Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Реализация социальных функций семьи в уголовном процессе России. Монография
.pdf
рождения и т. д.) должны быть даны и в тех случаях, когда лицо обладает
свидетельским иммунитетом»26.
Толковать это право необходимо в свете охраны межличностных отношений в семье, устранения от обвинения супруга и близких родственников допрашиваемого в преступлении данными, полученными в ходе
производства соответствующего следственного действия. Такой же позиции придерживались и разработчики проекта УПК РФ, которые предлагали закрепить в ст. 206 правило, согласно которому следователь должен
был разъяснять свидетелю и потерпевшему право отказаться от дачи показаний, уличающих в совершении преступлений их самих или близких
родственников27. Но это предложение так и осталось нереализованным.
Непростая ситуация возникает, когда обвиняемый, являющийся близким родственником или супругом свидетеля, в ходе продолжающегося
расследования умирает. Имеющиеся в печати рекомендации, что в таких
случаях отказаться от свидетельствования нельзя28, верны лишь отчасти.
По крайней мере, необходимо учитывать, что одно из назначений расследования – реабилитация каждого (в данном случае умершего), кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ст. 6 УПК РФ) для
восстановления его доброго имени. Например, если умирает свидетель,
давший показания на предварительном следствии против обвиняемого
близкого родственника, то полученные сведения, несомненно, необходимо использовать в качестве доказательств в суде, если, конечно, был соблюден порядок их получения. Также, на наш взгляд, нужно поступать и
при наличии уважительной причины неявки его в суд, даже если обвиняемый утверждает, что тот хочет воспользоваться иммунитетом в суде.
Разъяснение свидетелю, потерпевшему перед допросом ст. 51 Конституции РФ либо соответствующего положения УПК РФ сопровождается предупреждением их об уголовной ответственности за отказ от дачи
показаний и за дачу заведомо ложных показаний. Формальное разъясне-
26
СмольковаИ.В. Проблемы охраняемой законом тайны в уголовном процессе :
дис. … д-ра юрид. наук. Иркутск, 1998. С. 184.
27
Проект УПК РФ, внесенный депутатами – членами Комитета Государственной
Думы по законодательству и судебно-правовой реформе и принятый Государственной Думой в первом чтении 6 июня 1997 г.
28
ЗайцевО.А. Допрос в качестве свидетелей близких родственников обвиняемого // Актуальные проблемы теории и практики применения права в свете государственной программы первоочередных мер по борьбе с преступностью, укреплению
правопорядка в Республике Казахстан на 1993–1995 годы. Караганда, 1995. С. 112 ;
ЩербаС.П.,ЗайцевО.А.Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. М., 1996. С. 25.
191

ние закона обычно приводит к тому, что предупреждение об уголовной
ответственности фактически нейтрализует конституционное право «хранить молчание» и является психологическим давлением на свидетеля (потерпевшего). В то же время отказаться от предупреждения об уголовной
ответственности нельзя. Интересы правосудия требуют гарантий достоверности свидетельских показаний. Выход надо искать в умелом, тактически грамотном разъяснении закона.
Свидетель обязан давать правдивые показания. Эту обязанность с него
никто не снимал. И лишь в той части, в которой его показания могут быть
использованы против него самого или близких родственников, он имеет
возможность воспользоваться представленной привилегией. Сложность
в том, что предмет показаний во многих случаях не может быть механически расчленен на доли. Часто информация, на первый взгляд не могущая быть использованной «во вред» свидетелю или его близким, может
сыграть такую роль если не прямо, то косвенно, если не в этом, то в другом деле. Кроме того, заранее перед допросом не всегда можно даже предположить, какие фактические данные будут сообщены. Разрешение этой
задачи под силу правоприменителю, а не законодателю. В каждой конкретной ситуации следователю или судье нужно самостоятельно определять порядок разъяснения Конституции РФ и уголовного закона. И дело
даже не в последовательности такого разъяснения, а в избирательности.
Изучение практики выявило случаи, когда свидетель дает частичные
показания, касающиеся близких родственников и супруга. Вряд ли в этом
можно усмотреть нарушение им закона. Такое поведение, скорее всего,
следует признать правомерным. При отказе лица сообщить определенные сведения, касающиеся близкого родственника, рекомендуем самостоятельно фиксировать этот факт в протоколе допроса. Хотя есть и другие
подходы.
