Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Образование в поликультурном обществе. Коллективная монография
.pdf
Переживания участников военных коммеморативных практик 151
мужчины и женщины в возрасте от 16 до 49 лет, участвовавшие
в шествии «Бессмертный полк» (32 человека). При проведении
исследования не имело значения, в каком именно году респонденты
нашего исследовании принимали участие в парадах и шествиях, так
как нас интересовал прежде всего опыт переживаний, связанных
с самими этими коммеморативными практиками.
С помощью авторской анкеты были выявлены основные переживания участников военных парадов (в порядке убывания): гордость, волнение, радость, чувство патриотизма, чувство единения.
Основными переживаниями участников шествия «Бессмертный
полк» стали гордость, переживание значимости события, чувство
единения, переживание связи с прошлым, чувство патриотизма
и радость.
При сравнении степени выраженности переживаний в двух группах были обнаружены статистически значимые различия. Выяснилось, что осознание важности и значимости события в гораздо большей степени, в 50% случаев, осознают участники шествия.
У участников военного парада эти переживания встречаются в 22,6%
случаев (φ* = 2,3; p ≤ 0,05). Также у участников шествия преобладали переживания связи с прошлым: 43,8% и 19,4% соответственно
(φ* = 2,12; p ≤ 0,05). Чувство облегчения после парада испытали
16,1% человек, после шествия — 3,1% (φ* = 1,87; p ≤ 0,05). Полученные данные можно объяснить тем, что парад представляет собой
формальную военную коммеморативную практику, а шествие —
неформальную. Шествие в большей степени затрагивает глубинные
личностные переживания, парад же многими воспринимается как
часть работы, как служба. Это также свидетельствует о вкладе шествия «Бессмертный полк» в формирование и укрепление межпоколенных связей.
С помощью модифицированного варианта методики Б. И. Додонова «Предпочитаемые переживания» исследовались переживания
участников парадов и шествия в обычной жизни и во время реализации данных коммеморативных практик.
Выяснилось, что у участников военных парадов отсутствуют
достоверно значимые различия между переживаниями, которые
152 Раздел II. Память поколений и межпоколенческий диалог
участники обычно испытывают в жизни, и переживаниями во время
парада.
Участники шествия «Бессмертный полк» во время шествия достоверно больше испытывают переживания необычного (U = 328;
р ≤ 0,01) и чувства риска (U = 358; р ≤ 0,05) по сравнению с обычной
жизнью; и достоверно меньше переживания веселья, беззаботности
(U = 284; р ≤ 0,01), радостного возбуждения (U = 150; р ≤ 0,01). Вот
как описаны превалирующие во время шествия переживания автором методики Б. И. Додоновым: «Чувство необычного таинственного, появляющегося в незнакомой местности, обстановке»; «Чувство
риска, боевого возбуждения и упоения им, азарта, острых ощущений
в минуты борьбы, опасности». Эти переживания могут свидетельствовать о том, что участники шествия идентифицируются со своими предками и «заражаются» теми эмоциями, которые вероятнее
всего, как известно из литературы
[9], переживаются участниками
боевых действий. В то же время обращает на себя внимание факт,
что участникам шествия не свойственно переживание радости. Казалось бы праздничное событие сопряжено в их сознании, скорее,
с переживанием опасности и риска. Это позволяет высказать идею
о трансгенерационной, передающейся из поколения в поколение,
травме. Потери в той войне были столь велики и столь значимы, что
и сегодня потомки воевавших в то время воспринимают День Победы «со слезами на глазах». Испытываемые участниками шествия
переживания — свидетельство той травмы, которую наш народ пока
не пережил до конца…
Гипотеза о том, что военные коммеморативные практики позволяют переживать травму, прорабатывать ее и избавляться от ее
печальных последствий пока находит свое подтверждение в тех
предварительных исследованиях, которые в настоящее время продолжает проводить наш научный коллектив. Так, в магистерской
диссертации А. С. Полферовой (2020), научный руководитель —
Семенова Г. В., было показано, что студенты, участвовавшие в шествии «Бессмертный полк», отличаются меньшим значением показателя по шкале «Вторжение» методики оценки влияния
травматического события (Impact of Event Scale — IES-R). Вторже-
Переживания участников военных коммеморативных практик 153
ние в данной методике понимается как склонность заново переживать
все случившееся при любом упоминании травматического события.
Очевидно, что данного эффекта воспроизведения травмы не наблюдается у участников шествия. Получаемые в настоящее время данные
о военных коммеморативных практиках в целом и шествии «Бессмертный полк» в частности позволяют формулировать новые гипотезы, проверять их, выделять те психологические характеристики
изучаемых практик, которые подлежат исследованию.
