Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Актуальные проблемы современного права в научных исследованиях молодых ученых-юристов. Материалы научно-практической конференции аспирантов и соискате

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Широкая трактовка понятия экономической преступности включает все престу­пления, которые затрагивают любые виды экономических отношений, складывающих­ся как в сфере хозяйствования, так и вне ее пределов.
В рамках широкой трактовки понятия «экономическая преступность» использует­ся такой подход, при котором экономические преступления объединяют преступления против собственности (имущественные) и хозяйственные, что обеспечивает широкое комплексное видение экономических преступлений; иными словами, «экономическая преступность слагается из посягательств на собственность и предпринимательских преступлений».
По мнению С. Х. Нафиева и Г. Р. Хамидуллиной, экономическая преступность — это совокупность групп преступлений, основанных на причинении вреда охраняемым законом экономическим интересам всего общества и граждан вследствие совершения хищений, хозяйственных и корыстных должностных
преступлений
368
.
А. Г. Безверхов под экономическими преступлениями предлагает понимать «предусмотренные уголовным законом общественно опасные деяния (действия или без-
действие), которые посягают на отношения собственности и установленный порядок экономической деятельности, т. е. направлены против существующей системы экономи­ческих отношений. Эти преступления причиняют или угрожают причинением ущерба собственнику, иному владельцу имущества, а равно
субъектам хозяйственной деятель-
ности (будь это граждане, организации или государство), нарушают права и законные
369
интересы участников экономических отношений»
.
Данное определение исходит из признания двух основных типов экономических отношений: отношений собственности и организационно-экономический отношений.
В итоге понятно, что преступления в сфере экономики включают в себя преступные посягательства против собственности и против порядка осуществления экономической деятельности, а в основе разделения преступлений против собственности и порядка осуществления экономической деятельности лежит
область вещных и обязательствен-
ных правоотношений.
Узкая трактовка понятия экономической преступности предполагает отождест­вление экономической преступности лишь с ограниченным количеством преступлений, объединенных общими родовыми признаками. Так, часто экономическая преступность рассматривается только как преступность в сфере осуществления экономической дея­тельности.
Указанную позицию поддерживал Б.В. Волженкин, относя к экономическим пре­ступлениям лишь
противоправные деяния в сфере экономической деятельности, ко­торые сгруппированы законодателем в гл. 22 УК. По его мнению, отнесение гл. 23 УК «Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях» к раз­делу VIII УК представляется довольно сомнительным, «поскольку преступления, совер­шаемые частными нотариусами, служащими частных детективных и охранных служб, управленческими работниками общественных
370
с экономикой»
.
организаций, далеко не всегда связаны
Кроме того, по мнению Б. В. Волженкина, само название главы «Преступления в сфере экономической деятельности» не отражает сути общественных отношений, защищаемых данными нормами уголовного закона. В. В. Колесников также исходит из признания целесообразной узкой трактовки понятия «экономическая преступность», ставя знак равенства ее с преступностью в сфере экономической деятельности.
368
предупреждения экономической преступности : учеб. пособие. М., 2003.
См.: Нафиев С. Х., Хамидуллина Г. Р. Экономические преступления. Судебно-бухгалтерская экспертиза как метод
369
Безверхов А. Г. Теория экономических преступлений: предпосылки становления // Вестник ТИСБИ. 2014. 4.
370
Волженкин Б. В. Экономические преступления. СПб., 1999. С. 35.
171
Вместе с тем сложности однозначного определения понятия экономической пре­ступности с точки зрения соотношения ее с преступностью в сфере экономической деятельности связаны с тем, что гл. 22 УК представляет собой довольно эклектичное явление, при этом законодатель не смог определиться, что именно является объектом уголовно-правовой охраны данной главы УК: в ч. 1 ст уголовного законодательства специальная задача уголовно-правовой охраны отноше­ний в сфере экономической деятельности не была провозглашена (нет ее и сейчас).
Если обратиться к структуре действующего уголовного законодательства, то, учи­тывая вышеперечисленные подходы, можно констатировать, что законодатель избрал широкую трактовку понятия «экономическая преступность». Как можно видеть из строения раздела VIII УК «Преступления в сфере экономики», который включает ши­рокий круг преступлений против собственности (гл. 21 УК), в том числе грабеж, разбой, кражи всех видов; непосредственно преступления в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК), в том числе незаконное предпринимательство, легализация доходов, укло­нение от налогов и т. п.; а также организациях (гл. 23 УК).