Так, О. А. Зайцев считает, что если свидетель изъявил желание давать показания, изобличающие обвиняемого, состоящего с ним в родственных отношениях, то в последующем, после предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, он уже не
может отказаться от ответов на вопросы29. Такую же позицию занимали
и дореволюционные юристы. Например, в разъяснениях к Уставу уголовного судопроизводства 1864 г. было указано, что «закон, дозволяя родственникам подсудимого в известных степенях отказываться от свидетельствования, не дает затем им права требовать дозволения давать по-
29
ЗайцевО.А. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на
предварительном следствии / под ред. С. П. Щербы. С. 16.
192

казания только о том, что служит в пользу обвиняемого»30. Не отрицая
рационального зерна в этих взглядах, мы все же уверены в том, что свидетельский иммунитет может быть реализован на любом этапе производства следственного действия, поскольку единственное основание его
использования законодатель связывает с правомне свидетельствовать,
зависящим только от воли лица, дающего показания без временных
ограничений.
Нельзя оставить без внимания особенности применения нормы иммунитета к несовершеннолетним участникам уголовного процесса. Поскольку свидетелем и потерпевшим может быть любое физическое лицо
независимо от возраста, применение ст. 51 Конституции РФ либо ее
аналога в УПК РФ должно осуществляться с учетом реальной способности несовершеннолетнего понять смысл разъясняемого юридического права.
Несовершеннолетние свидетели и потерпевшие, достигшие 14 лет
(по аналогии с возрастом, по достижении которого наступает уголовная
ответственность), в общей массе способны усвоить содержание данной
конституционной нормы и воспользоваться ею. Поэтому лицам от 14 до
16 лет нужно разъяснять право не свидетельствовать против себя и своих
близких родственников и необходимость правдиво рассказать все иные
известные им по делу обстоятельства. Обязанность правдиво свидетельствовать лежит на свидетелях и потерпевших и в том случае, если они
сознательно решили дать показания, касающиеся их лично и близких родственников. С 16 лет должна разъясняться как конституционная норма, так
и статьи Уголовного кодекса РФ, предусматривающие уголовную ответственность за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.
Хотя в УПК РФ не говорится о возрасте тех, кому следует разъяснять
норму иммунитета, нам представляется, что малолетние (по принятой в
законодательстве градации – лица до 14 лет) свидетели и потерпевшие не
всегда в состоянии в полной мере осознать сущность предоставленного
им законом права, а значит, реально использовать его. В результате этого
могут быть приняты неблагоприятные для них и их родственников уголовно-процессуальные решения.
30
ШрамченкоЛ.П.,ШирковойВ.П. Устав уголовного судопроизводства с позднейшими узаконениями, законодательными мотивами, разъяснениями правительствующего сената и циркулярами Министерства юстиции. Рига, 1923. С. 743 ; Щег-
ловитовС. Г. Судебные уставы Императора Александра II с законодательными
мотивами и разъяснениями. Устав уголовного судопроизводства. СПб., 1887.
С. 620, 621.
193

Следователи стараются разъяснять ст. 51 Конституции РФ и малолетним свидетелям31. В некоторых ситуациях это выглядит слишком формальным применением закона. Если свидетель, в силу малолетства (равно как и отставания в умственном развитии), не в состоянии оценить родственные отношения, связывающие его с обвиняемым (подсудимым),
а также значение, которое может быть дано его показаниям, не исключено, что его следует устранить от свидетельствования. Такое утверждение
было высказано еще дореволюционным юристом К. Арсеньевым32. Есть
приверженцы этого подхода и среди современных ученых33.
В тех случаях, когда предметом показаний малолетних является преступная деятельность родителей (например, в части сокрытия в жилище
краденого, причинения кому-либо вреда здоровью), их допрос становится проблематичным. Не исключена обоснованная постановка заинтересованными участниками процесса вопроса об отказе от допроса этих лиц
или о признании уже полученных показаний недопустимыми. Аналогичные ходатайства могут быть заявлены в связи с проведением очной ставки, предъявления для опознания или проверки показаний на месте, в содержание которых входят сообщаемые малолетним сведения.
