Учебник русского уголовного процесса. Введение. Часть I. Судоустройство

вое дело участковому Мировому Судье для восстановления надле жащей подсудности (ст. 67 Прав. о Вол. С.).

а) определяя подсудность дела, Суд должен руководиться maximum’ом нормального наказания, положенного за данное пре ступление (ст. 206). Правило это должно найти применение при определении подсудности дела как Суду, так и административно му ведомству. Поэтому, напр., когда в статье Улож., предусматри вающей преступление по должности, имеются несколько наказа ний, одно другое заменяющих, причем высшее может быть по зако ну применимо только Судом, а остальные властью начальств, в порядке административном, то дело должно быть признано под судным Суду (О. С. 83/24);

б) Суд должен, определяя подсудность дела, руководствовать ся не только наказанием, налагаемым законом за судимое деяние, но также юридическим свойством деяния и личным состоянием об виняемого, так как по этим также признакам, как мы видели, опре деляется ведомство Суда.

в) в тех случаях, когда подсудность обусловливается предъяв ленным иском о вознаграждении за вред и убытки, преступлением причиненные, или требованием административного управления о взыскании с виновного за исполненные управлением на счет ви новного какие либо действия (ст. 1217 Уст.), Суд должен прини мать, сообразно правилам гражданского процесса, за основание раз мера гражданского иска сумму, показанную в исковом прошении.

3) В основании решения Суда о подсудности должен лежать тот акт, который признается законным поводом к начатию дела. К поверке же этого акта по существу, равно как заключающихся в нем обстоятельств, Суд может приступить, только предварительно признав дело себе подсудным, и, следовательно, до признания дела себе подсудным, он принимает на веру изложенные обстоятельства, не подвергая их достоверность исследованию. Суд не вправе будет принять к производству неподсудное ему дело под тем предлогом, что сопровождающие преступление обстоятельства, определяющие подсудность дела высшему Суду (напр., взлом при простой краже), представляются ему голословно заявленными; пределы обвинения должны быть определяемы выставленными фактами, а не юриди ческой их квалификацией. Если в гражданском процессе юриди ческая квалификация факта сторонами не имеет обязательного для Суда значения (jura novit curia), то тем несомненнее применение

этого правила в Суде уголовном, созданном не столько для удов летворения интересов сторон, сколько для интересов публичного свойства. Суд не вправе, на основании произвольной квалифика ции деяния в жалобе потерпевшего, признавать себе дело непод судным, если дело подсудно Суду по обстоятельствам его.

80) Вопрос о подсудности в различные моменты процесса. Воп рос о подсудности дела может возникнуть не только в момент воз буждения дела, но и во всякий последующий момент его движе ния, а потому необходимо указать на те правила, которыми надле жит органам власти руководствоваться в разные моменты движения дела. Правила эти разнообразятся сообразно с характером того лица или судебного Устан., которым приходится разрешать их:

а) если дело находилось в производстве у Судеб. Следователя, то Следователь, убедившись, что дело Окруж. Суду не подсудно, в качестве судебного органа, самостоятельно отсылает следствие по принадлежности, уведомив о том Прокурора (ст. 482 Уст.);

б) если по окончании предварительного следствия получив ший таковое для дальнейшего направления Прокурор убедится в неподсудности дела Суду, при котором он состоит, то предлагает этому Суду или через Прокурора Палаты этой последней, если дело подлежит рассмотрению с Присяжными, заключение свое об изме нении подсудности дела, так как закон лишает его права изменять собственной властью направление, принятое делом, хотя бы направ ление это было незаконным ввиду того, что Прокурор носитель не судебной, а прокурорской власти (ст. 518),

и в) если вопрос об изменении подсудности дела возникнет на суде, то дальнейшее направление дела ставится в зависимость от свойства возбуждающих сомнение о подсудности дела обстоя тельств: а) если Суд при рассмотрении дела усмотрит, что оно под судно низшему Суду, то, несмотря на это, должен, в качестве выс шего Суда, решить данное дело и не передавать его низшему Суду (ст. 203 Уст.). Сенат столь последовательно поддерживает это на чало, что применяет его даже и в том случае, когда дело попало в высший Суд по ошибке (86/24); б) наоборот, если Суд, рассматри вая какое либо дело, признает, что оно подсудно высшему Суду, то обязан приостановиться рассмотрением его, передав дело на обсуж дение этого высшего Суда, так как иначе он превысил бы пределы предоставленной ему власти (ст. 117 и 752 Уст.). Соответственно этому Мировой Судья, по усмотрении из обстоятельств дела, что

оно не подлежит его разбирательству, обязан немедленно передать дело, по принадлежности, Судебному Следователю или Прокуро ру подлежащего Окружного Суда и объявить о том участвующим в деле лицам (ст. 117 Уст.).

