Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Воспоминания о Сократе
.pdf
ПИР
нечно, верю, потому
[11]
что считаю вас людьми
благородными. Но если я действительно красив
и вы при виде меня испытываете то же, что
я при виде человека, кажущегося мне краси
[12]
вым, то, клянусь всеми богами, я не взял
бы
царской власти за красоту. Теперь я с большим
удовольствием смотрю на Клиния, чем на все
другие красоты мира; я предпочел бы стать сле
пым ко всему остальному, чем к одному Кли
нию. Противны мне ночь и сон за то, что я не
вижу; а дню и солнцу я в высшей степени благо
[13]
дарен за то, что они показывают Клиния.
Мы,
красавцы, можем гордиться еще вот чем: силь
ному человеку приходится работать, чтобы
добывать жизненные блага, храброму — под
вергаться опасностям, ученому — говорить,
а красавец, даже ничего не делая, всего может
[14]
достигнуть.
Я, например, хоть и знаю, что
деньги — вещь приятная, но охотнее стал бы да
вать Клинию, что у меня есть, чем брать другие
деньги у другого; я охотнее был бы рабом, чем
свободным, если бы Клиний хотел повелевать
мною: мне легче было бы работать для него, чем
отдыхать, и приятнее было бы подвергаться
опасностям за него, чем жить в безопасности.
[15]
Таким образом, если ты, Каллий, гордишься
тем, что можешь делать людей справедливее, то
291
КСЕНОФОНТ
я могу более, чем ты, направлять их ко всякой
добродетели: благодаря тому, что мы, красавцы,
чемто вдохновляем влюбленных, мы делаем их
более щедрыми на деньги, более трудолюбивы
ми и славолюбивыми в опасностях и уж, конеч
но, более стыдливыми и невоздержными, коль
[16]
скоро они всего более стыдятся
даже того, что
им нужно. Безумны также те, которые не выби
рают красавцев в военачальники: я, например,
с Клинием пошел бы хоть в огонь; уверен, что
и вы тоже со мною. Поэтому уж не сомневайся,
Сократ, что моя красота принесет какуюнибудь
[17]
пользу людям. Разумеется, не следует умалять
достоинство красоты за то, что она скоро отцве
тает: как ребенок бывает красив, так равно
и мальчик, и взрослый, и старец. Вот доказа
тельство: носить масличные ветви в честь Афи
ны выбирают красивых стариков, руководясь
тем, что всякому возрасту сопутствует
[18]
красо
та. А если приятно получать, в чем нуждаешься,
от людей с их согласия, то я уверен, и сейчас,
даже не говоря ни слова, я скорее убедил бы
этого мальчика и эту девушку поцеловать меня,
чем ты, Сократ, хотя бы ты говорил очень много
и умно».
[19]
«Что это? — сказал Сократ. — Ты хваста
ешься так, считая себя красивее даже меня?»
292
ПИР
«Да, клянусь Зевсом, — отвечал Критобул, —
а то я был бы безобразнее всех Силенов в сати
рических драмах».
А Сократ действительно был на них похож.
[20]
«Ну, так помни же, — сказал Сократ, — что
этот спор о красоте надо будет решить судом,
когда предположенные речи обойдут свой круг.
И пусть судит нас не Александр, сын Приама,
а они сами, которые, как ты воображаешь, жела
ют поцеловать тебя».
[21]
«А Клинию не предоставишь ты этого, Со
крат?» — спросил он.
«Да перестанешь ли ты, — отвечал Сократ, —
вечно помнить о Клинии?»
«А если я не произношу его имени, неужели
ты думаешь, что я хоть скольконибудь меньше
помню о нем? Разве ты не знаешь, что я ношу
в душе его образ настолько ясный, что если бы
я обладал талантом скульптора или живописца,
я по этому образу сделал бы подобие его ничуть
не хуже, чем если бы смотрел на него самого».
[22]
На это Сократ отвечал: «Раз ты носишь такой
похожий образ его, то почему ты докучаешь мне
и водишь меня туда, где увидишь его самого?»
«Потому что, Сократ, вид его самого может
радовать, а вид образа не доставляет наслажде
ния, а вселяет тоску».
293
КСЕНОФОНТ
[23]
Тут Гермоген сказал: «Мне думается, Со
крат, это даже не похоже на тебя, что ты допу
стил Критобула дойти до такого исступления от
любви».
«Ты, видно, думаешь, — отвечал Сократ, —
что он пришел в такое состояние лишь с тех пор,
как со мною водит дружбу?»
«А то когда же?»