Подводя итоги исследованию различных подходов, сложившихся в праве, к опре­делению содержания и поиску единообразного понятия «экономическая преступность», следует отметить, что основные разработки данных вопросов ведутся в рамках наук: криминологии и уголовного права. С точки зрения криминологии поиск обобщающего определения экономической преступности главными из которых являются наличие специальных субъектов и совершение пре­ступлений в процессе осуществления экономической деятельности.
преступления против интересов службы в частных
ведется через систематизацию ее признаков,
. 2 УК при регламентации задач
по-
172
Татарчук З. Ю.,
аспирант кафедры уголовного права
ФГОУ ВО «Волгоградский государственный университет»
ПОНЯТИЕ ЦЕЛИ СКРЫТЬ ДРУГОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ ИЛИ ОБЛЕГЧИТЬ
СОВЕРШЕНИЕ ДРУГОГО ПРЕСТУПЛЕНИЯ
УК 1996 г., без сомнения, заложил отвечающий современным потребностям фун­дамент для успешного противодействия преступности, которая в сегодняшних условиях жизни общества приобретает все более изощренные формы и проявления. В этой связи необходимо отметить, что значительная часть посягательств совершается не в еди­ничном виде, а в виде сочетания сразу нескольких, зачастую самых разнообразных преступлений. Уголовному праву известно немало средств правовой регламентации этих усложненных проявлений преступной деятельности, к числу которых относится и юридическая конструкция, сформулированная законодателем как совершение пре­ступления с целью скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления.
Повышенная опасность совершения преступления с целью скрыть другое престу­пление или облегчить его совершение конструкция упоминается как в Общей, так и в Особенной части УК. Цель «скрыть дру­гое преступление или облегчить совершение другого преступления» названа в диспо­зициях статей, расположенных в разных главах УК, а, следовательно, затрагивающих разные объекты уголовно-правовой охраны — жизнь и здоровье личности, экономиче­ская деятельность и
порядок управления.
Вместе с тем вплоть до настоящего времени данная конструкция уголовного за­кона и построенные с ее использованием преступления не подвергалась должному теоретическому анализу, в том числе не было разработано понятие цели «скрыть дру­гое преступление или облегчить совершение другого преступления». Для того чтобы сформулировать данное понятие необходимо определить преступление или облегчить совершение другого преступления» среди других элемен­тов состава преступления, ее значение для квалификации преступления и назначения уголовного наказания.
В субъективную сторону преступления в соответствии с действующей доктриной уголовного права входят три составообразующих элемента:
- вина в форме умысла либо неосторожности;
- мотив преступления;
- цель
преступления.
В свою очередь, цель предопределяет мотив преступления. Как правило, цель «скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления» свя­зывается с низменными мотивами его совершения. УК не содержит дефиниции «цель преступления». Общим доктринальным понятием является следующее: «Цель престу­пления — это представление о желаемом результате, к достижению которого стремится виновный,
совершая уголовно-противоправное деяние»
обусловлена поставленной целью. Названная
место цели «скрыть другое
371
.
371
Жалинский А. Э. Инструментальная характеристика состава преступления // Уголовное право и современность :
сб. ст. / отв. ред. А. Э. Жалинский ; под общ. ред. А. Э. Жалинский, З. М. Погосова, А. А. Энгельгардт. Т. 1. Вып. 4. М. : Юрист,
2012. С. 53.
173
О. С. Ивченко выделяет следующие группы мотивов и целей:
1) мотивы и мели, с которыми уголовный закон связывает установление уголовной
ответственности за конкретное деяние;
2) мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает ужесточение наказа-
ния;
3) мотивы и цели, с которыми уголовный закон связывает смягчение наказания
372
.
