Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные проблемы современного права в научных исследованиях молодых ученых-юристов. Материалы научно-практической конференции аспирантов и соискате
.pdf
у них правоспособности не означает наличие дееспособности. Мельников А. А., писал, что «введение еще одного процессуального термина “правосубъектноть” ничего
не дает для теории и не способствует решению практических задач гражданского
судопроизводства»
234
.
Безусловно, рассуждая о категории правосубъектности, нельзя не учитывать, что
ею обладают лишь дееспособные участники гражданского процесса. Правосубъектность
включает не только способность к обладанию правами и обязанностями (правоспособность), но и возможность лично осуществлять эти права и обязанности (дееспособность),
то есть представляет совокупность двух моментов — возможности правообладания и реальности правоосуществления (
С. А. Якубов) Только при одновременном распространении на лицо правоспособности и дееспособности можно говорить о наличии правосубъектности (М. А. Фокина)
235
.
Содержание гражданской процессуальной правосубъектности определяется
нормами гражданского процессуального законодательства для каждого конкретного
участника судопроизводства, в зависимости от задач и интересов, которое он выполняет или преследует своим участием в судопроизводстве. Поэтому правосубъектность
необходимо рассматривать не как общее свойство граждан и юридических лиц, а применительно к конкретным субъектам судопроизводства.
В
соответствии со ст. 4 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ органы внутренних дел являются органами исполнительной власти, функционирование
которых носит обеспечивающий характер по отношению к действующим в государстве
законам и правосудию, то есть к законодательной и судебной власти. Также в соответствии с п. 23 Типового положения о территориальном органе Министерства
внутренних
дел РФ, утв. Указом Президента РФ от 01.03.2011 № 249 органы внутренних дел наделены статусом юридического лица, что дает им возможность являться полноправным
участником гражданского судопроизводства.
Таким образом, правовая природа участия органов внутренних в гражданском судопроизводстве как субъектов, защищающих от своего имени права и интересы других
лиц, и участие
их как субъектов материально-правового спора в принципе различны.
В первом случае органы внутренних дел участвую в гражданском судопроизводстве
с точки зрения органа исполнительной власти. Во втором варианте, когда органы внутренних дел участвуют в гражданском судопроизводстве как хозяйствующие субъекты,
условием наделения их процессуальной правосубъектностью является статус юридического лица.
С
точки зрения юридического лица органы внутренних дел по своей организационноправовой форме являются государственными учреждениями, которые в соответствии со
ст. 120 ГК создаются собственником для осуществления управленческих, социальнокультурных или иных функций некоммерческого характера и финансируются им
полностью или частично.
Таким образом, являясь некоммерческой организацией, органы внутренних дел
наделены специальной правосубъектностью,
соответствующей выполнению тех задач,
для решения которых создаются органы и учреждения МВД России. В то же время
гражданское законодательство фактически не запрещает некоммерческим организациям осуществлять предпринимательскую деятельность с тем лишь условием, чтобы
доходы шли на обеспечение нормального функционирования учреждения.
Так как задачами гражданского судопроизводства в соответствии со ст. 2 ГПК
являются
правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел,
защита прав и интересов человека, то в настоящей работе более подробное внимание
234
Мельников А. А. Курс советского гражданского процессуального права. М. : Наука, 1981. С. 197.
235
стве : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2001.
См.: Жильцова Н. А. Проблемы участия органов милиции общественной безопасности в гражданском судопроизвод-
91
будет уделено раскрытию гражданской процессуальной правосубъектности органов
внутренних дел как органа исполнительной власти, выступающего в защиту прав
и свобод человека и гражданина.
В этом случае правосубъектность участия органов внутренних дел в гражданском
судопроизводстве определяется их компетенцией, характеризующейся совокупностью
определяемых законом полномочий отдельных структурных подразделений органов
внутренних дел.
В юридической литературе среди
ученых-процессуалистов сложились две точки
зрения к соотношению правоспособности и компетенции органа внутренних дел.
Первая группа ученых-процессуалистов (Е. А. Флейшиц, О. А. Заворуева и др.)