«Разве не видишь, что у него лишь недавно
пушок стал спускаться около ушей, а у Клиния
он уже поднимается назад. Когда он ходил в одну
школу
[24]
с ним, тогда он еще так сильно воспы
лал. Отец заметил это и отдал его мне, думая, не
могу ли чем я быть полезен. И несомненно, ему
уже гораздо лучше: прежде он, словно как люди,
смотрящие на Горгон, глядел на него окамене
лым взором и, как каменный, не отходил от него
[25]
ни на шаг, а теперь я
увидел, что он даже миг
нул. А всетаки, клянусь богами, друзья, мне ка
жется, говоря между нами, он даже поцеловал
Клиния, а нет подтопки для любви опаснее этой:
она ненасытна и подаст какието сладкие
[26]
на
дежды. [А может быть, и потому, что соприкос
новение устами, единственное из всех действий,
называется тем же словом, что и душевная лю
бовь, оно и пользуется большим почетом.] Вот
почему я утверждаю, что тот, кто сможет сохра
294
ПИР
нить самообладание, должен воздерживаться от
поцелуев с красавцами».
[27]
Тут Хармид сказал: «Но почему же, Сократ,
нас, друзей своих, ты так отпугиваешь от красав
цев, а ты сам, клянусь Аполлоном, как я однаж
ды видел, прислонил голову к голове Критобула
и обнаженное плечо к обнаженному плечу, когда
вы оба у школьного учителя чтото искали в од
ной и той же книге?»
[28]
«Ох, ох, — сказал Сократ, — так вот почему,
словно какой зверь меня укусил, у меня с лиш
ком пять дней болело плечо и в сердце как будто
чтото царапало. Но теперь, Критобул, я при
стольких свидетелях заявляю тебе, чтоб ты не
дотрагивался до меня, пока подбородок у тебя не
будет так же покрыт волосами, как голова».
Так они вперемежку то шутили, то говорили
серьезно.
[29]
«Теперь твой черед говорить, Хармид, —
сказал Каллий, — на каком основании ты гор
дишься бедностью».
«Всеми признано, — отвечал Хармид, — что
не бояться лучше, чем бояться, быть свободным
лучше, чем быть рабом, получать услуги лучше,
чем самому ухаживать за кем, пользоваться до
верием со стороны
[30]
отечества лучше, чем
встречать недоверие. Так вот, когда я жил богато
295
КСЕНОФОНТ
в Афинах, я, вопервых, боялся, что ктонибудь
пророет стену моего дома, заберет деньги и мне
самому сделает какоенибудь зло. Затем мне
приходилось ублажать сикофантов: я знал, что
они мне скорее могут повредить, чем я им. Кро
ме того, город всегда налагал на меня какиени
[31]
будь
расходы, а уехать никуда нельзя было.
А теперь, когда заграничных имений я лишился
и от здешних не получаю дохода, а что было
в доме, все продано, я сладко сплю растянув
шись; город мне доверяет; никто мне больше не
грозит, а я уже грожу другим; как свободному,
мне можно и здесь жить и за границей; передо
мной уже встают с мест и уступают
[32]
дорогу на
улице богатые. Теперь я похож на царя, а тогда,
несомненно, был рабом. Тогда я платил налог
народу, а теперь город платит мне подать и со
держит меня. Даже за дружбу с Сократом ругали
меня, когда я был богат, а теперь, когда стал бе
ден, никому больше нет никакого дела до меня.
Мало того, когда у меня было много всего, я по
стоянно чтонибудь да терял — либо по милости
города, либо по воле судьбы; а теперь ничего не
теряю, потому что и нет ничего у меня, а всегда
надеюсь чтонибудь получить».
[33]
«Значит, — заметил Каллий, — ты даже
молишься о том, чтобы никогда не разбога
296
ПИР
теть, и если увидишь какой хороший сон, то
приносишь жертву богам, отвратителям несча
стий?»
«Ну, нет, клянусь Зевсом, — отвечал он, —
этогото я не делаю; напротив, очень люблю ид
ти на опасность и твердо выдерживаю ее, если
где надеюсь чтонибудь добыть».
[34]
«А нука, — сказал Сократ, — ты теперь го
вори нам, Антисфен, как это ты, имея столь ма
ло, гордишься богатством».
«По моему убеждению, друзья, у людей богат
[35]
ство
и бедность не в хозяйстве, а в душе. Я ви
жу много частных лиц, которые, владея очень
большим капиталом, считают себя такими бед
ными, что берутся за всякую работу, идут на вся
кую опасность, только бы добыть побольше.
