Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы современного права в научных исследованиях молодых ученых-юристов. Материалы научно-практической конференции аспирантов и соискате
.pdf
М. И. Брагинский, «в случаях, когда субпоставщик поставляет товары непосредственно
покупателю, имеется в виду договор об исполнении третьему лицу, но если поставка
производится вначале субпоставщиком поставщику, а затем поставщиком покупателю — налицо участие пособника»
223
.
На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что в отношении
каждого конкретного случая, когда в обязательстве усматривается участие третьих лиц,
необходимо проанализировать структуру правоотношения и характер его содержания.
Только на основании такого анализа можно установить, является ли так называемое
третье лицо посторонним для рассматриваемого обязательства либо непосредственным
его участником.
223
Статут, 2001. С. 380.
Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Общие положения : монография (кн. 1). 3-е изд., стер. М. :
81
Гавриков Е.А.,
аспирант кафедры предпринимательского права,
гражданского и арбитражного процесса
ВГУЮ (РПА Минюста России)
ЧАСТНАЯ КОНЦЕССИОННАЯ
ИНИЦИАТИВА КАК МЕХАНИЗМ
ПУБЛИЧНО-ЧАСТНОГО ПАРТНЕРСТВА
В настоящее время в Российской Федерации продолжается активное развитие
института публично-частного партнерства.
Опыт 90-х гг. XX в. показал, что после перехода к рыночной экономке российское государство оказалось неспособным самостоятельно решать ряд важных экономических задач. В частности, в условиях рынка органы публичной власти столкнулись
с рядом проблем, связанных с эффективным
ством. Это вызывало необходимость поиска новых инструментов для реализации задач
социально-экономического развития, эффективного распределения благ и удовлетворения частных и публичных экономических интересов.
Одним из таких инструментов является механизм публично-частного партнерства.
В зависимости от вида публичного субъекта, участвующего в таком механизме, выделяют государственно-частное
и муниципально-частное партнерство. Базовым источником
правового регулирования публично-частного партнерства является недавно принятый
Федеральный закон от 13.07.2015 № 224-ФЗ «О государственно-частном партнерстве,
муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений
в отдельные законодательные акты Российской Федерации»
Публично-частное партнерство опосредуется различными договорными формами.
Пожалуй, наиболее проработанной в законодательстве договорной формой такого партнерства является концессионное соглашение. Концессионные соглашения являются
преобладающей формой при реализации капиталоемких проектов в различных отрас-
225
лях
. В этой связи анализ правового регулирования таких соглашений представляет
особый интерес.
Основным источником правового регулирования отношений, возникающих в рамках концессионных соглашений, является Федеральный закон от 21.07.2005 № 115-ФЗ
«О концессионных соглашениях» (далее — ФЗ «О концессионных соглашениях»)
По концессионному соглашению одна сторона (концессионер) обязуется за свой счет
создать и (или) реконструировать определенное этим соглашением имущество, право
собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне (концеденту), осуществлять деятельность с использованием (эксплуатацией) объекта концессионного соглашения, а концедент обязуется предоставить концессионеру на срок,
установленный этим соглашением, права
онного соглашения для осуществления указанной деятельности.
До 2014 г. право концессионной инициативы принадлежало исключительно публичному субъекту. Однако с принятием Федерального закона от 21.07.2014 № 265-ФЗ
управлением государственным имуще-
224
.
226
владения и пользования объектом концесси-
.
224
См.: СЗ РФ. 2015. № 29. Ст. 4350.
225
№ 6. С. 47–49.
См.: Нуриев А. Х. Перспективы развития концессионного законодательства в России // Юридический мир. 2015.
226
См.: СЗ РФ. 2005. № 30. Ст. 3126.
82
«О внесении изменений в Федеральный закон “О концессионных соглашениях” и отдельные законодательные акты Российской Федерации»
227
у частных субъектов появи-
лась возможность самостоятельно инициировать интересующие их проекты.
Нормы, устанавливающие право частной концессионной инициативы, были закреплены в ст. 37 ФЗ «О концессионных соглашениях», устанавливающей возможность
заключения концессионного соглашения без проведения конкурса.