С. М. Прокофьева предлагает ввести весьма радикальные меры. Она
обосновывает необходимость введения запрета на допрос в качестве свидетелей детей до 14 лет, если обвиняемым является их близкий родственник, потому что малолетние дети плохо представляют себе сущность права не свидетельствовать против самого себя и своих близких родственников34. Считаем, что введение такого запрета излишне. Необходимо оставить за следователем возможность принимать решение о допросе малолетнего по внутреннему убеждению, исходя из оценки его развития.
Изложенное позволяет сделать вывод о том, что свидетельский иммунитет выступает элементом гуманизации уголовно-процессуальных
31
Большая часть практических работников отметила, что при необходимости
опроса малолетних свидетелей или потерпевших они разъясняют им право не свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников (71%).
Остальные указали, что они разъясняют это право, если его возраст превышает 10 лет
(9%); если он может в силу своего развития понять сущность разъясняемого права
(16%) ; вообще не разъясняют им норму иммунитета (4%). В то же время изучение
уголовных дел показало, что все протоколы допроса малолетних и несовершеннолетних снабжены отметкой о разъяснении рассматриваемого права.
32
Об этом см.: ТимановскийА. Указ. соч. С. 482.
33
См., напр.: ЩербаС.П., ЗайцевО.А. Указ. соч. С. 25.
34
ПрокофьеваС.М.Гуманизация уголовного судопроизводства : автореф. дис. …
д-ра юрид. наук. СПб., 2002. С. 37.
194

отношений. Право членов семьи в лице супруга и близких родственников
устраниться от свидетельствования против одного из них придает соответствующей норме большой социально-этический смысл. Появляется
возможность реализовать функцию защиты семьи от внешних угроз. Этим
обеспечивается целостность коллектива, единство его интересов. В то же
время нужно учитывать, что чрезмерное расширение данного права способствует сокращению публичных начал уголовного судопроизводства и
отрицательно сказывается на интересах доказывания. Члены семьи преследуемых лиц часто являются носителями сведений, имеющих значение
для уголовного дела. Их допрос в качестве свидетелей не редкость. Имеющиеся между ними нравственные связи в УПК РФ учтены не в полной
мере. Соответствующим правом должны обладать фактические воспитатели несовершеннолетнего – отчим или мачеха, а также законные представители. В этой части уголовно-процессуальное законодательство нуждается в совершенствовании.
§ 2. Обеспечение неприкосновенности семейной жизни
в уголовном процессе
Установление обстоятельств уголовного дела нередко связано с необходимостью вмешательства в личную семейную жизнь человека. Бывает так, что посторонним людям становятся доступны особо охраняемые в
кругу семьи ценности. Они охватываются понятием «семейная тайна».
И. В. Смолькова считает, что право на семейную тайну «производно от
древнейших нравственных воззрений, согласно которым все, что связано
с кровными узами, супружеством, свято и неприкосновенно. Бесцеремонное вторжение чужого в эту легко ранимую область всегда считалось делом бесстыдным и бесчеловечным»35. Обеспечение ее неприкосновенности выступает одним из элементов свободы личности, ее независимости.
В целях сохранения нравственных устоев семьи государство предполагает их защиту. На конституционном уровне провозглашена необходимость охраны личной и семейной тайны (ст. 23 Конституции РФ). Данное
положение нацелено на реализацию соответствующих международных
стандартов. Всеобщая Декларация прав человека предусматривает запрет на произвольное вмешательство в личную и семейную жизнь (ст. 12)36.
Соответствующее ограничение сформулировано и в Европейской Конвен-
35
СмольковаИ.В. Указ. соч. С. 69–71.
36
Сборник стандартов и норм ООН в области предупреждения преступности и
уголовного правосудия. М., 1992. С. 276.
195

ции о защите прав человека и основных свобод (ст. 8)37. Указанные нормативные установления находят свое отражение и развитие практически
на всех уровнях законотворчества.