236
считает, что понятия «правосубъектность» и «компетенция» являются самостоятельными терминами и говорят о том, что правосубъектность характеризуется возможностью
обладания правами и обязанностями. Компетенция же — это не возможность правообладания, а установленные в правовых актах правомочия органов государственного
управления. О компетенции можно говорить лишь применительно к деятельности
управленческого характера и с
точки зрения принадлежности органу внутренних дел
прав, а не обязанностей.
237
Другая группа ученых (Н. А. Жильцова, Г. Ф. Ручкина и др.)
полагает, что
компетенция включает в себя правоспособность. Данные авторы утверждают, что компетенция является непосредственным основанием участия органов внутренних дел
в гражданском судопроизводстве и обуславливает существование гражданской процессуальной правосубъектности данного правоохранительного ведомства.
С данной позицией можно согласиться, так как содержание компетенции органов внутренних дел определяется его функциями. Так,
например, согласно п. 2 ст. 21
Федерального закона от 24.06.1999 № 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» подразделения по делам несовершеннолетних органов внутренних дел выявляют родителей и несовершеннолетних
или иных законных представителей, не выполняющих свои обязанности по воспитанию
детей, и в установленном законом порядке вносят предложения о применении мер
предусмотренных законодательством Российской Федерации. Реализуя возложенные
на них функции, органы внутренних дел таким образом выступают от своего имени в защиту прав и интересов других лиц (несовершеннолетних). В данной ситуации в основе
участия органов внутренних дел лежит наличие специальных указаний в законе о возможности их участия, а также особый
характер юридической заинтересованности.
Как показывает судебная практика, в настоящее время инспектор по делам несовершеннолетних как должностное лицо выступает в гражданском процессе в качестве
свидетеля по делам о лишении родительских прав.
Таким образом, гражданская процессуальная правосубъектность является предпосылкой участия в гражданском судопроизводстве органов внутренних дел. Условием
наделения последних гражданской процессуальной
правоспособностью является компетенция соответствующего подразделения органа внутренних дел (в случае защиты
интересов государства и других лиц), а также статус юридического лица (когда органы
внутренних дел участвуют в гражданском обороте как хозяйствующие субъекты). Возможность участия органов внутренних дел в судопроизводстве по гражданских делам
регламентируется указаниями отдельных норм гражданского процессуального
законо-
дательства, регулирующих конкретные процессуальные институты.
,
236
М., 1960. С. 27; Заворуева О. А. Участие органов внутренних дел в гражданском судопроизводстве : автореф. дис. … канд.
юрид. наук. СПб., 2003. С. 20 и др.
водстве. Саратов : Изд-во Саратов. ун-та, 2005.С. 35; Ручкина Г. Ф. Гражданская процессуальная правосубъектность органов
внутренних дел РФ : дис. … канд. юрид. наук. М., 1997. С. 116 и др.
См.: Флейшиц Е. А. Соотношение правоспособности и субъективных прав // Вопросы общей теории советского права.
237
См.: Жильцова Н. А. Проблемы участия органов милиции общественной безопасности в гражданском судопроиз-
92
Кукуев С. Ю.,
аспирант кафедры предпринимательского права,
гражданского и арбитражного процесса
ВГУЮ (РПА Минюста России)
ЮРИДИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ФАКТЫ
НА СТАДИИ ПОДГОТОВКИ ДЕЛА
К СУДЕБНОМ РАЗБИРАТЕЛЬСТВУ
При исследовании юридических процессуальных фактов в гражданском судопро-
изводстве важно изучить их на различных стадиях процесса.
Стадией в гражданском судопроизводстве понимают совокупность процессуальных
действий, охватываемых не конечной, а какой-либо близлежащей целью процесса
кая позиция была озвучена М. К. Треушниковым. Он отметил, что стадиями являются:
возбуждение дела; подготовка дела к судебному разбирательству; судебное разбирательство дела, обжалование и опротестование решений и определений суда, не вступивших
в законную силу; пересмотр решений, определений и постановлений суда в кассационном и надзорном порядке; пересмотр по
решений, определений и постановлений, вступивших в законную силу
вновь открывшимся или новым обстоятельствам
239
.
Целью настоящей статьи является исследование процессуальных фактов на стадии подготовки.