Экономический смысл такой нормы состоит в том, что публичный субъект практически не несет расходы на
создание инновационной идеи, а также минимизирует иные
издержки, возникающие на преддоговорной стадии. У частного субъекта появляется
возможность самостоятельно разработать перспективный, по его мнению, инвестиционный проект и избежать длительной процедуры конкурса.
Институт частной концессионной инициативы широко применим в практике зарубежных правопорядков. В зарубежных странах основная идея этой концепции заключается
в том, что частный инвестор предлагает государству уникальные и (или)
наиболее выгодные условия реализации инфраструктурного проекта. Государство рассматривает предложение инвестора и, в случае принятия положительного решения,
заключает с ним соглашение без проведения конкурса или предоставляет инициатору
конкурентное преимущество в случае проведения конкурса
228
.
В качестве возможных субъектов частной концессионной инициативы допускаются
любые потенциальные концессионеры: индивидуальные предприниматели, российские
или иностранные юридические лица либо действующие без образования юридического
лица по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) два и более указанных юридических лица.
Первым этапом частной концессионной инициативы является предложение проекта концессионного соглашения. Такое предложение должно содержать все существенные условия соглашения, но может ими не ограничиваться.
Предложение направляется в Правительство РФ, субъект РФ либо муниципальное образование — в зависимости от того, в чьей собственности находится объект концессионного соглашения.
Форма предложения о заключении концессионного соглашения утверждена постановлением Правительства РФ от 31.03.2015 № 300
229
.
Предложение должно содержать ряд обязательных элементов, касающихся соответствия заявителя установленным требованиям. К ним относятся: документально подтвержденные сведения о том, что лицо не находится в стадии ликвидации и банкротства;
сведения об отсутствии недоимок по налогам, сборам и иным обязательным платежам;
сведения о наличии средств или возможности их получения в размере не менее 5 %
объема заявленных инвестиций.
Кроме того, для подтверждения соответствия инициативы заявителя программам
комплексного развития систем коммунальной инфраструктуры в заявке указывается
ряд дополнительных сведений. Среди них: наименование органа, осуществляющего полномочия собственника в отношении вида имущества, являющегося объектом
концессионного соглашения (очевидно, предполагается, что инициатор должен знать
наименование такого органа), имущество, являющееся объектом концессионного соглашения и адрес его нахождения, а также предполагаемый срок передачи концедентом
концессионеру объекта концессионного соглашения.
Заявка также должна содержать сведения о наличии или отсутствии проектной документации. В этой части у инициатора существует три возможных варианта
227
См.: СЗ РФ. 2014. № 30. Ст. 4266.
228
развития ГЧП, 2015. С. 6.
См.: Частная инициатива в концессиях: международный опыт и перспективы становления в России. М. : Центр
229
См.: СЗ РФ. 2015. № 15. Ст. 2263.
83
действия. Первый из них — разработать проектную документацию до направления
предложения и приложить ее к заявке вместе с копией положительного заключения
экспертизы проектной документации и (или) результатов инженерных изысканий.
Представляется, что такой вариант вряд ли будет часто использоваться на практике,
поскольку сопряжен с риском потерять средства, вложенные в разработку проектной
документации, в
случае принятия публичным субъектом отрицательного решения
по заявке. Второй возможный вариант предполагает, что инициатор указывает в проекте соглашения сроки, в течение которых такая документация будет разработана.
Наконец, третий вариант представляет возможность предложить публичному субъекту самому разработать проектную документацию либо предполагает, что она уже
разработана концедентом.
Кроме того, к
заявке должны быть приложены технико-экономические характеристики объекта, краткое описание актуальности, целей и задач проекта, его сметная
стоимость и информация об использовании инновационных технологий при реализации такого проекта.
Уполномоченный орган обязан рассмотреть предложения в течение 30 календар-
ных дней после его поступления.
По результатам рассмотрения предложения принимается решение о возможно
сти заключения концессионного соглашения на предложенных условиях либо о возможности заключить его на иных условиях, либо о невозможности заключить такое
соглашение с указанием причин отказа. При этом такой отказ не может быть необоснованным
230
.