Т. А. Плаксина, отмечая тесную связь мотива и цели преступления с объектом уголовно-правовой охраны, считает, что в элементах субъективной стороны находит свое выражение антиобщественное личностное отношение виновного к социальным ценностям. Автор относит к влияющим на степень общественной опасности преступле­ния и динамические характеристики мотива и цели, которые взаимосвязаны с тельной стороной
373
. Так, цель «скрыть другое преступление или облегчить совершение
содержа-
другого преступления» говорит о явной антиобщественной характеристике личности, предрешает интенсивность общественного опасного деяния, а, следовательно, более вы­сокую степень вероятности наступления общественно опасных последствий. О крайне отрицательных личностных характеристиках субъекта такого противоправного деяния свидетельствует то, что виновный ради совершения преступления готов использовать любые средства. Указанные цель и средство заслуживают отрицательной оценки. Эта негативная оценка еще более усиливается в случае их сочетания, что и получило отражение в действующем законодательстве.
Как и другие факультативные признаки состава преступления, цель « скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления» может играть троякую роль. Во-первых, она может превратиться
в обязательную, если законодатель вводит ее в состав конкретного преступления в качестве необходимого условия уголовной от­ветственности (ст. 174, 174.1, 316 УК). Во-вторых, цель может изменять квалификацию, т. е. служить квалифицирующим признаком, при помощи которого образуется состав того же преступления с отягчающими обстоятельствами. В этом случае она не упоми­нается законодателем в
основной составе преступления, но с ее наличием изменяется квалификация и наступает повышенная ответственность (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК, ч. 2 ст. 327 РФ). В-третьих, цель может служить обстоятельством, которое без изменения квалификации смягчает или отягчает наказание, если она не указана законодателем при описании основного состава преступления и не предусмотрена в качестве квалифи цирующих признаков (п. «е. 1» ч. 1 ст. 63 УК).
Таким образом, цель «скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления» можно определить как мысленное представление результата преступления, связанное с сокрытием другого преступления либо облегчением его совершения, к достижению которого стремится лицо при совершении предикатного преступления, предопределяющее повышенную интенсивность общественно опасного деяния, выступающее
в качестве конструктивного либо квалифицирующего признака
состава преступления, а также обстоятельства, отягчающего уголовное наказание.
Следует обсудить необходимость введения в отечественный уголовный закон дефиниции «цель преступления» и «цель скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления».
-
372
М., 2002. С. 9.
ние в признаках состава преступления : автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Томск, 2006. С. 26.
См.: Ивченко О. С. Проблемы мотива и цели убийства в уголовном праве России : автореф. дис. … канд. юрид. наук.
373
См.: Плаксина Т. А. Социальные основания квалифицирующих убийство обстоятельств и их юридическое выраже-
174
Уголькова Е. И.,
аспирант кафедры уголовного права и криминологии
ВГУЮ (РПА Минюста России)
АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ
ПРАВА ОСУЖДЕННЫХ НА МЕДИЦИНСКУЮ
ПОМОЩЬ И ОХРАНУ ЗДОРОВЬЯ
Актуальными проблемами обеспечения права осужденных на медицинскую по­мощь в условиях оптимизации и реструктуризации медицинских учреждений явля­ются: нарушение прав осужденных, являющихся пациентами, на бесплатную и каче­ственную медицинскую помощь в условиях оптимизации и реструктуризации медицин­ских учреждений; ненадлежащее обеспечение осужденных, являющихся инвалидами, техническими средствами реабилитации; нарушение прав осужденных, являющихся носителями на проведение в отношении их медицинских исследований.
В условиях современности проблема территориальной недоступности медицин­ской помощи является достаточно актуальной. Это вызвано тем, что Министерство здравоохранения Российской Федерации, стремясь обеспечить современный уровень качества диагностики и лечения, осуществляет объединение медицинских учреждений. Сокращение их количества предполагает экономию значительных сумм, которые впо­следствии направляются на развитие здравоохранения в России. Негативным послед­ствием осуществления данных мероприятий является невозможность для осужденных своевременно получить квалифицированную медицинскую помощь в легкодоступной для них территории, где расположена колония-поселение, что является фактором, не­сущим реальную угрозу ухудшения их уровня здоровья, а также угрозу повышения уровня их смертности.
По данным исследований, проведенных ВЦИОМ в 2015 г., 50 % респондентов отве­тили, что укрупнение больниц и поликлиник лишь ухудшило доступ к врачам — узким специалистам на прием к врачам-специалистам можно только через неделю, в худшем случае— через месяц, особенно сложно попасть на прием к врачам-специалистам узких профилей.