Согласно ст. 147 ГПК подготовка к судебному разбирательству является обязательной по каждому гражданскому делу и проводится судьей с участием сторон, других
лиц, участвующих в деле, их представителей.
В арбитражном процессе подготовка может быть осуществлена единолично судом,
так как до
возбуждения дела суду известно о направлении ответчику искового заявле-
ния и приложенных к нему доказательств.
Задача подготовки в арбитражном и гражданском процессе сводится к определению
характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства,
обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела; разрешению
вопроса о составе лиц, участвующих в деле, и других участников арбитражного
са; оказанию содействия лицам, участвующим в деле, в представлении необходимых
доказательств; примирению сторон (ст. 148 АПК).
Для правильного определения динамики процесса, которая обусловлена выполнением судом по итогам рассмотрения дела задач гражданского судопроизводства,
до начала рассмотрения дела необходимо установить перечень фактов спорного материального правоотношения, идентифицировав его надлежащим образом, и
совершение процессуальных фактов от сторон для содействия исполнения задач судопроизводства.
Процессуальные факты, важные для исследования на стадии подготовки, вытекают из задач, которые стоят перед судом на данной стадии и которые он будет реализовывать, требуя от сторон действий.
При определении характера спорного правоотношения и обеспечения содействия
в предоставлении
доказательств суд исполняет функцию субъекта, обеспечивающего
совершение сторонами процессуальных фактов, позволивших разрешить спор надлежащим образом.
238
. Та-
процес-
обеспечить
238
См.: Гражданский процесс : учебник / под ред. М. К. Треушникова. М., 2007. С. 338.
239
См.: Там же. С. 31–32.
93
Например, для правильной квалификации правоотношений между истцом, заявившем иск о расторжении брака в суд, и ответчиком важно установить наличия у сторон общего несовершеннолетнего ребенка. Для установления данного обстоятельства
суд должен предложить совершить истцу процессуальное действие — предоставить
доказательство, которым может быть свидетельство о рождении ребенка, подтверждающее материальный факт — наличие
суду для возможности разрешения требования истца необходимо установить наличие
брачных отношений, расторжение которых включено в предмет иска. Подтверждением
брачных отношений будет служить свидетельство о заключении брака, а при его отсутствии — информация, полученная из органов ЗАГС.
Описанный процесс получения информации является процессом совершения сторонами процессуальных
Далее немаловажным действием сторон в рамках стадии подготовки является
раскрытие доказательств, которые заключаются в обмене между истцом и ответчиком
сведениями, на которые они ссылаются в иске и отзыве на иск. Также раскрытие доказательств между сторонами должно сопровождаться раскрытием доказательств перед
судом.
Отказ одной из сторон от раскрытия доказательств может
для нее правовые последствия в виде отказа в удовлетворении иска или же, наоборот,
в удовлетворении иска при отказе ответчика от раскрытия доказательств и предоставления правовой позиции по делу.
Согласно п. 3.1 ст. 70 АПК обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой
если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает
из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно
существа заявленных требований.
Подобное положение является мерой ответственности сторон за неисполнение
предусмотренной законом обязанности по совершению процессуального действия.
Таким образом, часть процессуальных фактов является обязательными для совершения и обеспечены
В рамках подготовки по итогам квалификации спорного правоотношения сторонами самостоятельно и (или) по содействию суда может быть определен окончательный
субъектный состав сторон. Может быть разрешен вопрос о вступлении в дело соистца
или соответчика, также может быть разрешен вопрос о замене ненадлежащего ответчика.
Последствием несовершения
лежащего ответчика будет отказ в удовлетворении заявленного требования к ненадлежащему ответчику, а также риск стать ответчиком по иску ранее привлеченного ненадлежащего ответчика, которому был причинен ущерб за потерю времени в судебном
разбирательстве.
Важно отметить, что такая задача как примирение сторон, стоящая перед судом
расходится по цели со всеми остальными задачами подготовки, которые направлены
не на завершение процесса на стадии подготовки, а собирание материала для его
полноценного рассмотрения на следующей стадии.
Примирение сторон как задача суда не подкреплена законодательно со стороны
суда обязывающими или побуждающими полномочиями к совершению процессуальных действий. В данном вопросе
ключении мирового соглашения или возможности перехода к процедуре медиации
с привлечением профессионального медиатора.