Необходимо заметить, что законодатель устанавливает уголовную ответственность за незаконное собирание или распространение сведений о
частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайну, без
его согласия (ст. 137 УК РФ). Разглашение тайны усыновления (удочерения) также считается преступлением (ст. 155 УК РФ). Таким образом, в
ходе реализации соответствующего конституционного установления государство предпринимает реальные шаги по защите столь важной сферы
жизнедеятельности человека. Но эти шаги будут малоэффективными без
комплексного решения данной проблемы. В этом контексте не совсем ясен
уголовно-процессуальный механизм защиты сведений, составляющих семейную тайну.
Известно, что уголовный процесс делится на две фазы: досудебное и
судебное производство. Говоря о досудебном производстве, можно обратить внимание на то, что отдельные положения УПК РФ содержат ограничения по распространению сведений, полученных в ходе расследования уголовного дела. Так, ч. 3 ст. 161 УПК РФ предусматривает запрет на
разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их согласия. Следует признать, что данная норма призвана реализовать соответствующее конституционное положение (ч. 1 ст. 23). Однако в Конституции РФ рассматриваемая норма сформулирована иначе. Помимо неприкосновенности частной жизни лица она предусматривает защиту личной и семейной тайны38. Может показаться, что законодатель разделяет понятия «частная жизнь» и «семейная тайна». В связи с этим есть
необходимость определиться с тем, как они соотносятся друг с другом.
Само понятие «частная жизнь» в юридической литературе относится
к числу наиболее разработанных. Так, И. Л. Петрухин под частной жизнью понимает всю сферу семейной жизни, родственных и дружеских связей, домашнего уклада, интимных и других личных отношений, привязанностей, симпатий и антипатий. Образ мыслей, увлечения, творчество
также относятся к сфере частной жизни39. Подобной позиции придержива-
37
Правовые средства предупреждения насилия в семье : сб. нормативных актов /
сост. А. В. Иващенко. Омск, 2004. С. 28.
38
В статье 23 Конституции РФ закреплен широкий перечень прав личности, но
анализу здесь будут подвергнуты лишь те из них, что связаны с предметом настоящего исследования.
39
ПетрухинИ.Л. Личные тайны (человек и власть). М., 1998. С. 11.
196

ются и другие авторы. В своих исследованиях они приходят к выводу, что
понятия «семейная тайна», «семейная жизнь» соотносятся с понятием
«частная жизнь» как часть и целое40. В связи с этим закономерно возникает вопрос: «Для чего законодатель в ч. 1 ст. 23 Конституции РФ использует их раздельно?» Думаем, что он это делает для того, чтобы выделить из
системы отношений, характеризующих понятие «частная жизнь», наиболее важные ценности, защита которых должна иметь приоритетный характер41. Поэтому логично предположить, что требование, сформулированное в ч. 3 ст. 161 УПК РФ, хоть буквально и не воспроизводит соответствующую конституционную норму, но, по сути, предполагает защиту
соответствующих отношений в том же объеме.
Проблема состоит в том, что требование, сформулированное в ч. 3
ст. 161 УПК РФ, является лишь отражением соответствующей конституционной нормы и не предлагает действенных процессуальных средств
защиты конфиденциальных сведений, составляющих семейную тайну. Но
прежде чем перейти к анализу процедурных аспектов этой проблемы, есть
смысл определиться с тем, что входит в понятие «семейная тайна».
В юридической литературе встречаются разные суждения относительно рассматриваемого понятия, но все они так или иначе подчеркивают
его оценочный характер. По мнению И. В. Смольковой, к семейной тайне относятся сведения, касающиеся семьи и по моральным соображениям скрываемые от постороннего глаза42. Более развернутое определение
40
См., напр.: СмольковаИ.В. Тайна: понятие, виды, правовая защита. Юридический терминологический словарь-комментарий. М., 1998. С. 36–37 ; Дунае-
ваМ.С. Основания и пределы уголовно-процессуального вмешательства в частную
жизнь граждан : автореф. дис. … канд. наук. Иркутск, 2002. С. 12 ; МазуровВ.А. Тайна: государственная, коммерческая, банковская, частной жизни. Уголовно-правовая
защита. М., 2003. С. 37 ; ФилимоноваЕ.А. Конституционное право российских граждан на неприкосновенность частной жизни : автореф. дис. … канд. наук. Волгоград,
2005. С. 10 ; КалабаевО.У.Проблемы охраны тайны частной жизни в уголовном
судопроизводстве : автореф. дис. … канд. наук. Ижевск, 2005. С. 9 ; ДунаеваЮ.А.