Если орган публичной власти готов заключить концессионное соглашение
на иных условиях, с инициатором проводятся переговоры на совместных совещаниях.
По результатам переговоров инициатор предлагает проект соглашения с внесенными
изменениями, который должен быть рассмотрен в трехдневный срок.
В случае отказа в заключении концессионного соглашения уполномоченный орган обязан указать причину такого отказа.
Перечень возможных причин установлен
в ч. 4.6 ст. 37 ФЗ «О концессионных соглашениях». Кроме того, такой отказ возможен
по иным основаниям, предусмотренным федеральными законами.
После принятия решения о возможности заключить концессионное соглашение
предложение о его заключении в течение 10 дней публикуется на официальном сайте, предназначенном для размещения информации о проведении торгов. В течение
45 дней после публикации проекта лица, отвечающие установленным законом требованиям к концессионеру, вправе подать заявку о готовности к конкурсу на заключение
соглашения.
В случае если такие заявки будут поданы, заключение концессионного соглашения осуществляется на конкурсной основе; если таких заявок не поступит — оно
осуществляется без проведения конкурса.
В целом институт
частной концессионной инициативы представляется перспек-
тивным для гражданского оборота и производит положительное впечатление.
Во-первых, в российском законодательстве механизм частной концессионной
инициативы является редким примером детального урегулирования правоотношений
на преддоговорной стадии. Наличие строго регламентированной процедуры подачи
и рассмотрения заявки должна защитить интересы слабой стороны договора — частного инвестора, минимизировав риск
произвольного и необоснованного отказа в за-
ключении договора.
Во-вторых, такой механизм дает возможность публичному субъекту возможность
избежать ненужных издержек на подготовку проекта соглашения и проведение конкурса, что особенно актуально в отраслях экономики с низкой конкуренцией.
-
84
230
См. об этом: Зусман Е. В., Долгих И. А. Концессия: анализ ключевых новелл // Закон. 2015. № 3. С. 50–59.
В-третьих, механизм концессионной инициативы позволяет сократить время
на подготовку проекта и ускорить начало его реализации.
Среди возможных недостатков механизма частной концессионной инициативы
можно выделит отсутствие достаточных инструментов, позволяющих привлечь инициатора проекта к ответственности за необоснованный отказ от ведения дальнейших
переговоров по проекту, либо за отказ от подписания соглашения после
всех преддоговорных процедур. При этом механизм компенсации затрат концессионера, связанных с проведением конкурса, в законе также отсутствует.
Вместе с тем механизм частной концессионной инициативы, безусловно, должен
продемонстрировать свою эффективность при организации многих проектов и благотворно повлиять на инвестиционную привлекательность российской экономики.
проведения
85
Каламова Ю. Б.,
аспирант кафедры гражданского процесса
ФГБОУ ВО «Саратовская государственная юридическая академия»
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ СТАТУС
ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО АРБИТРАЖНОГО РЕШЕНИЯ
В КОНЦЕПТЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА
ОТ 29.12.2015 № 382-ФЗ «ОБ АРБИТРАЖЕ
(ТРЕТЕЙСКОМ РАЗБИРАТЕЛЬСТВЕ)
В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»
Стоит отметить, что эффективность защиты нарушенного права зависит не только от максимального обеспечения реального исполнения арбитражного решения
но достигается также и за счет его качества. Необходимость реального исполнения
арбитражного решения возникает непосредственно у должника либо при добровольном исполнении, либо на стадии принудительного исполнения при содействии судебного пристава-исполнителя. При каждом случае обязанные (уполномоченные) лица
должны иметь четкое представление и понимание в отношении объема и содержания
требований взыскателя, признанных третейским судом обоснованными. Взыскатель
также заинтересован в том, чтобы по каждому из заявленных им в ходе арбитража
материально-правовых требований была принята «резолюция» третейского суда, в том
числе по требованиям процессуального характера, сопутствующим материальноправовым. Однако на практике третейскому суду довольно редко удается избежать
погрешностей при принятии арбитражного
как отсутствием у третейского суда должной внимательности при подготовке мотивированного арбитражного решения, так и его халатностью или заведомо неправомерным
поведением. Действительно, на третейский суд возлагается «львиная» доля ответственности. Тем не менее третейское и гражданское (арбитражное) процессуальное законодательство лишено какого-либо механизма реализации
В этой связи институт дополнительного решения призван сыграть вспомогательную
роль. Напомним, что цель и предназначение института дополнительного решения заключаются в устранении дефекта основного арбитражного решения, выразившегося
в неполноте принятого решения ввиду отсутствия выводов третейского суда по любому требованию, заявленному стороной в ходе арбитража. В свою очередь, неполная
или недостаточная реализация обозначенной цели неизбежно приведет к нарушению
права не только на судебную защиту, но и в целом на защиту нарушенных и (или) оспариваемых прав, законных интересов, определенного ч. 2 ст. 45 Конституции, согласно
которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
8 октября 2015 г
дарственного университета состоялось публичное обсуждение концептуальных основ
реформы третейского законодательства в рамках Третьего Всероссийского форума
третейского и делового сообществ «Третейская реформа в России: завершающий этап?»