Поводом для примирения сторон на стадии подготовки может служить неинформированность ответчика о споре, который передан на рассмотрение в суд.
действий.
мерами ответственности, предусмотренными законодательством.
истцом процессуального действия по замене ненад-
стороны самостоятельно могут принять решение о за-
общего несовершеннолетнего ребенка. Далее
иметь негативные
стороной,
,
94
В то же время в рамках подготовки истец самостоятельно вправе совершать действия, которые могут побудить ответчика к скорейшему разрешению спора и (или) заключению мирового соглашения. Подобными действиями могут служить обеспечительные меры, о которых вправе заявить истец на стадии подготовки.
В частности, обеспечительные меры могут препятствовать или обязывать ответчи
ка совершить какие-либо действия.
В качестве подобного примера можно привести ограничения, возложенные судом
на ответчика, препятствующие использовать имущество. Ограничение средств дохода
для ответчика может служить мотивом для заключения мирового соглашения или принятия иска. В то же время со стороны ответчика, при наличии убеждения о собственной
правоте, могут быть
в зачислении на депозитный счет суда суммы денежных средств, обеспечивающих возможность удовлетворить требования истца в случае разрешения дела в его пользу.
Возможность обращения к обеспечительным мерам косвенно стимулируют сторон
к совершению действий, направленных на примирение.
Право окончить спор миром также может быть связано с наличием
казательств в деле, которые могут привести только к благоприятному рассмотрению
спора в пользу истца.
Таким образом, подготовка, как стадия процесса, в большей степени влияет
на дальнейшую динамику процессуальных фактов, возможность совершения действий,
которые закончат процесс или же толкнут его к дальнейшему развитию.
предприняты встречные обеспечительные меры, выразившиеся
весомых до-
-
95
Никитин Г. М.,
аспирант кафедры предпринимательского права,
гражданского и арбитражного процесса
ВГУЮ (РПА Минюста России)
К ВОПРОСУ О НОТАРИАЛЬНОМ УДОСТОВЕРЕНИИ
РЕШЕНИЙ ОБЩИХ СОБРАНИЙ УЧАСТНИКОВ
В ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ОБЩЕСТВАХ
Исторически общие собрания сложились как инструмент балансировки интересов членов корпорации — лиц, объединивших свои капиталы для ведения совместной
деятельности и получивших в силу этого право членства в созданной таким образом
организации. Эти собрания позволяли каждому участнику, в зависимости от его доли
в общем капитале, влиять на деятельность всей организации.
Сейчас они
Правда, их реальная роль может существенно различаться в зависимости от правопорядка. Так, в англо-американской «двухзвенной» модели управления корпорацией
(общее собрание — совет директоров) играет довольно слабую роль, уступая первенство
совету директоров. В то время как в свойственной для Германии, Франции и
ства европейских стран «трехзвенной» модели (общее собрание — совет директоров —
наблюдательный совет) оно все еще обладает довольно широкими полномочиями.
В России общее собрание участников является высшим органом управления корпорацией de lege lata. По ряду установленных законом вопросов (таких как определение
приоритетных направлений деятельности корпорации, принципов образования и использования ее имущества;
годовых отчетов и бухгалтерской отчетности корпорации и др. — ГК) общее собрание
обладает исключительной компетенцией. В этой связи становится совершенно ясно, какое значение имеет право члена корпорации на участие в общем собрании. Можно сказать, что именно посредством него в основном и реализуется закрепленное в
право участвовать в управлении общими делами корпорации, которое возможно является одним из наиболее важных (если не важнейшим) прав члена корпорации.
Вполне логичным представляется, что важность общих собраний участников
предопределяет и то огромное значение, которое играют его решения в деятельности
корпорации. Однако многие годы законодатель это игнорировал и
положений, касающихся решений собраний. В то же время в научном сообществе разворачивались жаркие споры относительно правовой природы этого явления. Не останавливаясь на этой дискуссии подробно, стоит отметить, что в отношении данного вопроса
сформировались три основные позиции, согласно которым решения собраний могут являться: а
) особым юридическим фактом, порождающим особые правовые последствия
(Д. В. Ломакин, О. М. Роднова, А. А. Зурабян, С. А. Карелина); б) источником права
(Т. В. Кашанина, И. С. Шиткина); в) сделкой (Н. В. Козлова, Т. В. Мельникова).