Соблюдение тайны частной жизни в уголовном судопроизводстве // Следователь. 2010.
№ 1. С. 34 ; др.
41
На наш взгляд, В. А. Мазуров справедливо полагает, что личная и семейная
тайны составляют основу частной жизни (МазуровВ.А. Указ. соч. С. 15).
42
Под семьей этот же автор понимает союз лиц, основанный на браке, родстве,
принятии детей на воспитание, характеризующийся общностью жизни, интересов,
а в юридическом смысле – круг лиц, связанных правами и обязанностями, вытекающими из брака, родства, усыновления или иной формы принятия детей на воспитание (СмольковаИ.В. Тайна: понятие, виды, правовая защита : юридический терминологический словарь-комментарий. С. 53–54).
197

семейной тайны приводит Е. А. Филимонова. Она считает, что «семейная тайна – это неизвестная третьим лицам умышленно скрываемая и охраняемая людьми, связанными правами и обязанностями, вытекающими
из брака, родства, усыновления или иной формы принятия детей на воспитание, информация о взаимоотношениях внутри семьи, об их общих
взглядах и интересах, правомерный доступ к которой закрыт»43, т. е. к
семейной тайне может быть отнесен фактически неограниченный круг
сведений, огласка которых способна причинить членам семьи нравственные страдания. Круг этих сведений имеет сугубо индивидуальный характер и регулируется нормами нравственности. Причем доступность этих
тайн для третьих лиц по-разному оценивается людьми. В одном случае
распространение такого рода сведений причиняет незначительный моральный ущерб, в другом – этот ущерб способен оказать негативное влияние на судьбу отдельного человека или целой семьи. Отсюда и законодательная дифференциация ответственности за это деяние.
Наиболее значимые для института семьи ценности государство охраняет особо. Одной из них является тайна усыновления. Она включает в
себя сведения о факте усыновления ребенка усыновителем, доверенные
на законном основании иным лицам, информацию об отказе от него действительными родителями, а также иные обстоятельства усыновления44.
Разглашение тайны усыновления может принести непоправимый нравственный вред семейным отношениям, негативные последствия которого
порой невозможно ничем восполнить. Законодатель вполне справедливо
установил за это деяние уголовную ответственность (ст. 155 УК РФ).
Оценивая содержание УПК РФ, отметим в нем лишь некоторые весьма скупые упоминания о необходимости сохранения тайны частной жизни вообще и семейной тайны в частности. Общее требование, направленное на сохранение данных о частной жизни лица, в ходе расследования
преступлений (ч. 3 ст. 161 УПК РФ) не детализируется в более частных
нормах, регламентирующих процедуру производства следственных действий. Во время их производства, как известно, нередко выясняются особенности частной жизни лица, сведения, касающиеся внутрисемейных
отношений, огласка которых была бы нежелательна. В этом контексте представляет интерес норма, сформулированная в ч. 7 ст. 182 УПК РФ. В ней
закреплена обязанность следователя по принятию мер, направленных на
сохранение в тайне сведений, касающихся частной жизни лица, личной
43
ФилимоноваЕ.А. Указ. соч. С. 10.
44
МазуровВ.А. Указ. соч. С. 14, 17.
198

и семейной тайны при производстве обыска. Но какие именно меры
должен принять следователь, законодатель не уточняет. Не совсем понятно и то, как эти меры должны соотноситься с интересами доказывания.
С одной стороны, в условиях охранительного судопроизводства очевиден приоритет интересов личности. С другой – деятельность следователя процедурно направлена на обеспечение интересов доказывания. Коль
скоро законодатель не регламентирует порядок защиты семейной тайны,
следователь вправе поступать, исходя из своего внутреннего убеждения.
