим возникают проблемы по надлежащему исполнению
требований рассматриваемого нормативного установления. Это подтверждено результатами интервьюирования следователей органов внутренних
дел. Чаще всего ставится вопрос: «В какие детские или социальные учреждения должны помещаться несовершеннолетние дети и иные лица,
нуждающиеся в постороннем уходе, если соответствующие обязанности
нельзя возложить на родственников или других лиц?» Неясно и то, что
конкретно нужно предпринять следователю (дознавателю) для обеспечения сохранности имущества и жилища задержанного или заключенного
под стражу (ч. 2 ст. 160 УПК РФ). Похожие проблемы могут возникнуть и
при избрании домашнего ареста не по месту жительства обвиняемого (подозреваемого), а также на время привода или помещения лица в психиатрический стационар51.
50
Сборник стандартов и норм ООН в области предупреждения преступности и
уголовного правосудия. С. 322.
51
СмирновА.В., КалиновскийК.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному
кодексу Российской Федерации. Постатейный / под общ. ред. проф. А. В. Смирнова.
3-е изд., перераб. и доп. М., 2007. С. 469.
234
Поиск ответов на поставленные вопросы привел к выводу о том, что
в исследованиях эти проблемы часто обходят стороной. Предпринятые в
рамках УПК РСФСР отдельными авторами попытки обратить внимание
на данный правовой институт52 не получили дальнейшего развития. Вместе с тем нельзя сказать, что эта проблема является новой для отечественного уголовного судопроизводства. Полагаем, она появилась одновременно
с введением институтов задержания, заключения лица под стражу, а также наказания в виде лишения свободы. Однако в правовых источниках
этот вопрос не находил должной регламентации.
Так, изначально Устав уголовного судопроизводства 1864 г. не содержал норм, обязывающих должностных лиц, осуществляющих производство по уголовным делам, принимать меры по сохранности имущества и
присмотру за несовершеннолетними детьми заключенного под стражу
обвиняемого. Позже необходимость защиты столь значимых интересов
личности заставила законодателя ввести ст. ст. 841, 4311 в данный документ. По просьбе обвиняемого, заключенного под стражу, мировой судья
или судебный следователь (в зависимости от того, в чьем производстве
находилось уголовное дело) должен был сообщать полиции о необходимости принятия первоначальных мер по охране его имущества и попечению за малолетними детьми, если они оставались без надзора53.
Анализ указанного нормативного акта обращает внимание на то, что
принятие мер по сохранности имущества и попечения о малолетних детях осуществлялось лишь по просьбе самого обвиняемого. Другие источники уголовно-процессуального права, равно как и УПК РФ, прямо не
связывают выполнение этой функции с волей лица, заключенного под стражу. В этом контексте современное законодательство выгодно отличается
большим уровнем защиты лиц, оставшихся без присмотра. Если принятие мер по сохранности имущества обвиняемого действительно стоит
соотносить с его волей, то меры попечения о несовершеннолетних следу-
52
См., напр.: БуряковА. Меры попечения о детях заключенного под стражу //
Сов. юстиция. 1963. № 15. С. 14–15 ; БулатовБ.Б. Проблемы реализации мер пресечения в уголовном судопроизводстве на современном этапе // Актуальные проблемы правовой науки : межвуз. сб. науч. тр. Омск, 1995. С. 137–139 ; АнтоновА.В.,
БулатовБ.Б. Защита интересов детей в связи с заключением под стражу их законных представителей (воспитателей) // Личность в праве: гарантии и безопасность :
тезисы докладов науч.-практ. конф. Пермь, 1996. С. 101–104.
53
ШрамченкоЛ.П., ШирковойВ.П. Устав уголовного судопроизводства с позднейшими узаконениями, законодательными мотивами, разъяснениями правительствующего сената и циркулярами Министерства юстиции. Рига, 1923. С. 185, 518.