Правило о неизменяемости подсудности дела, в случае рас крытия, при разбирательстве его, признаков низшей подсудности, не должно находить применения в тех случаях, когда дело было принято высшим Судом неправильно, в смысле несоответствия выс шей подсудности обстоятельствам, бывшим в виду в момент опре деления первоначальной подсудности. Здесь, при определении под судности, нарушен закон о подсудности, а поэтому вполне мысли мо обжалование состоявшегося приговора (99/11).

81) Основания к определению местной подсудности. Местная подсудность определяется у нас по судебным Уст. по различным и притом многочисленным основаниям. Главным основанием явля ется — место совершения преступления, а исключительными осно ваниями представляются: место обнаружения его, место учинения последних преступных действий, место задержания обвиняемого, место последнего его жительства, место возбуждения преследова ния и место распространения преступления.

1) Современный процесс видит в месте совершения преступ ления главное основание, по которому должна определиться под судность дела одному из Судов того наименования, рассмотрению которого подлежит дело по роду его.

Оно имеет в уголовном процессе такое же первенствующее зна чение, какое в гражданском процессе имеет постоянное местожи тельство ответчика. Наш Устав говорит, что «всякое преступное деяние, за исключением случаев, положительно в законе указан ных, исследуется в той местности, где оно учинено, и судится в том Суде, коему местность сия подведомственна» (ст. 208). Место учи нения преступления имеет это решительное значение как для Суда, решающего дело по существу, так и для органа, производящего пред варительное исследование дела. «Судебн. Следователь по закон ным поводам приступает к следствию, когда преступное деяние со вершено в его участке» (п. I, ст. 289).

Причина, по которой законодательство дает первостепенное значение месту совершения преступления, заключается в том, что нигде обнаружение и исследование уголовных доказательств не может быть произведено с таким успехом, как в этом месте, что

принцип непосредственности оценки легче соблюсти при исследо вании дела в месте совершения преступления, нежели вне преде лов его, и что судебный приговор может обнаружить большую силу репрессивности в той местности, в которой совершилось преступ ление.

Спрашивается: 1) что следует разуметь под местом учинения преступления, и 2) имеет ли это основание подсудности значение исключительное и абсолютное?

В законодательствах, не исключая и нашего, мы не находим на первый вопрос прямого ответа. Что же касается теории, то здесь встречается большое разнообразие мнений. Одни полагают, что ме сто совершения преступления определяется местом нахождения виновника в момент совершения тех действий, которыми обуслов ливается его уголовная ответственность; другие полагают, что мес том этим следует признать то место, на котором проявился тот ре зультат, наступлением которого обусловливается состав преступ ления; третьи полагают, что под ним следует разуметь все те места, в которых совершилось какое либо действие, соответствующее од ному из законных признаков преступления, и т. п.

Для определения места совершения преступления необходи мо прежде всего делать различие между понятиями личного дей ствия виновника и преступным деянием, инкриминируемым ему законом. Из уголовного материального права известно, что эти два понятия далеко не тождественны. Во многих преступных деяниях личное действие виновника далеко не исчерпывает законного со става преступления. Последний нередко вмещает в себе обстоя тельства, вне данного личного действия лежащие, частью сопро вождающие его, частью следующие за ним, частью слагающиеся из действий других лиц, частью из действий самого виновного, от дельных и независимых от главного действия. Далее, существуют преступные деяния, законный состав которых, наоборот, уже лич ного действия виновного и в которых законодательство признает нужным карать отдельные только моменты этого действия в каче стве отдельных и самостоятельных преступлений. Все это приво дит к заключению, что, несмотря на высокое уголовно материаль ное значение личного действия, осуществившегося в форме пре ступного деяния, оно не может быть принято за единственное основание к определению понятия места совершения преступного деяния.

Основание это нужно искать в понятии не личного действия виновника, а в понятии преступного деяния, им совершенного и притом понимаемом не в смысле посягательства на охраняемую уголовным законом правовую норму в ее реальном бытии, а в смыс ле формальном, в качестве посягательства, воспроизводящего в себе весь законный состав предусмотренного законом преступного дея ния, со всеми его объективными и субъективными законными при знаками. Там, где осуществился весь законный состав преступле ния, там и будет место совершения данного преступления (ст. 36, 208 и 289).

Таково основное правило, не возбуждающее никаких сомне ний при применении своем в тех случаях, когда преступное деяние слагается из одного действия. Оскорбление действием, напр., со стоящее из одного действия, будет признаваться учиненным там, где осуществилось самое действие виновного; место подачи част ной жалобы, наличностью которой обусловливается возбуждение преследования, не окажет при этом никакого влияния на определе ние места совершения преступления, так как требование о пресле довании не входит в число законных признаков этого преступле ния и является лишь процессуальным условием возбуждения уго ловного иска (88/33). Но возбуждаются немалые затруднения тогда, когда преступное деяние слагается из нескольких действий винов ного или когда законный состав деяния обусловливается наступ лением известных последствий деяния. Из совершенных действий, всякое ли может иметь значение места совершения деяния, или же только одно из них и в последнем случае какое? Последствие на ступившего действия должно ли быть признано за такое обстоя тельство, местом осуществления которого обусловливается уста новка места совершения деяния? — таковы вопросы, которые есте ственно возникают в этих случаях.

