Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Поэзия и правда. Из моей жизни

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Книга первая
ных знаний. Грамматика мне не нравилась, потому что я смотрел на нее лишь как на произвольный закон; правила ее казались мне смешными, ибо они уничто­жались многочисленными исключениями, которые все приходилось заучивать отдельно. Если бы не было рифмованного латинского учебника, то мне при­шлось бы плохо, но этот учебник яохотно отбараба­нивал ираспевал. Географию нам также преподавали для запоминания в подобных стихах, причем самые нелепые вирши запечатлевались лучше всего, напр.:
Обер-Иссель: от болот, Много терпит там народ.
Формы иобороты речи ясхватывал легко; равным образом ялегко усваивал основное понятие каждого предмета. Вриторике, вхриях
28
ит. д. никто не мог превзойти меня, хотя я и грешил нередко разными недостатками языка. Такие сочинения доставляли особенное удовольствие моему отцу, иза них он на­граждал меня денежными подарками, значительными для мальчика.
В той же самой комнате, где язаучивал наизусть
Целлариуса
29
, отец учил мою сестру итальянскому языку. Окончив свой урок и будучи принужден все­таки сидеть смирно, яучился без книги, прислушива­ясь, и ловко усвоил итальянский язык, который ка­зался мне игривым уклонением от латинского.
Подобную же скороспелость вотношении памяти
и догадливости обнаруживают и другие дети, кото-
51
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
рые благодаря этому очень рано прославляются. По­этому мой отец не мог дождаться того времени, когда я поступлю в университет. Вскоре он объявил мне, что ядолжен изучить также юриспруденцию вЛейп­циге, ккоторому он питал большое расположение, за­тем посетить еще один университет изащитить дис­сертацию. Что касается этого второго университета, то ему было безразлично, какой яизберу; только про­тив Геттингена он что-то имел, к моему сожалению, так как именно кэтому университету япитал боль­шое доверие ивозлагал на него большие надежды.
Затем он сказал мне, что мне придется еще побы­вать вВецларе иРегенсбурге, атакже вВене, аоттуда отправиться вИталию, хотя он неоднократно повто­рял, что ранее надо повидать Париж, потому что по­сле Италии ничто уже не будет интересно.
Эту сказку о моем будущем юношеском путеше­ствии я охотно заставлял себе повторять, особенно когда дело доходило до рассказов об Италии инако­нец до описания Неаполя. Всегдашняя серьезность исухость отца каждый раз при этом как будто растаи­вали, и он оживлялся; таким образом в нас, детях, рождалось страстное желание также побывать вэтом раю.
Частные уроки, число которых все умножалось, яразделял ссоседями. Это совместное обучение не подвигало меня; учителя были небрежны, апроказы, иногда даже злостные выходки моих сотоварищей вносили беспокойство, досаду ипомехи внаши скуд­ные учебные часы. Хрестоматии, которые делают
52
Книга первая
преподавание веселым и разнообразным, не дошли еще до нас. Столь скучный для молодых людей Кор­нелий Непот, чрезвычайно легкий ичерез проповеди и преподавание Закона Божия сделавшийся даже тривиальным Новый Завет, Целлариус и Пазор не могли заинтересовать нас; зато нами овладело неко­торое неистовство по части рифмования и стихот­ворства при чтении тогдашних немецких поэтов. Мною эта страсть овладела еще раньше, когда яна­шел забавным перейти от риторической обработки задач кпоэтической.
Мы, мальчики, сходились по воскресеньям, при­чем каждый из нас должен был читать самостоятель­но сочиненные им стихи. Здесь явстретился судиви­тельным явлением, которое долго волновало меня. Каковы бы ни были мои стихотворения, они всегда казались мне самыми лучшими. Но скоро язаметил, что мои сверстники, произведения которых очень хромали, были такого же мнения освоих стихах. Все­го же серьезнее казалось мне то обстоятельство, что один хороший, но совершенно неспособный ктаким работам мальчик, которого я вообще очень любил, заказывал для себя стихи усвоего домашнего настав­ника ине только считал их за самые лучшие, но был вполне убежден, что сам сочинил их, как он откро­венно утверждал в дружеской беседе со мною. Видя своими глазами такое заблуждение и безумие, я од­нажды сильно встревожился, нет ли чего-нибудь по­добного исо мною, не действительно ли другие стихи лучше моих ине кажусь ли ядругим мальчикам таким
53
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
же сумасшедшим, какими они кажутся мне. Эта мысль сильно идолго беспокоила меня, так как для меня было совершенно невозможно найти истину по какому-нибудь внешнему признаку. Ябыло перестал даже сочинять стихи, пока, наконец, мое легкомыс­лие, чувство собственного достоинства и в конце концов одна пробная работа не успокоили меня. Именно учитель иродители, заметив нашу игру, дали нам экспромтом тему, на которую яхорошо ответил изаслужил всеобщую похвалу.
