Забытый фашизм. Ионеско, Элиаде, Чоран

С середины августа до середины сентября 1939 г. Элиаде дол жен был проходить службу в подразделении противовоздушной обороны в Клуже. Клуж — столица Трансильвании, красивый го род, румыномадьярский по культуре, среднеевропейский по ар хитектуре. Венгры? Элиаде, чье отношение к национальным меньшинствам, повидимому, не претерпело никаких изменений, отмечал, чть «все, что в этом городе есть творческого, отмечено пе чатью румынского духа». Доказательство? Его разнообразные престижные культурные институты «все созданы коренными ру мынами»3. Именно там, в Клуже, его застало известие о вторже нии Гитлера в Польшу. В целом Элиаде не видел перед собой ни какой перспективы; ситуация представлялась совершенно безна дежной. Его чувства, повидимому, находили выход в злобной ксе нофобии, антисемитизме и сочувствии немцам (последнее — в те чение всех военных лет). Об этом нам снова поведал Себастьян. Кроме того, сопоставление выступлений Элиаде в прессе (его ста тей) с его устными высказываниями (пересказ разговоров с ним в «Дневнике» Себастьяна) демонстрирует их полное совпадение. Процитированная выше статья о Клуже опубликована 23 сентяб ря 1939 г. Следующий отрывок из «Дневника» датирован 20 сен тября, т. е. написан за три дня до появления статьи. «Тител (Пет ру. — Авт.) Комарнеску мне рассказал о разговоре на политичес кие темы, который у него состоялся на днях с Элиаде. Взгляды

Элиаде ищет в этот момент спасения и лично для себя, и ви дит его во временном выезде за рубеж. Он готов унижаться. На пример, принять назначение на дипломатический пост от тех са мых политиков, которых он презирал и против которых вел идео логическую борьбу на стороне легионеров с 1934 г. Но именно в этот момент отношения между Железной гвардией и королев ской властью начали улучшаться. К середине марта 1940 г. Ка роль II, прежде не дававший событиям четкой оценки, заявил на конец, что больше не верит в победу союзников. В созданный им Фронт национального возрождения даже было принято некото рое количество бывших зеленорубашечников из числа покаяв шихся. Декретом от 25 апреля Железной гвардии объявлена ам нистия, все легионеры освобождены. Элиаде воспользовался мо ментом затишья, чтобы испросить аудиенцию у нового министра пропаганды К.К. Джуреску. Он получил ее благодаря ходатайству писателя Александру Росетти. Министр рассказывал об этой встрече в 1971 г.: «Однажды мой старый друг Александру Росетти, придя ко мне, сказал: «Я видел Мирчу Элиаде. Он оказался в очень тяжелом положении. Ты не мог бы для него чтонибудь сделать?» Я знал Элиаде много лет по его произведениям, следил за его выступлениями в бухарестской прессе. Мне также было из вестно о его правых политических пристрастиях, как и о том, что он, в отличие от многих других, никогда не занимался реальной политической деятельностью. Учитывая, что в это время минис терство собиралось направить целый ряд секретарей и советни ков по культуре в наши посольства в странах Западной Европы, я решил, что он может нам быть полезен»

Сам Элиаде признавался в 1937 г., что его привлекли в фа шизме такие идеологические аспекты, как «духовное возрожде ние» и христианская революция — «аскетическая и мужествен ная». Поэтому нам представляется справедливым начать имен но с их рассмотрения. Подобные мессианские задачи явно про сматриваются у Элиаде с 1935 г. В статье «Народ без миссии?!» он писал: «Политический вождь молодежи (Кодряну. — Aвт.) утверждал, что цель руководимого им движения состоит в том, чтобы «примирить Румынию с Богом». Вот мессианская задача, решение которой не связано ни с классовой борьбой, ни с инте ресами политиканов, ни с экономическим инстинктом, ни

. Историк в отчаянии: несколько недель назад завершилась битва под Сталинградом, где подверглись разгрому немецкие и ру мынские войска.

. «Как настоящие вожди, оба они уже неоднократно доказывали, что обладают жертвенным духом — вынесли тюрь му, страдания, моральные пытки; их юность была юностью от ветственных людей, героев и аскетов»2. По мнению Элиаде, «добровольная смерть Иона Моты и Василе Марина имела мис тический смысл: то было жертвоприношение христианству». (Как нам уже известно, и 50 лет спустя Элиаде не откажется от своей первоначальной оценки Железной гвардии как «мисти ческой секты» (так именует он ее в «Мемуарах»). Он продолжа ет: «Как и его вождь и друг Корнелиу Кодряну, Ион Мота верил, что миссия Молодого поколения заключается в примирении Ру мынии с Богом. В преображении мертвой буквы в христианскую жизнь. В том, чтобы любым способом одержать победу над си лами тьмы. Почувствовав, что Люцифер снова собирается бить ся с Христом, Ион Мота, этот православный крестоносец, храб ро и с миром в душе двинулся в поход, чтобы принести себя в жертву во имя победы Спасителя»

Представляется необходимым подчеркнуть совпадение двух названных текстов, поскольку впоследствии Элиаде, отвечая на вопросы своего биографа М.Л.Риккетса, не признавал себя авто ром этого жуткого символа веры (второй из названных статей. — Перев.). Но с одной стороны, он никогда не выступал с какимли бо опровержением, хотя статья появлялась в печати дважды: 17 декабря 1937 г. и 1 января 1939 г., оба раза в «Buna Vestire». С дру гой стороны, характер использованной фразеологии не оставляет никаких сомнений относительно его авторства. Даже Риккетс признавался, что «в тексте не содержится никаких идей, с кото рыми Элиаде в то время не согласился бы; статья действительно представляется очень схожей с другими статьями (Элиаде. — Перев.), опубликованными в те годы»