существуют как орган управления корпорации во многих государствах.
большин-
утверждение и изменение устава корпорации; утверждение
ст. 65.2 ГК
не включал в ГК РФ
240
240
ствах. М. : Статут, 2008. С. 158, 446–447; Роднова О. М. Правовая природа решений совета директоров (наблюдательногосовета) акционерного общества // Законы России: опыт, анализ, практика. 2008. № 4; Зурабян A. A. Защита прав участников
корпоративного правоотношения // Законодательство. 2007. № 1; Корпоративное право / под ред. И.
Клувер, 2009; Кашанина Т. В. Корпоративное право (Право хозяйственных товариществ и обществ) : учебник для вузов по
спец. «Юриспруденция». М. : Норма : ИНФРА-М, 1999. С. 239; Шиткина И. С. Холдинги: правовое регулирование и корпора-
тивное управление. М. : Волтерс Клувер, 2006. С. 285; Козлова Н. В. Правосубъектность юридического лица. М. : Статут, 2005.
С. 384; Мельникова Т. В. К вопросу о правовой природе актов органов юридического лица // Арбитражный и гражданский
процесс. 2008. № 6. С. 46–48.
Ломакин Д. В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения в хозяйственных обще-
С. Шиткиной. М. : Волтерс
96
В ходе проводимой в последние годы реформы гражданского законодательства
в п. 1 ст. 8 ГК введен подп. 1.1, которым решения собраний были признаны отдельным
241
основанием возникновения гражданских прав и обязанностей
. Кроме того, с 1 сентя-
бря 2013 г. ГК РФ пополнился гл. 9.1 «Решения собраний», а подраздел 4 «Сделки. Представительство» стал именоваться «Сделки. Решения собраний. Представительство»
242
Думается, внесенные изменения окончательно разрешили спор о правовой природе
в пользу признания решений собраний особым юридическим фактом.
Кроме того, с 1 сентября 2014 г. в ст. 67.1 ГК РФ установлен особый порядок
подтверждения принятия решений общего собрания и состава участников собрания
в хозяйственных обществах — путем нотариального удостоверения. Регламентируется
это ст. 103.10 Основ законодательства Российской
Федерации о нотариате (утв. ВС РФ
11.02.1993 № 4462-1), нотариус для установления факта принятия решения органом
управления проверяет правоспособность юридического лица, определяет компетенцию
органа управления юридического лица в части принятия решения, наличие кворума
на собрании или заседании и на основании подсчета голосов, представленного счетной
комиссией или иным уполномоченным на подсчет голосов лицом,
наличие необходимого количества голосов для принятия решения в соответствии с законодательством
и учредительными документами юридического лица.
Сложно с уверенностью сказать, что именно послужило главной предпосылкой
для таких изменений. Вероятно, законодатель преследовал цель усиления защиты как
третьих лиц, так и участников обществ от недобросовестного поведения других участников: нотариальная форма пользуется
большим доверием, а ее нарушение должно
порождать определенные правовые последствия.
Важно отметить, что законодатель прямо не закрепил последствия несоблюдения указанного порядка подтверждения. Этот вопрос на данный момент разрешается
на основе постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса
Российской
Федерации» (далее — Постановление Пленума ВС РФ № 25), в п. 107 которого указано, что в данном случае решение собрания будет ничтожным в силу п. 3
ст. 163 ГК РФ. Таким образом ВС РФ фактически применил аналогию закона, допустив
использование положений о недействительности сделок непосредственно к решениям
собраний.
Кроме того, если какой-то недобросовестный участник
хозяйственного общества
захочет подделать такое решение, то ему за это грозит не только гражданско-правовая
ответственность, но и уголовная, так как его деяние будет охватываться сразу двумя
составами преступлений, предусмотренными ст. 185.5 и 327 УК.
Однако нельзя не отметить, что для участников непубличного акционерного
общества (далее — АО) и общества с ограниченной ответственностью (
далее — ООО)
предусмотрена возможность выбрать альтернативный вариант подтверждения: в АО это
может сделать лицо, исполняющее функции счетной комиссии; в ООО участники могут
сами выбрать удобный, непротиворечащий закону способ и закрепить его в уставе.