В то время еще не существовало библиотек для де­тей. Усамих взрослых был еще детский склад мыслей, иони находили удобным сами сообщать свое образо­вание потомству. Кроме «Orbispictus» Амоса Коме-
30
ниуса
ни одно сочинение подобного рода не попало внаши руки; зато мы часто перелистывали большую библию-фолиант сгравюрами работы Мериана. Хро­ника Готфрида
31
, сгравюрами того же мастера, поуча­ла нас замечательнейшим событиям всемирной исто­рии; кэтому присоединялись еще разные сказки, ми­фология и другие курьезы из Acerra philologica
32
; вскоре яобратил свое внимание на «Метаморфозы» Овидия и в особенности прилежно прочел первые главы их, после чего мой молодой мозг довольно бы­стро наполнился массою картин и событий, значи­тельными идивными образами ирассказами, ия ни­когда не скучал, все время занимаясь усвоением, по­вторением ивоспроизведением этих приобретений.
Более серьезное, нравственное влияние, чем эти
иногда грубые и опасные древности, имел на меня
54
Книга первая
«Телемак» Фенелона, скоторым явпервые познако-
33
мился впереводе Нейкирха
икоторый даже втакой несовершенной передаче произвел сладостное ибла­готворное воздействие на мою душу. Что ко всему
34
этому скоро присоединился «Робинзон Крузо»
разумеется само собою, а также легко себе предста­вить, что дело не обошлось и без острова Фельзен-
35
бурга
. Кругосветное путешествие лорда Ансона36 соединяло достоинство истины сбогатою фантазиею сказки, и, мысленно сопровождая этого бравого мо­ряка, мы совершали далекие путешествия по всему свету ипытались пальцами следить за ним по глобусу. Мне представилась еще более богатая жатва, когда я наткнулся на массу сочинений, которые, правда, в своей современной форме не могли быть названы отличными, но содержание которых невинно знако­мило нас со многими заслугами былых времен.
Издательство или, вернее, фабрика тех книг, кото­рые в последующее время сделались известными идаже знаменитыми под именем народных сочине­ний, народных книг, находилась всамом Франкфур­те, итак как они сильно расходились, то они печата­лись прескверно, неразборчиво, стереотипными бук­вами на ужаснейшей протекающей бумаге. Мы, дети, имели таким образом счастье ежедневно находить эти ценные остатки средних веков на столике увход­ной двери букиниста иприобретать их за пару крей­церов. Эйленшпигель, Четверо детей Гаймона, Пре­красная Мелюзина, Император Октавиан, Прекрас­ная Магелона, Фортунат и все прочее это племя
55
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
вплоть до Вечного Жида было кнашим услугам, когда нам приходило вголову накупить этих вещей вместо
37
какого-нибудь лакомства
. Большое удобство пред­ставляло то обстоятельство, что вслучае если подоб­ная книжонка была растрепана от чтения или вообще как-нибудь повреждалась, ее всегда можно было при­обрести ипроглотить снова.
Как иногда какое-нибудь летнее семейное путеше­ствие досаднейшим образом нарушается внезапною грозою ивеселое настроение духа превращается вса­мое отвратительное, так детские болезни неожидан­но разражаются в самое лучшее время нашей моло­дой жизни. Яне избежал этого. Только что якупил себе Фортуната с его сумкою и волшебною шапоч­кою, как на меня напало недомогание иначалась ли­хорадка, предвестники оспы. На прививку вте време­на у нас все еще смотрели с большим сомнением, и хотя популярные писатели уже рекомендовали ее вобщепонятной форме инастоятельно, но немецкие врачи все-таки не решались на операцию, которая как будто стремилась опередить природу. Поэтому на ма­терик приезжали спекулянты-англичане
38
иза изряд­ный гонорар делали прививку детям богатых лиц, свободных от предрассудков. Большинство все еще терпело старое бедствие; болезнь свирепствовала в семьях, убивала и уродовала множество детей, илишь немногие родители отваживались прибегнуть к средству, вероятная помощь которого была уже многократно подтверждена успехом. Бедствие по­стигло инаш дом инапало на меня сособенною си-
56
Книга первая
лою. Все мое тело было усеяно оспинами, лицо было покрыто ими, итак япролежал несколько дней сле­пой, сильно страдая. Эти страдания старались смяг­чить иобещали мне золотые горы, если ябуду лежать смирно ине увеличивать зла потиранием ичесанием. Усилием воли я достиг этого; но, согласно господ­ствующему предрассудку, нас держали как можно те­плее итем еще усиливали беду. Наконец, после неко­торого печального периода времени, у меня точно маска спала с лица, причем оспины не оставили ви­димых следов на коже; но общий вид мой чрезвычай­но изменился. Я сам был доволен, что снова вижу дневной свет ичто пятна на лице мало-помалу про­ходят; но другие были достаточно безжалостны, что­бы напоминать мне о моем прежнем состоянии. В особенности одна очень живая тетушка, которая прежде молилась на меня, еще через несколько лет, увидя меня, редко могла удержаться от восклицания: «Фу, черт, какой он стал гадкий». Затем она подроб­но рассказывала, как она раньше любовалась мною, как на нее все обращали внимание, когда она носила меня на руках. Таким образом, ярано испытал, как люди иногда заставляют нас очень чувствительно рас­плачиваться за удовольствие, которое мы им достав­ляли.
