Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Поэзия и правда. Из моей жизни

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Книга вторая
ных особ, окоторой уроженец Франкфурта едва мо­жет составить себе представление.
Здесь яхочу упомянуть лишь имя одного превос-
60
ходного человека— доктора Орта
, так как яне на­мерен воздвигать здесь памятник достойным франк­фуртцам, аупоминаю их лишь настолько, насколько их слава или личность имели на меня некоторое вли­яние вмои молодые годы. Доктор Орт был богатый человек и принадлежал также к числу тех, которые никогда не принимали участия в городском правле­нии, хотя по своим знаниям иуму имели бы право на это. Немецкие ив особенности франкфуртские древ­ности обязаны ему весьма многим; он издал «При­мечания» ктак называемой «франкфуртской рефор­мации», сочинение, вкотором собраны статуты им­перского города. В свои молодые годы я прилежно изучал исторические главы этого труда.
Фон Оксенштейн, старший из тех трех братьев, которых яупоминал выше как наших соседей, втече­ние своей жизни, при своей замкнутости, не проявил себя ничем замечательным; тем замечательнее была его смерть, так как он оставил распоряжение, чтобы его снесли вмогилу ремесленники рано утром, впол­ной тишине, без всяких провожатых ипохоронного кортежа. Это было исполнено ипроизвело вгороде, привыкшем к пышным похоронным процессиям, большое впечатление. Все те, кто при подобных слу­чаях получает обычный заработок, поднялись против этого новшества. Но почтенный патриций нашел се­бе последователей во всех сословиях, и хотя такие
111
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
случаи называли внасмешку «Оксенлейхами» (бы­чьими похоронами), но мало-помалу они одержали верх ко благу многих малосостоятельных семейств, и пышные похороны стали совершаться все реже. Япривожу это обстоятельство потому, что оно ука­зывает на ранние симптомы той наклонности ксми­рению и равноправию, которое в столь различной форме стало проявляться сверху во второй половине предыдущего столетия икоторое повело ктаким не­ожиданным следствиям.
Не было недостатка и в любителях древности. Унас были картинные галереи, собрания гравюр, ав особенности ревностно разыскивались и выставля­лись отечественные достопримечательности. Ста­рые постановления и мандаты имперского города, собрания коих не было сделано, тщательно разыски­вались впечатном иписьменном виде, распределя­лись хронологически и почтительно хранились как сокровище отечественных прав иобычаев. Собира­лись также ипортреты франкфуртцев, существовав­шие вбольшом числе, исоставили особый отдел га­лерей.
Таких людей отец мой, по-видимому, вообще взял себе за образец. Он обладал всеми качествами, при­личествующими хорошему ипочтенному граждани­ну. Построив свой дом, он привел все части своего имущества впорядок. Превосходное собрание ланд­карт, входивших в состав географических листов Шенка идругих, считавшихся тогда наилучшими, вы­шеупомянутые постановления имандаты, портреты,
112
Книга вторая
шкаф со старинным оружием, шкаф сзамечательною венецианскою стеклянною посудою, кубки ибокалы, естественно-исторические предметы, работы из сло­новой кости, бронза и сотни разных других вещей были отобраны ивыставлены, ия не упускал случая при аукционах каждый раз испрашивать поручения для умножения этих коллекций.
Я должен упомянуть еще об одном замечательном семействе, окотором всамой ранней своей молодо­сти слышал много странного ис некоторыми из чле­нов которого пережил много удивительного: это бы­ла семья Зенкенбергов. Отец, окотором язнал очень мало, был человек состоятельный. Унего было трое сыновей, которых уже вих молодые годы почти все называли чудаками. Взамкнутом городе, где никто не должен особенно выдаваться ни вдурном, ни вхоро­шем смысле, такие вещи не особенно одобряются. Насмешливые прозвища и странные, долго удержи­вающиеся впамяти сказки большею частью являются плодом таких странностей. Отец жил на углу Заячьей улицы (Хазенгассе), которая получила свое название от домового знака, изображающего одного, если не трех зайцев. Поэтому трех братьев Зенкенбергов на­зывали просто тремя зайцами, прозвище, от которо­го они долгое время не могли избавиться. Однако, как нередко крупные преимущества обнаруживаются вюности разными причудами инелепостями, так слу­чилось и в данном случае. Старший из них впослед­ствии сделался прославленным имперским гофратом фон Зенкенбергом. Второй был принят вмагистрат
113
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
иобнаружил прекрасные таланты, которыми он впо­следствии крючкотворским идаже гнусным образом злоупотребил ко вреду если не своего родного горо­да, то, по крайней мере, своих коллег. Третий брат, врач иочень порядочный человек, который, однако, практиковал мало, и то только в знатных домах, до глубокой старости сохранил несколько причудливую внешность. Он всегда был очень изящно одет ипока­зывался на улицу не иначе, как в башмаках, чулках исильно напудренном парике слоконами, со шляпою под мышкой. Он ходил быстро, но со странными ко­лебаниями, переходя постоянно с одной стороны улицы на другую, так что всегда двигался зигзагом. Насмешники говорили, что этою странною поход­кою он старается избежать душ умерших, которые по прямой линии стали бы его преследовать, и что он подражает тем, которые боятся крокодила. Но все эти шутки иразные пересуды вконце концов превра­тились впочтение перед ним, когда он отдал свой об­ширный дом сдвором, садом ивсеми принадлежно­стями на Эшенгеймеровской улице под медицинский институт, вкотором, рядом сгоспиталем, назначен­ным лишь для франкфуртских граждан, были ботани­ческий сад, анатомический театр, химическая лабора­тория, обширная библиотека иквартира для дирек­тора, так что любая академия не постыдилась бы
61
подобного учреждения
.