В ходе активной дискуссии была выражена уверенность в том, что, в первую очередь,
. в стенах юридического факультета Санкт-Петербургского госу-
решения. Последнее может быть вызвано
указанной ответственности.
231
,
231
суда // Перспектива реформирования гражданского процессуального права : сб. ст. по материалам Междунар. науч-практ.
конф.(Саратов, 21 февраля 2015 г.) / под ред. О. В. Исаенковой. Саратов : Изд-во СГЮА, 2015. С. 129.
См.: Каламова Ю. Б. Проблемные аспекты реализации принципа добровольного исполнения решения третейского
86
законопроект «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации»,
внесенный в Государственную Думу, должен решить задачу по правовой регламентации
процедуры третейского разбирательства, а также вопросов внутренней организации
третейских судов, требований к документам локального уровня. Решение указанных
вопросов впоследствии будет способствовать урегулированию процессуальных аспектов
арбитража.
В конечном итоге реформа третейского разбирательства была ознаменована
нятием Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее — Закон № 382-ФЗ). Положения ч. 4
ст. 37 Закона № 382-ФЗ предоставили любой из сторон третейского разбирательства
(далее — сторона) 30-дневный срок со дня получения арбитражного решения, в течение
которого в третейский суд может быть подано заявление
арбитражного решения. Третейский суд имеет в своем распоряжении 60 дней со дня получения заявления стороны для принятия такого решения, но при условии признания
просьбы стороны о принятии дополнительного арбитражного решения оправданной.
Между тем из положений Закона № 382-ФЗ не представляется возможным определить
критерии, которыми следует руководствоваться третейскому
оснований для признания данной просьбы оправданной. Кроме того, не определена
процессуальная форма юрисдикционного акта третейского суда, оформляющего процессуальный итог рассмотрения заявления стороны о принятии дополнительного
арбитражного решения. Очевидно, что указанная норма заимствована из Закона РФ
от 07.07.1993 № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже», поскольку в полной мере
Федерации» (далее — Закон № 102-ФЗ), действующий до вступления в силу Закона
№ 382-ФЗ — до 1 сентября 2016 г., предлагает несколько иное правовое регулирование института дополнительного решения, принимаемого в рамках третейского разбирательства. В частности, согласно
в течение 10 дней со дня получения третейского решения обращается в третейский суд
с соответствующим заявлением о принятии дополнительного решения, которое в течение 10 дней после его получения третейским судом должно быть им рассмотрено.
По результатам рассмотрения такого заявления принимается либо дополнительное
решение, которое является составной
ние об отказе в удовлетворении заявления о принятии дополнительного решения.
входит преимущественно внутренний арбитраж, за исключением следующих положений Закона № 382-ФЗ, распространяющих свое действие и на международный коммерческий арбитраж, местом рассмотрения которого
а именно: о порядке хранения арбитражных решений, постановлений о прекращении
арбитража и иных материалов (ст. 39 Закона № 382-ФЗ), о внесении изменений в юридически значимые реестры (ст. 43 Закона № 382-ФЗ), а также об образовании и деятельности постоянно действующих арбитражных учреждений в Российской Федерации
(гл. 9–12 Закона № 382полнительного арбитражного решения в указанный перечень не входит, оставаясь прерогативой арбитража внутренних споров. Несмотря на это законодатель, видоизменяя
норму о дополнительном решении в ходе реформы третейского законодательства, фактически приравнял условия и порядок его принятия в рамках арбитража внутренних
споров
арбитража.