Это позволяет говорить не только об историческом значении
шествия «Бессмертный полк», но и об его важных психологических
смыслах, в которых значимые переживания обозначаются отчетливо и ярко. Эти переживания направлены на сохранение и восстановление межпоколенческих связей; на осознание и понимание событий
Великой Отечественной войны; на сохранение памяти об ее участниках и героях.
Литература
1. Murakami K. Commemoration Reconsidered: Second World War
Veterans’ Reunion as Pilgrimage // Memory Studies. — 2014. —
Vol. 7. — № 3. — P. 339–353.
2. Шутценбергер А. Синдром предков. — М.: Изд-во ИП, 2005. —
256 с.
3. Парад // Военно-морской энциклопедический словарь. — М.:
Воениздат, 2003. — С. 587.
4. Зайцев Ю. М., Шугалей И. Ф. Военно-морские парады россий-
ского флота [Электронный ресурс] // URL: https://elibrary.ru/
download/elibrary_29750591_14652383.pdf // Военно-истори-
чес кий журнал. — 2017. — № 7. — С. 21–29.
5. История парадов Победы. Досье. [Электронный ресурс] //
URL: https://tass.ru/info/1174013 (Дата обращения: 21.05.2019).
6. Акция «Бессмертный полк» [Электронный ресурс] // URL:
https://bessmertnyy-polk.ru/ (Дата обращения: 19.05.2019);
Кривко М. А. «Живые и мертвые»: социокультурный потенциал
акции «Бессмертный полк» в борьбе с военной угрозой XXI века
[Электронный ресурс] // URL: https://elibrary.ru/download/
154 Раздел II. Память поколений и межпоколенческий диалог
elibrary_27382126_91349313.pdf // Гуманитарные проблемы
военного дела. — 2016. — № 3(8). — С. 1–5.
7. Акция «Бессмертный полк» [Электронный ресурс] // URL:
https://bessmertnyy-polk.ru/ (Дата обращения: 19.05.2019).
8. Акция «Бессмертный полк» [Электронный ресурс] // URL:
https://bessmertnyy-polk.ru/ (Дата обращения: 19.05.2019).
9. Сенявская Е. С. 1941–1945: Фронтовое поколение. Историкопсихологическое исследование. — М.: Институт Российской
истории РАН, 1995. — 87 с.
155
СОЦИАЛЬНЫЕ ПРАКТИКИ В КОНТЕКСТЕ
МЕЖПОКОЛЕНЧЕСКОГО ПОДХОДА
К АНАЛИЗУ ФОРМИРОВАНИЯ
ИСТОРИЧЕСКОЙ ПАМЯТИ
Social practices in the context of an intergenerational
approach to the analysis of the formation
of historical memory
С. Е. Залаутдинова, А. Г. Козлова
Zalautdinova, A. G. Kozlova
S. E.
Залаутдинова Светлана Евгеньевна, магистр педагогики, аспирант, ассистент кафедры теории и истории педагогики; Российский
государственный педагогический университет им. А. И. Герцена.
Козлова Антуанетта Георгиевна, доктор педагогических наук,
профессор кафедры теории и истории педагогики; Российский государственный педагогический университет им. А. И. Герцена.
Svetlana E. Zalautdinova, Postgraduate Student, Assistant,
Department of Theory and History of Pedagogy; Herzen State Pedagogical
University of Russia.
Antoinetta G. Kozlova, D. teacher. n., prof. Department of Theory
and History of Pedagogy; Herzen State Pedagogical University of Russia.
Аннотация. В статье раскрыта роль старшего поколения в организации социальных практик с целью формирования исторической
памяти у молодежи. Авторами проанализирован тип отношений
старших и младших. Установлено, что современная молодёжь направлена на себя, их тип отношений носит глубоко индивидуалистический характер. Это осложняет процесс формирования исторической памяти на основе межпоколенческого подхода. Как основное
условие успешности взаимодействия поколений рассмотрена сущ-
156 Раздел II. Память поколений и межпоколенческий диалог
ность патриотического воспитания как неотъемлемой части духовно-нравственного воспитания.
Ключевые слова: социальные практики, межпоколенный подход,
историческая память, тип отношений, патриотическое воспитание.