Другой превосходный человек, который имел на меня большое влияние не столько своею личностью, сколько своими действиями вокруге исвоими сочи-
114
Книга вторая
нениями, был Карл Фридрих фон Мозер62, имя кото­рого часто произносилось внаших местах по причи­не его деятельности. Унего также был основательный нравственный характер, который даже заставил его примкнуть ктак называемым «благочестивым», по­тому что слабости человеческой природы доставляли ему много забот. Как фон Лэн хотел облагородить жизнь при дворе, так Мозер стремился сделать дело­вую жизнь более добросовестною. Большое число мелких немецких дворов представляло множество господ ислуг, из коих первые требовали безусловного повиновения, а другие большею частью хотели дей­ствовать ислужить лишь согласно своим убеждениям. Возникали вечные конфликты, быстрые перемены и взрывы, так как следствия чересчур прямолиней­ных поступков вмалом обнаруживаются ивредят го­раздо скорее, чем в большом. Многие дома были вдолгах, инад ними были назначены императорские долговые комиссии; другие двигались медленнее или быстрее по тому же пути, потому что слуги или бес­совестно извлекали выгоды, или добросовестно дела­ли себя неприятными иненавистными. Мозер поже­лал действовать как государственный иделовой чело­век, издесь его наследственный талант, выработ анный до степени ремесла, доставил ему решительные ре­зультаты; но он желал также действовать как человек игражданин, по возможности меньше жертвуя своим нравственным достоинством. Его сочинения «Госпо­дин и слуга», «Даниил во рву львином», «Релик­вии» отлично изображают положение, вкотором он
115
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
часто чувствовал себя если не измученным, то сильно стесненным. Все они указывают на нестерпимость положения, вкотором нельзя примириться сизвест­ными отношениями ив то же время невозможно из­бавиться от них. При таком образе мыслей ичувств ему, конечно, не раз приходилось искать другой служ­бы, вкоторой он умел проявить свое большое искус­ство. Я вспоминаю его как приятного, подвижного ипритом деликатного человека.
Уже итогда имя Клопштока, хотя ииздали, сильно влияло на нас. Сначала мы удивлялись, как такой пре­восходный человек мог носить столь странное имя; но скоро мы привыкли к этому и более не думали о значении этих слогов. В библиотеке моего отца янаходил до сих пор только прежних поэтов, восо­бенности тех, которые постепенно появлялись ипро­славлялись вего время. Все они писали рифмованны­ми стихами, имой отец считал рифму непременным условием для поэтических произведений. Каниц, Га-
63
гедорн, Дроллингер, Геллерт, Крейц, Галлер
стояли рядом впрекрасных кожаных переплетах. Кним при­соединились «Телемак» Нейкирха, «Освобожден­ный Иерусалим» Коппена и другие переводы. Все эти томы яв детстве усердно перечитал иотчасти за­помнил, вследствие чего меня часто вызывали, чтобы занять гостей. Зато для моего отца настала досадная эпоха, когда с появлением «Мессии» Клопштока сделались предметом всеобщего восхищения такие стихи, которые он даже не считал стихами
64
. Сам он
остерегался приобресть это сочинение, но наш друг
116
Книга вторая
дома, советник Шнейдер, провел его контрабандой ивсучил матери идетям.