дублирует положения п. 3 ст. 33 указанного закона.
Федеральный закон от 24.07.2002 № 102-ФЗ «О третейских судах в Российской
ст. 34 Закона № 102-ФЗ заинтересованная сторона
частью решения третейского суда, либо определе-
Необходимо отметить, что в предмет правового регулирования Закона № 382-ФЗ
ФЗ). Часть 4 ст. 37 Закона № 382-ФЗ о порядке принятия до-
к условиям и порядку, предусмотренных для международного коммерческого
о принятии дополнительного
суду в целях выявления
является Российская Федерация,
при-
87
На наш взгляд, подобный подход законодателя представляется не вполне обоснованным с точки зрения принятия комплекса мер по повышению привлекательности
процедуры арбитража внутренних споров в условиях наметившейся тенденции повышения авторитета третейских судов и, как следствие, уровня гарантированности защиты нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и законных интересов. Следует
признать
, что нормы АПК и ГПК не закрепляют контрольных функций компетентного
суда в отношении юрисдикционных актов третейского суда, принимаемых им по вопросам, не затрагивающим существа спора, не позволяя в связи с этим заинтересованной стороне арбитража оспорить определение об отказе в удовлетворении заявления
о принятии дополнительного решения.
Вместе с тем
процессуально-правовая коллизия возникает при принятии дополнительного арбитражного решения третейским судом, образованным сторонами
для разрешения конкретного спора (далее — суд ad hoc). Исходя из толкования п. 17
ст. 2 и ст. 40 Закона № 382-ФЗ, приходим к выводу, что арбитражные решения суда
ad hoc не признаются окончательными, следовательно, могут быть оспорены в компетентном суде. Сопоставляя
трехмесячный срок (90 дней) для подачи в компетентный
суд заявления об оспаривании арбитражного решения, исчисляемый со дня получения
решения (ст. 230 АПК), с предельными сроками, предусмотренными ч. 4 ст. 37 Закона
№ 382-ФЗ, для направления в третейский суд заявления о принятии дополнительного арбитражного решения и принятия третейским судом решения (30 и 60 дней
соответственно), прежде всего
взыскатель (истец) несет риск пропуска трехмесячного
процессуального срока для оспаривания дополнительного арбитражного решения
в случае несогласия с ним по основаниям, отличным от оснований для отмены основного арбитражного решения. В таком случае последний день срока для принятия
дополнительного решения (при условии направления соответствующего заявления
в последний день 30-дневного срока) приходится
на последний день трехмесячного
срока для оспаривания решения. Однако субсидиарный процессуальный характер дополнительного решения третейского суда не позволит оспорить его отдельно от основ-
232
ного решения
.
В случае если одна из заинтересованных сторон третейского разбирательства направит в компетентный суд заявление об отмене основного арбитражного решения
с целью прервать течение срока для подачи такого заявления, оснований для приостановления производства по данному делу до момента принятия дополнительного арбитражного решения третейским судом нормы АПК и ГПК,
также как и Закон
№ 382-ФЗ, не содержат. Пункт 1 ст. 34 Закона № 102-ФЗ явно свидетельствует об отсутствии у дополнительного решения самостоятельного процессуального статуса, что
выражается через формулировку «которое является составной частью решения третейского суда». Между тем в Законе № 382-ФЗ (ч. 4 ст. 37) указанная оговорка исключена, что может говорить
либо об ошибке законодателя, либо о его целенаправленном
намерении переквалифицировать статус дополнительного арбитражного решения,
придав ему самостоятельность в процедуре оспаривания. Однако в последнем случае
необходимо прямо предусмотреть такую возможность в соответствующих структурных
элементах Закона № 382-ФЗ. В противном случае цель цивилистического процесса,
определяемая как эффективная защита нарушенных и (или) оспариваемых
прав, свобод и законных интересов, окажется недостижимой и потеряет всякую перспективу
и актуальность не только для доктринального исследования и правоприменительной
практики, но прежде всего для заинтересованных лиц, нуждающихся в реальном восстановлении нарушенных прав.