Однако в отношении ООО законом императивно установлен один случай безальтернативного нотариального удостоверения решения общего собрания участников
— при увеличении уставного капитала (Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ
«Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — ФЗ «Об ООО»)). На практике
уже возник вопрос о необходимости заверять таким образом и решение единственного
участника. Законодателем это прямо не закреплено, а ст. 33 ФЗ «Об ООО» установлено
.
241
ского кодекса Российской Федерации» // РГ. 2013. 11 янв.
и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» // РГ. 2013. 13 мая.
См.: Федеральный закон от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Граждан-
242
См.: Федеральный закон от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой
97
только письменное оформление решения единственного участника. Но на данный
момент регулирование указанного вопроса осуществляется на основании письма ФНС
России от 24 февраля 2016 г. № ГД-3-14/743@, согласно которому требование о нотариальном удостоверении решения собрания распространяется и на решение единственного участника
243
. Таким образом, сейчас регистрирующий орган считает себя вправе
отказать в регистрации увеличения уставного капитала, если решение единственного
участника не удостоверено нотариально. На взгляд автора, пока представляется неясным, хотел ли законодатель такого применения норм ФЗ «Об ООО» или федеральный
орган исполнительной власти вышел за пределы своих полномочий и занялся нормотворчеством.
В целом автор полагает, что введение обязательного нотариального удостоверения решений общих собраний участников хозяйственных обществ весьма востребовано
и служит защите прав как участников, так и третьих лиц. В то же время регулирующие
эту сферу положения нуждаются в дальнейшем совершенствовании и развитии.
98
243
См.: Документ опубликован не был. Доступ из справочной правовой системы «КонсультантПлюс».
Рудов А. Ю.,
аспирант кафедры предпринимательского права,
гражданского и арбитражного процесса
ВГУЮ (РПА Минюста России)
ПРОБЛЕМЫ НАРУШЕНИЯ
ПРИНЦИПА НЕЗАВИСИМОСТИ СУДЕЙ
СО СТОРОНЫ СУДЕЙСКОГО СООБЩЕСТВА
Федеральным законом от 02.07.2013 №166-ФЗ «О внесении изменений в отдель-
244
ные законодательные акты Российской Федерации»
кон РФ от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»
были внесены изменения в За-
245
, в рамках
которых законодательно получил закрепление такой механизм ограничения воздействия на независимость судей, как общедоступное опубликование в сети Интернет внепроцессуальных обращений, поступивших в суд и имеющих целью оказать давление
на принятие судьями решений по конкретным делам.
Признавая ценность беспристрастности судопроизводства и непредвзятости
деятельности судей, следует обратить внимание, что
нормы, направленные на защиту
основных принципов правосудия, закреплены на всех уровнях системы права Российской Федерации. Так, принцип независимости судей основан на положениях Конституции (ст. 120).
Не ограничиваясь нормами Конституции, принцип независимости судей провозглашается и защищается и в других нормативно-правовых актах. Так, в соответствии
с ч. 1 ст. 10 Закона РФ
«О статусе судей в Российской Федерации» всякое вмешательство
в деятельность судьи по осуществлению правосудия преследуется по закону. Согласно
ст. 5 АПК, а также ст. 8 ГПК «при осуществлении правосудия судьи арбитражных судов
независимы, подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону. Какое-либо
постороннее воздействие на судей арбитражных судов, вмешательство в их деятельность
государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов и организаций, должностных лиц или граждан запрещаются и влекут за собой ответственность,
установленную федеральным законом».
Кроме этого, международные акты также признают высокое положение вышеуказанных принципов судопроизводства, что отражено во Всеобщей декларации прав
человека
246
(ст. 10), Конвенции о защите прав человека и основных свободах
247
(п. 6).
В частности, Основные принципы независимости судебных органов от 26 августа —
6 сентября 1985 года, принятые Седьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности в Милане и одобренные Резолюциями Генеральной ассамблеи ООН 40/32
248
от 29 ноября 1985 г. и 40/146 от 13 декабря 1985 г.