Annotation. The article reveals the role of the older generation in
the organization of social practices in order to form the historical memory
of young people. The authors analyzed the type of relationship between
senior and junior. It has been established that modern youth is selfdirected, their type of relationship is deeply individualistic. This
complicates the process of forming historical memory based on the
intergenerational approach. The essence of patriotic education as an
integral part of spiritual and moral education is considered as the main
condition for the successful interaction of generations.
Keywords: social practices, intergenerational approach, historical
memory, type of relationship, patriotic education.
В мировой педагогике высоко ценится возможность передачи
жизненного опыта предшествующих поколений новым поколениям
людей. Межпоколенческие связи постоянно трансформируются
в зависимости от характера и специфики развития общества, но одно
остается неизменным: основная функция межпоколенных отношений на всех этапах развития человечества опирается на передачу
культурных, духовных ценностей.
Многие факторы влияют на успешность принятия молодым поколением опыта старших. В связи с этим необходимо ответить на
вопросы:
•
чем отличаются поколения «отцов и детей» в настоящем
социуме от перестроечного периода развития российского
общества;
•
почему социальные практики по формированию у молодого
поколения исторической памяти должны выстраиваться поновому;
• существует ли в межпоколенных отношениях диалог, либо со
стороны наставников будет дан только монолог, так как разрыв
Социальные практики в контексте межпоколенческого подхода 157
содержания ценностей настолько велик, что предшествующий
опыт не будет востребован молодежью; и др.
Одним из важнейших факторов является роль старшего поколения в организации социальных практик. В своей работе «Культура и мир детства» (1988) известный антрополог и этнограф М. Мид
дала различия в определении оснований взаимодействия между
поколениями людей, живущими в едином сообществе. Иносказательно ее выводы вполне можно применить к анализу процесса
формирования исторической памяти у подрастающих поколений.
Социальные практики, направленные на освоение молодым поколением исторических событий, должны строиться с учетом трех
типов культур: постфигуративной, кофигуративной или префигуративной, в которых четко определена роль старшего и молодого
поколения в преемственности накопленного опыта.
В социуме, где господствует постфигуративная культура отношений, ведущим является уважение младших к старшим, то есть
почтительное отношение, основанное на признании их достоинств.
При кофигуративной культуре отношений ведущими субъектами
в обретении жизненного опыта становятся сверстники.
В настоящий период развития общества превалирует префигуративный тип отношений. Префигуративная культура — это культура еще более интенсивных и быстрых трансформаций, чем кофигуративная. Инновации в ней могут происходить в настолько
ускоренном темпе, что взрослое население просто не успевает усваивать их. Благодаря научно-техническому прогрессу молодое поколение вырвалось далеко вперед в использовании гаджетов, Интернета… Самоизоляция в период пандемии ковид-19 показала
определенную отсталость старшего поколения в использовании
электронных носителей. Но в любом достижении технического прогресса есть не только положительные стороны, но и, увы, отрицательные. По сведениям многих социологов, современное молодое
поколение в основном направлено на себя, их тип отношений носит
глубоко индивидуалистический характер.
В психолого-педагогических исследованиях широко распространен возрастной подход. Категория «возраст» в России с древнейших
158 Раздел II. Память поколений и межпоколенческий диалог
времен означала не столько количественное выражение прожитых
лет, сколько определенное состояние человека, фиксировавшее уровень его физического, умственного и нравственного развития. Документы и протоколы собеседований с людьми, рожденными в конце XIX века, свидетельствуют, что они не знали, сколько им лет, но
зато хорошо помнили день именин. В России тех лет различали два
возраста: молодые и старики.
Возрастной подход применялся и будет применяться в психолого-педагогических исследованиях. Но в ХХ веке заметно обострилась проблема взаимоотношений между поколениями. Одной
из причин наметившегося конфликта между поколениями стала
потребность в установке возрастных границ поколения. Современные исследователи (Нейли Хоув, Вильям Штраус, обратили внимание на то, что «возраст» должен исчисляться не «математически»,
а именно «исторически» и «социально». Предложенная ими теория
поколений становится актуальной для характеристик «поколенческих портретов». В основу данной теории лег тот факт, что системы
ценностей у людей, выросших в разные исторические периоды,
различаются. Это связано с тем, что ценности человека формируются не только в результате семейного воспитания, но и под влиянием общественных событий, всего контекста, в котором он находится в период взросления. Значение имеет все: экономические,
социальные, технологические, политические факторы. Формирование ценностей происходит согласно данной теории примерно до
12–14 лет.
В ряду основных ценностей патриотического воспитания особо
выделяется любовь к Родине.