В процессе оптимизации системы здравоохранения сократился объем коечного фонда, произошло закрытие сельских больниц. В результате данных трансформаций право осужденных на своевременную медицинскую помощь, которые проживают в от­даленных районах и сельской местности (отбывают наказание в колониях-поселениях, расположенных в отдаленных районах и сельской местности) было ограничено.
Очевидно, что в целях оказания своевременной и качественной медицинской помо­щи осужденным имеется целесообразность пересмотра порядка ее предоставления. С этой целью необходимо дополнить п. 10 Порядка отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу, утверж­денного приказом Минздравсоцразвития РФ № 640, Минюста РФ № 190 от 17.10.2005, сле­дующим предложением: «В случае отсутствия ЛПУ по месту жительства или отбывания наказания медицинская помощь указанным выше лицам оказывается в межрайонных и областных ЛПУ», изложив его в следующей редакции: «Лица, осужденные к лишению свободы, которым судом определено отбывание наказания в колонии-поселении, другие
ВИЧ/СПИД; отказ осужденным, нуждающимся в медицинской помощи,
374
. В некоторых учреждениях здравоохранения попасть осужденным
организации медицинской помощи лицам,
374
(дата обращения: 26.03.2016).
См.: Всероссийский центр изучения общественного мнения : сайт. URL: http://wciom.ru/index.php?id=236&uid=115370
175
осужденные, подозреваемые и обвиняемые, не содержащиеся под стражей (охраной), по­лучают медицинскую помощь в ЛПУ по месту жительства или отбывания наказания на равных условиях с другими гражданами Российской Федерации. В случае отсутствия ЛПУ по месту жительства или отбывания наказания медицинская помощь указанным выше лицам оказывается в межрайонных и областных ЛПУ».
жизни осужденных с ограниченными возможностями здоровья технические
В средства реабилитации играют важнейшую роль, так как от них зависит качество жиз­ни этих лиц, их возможность вести самостоятельный и независимый образ жизни.
В качестве одной из основных проблем обеспечения осужденных, имеющих ин­валидность, является ненадлежащее качество технических средств реабилитации. Это вызвано тем,
что в настоящее время закупки технических средств реабилитации осуществляются на конкурсной основе. Целью проведения конкурсных процедур явля­ется приобретение технических средств реабилитации в большом объеме за меньшие деньги. Соответственно, о качестве технических средств реабилитации, приобретенных описанным выше способом, говорить не приходится.
По мнению автора, в целях повышения качества предоставляемых технических
средств
реабилитации осужденным, являющихся инвалидами, целесообразно на тер­ритории РФ ввести общественный контроль, который будет осуществляться специаль­ными комиссиями. При этом в состав комиссий должны входить представители Фонда социального страхования, Министерства труда и социальной защиты населения, а так­же представители общественных организаций (например, обществ инвалидов).
Проблемой обеспечения осужденных, имеющих инвалидность, является
также слож­ность и длительность процедуры получения технических средств реабилитации. Иными словами, осужденные, имеющие инвалидность, для получения технических средств реа­билитации должны достаточно продолжительное время «ходить по кабинетам».
В целях сокращения длительности проведения процедуры получения технических средств реабилитации осужденными, имеющими инвалидность, также представляется целесообразным введение между государственными органами субъектов РФ в
области социального страхования системы электронного документооборота. При этом в целях упрощения процедуры получения технических средств реабилитации осужденными, имеющими инвалидность, необходимо установить порядок проведения данной проце­дуры посредством технологии «одно окно».
Нарушение прав осужденных, являющихся носителями ВИЧ/СПИД. Основной проблемой обеспечения права ВИЧ-инфицированных осужденных на охрану здоровья и медицинскую помощь
является нарушение установленного ст. 17 Федерального закона от 30.03.1995 № 38-ФЗ «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)»
375
за-
прета на ограничение прав этих лиц. В частности, ВИЧ-инфицированным осужденным запрещено отказывать в приеме в учреждения, оказывающие медицинскую помощь, по мотивам наличия у последних ВИЧ-инфекции. Для устранения нарушений дей­ствующего законодательства, регламентирующего права ВИЧ-инфицированных лиц в области охраны их здоровья и оказания им медицинской помощи, целесообразно усилить контроль за соблюдением прав данной категории лиц, а также ужесточить ответственность должностных лиц медицинских учреждений за нарушение прав ВИЧ­инфицированных лиц.