235
ет принимать независимо от желания данного участника уголовного процесса. Лица, ведущие антиобщественный образ жизни, не всегда озабочены судьбой своих детей. Кроме того, УУС не учитывал необходимости
принятия мер по присмотру за иными лицами, нуждающимися в постороннем уходе, хотя аналогия закона позволяла предпринимать и такие
действия.
Обратим внимание и на то, что мировой судья или судебный следователь, согласно Уставу, не принимали непосредственного участия в мероприятиях по сохранности имущества лица, заключенного под стражу, и
присмотру за его несовершеннолетними детьми. Он должен был лишь
сообщить об этом полиции. Возможно, этим его функция и ограничивалась. Непосредственное принятие данных мер была возложена на полицию, которая выполняла только первоначальные, т. е. безотлагательные
действия, направленные на реализацию указанной обязанности.
После прекращения действия Устава уголовного судопроизводства
1864 г. принятые в 1922 и 1923 гг. УПК РСФСР уже не содержали этой
гуманной нормы. Лишь в УПК РСФСР 1960 г. вновь появилось положение, предусматривающее необходимость принятия мер попечения о детях и охраны имущества лица, заключенного под стражу. Однако нельзя
сказать, что государство до этого времени данную проблему вообще не
замечало. 10 ноября 1934 г. было принято постановление ВЦИК и СНК
РСФСР «О порядке устройства детей лиц, находящихся под стражей или
отбывающих исправительно-трудовые работы»54. В нем определялся порядок передачи несовершеннолетних под присмотр в случае применения
к единственному родителю ребенка мер уголовно-процессуального или
уголовно-правового воздействия, связанных с лишением свободы.
Современная правовая ситуация, обусловленная приоритетным учетом интересов личности, позволяет вернуться к этим проблемам, посмотреть на них с другой стороны. Прежде всего отметим, что УПК РФ, по
сравнению с ранее действовавшим законодательством, увеличил перечень
лиц, к которым должны применяться меры попечения. Добавились другие иждивенцы, а также престарелые родители, нуждающиеся в постороннем уходе. Несмотря на то что такие предложения высказывались давно55, лишь сейчас они стали реальностью. К тому же в рамках УПК РСФСР
54
История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры 1917–1954 гг. : сб. документов / под ред. С. А. Голунского.
М., 1955. С. 552.
55
БуряковА. Меры попечения о детях заключенного под стражу. С. 14.
236
принятие мер попечения связывалось лишь с фактом заключения лица
под стражу (ст. 98), сейчас же говорится и о задержании (ст. 160 УПК
РФ).
Есть смысл обратить внимание на то, что действующее законодательство прямо не предусматривает необходимость принятия соответствующих мер при помещении лица в медицинское учреждение для производства экспертизы. Думаем, что в этом случае допустима аналогия закона.
Не лишним будет отметить, что указанную обязанность предлагали закрепить разработчики теоретической модели Уголовно-процессуального
законодательства СССР и РСФСР56.
Важной вехой развития данной гарантии стало появление аналогичных по сути норм в стадии судебного разбирательства. Если раньше необходимость принятия мер попечения о несовершеннолетних детях осужденного к лишению свободы определялась путем аналогии ст. 98 УПК
РСФСР57, то теперь это прямо прописано в чч. 1, 2 ст. 313 УПК РФ. Очевидно, что в контексте современного законодательства речь идет не только о детях, но и о других иждивенцах, а также нуждающихся в постороннем уходе престарелых родителях осужденного58.
Положительно оценив нововведения, можно заметить, что законодатель все же не до конца последователен. Охранительную направленность УПК РФ связывают не только с увеличением объема прав личности, но и с введением судебного контроля над деятельностью следователя, дознавателя. Если раньше в рамках досудебного производства решение о заключении под стражу принимали лицо, производящее дознание, следователь с санкции прокурора либо сам прокурор (ст. ст. 89, 96
УПК РСФСР), то сейчас это делает только судья (ст. 108 УПК РФ). Данное нововведение законодателем в конструкции норм, предусмотренных
ст. 160 УПК РФ, учтено не было. Более того, эти установления оказались в системе общих условий предварительного расследования (глава 21 УПК РФ), тогда как раньше они являлись частью мер пресе-
56
Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретичес-
кая модель / под ред. В. М. Савицкого. С. 31, 88.