Тема исторической памяти как никогда актуальна именно сейчас,
потому что настало время для работы с памятью о Великой Отечественной войне (далее ВОВ). Так доктор психологических наук
В. В. Нуркова в своем выступлении в онлайн-дискуссии «Память
о войне или война с памятью? Поколенческие аспекты исторической
памяти», прошедшей 23 июня 2020 года, указывает на то, что именно внуки тех, кто воевал, являются носителями исторической памяти и готовы работать с этой памятью. Исследователь подчеркивает:
Социальные практики в контексте межпоколенческого подхода 159
чтобы произошедшее событие было твоим личным, нужно пережить
его, будучи молодым.
Формируется историческая память в течение 20–30 лет после
пережитого события. Социолог Паутова Л. выделяет несколько
стадий формирования исторической памяти и говорит о том, что
боль событий ВОВ еще до конца не осознана и не пережита нами.
Так сначала появляются сильные эмоции, потом происходит привыкание, наступает радость Победы. Далее, все как в психологии
в период посттравматического шока, следует отрицание и лишь после мы начинаем учиться жить с этой правдой о войне и восстанавливать события. Последний период как раз и совпадает с возрастом
внуков от 35 лет и старше, которые сейчас и являются очень важным
звеном в сохранении исторической памяти. Проблема возникает
лишь в том, что многие события оказываются утраченными из-за
умалчивания деталей событий самими участниками.
А что же происходит с молодым поколением, получается, что
они не являются звеном цепочки исторической памяти? По мнению
исследователей, нынешнее поколение может лишь транслировать
память о событиях 90-х годов. Но нам, старшему поколению очень
важно, чтобы молодые люди, подростки, дети знали об исторических
событиях времен ВОВ.
Рассмотрим, как обстоят дела с исторической памятью разных
поколений сегодня. Для примера представим данные опросов, проведенных ВЦИОМ в июне 2020 года. Опрос «День памяти и скорби» [1], приуроченный к 22 июня — Дню памяти и скорби, связанному с началом ВОВ. Опрос «Великая победа — главное событие
в истории нашей страны в XX веке» [2], приуроченный к празднованию 75-й годовщины Победы в ВОВ.
Интерес для нас представляет вопрос восприятия событий ВОВ
и память об этой войне разными поколениями. Возьмем две крайние
возрастные категории, предложенные исследователями: 18–24 года
и 60 лет и старше. Далее в тексте будем называть их младшим поколением и старшим поколением соответственно.
Так на вопрос «Знаете ли Вы точную дату начала ВОВ? Назовите год, число и месяц» лишь 32% опрошенных, представляющих
160 Раздел II. Память поколений и межпоколенческий диалог
младшее поколение, дали правильный ответ и назвали 22 июня
1941 года датой начала ВОВ. Ожидаемо, что представителей старшего поколения, ответивших правильно, было 85% от общего числа
опрошенных респондентов.
Исследователи отмечают, что были названы и другие даты, обозначающие начало ВОВ. Такое представление имели 43% участников
опроса младшего поколения и 13% опрошенных людей старшего
поколения.
Ответы на вопрос об известных родственниках, принимавших
участие в ВОВ и подробностях их военной жизни, показали менее
существенный разрыв, что дает нам основание предположить, что
преемственность поколений в семье существует, и истории о родных
и близких передаются из поколения в поколение. Много знают об
этом из рассказов родственников и семейных архивов: 33% молодежи и 47% старшего поколения. Знают, но без подробностей о воевавших родственниках: 42% и 32% соответственно. Не имеют никакой
информации: 6% и 4% опрошенных.
Интересным при анализе результатов опроса явился тот факт,
как восприятие событий ВОВ меняется у разных поколений. И, безусловно, это связано с количеством лет, прошедших с тех страшных
дней, связано со сменой времен, политического и социального строя.
«Как Вы считаете, победа в Великой Отечественной войне — это
важнейшее событие в отечественной истории?» — лишь 44% опрошенных представителей младшего поколения ответили положительно, в сравнении со старшим поколением, представители которого
утвердительно ответили в 81% случаев.
Однако нужно заметить, что победа в ВОВ все же значимое событие для молодежи, правда стоит наряду с другими важными событиями, утвердительно на это ответили 49% опрошенных. Старшее
поколение подтвердило это высказывание в 16% ответов. Отрадно,
что рядовым событием победа в ВОВ воспринимается лишь в ответах 3% младшего поколения и, что ожидаемо, в 0% старшего поколения.
Одним из заключительных пунктов был вопрос: «На Ваш взгляд,
победу в Великой Отечественной войне нужно ли использовать для
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]