В условиях детально разработанного порядка производства следственных
действий для следователя его соблюдение будет иметь приоритетный характер. Лишь потом, после выполнения всех формальных требований закона, следователь задумывается о необходимости сохранения семейной
тайны. Он должен взять подписку о неразглашении данных предварительного расследования со всех участвующих в деле лиц, предварительно
разъяснив им ответственность, предусмотренную ст. 310 УК РФ. Дополнительно, если речь идет о защите семейной тайны, есть смысл разъяснить еще и ответственность, предусмотренную ст. ст. 137 и 155 УК РФ,
поскольку ч. 3 ст. 161 УПК РФ предполагает запрет на разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их
согласия.
Помимо производства обыска вторжение в семейную жизнь может
осуществляться и при производстве других следственных действий. Пожалуй, наиболее рельефно это видно на примере наложения ареста на
почтово-телеграфные отправления, а также контроля и записи переговоров. Конечно, это не означает, что выполнение других следственных действий не способно поколебать интересы семьи. Просто названные средства установления обстоятельств уголовного дела могут ограничивать
интересы членов семьи в значительной степени. Так, арест на почтовотелеграфные отправления документально хоть и налагается на адрес
конкретного лица, но, по сути, это решение затрагивает личную жизнь
всех членов семьи (ч. 3 ст. 185 УПК РФ). В письмах, телеграммах и другой корреспонденции, направляемой по определенному адресу, часто сообщаются сведения, касающиеся не только интересующего нас человека,
но и данные о личных взаимоотношениях в семье. Такого рода материалы могут относиться к категории «семейная тайна», особо охраняемой
определенным кругом лиц. Однако отношение других членов семьи к раскрытию этой тайны в УПК РФ не учитывается.
Но все же законодатель, отчасти в целях сохранения конфиденциальности сведений об обстоятельствах семейной жизни, обязывает право-
199

применителя вовлекать понятых для производства этого следственного
действия лишь из числа работников соответствующего почтово-телеграфного учреждения. Иначе дело обстоит с контролем и записью переговоров. Следователь может привлечь любых понятых для осмотра и прослушивания полученной фонограммы. Мы также не должны исключать того,
что одной и той же абонентской телефонной линией могут пользоваться
разные люди, как правило, члены одной семьи. В таком случае фиксация
всех переговоров на магнитный носитель фактически ограничивает коллективные, семейные интересы, несмотря на то что в соответствующем
судебном решении будут фигурировать персональные данные того лица,
чьи переговоры надлежит контролировать.
Изложенное позволяет констатировать, что законодатель не всегда
учитывает коллективные семейные интересы. Предметом его внимания
становятся, как правило, лишь индивидуальные, персонифицированные
интересы личности. Между тем, как отмечают социологи, в семье межличностные взаимоотношения всегда опосредованы деятельностью группы45. Другими словами, в семье реализация индивидуального интереса в
то же время есть и реализация общего интереса и наоборот46. В таких
случаях есть смысл учитывать наиболее значимые для людей социальные
ценности, к числу которых относятся и интересы семьи. В частности,
производство такого следственного действия, как контроль и запись переговоров, не предусматривает индивидуальных особенностей сохранения в тайне сведений, ставших известными в ходе его выполнения. Это
касается и иных следственных действий. Например, при осмотре жилища может быть раскрыто не меньше семейных тайн, чем при производстве обыска, однако законодатель в специальных нормах это не учитывает (ст. ст. 177, 180 УПК РФ). Приведенные аргументы позволяют сделать
вывод о том, что в УПК РФ отсутствует механизм защиты столь важной
ценности, как семейная тайна. Необходимость его закрепления подчеркнута во время проведенного опроса профессорско-преподавательского состава вузов МВД России, в чьи профессиональные обязанности входит
преподавание дисциплины «Уголовный процесс».
Несмотря на это, при расследовании уголовного дела семейная тайна может оказаться доступной лишь для ограниченного круга лиц. К их
числу относятся непосредственные участники производства того или иного
45
АнтипинаГ.С. Теоретико-методологические проблемы исследования малых
социальных групп. Л., 1982. С. 76.
46
АндреевЮ.П., КоржевскаяН.М., КостинаН.Б. Социальные институты: со-
держание, функция, структура. Свердловск, 1989. С. 68.
200
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