57
О судебном приговоре : постановление Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 29 апреля 1996 г. № 1 // Сборник постановлений Пленума Верховных
Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1999. С. 505.
58
Об изменении и дополнении некоторых постановлений Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам : постановление Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. № 7 // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2007. № 5. С. 21.
237
чения (глава 6 УПК РСФСР). Эта ситуация явно не вписывается в новую
идеологию уголовно-процессуального законодательства.
Поскольку принятие решения о заключении лица под стражу оставлено за судьей, данный вопрос все же должен найти отражение в соответствующем судебном акте. Президиум Верховного Суда РФ в одном из своих
решений обращает внимание на то, что при избрании данной меры пресечения в отношении женщин должен исследоваться вопрос о наличии у
них на иждивении несовершеннолетних детей59. Позже Пленум Верховного Суда РФ дополнительно обратил внимание на то, что при поступлении в суд ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения
под стражу в отношении таких подозреваемых или обвиняемых суду следует располагать данными, свидетельствующими о том, что дети будут
находиться на попечении близких родственников или иных лиц либо будут помещены в детские учреждения60. Думаем, что этот подход нужно
использовать и при оценке иных обстоятельств, предусмотренных ст. 160
УПК РФ. Отчасти это следует из содержания ст. 99 УПК РФ. Наряду с
другими данными, при избрании меры пресечения в отношении обвиняемого (подозреваемого) судья должен учитывать его семейное положение.
Не лишним будет отметить, что законодатель не объединяет принятие мер, предусмотренных ст. 160 УПК РФ, с возбуждением обвиняемым
(подозреваемым) соответствующего ходатайства. Государство тем самым
берет на себя решение определенных социальных проблем, возникших в
результате задержания или заключения лица под стражу. Часть из них связана с защитой интересов лиц, перед которыми у обвиняемого (подозреваемого) имеются определенные социальные обязательства: детей, престарелых родителей, нуждающихся в постороннем уходе, и прочих иждивенцев. Другие вызваны необходимостью обеспечить сохранность его имущества и жилища.
Говоря о защите интересов лиц, чье социальное положение ухудшается в связи с задержанием или заключением обвиняемого (подозреваемого) под стражу, мы обратили внимание на то, что законодатель в назва-
59
Орассмотрении результатов обобщения судебной практики об избрании меры
пресечения в виде заключения под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления [Электронный ресурс] : постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2006 г. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
60
Опрактике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу,
залога и домашнего ареста : постановление Пленума Верховного Суда Российской
Федерации от 29 октября 2009 г. № 22.
238
нии ст. 160 УПК РФ, равно как и в ее содержании, отмечает необходимость принятия к ним «мер попечения». Данная законодательная конструкция приводит к мысли о необходимости учета правоприменителем требований гражданского (ст. ст. 31–33 ГК РФ) и семейного законодательства (ст. ст. 121, 122, 145, 146 СК РФ). Именно в этих нормативных правовых актах сформулированы основные правила установления попечительства. Свое развитие они получили в Федеральном законе от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»61.
Анализ приведенных нормативных правовых актов позволяет сделать вывод о том, что положения ст. 160 УПК РФ с ними не согласуются62.
Во-первых, попечительство устанавливается над лицами в возрасте от 14
до 18 лет. Над лицами, не достигшими возраста 14 лет (малолетними),
устанавливается опека (ст. 145 СК РФ, ст. ст. 32, 33 ГК РФ). В тексте УПК
РФ последняя форма присмотра за несовершеннолетними не упоминается, хотя именно малолетние нуждаются в присмотре больше других.
В связи с этим есть основания полагать, что требования ст. 160 УПК РФ
распространяются на несовершеннолетних всех категорий.