Ни корь, ни ветряная оспа, ни другие мучители юности не пощадили меня, икаждый раз меня уверя­ли, что то или другое зло, кмоему счастию, навсегда миновало; но, к сожалению, за ним опять угрожало что-нибудь другое и надвигалось в свой черед. Все
57
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
это увеличивало мою наклонность к размышлению, итак как, стремясь удалить от себя муки нетерпения, яуже не раз упражнялся втвердости, то мне казались весьма достойными подражания те добродетели, ко­торыми, как яслышал, славились стоики, тем более, что ихристианским учением осмирении рекомендо­валось то же самое.
При этом печальном для семьи случае ядолжен упомянуть также о моем брате, который, будучи на три года моложе меня, также заразился оспой ине­мало страдал от нее
39
. Он был нежного сложения, тих изамкнут, имежду нами никогда не было насто­ящей дружбы. Да он едва пережил годы детства. Среди нескольких позднее родившихся детей, кото­рые тоже жили недолго, явспоминаю еще одну очень красивую и милую девочку, которая, однако, тоже вскоре исчезла, так что по прошествии нескольких лет остались только мы вдвоем ссестрою изато бы­ли особенно близки между собою и любили друг друга.
Эти болезни и другие неприятные помехи были вдвойне тягостны по своим последствиям, потому что мой отец, который составил себе, по-видимому, особый календарь воспитания иобучения, хотел не­посредственно возместить каждое промедление иотягощал выздоравливающего двойными уроками. Хоть исполнять их мне было ине тяжело, но все-таки это было тягостно втом отношении, что задерживало и как бы оттесняло назад мое внутреннее развитие, которое приняло определенное направление.
58
Книга первая
От этих дидактических и педагогических стесне­ний мы спасались обыкновенно удеда ибабушки. Их жилище находилось на Фридбергской улице ибыло, по-видимому, когда-то замком: приближаясь кнему, мы видели только большие ворота сзубцами, стояв­шие между двумя соседними домами. Войдя туда, мы проходили через узкий коридор вдовольно широкий двор, окруженный различными строениями, которые вданное время были все соединены водну квартиру. Обыкновенно мы сейчас же спешили всад, который простирался довольно далеко вдлину иширину по­зади строений исодержался очень хорошо. Дорожки его были большею частью обсажены вьющимся вино­градом; часть пространства была отведена под ово­щи, часть под цветы, иэти растения свесны до осени, сменяясь одни другими, украшали клумбы игряды. Длинная стена, обращенная кюгу, была использова­на для прекрасной шпалеры персиковых деревьев, за­претные плоды которых аппетитно зрели перед нами втечение лета. Но мы охотно избегали этого места, потому что не могли здесь удовлетворить свою страсть к лакомствам, и обращались к противопо­ложной стороне, где нашей жадности свободно от­крывался необозримый ряд кустов смородины икрыжовника, от начала сбора ягод вплоть до осени. Не менее привлекало нас старое, высокое, широко разветвленное тутовое дерево своими плодами итем, что листьями его, как нам рассказывали, питались шелковичные черви. Вэтом мирном уголке мы нахо­дили каждый вечер дедушку, который, вприятной за-
59
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
ботливости, собственноручно вел более тонкий уход за плодами ицветами, тогда как садовник исполнял более грубую работу. Дедушка никогда не жалел раз­нообразных усилий, нужных для поддержания ираз­множения прекрасной культуры гвоздик. Он сам привязывал веерообразные ветви персиковых дере­вьев к шпалерам, способствуя этим обильному иудобному созреванию плодов. Сортировку луковиц тюльпанов, гиацинтов и родственных им растений, атакже заботу осохранении их он не предоставлял никому другому; и мне до сих пор приятно вспом­нить, как прилежно он занимался прививкой разных видов роз. При этом, чтобы защититься от шипов, он надевал те старинные кожаные перчатки, которые на суде дудочников ежегодно подносились ему в трой­ном количестве, так что унего никогда не было недо­статка вних. Он носил постоянно шлафрок, похожий на халат, ана голове— складчатую черную бархатную шапочку, так что представлял нечто среднее между
40
Алкиноем иЛаэртом
.
Все эти садовые работы он исполнял так же пра­вильно иточно, как исвои служебные обязанности; до самой смерти он ежедневно составлял список предположений на следующий день и читал акты. Утром он выезжал вратушу, по возвращении обедал, после этого дремал всвоем большом кресле, иодин день проходил как другой. Он мало говорил ине про­являл никакого признака раздражительности; я не помню, чтобы видел его когда-нибудь сердитым. Все, что его окружало, имело старинный характер; в его
60