232
с обзором судебно-арбитражной практики (постатейный) / под ред. А. Н. Лысенко, А. А. Хорошева. М. : Деловой двор,
2011.
См.: Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О третейских судах в Российской Федерации»
88
Таким образом, полагаем целесообразным начать «работу над ошибками», допущенными при изложении правовых норм Закона № 382-ФЗ, а именно в части регулирования процедуры принятия дополнительного арбитражного решения. В частности,
предлагается сократить сроки как для направления заявления о принятии дополнительного решения, так и непосредственно для его принятия третейским судом, взяв
за основу положения ст. 34 Закона № 102-ФЗ. Указанная поправка позволит внести
ясность при определении степени процессуальной самостоятельности дополнительного
арбитражного решения в процедуре его оспаривания, о чем, безусловно, также должно
быть оговорено в ст. 37 Закона № 382-ФЗ. По крайней мере, такой подход позволит избежать двусмысленного толкования статуса дополнительного решения и
предвидеть результат соответствующих процессуальных действий сторон арбитража,
направленных на эффективную защиту нарушенного права.
впоследствии
89
Кузнецова Е. А.,
аспирант кафедры предпринимательского права,
гражданского и арбитражного процесса
ВГУЮ (РПА Минюста России)
ГРАЖДАНСКАЯ ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ
ПРАВОСУБЪЕКТНОСТЬ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ
В понимании большинства граждан органы внутренних дел прежде всего ассоциируются с уголовным и административным процессом. И это более чем правильно, так
как большинство преступлений раскрываются и расследуется сотрудниками органов
внутренних дел, равно как сотрудниками этого правоохранительного ведомства выявляется и наибольшее число административных правонарушений, материалы которых
затем направляются в суды
лица нередко принимают участие в гражданском судопроизводстве и играют в нем активную роль.
В настоящее время круг гражданских дел, по которым граждане и юридические
лица обращаются в суды с различными заявлениями, значительно расширился, в связи с чем нередко органы
цами, ответчиками, заявителями, третьими лицами, заявляющими самостоятельные
требования и др., то есть участниками гражданского судопроизводства. Однако данная
сторона их деятельности известна значительно меньше.
Возможность участия органов внутренних дел в гражданском судопроизводстве
связывают с наличием у них гражданской процессуальной правоспособности и гражданской процессуальной
и процессуальной дееспособности органов внутренних дел, более правильным будет
употреблять термин «гражданская процессуальная правосубъектность», так как у выше
названных лиц право и дееспособность всегда совпадают, в отличие от физических лиц,
у которых момент возникновения правоспособности не совпадает с моментом возникновения дееспособности.
Однако ни действующее
дел не знают употребления этого термина. В связи с этим возникает сложность неоднозначного понимания данной категории у ученых-процессуалистов. Термин «правоспособность» появился в юридической литературе и используется в монографиях, статьях,
учебниках, то есть в неофициальных источниках.
Первоначально термин «гражданской процессуальной правосубъектности» был
введен Чечиной
Н. А., которая предложила рассматривать правосубъектность «как
способность к обладанию и самостоятельному осуществлению прав и обязанностей
при наличии дееспособности или способности к их осуществлению через иных лиц
при отсутствии дееспособности»
так как при такой трактовке термина «правосубъектность» и вовсе исчезает необходимость в данном термине — происходит отождествление правосубъектности с правоспособностью.
Некоторые ученые и вовсе были против введения такого понятия, как «гражданская процессуальная правосубъектность», данную точку зрения обосновывая тем, что
термин «правосубъектность» не применим
. Вместе с тем органы внутренних дел и их должностные
внутренних дел или их должностные лица становятся ист-
дееспособности. Говоря о процессуальной правоспособности
законодательство, ни практика разрешения гражданских
233
. Данное высказывание не является правильным,
в отношении граждан, так как наличие
90
233
Чечина Н. А. Гражданский процессуальные отношения, М., 1962. С. 26.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]