Во-вторых, уголовно-процессуальное попечение учитывает передачу детей (в случае отсутствия родителей) родственникам или другим лицам для присмотра. Но они не получают специального правового статуса
опекуна или попечителя. Соответственно, эти граждане не могут выступать в качестве законных представителей несовершеннолетних детей.
Гражданско-правовая опека и попечительство, наоборот, предполагает наделение в установленном порядке лиц, ответственных за присмотр, соответствующим правовым статусом. Опекуны и попечители назначаются органами опеки и попечительства и являются законными представителями своих подопечных (ч. 2 ст. 15 Закона «Об опеке и попечительстве»).
В-третьих, законодатель распространяет меры попечения не только
на детей, но и на других иждивенцев и престарелых родителей, нуждающихся в постороннем уходе. Они передаются родственникам или помещаются в специальные социальные учреждения (ст. 160 УПК РФ). Федеральный закон «Об опеке и попечительстве» содержит иные правила проявления заботы о совершеннолетних гражданах. Опека и попечительство
осуществляется лишь над лицами, признанными судом недееспособны-
61
Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. № 17, ст. 1755.
С. 5380–5396.
62
На это несоответствие обращалось внимание еще в рамках действия УПК
РСФСР 1960 г. (см., напр.: БулатовБ.Б. Проблемы реализации мер пресечения в
уголовном судопроизводстве на современном этапе. С. 138–139).
239
ми или ограниченными судом в дееспособности (пп. 1, 2 ст. 2 Федерального закона «Об опеке и попечительстве»). Принципиальное отличие этих
двух норм видится в том, что меры попечения, принимаемые следователем, распространяются на более широкий круг лиц, нуждающихся в присмотре. Они реализуются вне зависимости от того, есть ли судебное решение о признании лица недееспособным или ограниченно дееспособным.
И, наконец, последнее. Меры по обеспечению сохранности имущества и жилища подозреваемого или обвиняемого, задержанного или заключенного под стражу, которые, в случае необходимости, должен принять следователь (дознаватель), явно не вписываются в содержание характерных для опеки и попечительства отношений (например, ст. 18 Закона «Об опеке и попечительстве»).
Столь явные противоречия между сопоставляемыми нормами двух
отраслей права свидетельствуют о том, что законодатель изначально не
стремился к проецированию в УПК РФ правил, характерных для институтов опеки и попечительства. Поэтому используемое в ст. 160 УПК РФ
понятие «попечение» не стоит тесно увязывать с гражданско-правовым
институтом попечительства. Да и рассматриваемые понятия «попечительство» и «попечение» несут в себе разную смысловую нагрузку. Если «попечительство» всегда ассоциируется с одной из форм государственной
заботы над недееспособными или не полностью дееспособными гражданами, то в слово «попечение», используемое законодателем в ст. 160 УПК
РФ, чаще вкладывается иной, более широкий смысл. Для подтверждения
этого тезиса можно обратиться к толковым словарям русского языка. Попечение в них рассматривается как покровительство, забота, наблюдение63.
Похожий, но более официальный (даже можно сказать нормативный)
смысл придается слову «попечительство». Под ним понимается система
мероприятий для содействия несовершеннолетним и физически беспомощным взрослым в защите их законных прав и интересов64.
К такому же выводу пришли А. В. Смирнов и К. Б. Калиновский.
В комментарии к УПК РФ они обращают внимание на то, что необходимо
отличать гражданско-правовое попечительство и уголовно-процессуальное попечение. Попечение, по их мнению, это кратковременная мера по
присмотру и заботе о лицах, указанных в ст. 160 УПК РФ65.
63
ОжеговС.И., ШведоваН.Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1996.
С. 552 ; Словарь русского языка : в 4 т. / под ред. А. П. Евгеньевой. М., 1985. Т. 3.
С. 294.
64
Там же.
65
СмирновА.В., КалиновскийК.Б. Указ. соч. С. 469, 763.
240
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]