Знаю и братьев, которые получили в наследство
поровну, но у одного из них средств хватает, да
же есть излишки против расхода, а другой
[36]
нуждается во всем. Я слыхал и про тиранов, ко
торые так алчны до денег, что прибегают к дей
ствиям гораздо более преступным, чем люди са
мые неимущие: изза нужды одни крадут, другие
прорывают стены, иные похищают людей, а ти
раны бывают такие, что уничтожают целые се
мьи, казнят людей массами, часто даже целые
города изза денег
[37]
обращают в рабство. Мне их
297
КСЕНОФОНТ
очень жалко, что у них такая тяжелая болезнь:
мне кажется, с ними происходит чтото похожее
на то, как если бы человек много имел, много ел,
но никогда не был бы сыт. А у меня столько все
го, что и сам я насилу нахожу это; но всетаки
у меня в барышах остается, что, евши, я дохожу
до того, что не бываю голоден, пивши — до того,
[38]
что не чувствую жажды, одеваюсь
так, что на
дворе не мерзну нисколько не хуже такого бога
ча, как Каллий; а когда бываю в доме, то очень
теплыми хитонами кажутся мне стены, очень те
плыми плащами — крыши, постелью я настоль
ко доволен, что трудно бывает даже разбудить
меня. Когда тело мое почувствует потребность
в наслаждении любовью, я так бываю доволен
тем, что есть, что женщины, к которым я обра
щаюсь, принимают меня с восторгом, потому
[39]
что никто другой не хочет
иметь с ними дела.
И все это кажется мне таким приятным, что ис
пытывать больше наслаждения при исполнении
каждого такого акта я и не желал бы, а напротив,
меньше: до такой степени некоторые из
[40]
них
кажутся мне приятнее, чем это полезно. Но са
мым драгоценным благом в моем богатстве
я считаю вот что: если бы отняли у меня и то,
что теперь есть, ни одно занятие, как я вижу, не
оказалось бы настолько плохим, чтобы не могло
298
ПИР
доставлять мне
[41]
пропитание в достаточном ко
личестве. И в самом деле, когда мне захочется
побаловать себя, я не покупаю на рынке дорогих
продуктов, потому что это начетисто, а достаю
их из кладовой своей души. И гораздо больше
способствует удовольствию, когда подносишь ко
рту пищу, дождавшись аппетита, чем когда упо
требляешь дорогие продукты, как, например, те
перь, когда я пью это фасосское вино, не чув
ствуя жажды, а только потому, что оно попалось
[42]
мне под руку. Несомненно, и гораздо честнее
должны быть люди, любящие дешевизну, чем
любящие дороговизну: чем больше человеку
хватает того, что есть,
[43]
тем меньше он зарится
на чужое. Следует обратить внимание еще на то,
что такое богатство делает человека и более ще
дрым. Сократ, например, от которого я получил
его, давал его мне без счета, без веса: сколько
я мог унести с собою, столько он мне и давал.
Я тоже теперь никому не отказываю: всем дру
зьям показываю изобилие богатства в моей душе
[44]
и делюсь им со всяким. Далее, видите, такая
прелесть, как досуг, у меня всегда есть, поэтому
я могу смотреть, что стоит смотреть, слушать,
что стоит слушать, и, чем я особенно дорожу,
благодаря досугу проводить целые дни с Со
кратом. Да и Сократ не ценит людей, насчитыва
299
КСЕНОФОНТ
ющих груды золота, а кто ему правится, с теми
постоянно и проводит время». Так говорил Ан
тисфен.
[45]
Каллий сказал: «Клянусь Герой, завидую
твоему богатству, и особенно потому, что ни го
род не налагает на тебя повинностей и не распо
ряжается тобою как рабом, ни люди не сердятся,
если не дашь взаймы».
«Нет, клянусь Зевсом, — возразил Никерат, —
не завидуй: я вернусь домой, позаимствовав
у него это „ни в чем не нуждается“. Так уже на
учил меня счету Гомер:
Семь огня не видавших треножников, десять
талантов
Злата, да двадцать лоханей блестящих, да коней
двенадцать,
и я вечно стремлюсь увеличить как можно боль
ше свое богатство и весом и счетом; поэтому,
может быть, некоторые и находят, что я слиш
ком жаден до денег».
Тут все рассмеялись, считая, что он сказал
правду.
[46]
После этого ктото сказал: «Теперь за тобой
дело, Гермоген, ты должен рассказать, кто такие
твои друзья, и показать, что они сильны и забо
300
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]