На этого занятого делами имало читавшего чело­века «Мессия» сейчас же при своем появлении про­извел могущественное впечатление. Естественно вы­раженные ив то же время столь облагороженные чув­ства, приятный язык, хотя бы его считали только за гармоничную прозу, до такой степени понравились этому вообще сухому деловому человеку, что он счи­тал первые десять песен (о них, собственно, только и идет речь) за самую великолепную поучительную книгу иежегодно втишине перечитывал их вСтраст­ную неделю, когда он освобождался от всех дел. Сна­чала он думал сообщить свои ощущения своему ста­рому другу, но был чрезвычайно поражен, встретив неодолимое отвращение ксочинению такого драго­ценного содержания из-за внешней его формы, кото­рая казалась ему безразличною. Как можно было ожидать, разговор об этом предмете не раз возобнов­лялся, но обе стороны все больше удалялись друг от друга, происходили резкие сцены, и уступчивый Шнейдер согласился, наконец, молчать освоем люби­мом сочинении, чтобы не потерять одновременно друга юности ихорошего супа по воскресеньям.
Приобрести прозелитов— естественное желание каждого человека; и как был втайне вознагражден наш друг, когда в остальных членах семейства он встретил души, открытые навстречу его святому. Эк­земпляр, который нужен был ему ежегодно только на одну неделю, был отдан нам на все остальное время.
117
Иоганн Вольфганг фон Гёте. Поэзия и правда
Мать держала его втайне, амы ссестрою завладевали им, когда могли, чтобы в свободные часы, спрятав­шись где-нибудь в уголку, выучить наизусть выдаю­щиеся места, иособенно старались как можно скорее запомнить самые нежные исамые сильные из них.
Сон Порции мы декламировали поочереди, ади­кую, отчаянную беседу между Сатаною иАдрамеле­хом, брошенными вМертвое море, поделили между собою. Первая роль, как более сильная, выпала на мою долю, адругую, более жалобную, взяла на себя сестра. Взаимные страшные, но благозвучные про­клятия сами собою текли из наших уст, имы пользо­вались каждым случаем приветствовать друг друга этими адскими речами.
Был как-то субботний вечер зимою. Отец всегда брился при огне свечера, чтобы рано утром судоб­ством одеться вцерковь. Мы сидели на скамеечке за печкой и довольно тихо бормотали наши обычные проклятия, пока цирульник намыливал воду. Адраме­лех должен был схватить Сатану железными руками; сестра ссилою вцепилась вменя ипродекламирова­ла, хотя идовольно тихо, но свозрастающею страст­ностью:
— «О, помоги! Умоляю, молюсь тебе, если ты хочешь,
Злое чудовище, гнусный, отверженный, черный
преступник! О, помоги! Ястрадаю от вечной имстительной смерти! Раньше тебя ненавидеть ямог горячо исвирепо,— Ныне того не могу,— для меня это— страшное горе
118
65
Книга вторая
До этого места все шло сносно; но затем она гром-
ко выкрикнула страшным голосом следующие слова:
«О, как ясокрушен!»
Добрейший брадобрей испугался ивылил весь та­зик с мыльною водою отцу на грудь. Произошла большая суматоха, исделано было строгое расследо­вание, вособенности ввиду возможного несчастия, если бы началось уже бритье. Чтобы избежать всяко­го подозрения вшалости, мы признались всвоих дья­вольских ролях. Несчастье, причиненное гекзаметра­ми, было слишком очевидно, чтобы они не были сно­ва осуждены иизгнаны.
Так-то дети инарод превращают великое ивозвы­шенное вигру, даже впотеху; да икак они могли бы иначе выдерживать ивыносить это!
Книга третья
Новый год в те времена проходил в городе весьма оживленно, вследствие всеобщего обмена личных благопожеланий. Кто вдругое время неохотно выхо­дил из дома, надевал свое лучшее платье, желая хоть на минуту оказать привет ивежливость своим покро­вителям идрузьям. Для нас, детей, особенно прият­ным удовольствием было празднование этого дня вдоме дедушки. Рано утром собирались там внучата, чтобы слушать музыку барабанов, гобоев и кларне­тов, труб ирожков, устраиваемую военными играж­данскими властями и частными лицами. Запечатан­ные инадписанные пакеты раздавались детьми под­чиненным поздравителям, и по мере того, как подвигался день, возрастало число почтенных лиц. Прежде всего появлялись близкие и родственники, затем низшие городские чиновники; сами члены со­вета не могли не посетить своего старосту, иизвест­ное число их получали вечером угощение вкомнатах, которые почти не отпирались весь год. Торты, би­сквиты, марципаны— все это было весьма привлека­тельно для детей; кэтому присоединялось еще то, что староста ибургомистр ежегодно получали из некото­рых учреждений немного серебряной утвари, кото-
66
120