содержат следующее положение:
«Судебные органы решают переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в со-
ответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или вмешательства, прямого или косвенного, с чьей бы то ни было
стороны и по каким бы то ни было причинам» (п
. 2). Таким образом, судебные органы
244
См.: СЗ РФ. 2012. № 230. 5 окт.
245
См.: РГ. 1992. № 170.
246
См.: РГ. 1995. № 67.
247
См.: СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163.
248
1985 г.) // Международная защита прав и свобод человека: Сборник документов. М. : Юрид. лит., 1990. С. 325–329.
Основные принципы независимости судебных органов (приняты в г. Милане 26 августа 1985 г. — 6 сентября
99
имеют право на защиту их независимости, но также от них требуется обеспечение справедливого разрешения споров. В вышеуказанных Основных принципах верно отмечено
также и то, что сотрудники аппарата суда, в том числе судьи, обязаны хранить профессиональную тайну в отношении своей работы и полученной информации, которая
является конфиденциальной, за исключением случаев
, когда судебное разбирательство
ведется гласно и открыто (п. 15).
Для нас интереснее тот факт, что на практике одним из выражений независимости
судей является их право воздержаться от дачи каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в его производстве дел любым лицам для ознакомления,
кроме тех случаев, когда это предусмотрено
федеральным законом, в определенном
порядке. И напротив, обязанностью других лиц является невмешательство в судебное
разбирательство, которые не являются стороной по делу или совершают действия,
не предусмотренные определенной процедурой. В противном случае данные действия
будут трактоваться как внепроцессуальные обращения к судьям или аппарату суда, которые, как указывалось ранее, на законодательном уровне
признаны недопустимыми.
Необходимо отметить тот факт, что в Законе РФ «О статусе судей в Российской Федерации» содержится четкое определение термина «внепроцессуальные обращения»,
но исчерпывающего субъектного перечня лиц, которые могут быть адресантами вне-
249
процессуальных обращений, нет. Как замечает профессор А. В. Юдин
, в легальном
определении отсутствуют такие потенциальные участники конкретного судебного разбирательства, как судьи вышестоящих инстанций, у которых есть полномочия отменять
вынесенные решения.
На наш взгляд, вышеуказанный закон также игнорирует таких потенциальных
и, как показывает судебная практика, порой реальных субъектов-адресантов внепроцессуальных обращений, как иные судьи (в том числе председатели
судов), которые
своими действиями или словами пытаются воздействовать на разрешение конкретного
спора, находящегося в компетенции судьи-адресата внепроцессуального обращения.
Стоит обратить внимание на то, что в последнее время в судебном сообществе появляются с нарастающим темпом события, которые напрямую связаны с защитой независимости судей, причем нарушение вызвано в таких случаях
именно внепроцессуаль-
ными обращениями со стороны других судей или вышестоящих должностных лиц.
Так, в Арбитражном суде г. Москвы за последнее время неоднократно появлялась
информация о том, что на судей были совершены попытки оказания давления путем
совершения определенных действий с целью отстранения их от ведения определенных
дел, которые попали к ним
в производство. Однако при обращении в контролирующие
органы мер ответственности за нарушение судейской независимости не последовало.
С другой стороны, имеется и положительная судебная практика в отношении судей, которые, используя свое положение, явно пытались воздействовать на вынесение
решений по спору, в котором видят интерес или умысел. Совокупность действий, совершаемых такими
судьями, также признаются судебной практикой внепроцессуальными
обращениями.
Так, рассмотрим решение Верховного Суда РФ от 10.11.2014 г. по делу № ДК14-21:
судом установлено, что судья районного суда целенаправленно и систематически обращался к своему коллеге–судье, в производстве которого находилось дело, используя
при этом свое профессиональное положение, с целью принятия конкретного решения,
необходимого первому. Как закреплено в решении, судья неоднократно писал и звонил
коллеге, используя неизвестный номер, пытался своими действиями на рабочем месте
создать определенные условия для оказания давления на судью-адресата. Данные
действия нашли свое продолжение в жалобе в квалификационную коллегию судей
249
следствия // Закон. 2013. № 10. С. 155–158.
См.: Юдин А. В. Внепроцессуальные обращения по гражданским делам: понятие, виды, порядок раскрытия и по-
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]