Нередки случаи, когда осужденным, нуждающимся в медицинской помощи, меди­цинские учреждения отказывают в проведении медицинских исследований по мотиву отсутствия необходимого оборудования, реактивов или исчерпания лимитов финан­сирования. Также имеют
место факты, когда в стационарах отсутствуют препараты,
требуемые для лечения осужденных.
176
375
См.: СЗ РФ. 1995. 14. Ст. 1212.
Подводя итог, можно сделать следующие выводы: при обеспечении права осуж­денных к лишению свободы в колониях-поселениях и иных осужденных, которые не со­держатся под стражей (охраной), на медицинскую помощь возникает ряд достаточно существенных проблем. Основными причинами возникновения проблем в указанной выше сфере является недостаточное финансирование и несовершенство действующего законодательства РФ
.
Основными проблемами организации охраны здоровья и медицинской помощи осужденных в исправительных учреждениях России являются:
- неправомерное применение физической силы, специальных средств, огнестрель-
ного оружия в местах лишения свободы;
- умаление права осужденных на освобождение от наказания в связи с болезнью.
В исправительных учреждениях пенитенциарной системы России нередки случаи неправомерного применения физической
силы, специальных средств и огнестрельного оружия. На данную проблему государство обратило внимание еще в 2013 г.: в реше­нии коллегии Федеральной службы исполнения наказаний «Об итогах деятельности уголовно-исполнительной системы в 2013 году и задачах на 2014 год», утвержденном приказом ФСИН России от 03.04.2014 № 160, обращено внимание на наличие случаев неправомерного применения физической силы и
376
УИС
.
специальных средств сотрудниками
Основной причиной неправомерного применения сотрудниками исправитель­ных учреждений физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия является отсутствие четко регламентированного механизма правового регулирования данной процедуры. В сентябре 2014 г. Министерство юстиции РФ, пытаясь восполнить этот пробел, инициировало внесение изменений и дополнений в действующее законо­дательство. Правительство России внесло проект федерального закона «О
внесении изменений в Закон Российской Федерации “Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы” и Федеральный закон “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”» в Государ­ственную Думу, который оказался неудачным и впоследствии вызвал множество обо­снованных протестов среди правозащитников. В настоящее время законодательство, регламентирующее
применение физической силы, специальных средств, огнестрель­ного оружия в местах лишения свободы, не содержит четкого механизма осуществле­ния данных действий.
В целях приведения действующего законодательства РФ в соответствие с международно-правовыми рекомендациями необходимо внести законодательные из­менения в институт применения физической силы, специальных средств и огнестрель­ного оружия в местах
лишения свободы. При подготовке проекта закона о внесении соответствующих изменений и дополнений необходимо учитывать международный опыт: в частности, положения Европейских пенитенциарных правил.
В России нередки случаи необоснованного отказа осужденным, находящимся в местах лишения свободы, в освобождении по причине болезни. Согласно статистиче­ским сведениям, предоставленным Судебным департаментом при Верховном Суде РФ, за
первое полугодие 2015 г. было рассмотрено 3 170 ходатайств осужденных об освобож-
дении от наказания в связи с болезнью, из которых только 740 было удовлетворено
377
.
Анализ решений судебных органов в части освобождения осужденных в связи с болезнью показал, что суды, отказывая осужденным в удовлетворении заявленного ими ходатайства, нередко употребляют формулировки, не соответствующие закону:
376
применение физической силы, специальных средств и оружия : автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Рязань, 2014. С. 5.
за 1 полугодие 2015 г. // Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации : сайт. URL: http://www.cdep.ru/
index.php?id=79&item=3213 (дата обращения 01.04.2016).
См.: Конарев М. Ю. Уголовная ответственность сотрудников уголовно-исполнительной России за неправомерное
377
См.: Сводные статистические сведения о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей
177
«Не встал на путь исправления», «Не посещает мероприятия воспитательного харак-
тера», «Не раскаялся в содеянном», «Самостоятельно себя обслуживает, в посторонней помощи не нуждается», «Большой не отбытый срок наказания». Правовая конструкция ст. 81 УК, равно как и ст. 175 УИК, не предполагают учета каких-либо дополнительных сведений при вынесении судом решения об освобождении
осужденного от отбывания наказания в связи с болезнью. Основанием для освобождения является наличие бо­лезни, входящей в перечень
378
, если стационарное лечение не дало положительных
результатов.
По мнению автора, в целях единообразного применения действующего законода­тельства РФ в области освобождения осужденных от наказания в связи с болезнью име­ется целесообразность в дачи разъяснений Пленумом Верховного Суда РФ по данному вопросу.
Подводя итог, можно сделать следующие выводы, что в настоящее
время осущест­вляется процесс реформирования уголовно-исполнительной системы РФ. Проводимые преобразования коснулись также института охраны здоровья осужденных и оказания им медицинской помощи. В целях повышения эффективности оказания медицин­ской помощи осужденным, отбывающим наказание в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы РФ, необходимо провести следующие мероприятия:
- обеспечить гарантированный объем бесплатной медицинской помощи
на основе его рационального распределения между учреждениями (подразделениями) здравоох­ранения уголовно-исполнительной системы и учреждениями государственной (муни­ципальной) системы здравоохранения исходя из принципов повышения ее доступности и качества;
- увеличить размер финансирования на медицинское обеспечение лиц, содержа­щихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы, до уровня подушевого норма­тива финансирования;
- привести в
соответствие с условиями и требованиями, определенными в сфе-
ре здравоохранения, материально-техническое обеспечение медицинских частей, лечебно-профилактических учреждений, учреждений, обеспечивающих государствен­ный санитарно-эпидемиологический надзор на объектах уголовно-исполнительной системы.
378
представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью» // СЗ РФ. 2004. 7. Ст. 524.
См.: постановление Правительства РФ от 06.02.2004 54 «О медицинском освидетельствовании осужденных,
178
Фасоля П. В.,
аспирант кафедры уголовного права и криминологии ВГУЮ (РПА Минюста России)
ПРИМЕНЕНИЕ ИНСТИТУТА ОБЩЕСТВЕННО
ПОЛЕЗНЫХ РАБОТ В УГОЛОВНОМ
ПРАВЕ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН
Labor non onus, sed benefi cium
(Труд не бремя, а благо)
Лат. выражение
Общественно полезные работы (community service) являются сегодня неотъем- лемой частью пенитенциарной системы абсолютного большинства европейских стран и самым перспективным видом наказания, альтернативным лишению свободы. Испол­нение этого вида уголовно-правовых мер воздействия имеет ряд положительных мо­ментов, как то: развитие трудовых умений и ему помощи в решении социальных и бытовых проблем. При введении общественных работ в действие в той или иной стране акцент делается на обеспечение безопасности общества, значимость общественно полезного труда.
Идея ввести подобное наказание возникла довольно давно, еще в XIX в., и явилась предметом обсуждения многих криминологов и пеналистов. Одной из первых стран, закрепивших в уголовном законодательстве наказание в виде общественных работ, стала Италия в 1889 г. В Англии этот вид наказания применяется с 1972 г., во Франции с 1983, Нидерландах с 1989, Зимбабве с 1992, Греции с 1996, Латвии с 1998, Белоруссии, Кении, Малави, Тунисе, Швеции с 1999, Замбии и Уганде — с 2000, Украине с 2001, Молдове с 2002, Румынии и Таджикистане — с 2004. Стоит отметить, в России уже в 1832 г. в Своде законов уголовных для низших сословий предусматривались город­ские работы и работы на частных лиц в качестве самостоятельной санкции и в Русском Уставе о наказаниях, налагаемых мировыми судьями (1864 г.), — в качестве альтер­нативы штрафу. После долгого перерыва институт общественных закреплен в УК 1996 г.
В наши дни общественно полезные работы получают все более широкое распро­странение во всем мире в связи с политикой либерализации пенитенциарной системы и применения адекватных альтернатив лишению свободы. Минимальные стандартные правила ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила), рекомендуют общественные работы как раз в качестве такой альтернативы.
В наиболее приближенном к современному пониманию виде общественно полез­ные работы были впервые применены в Англии с принятием Закона о полномочиях уголовных судов 1973 г. и остаются их классическим вариантом. В нем подробно регла­ментируется порядок издания приказа о предоставлении услуг обществу, его ния или отмены, а также говорится о последствиях, наступающих в случае нарушения установленных приказом требований
379
. При этом общественные работы назначаются
лицам, достигшим возраста 17 лет и признанным виновными в таких преступлениях, за которые обычно приговаривают к лишению свободы в пределах от 40 до 240 часов в течение 12 месяцев. В некоторых случаях, отвечающих интересам общества и право­судия, приказ может быть продлен на год.
навыков правонарушителя или оказание
работ в России был
измене-
379
конодательных материалов. М. : Зерцало, 1999. С. 26.
См.: Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сборник за-
179
Осужденный, в отношении которого вступил в силу приказ, должен выполнять в течение установленного для него судом времени такую работу, которую ему поручит уполномоченное должностное лицо в сфере пробации, и сообщать этому лицу об из­менении места жительства.
Невозможно применить общественно полезные работы в случаях, когда это по­мешает виновному осуществлять основную
трудовую деятельность, обучение в образо­вательном учреждении или вступаит в конфликт с его религиозными убеждениями. Прежде чем назначить этот вид наказания, суд должен прийти к выводу:
- что в наличии все необходимые условия для исполнения общественных работ в том районе, где проживает или должен проживать осужденный (данную информацию предоставляет государственный секретарь
);
- что виновный, согласно отчету сотрудника пробации, является подходящим ли-
цом для выполнения таких работ.
Далее суд разъясняет осужденному его обязанности и права в рамках изданного приказа, а также последствия, которые могут наступить в случае неисполнения уста­новленных требований.
Если выполнение работы будет неудовлетворительным, то суд вправе в присут­ствии отбывающего
общественные работы лица наложить на него штраф или назна-
чить наказание, которое могло быть применено изначально.
Во Франции институт работ в общественном интересе был активно поддержан всеми политическими партиями в связи с тем, что в стране назрел кризис пенитенци­арной системы: увеличение числа заключенных, значительные расходы бюджета на их содержание,
изменение взглядов на предупреждающие преступность меры. По резуль­татам экспериментов в сфере альтернативных лишению свободы наказаний именно общественные работы были признаны оптимальным решением кризисных проблем.
Предполагалось, что участие в осуществлении новой пенитенциарной политики должны принимать не только государственные органы, но и местные общины и добро­вольные организации. Для начала в каждом
департаменте и местных органах власти
были учреждены советы по предупреждению преступности.
Работы в общественном интересе — это наказание или мера в сочетании с отсроч­кой исполнения приговора, заключающееся в выполнении бесплатных работ на благо местной общины, государственного учреждения или признанной благотворительной организации, выполняемые совершеннолетним осужденным в течение установленного срока. Как правило,
в течение восемнадцати месяцев виновный отрабатывает от 40 до 240 часов. Во Франции этот вид наказания применяется к следующим категориям правонарушителей:
- нарушителям правил дорожного движения;
- лицам, впервые совершившим тяжкое непреднамеренное преступление;
- преступникам, неоднократно совершившим общественно опасное деяние неболь-
шой или средней тяжести.
Работа в общественных интересах подчинена всем законным требованиям
к
труду в ночное время, труду женщин и молодежи, необходимым правилам гигие­ны. Стоит отметить, что также требуется добровольное согласие осужденного в суде на назначение этого наказания. Государство возмещает полностью вред, в случае его причинения третьим лицам осужденным при выполнении общественных работ
(ст. 131-34 УК Франции)
380
.
Также этот институт широко применяется в странах Северной Европы: в Швеции,
Финляндии, Дании и др.
В Швеции изначально такая уголовно-правовая мера рассматривалась в первую
очередь как «молодежная» (для осужденных, не достигших 25 лет). Но в связи с высокой
180
380
См.: Уголовный кодекс Франции (с изм. и доп. на 1 января 2002 г.). СПб. : Юридический центр «Пресс», 2002. С. 97.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]