Закон наш не знает деления законных признаков преступле ния на существенные и несущественные, так что каждый законный признак данного состава преступления имеет перед законом рав ную силу с остальными, и отсутствие одного из них уничтожает наличность всего законного состава преступления. Ввиду этого, по пытка поставить в зависимость место совершения преступления от большей или меньшей важности действия, входящего в понятия преступного деяния, представляется попыткой, не находящей оп равдания в положениях нашего законодательства, а поэтому при

ходится прийти к заключению, что последнее действие виновного, в качестве действия, определяющего и заключающего собой закон ный состав преступного деяния, должно иметь в этом случае реша ющее значение. Так, Сенат признал, что если подложные докумен ты составлены в одном месте, а фальшивые печати сделаны в дру гом, то дело подлежит суду в том месте, где заказаны и приложены печати, довершившие составление подложных актов (69/839).

Что касается до значения последствий действия, то они, если только являются обстоятельствами, стоящими за пределами закон ного состава преступления, не могут оказать никакого влияния на установку места совершения преступления. Таким образом, Сенат нашел, что предъявление к взысканию подложно составленного до кумента, как действие, в котором проявилось не инкриминирован ное составление подлога, а пользование плодами его, не может оп ределить собою места совершения преступления (75/629 и О. С. 74/7 г.).

В частности, отчасти в развитие, а отчасти в дополнение изло женного выше, в отношении места совершения преступления, не обходимо заметить еще следующее:

а) В случаях соучастия, ввиду того, что юридический характер преступного деяния определяется учиненным исполнителями, ме сто совершения деяния будет определяться для всех соучастников не местом учинения соучастником совершенного им действия, но местом учинения самого преступного деяния исполнителями. «Все соучастники, — говорит Уст. (ст. 207), — судятся в одном Суде, а именно, в том, коему подсудны главные виновные». Если действия соучастников не в состоянии определить места совершения пре ступления и таковое определяется деятельностью исполнителей, то тем более не могут иметь в этом отношении значения действия прикосновенных лиц (О. С. 78/17).

Это начало подсудности остается неприкосновенным и в от ношении подсудности дел о несовершеннолетних (от 10 до 17 лет), но в отношении их закон требует только, ввиду необходимости раз решения в особом порядке вопроса о разумении, чтобы, при соуча стии с совершеннолетними, дело, в отношении малолетних, было выделено в особое производство (ст. 2071), если по обстоятельствам это окажется возможным.

б) Ввиду того, что ответственность за совершение преступле ния поглощает собою ответственность за предшествовавшие момен

ты покушения и приготовления, то место совершения приготови тельных действий, равно как место, в котором выразилось покуше ние на совершенное преступление, не имеют никакого юридичес кого значения и не могут определять собою подсудности дела по месту совершения преступного деяния.

в) При преступном бездействии местом совершения деяния будет то место, на котором должны были проявиться обязательные для виновного, но не совершенные им действия, или где наступил тот вред, наличностью которого законодательство обусловило ответ ственность за бездействие. Сущность различия этого типа преступ ного деяния, сравнительно с содеянием, сводится лишь к форме деятельности виновного, а поэтому основания определения места совершения должны быть тут же, что и при преступном содеянии.

г) По некоторым преступлениям сложным, сложность кото рых обусловливается условиями посягательства, а именно по пре ступлениям продолжаемым, состоящим из отдельных действий об виняемого, из которых каждое заключает в себе полный состав пре ступления (напр., кража в несколько приемов), мы имеем в Уст. прямое указание закона, что «если преступление, начавшееся в ок руге одного Суда, продолжалось в округе другого, то дело подле жит Суду там, где происходили последние преступные действия» (ст. 210 Уст.). Но если одно из этих действий сопровождалось об стоятельствами, обусловившими более тяжкую наказуемость его сравнительно с другими действиями, напр., если виновными совер шена окончательная кража одного предмета и покушение на кражу другого, то место совершения оконченной кражи должно опреде лить собою место совершения преступления, так же как оно опре делит и наказуемость его (70/215).

Так же должно определиться и место совершения длящихся преступлений, заключающихся в преступном состоянии лица. Зак лючение это основывается на том, что ст. 210 Уст., по смыслу ее, может быть с одинаковым правом отнесена как к продолжаемым, так и к длящимся преступлениям.

Таково значение и признаки места совершения преступления по нашему праву. Оно представляется главным основанием к оп ределению местной подсудности также для судебного исследова ния преступлений, совершенных в Империи жителями Царства Польского и Финляндии, а равно в этих краях жителями Империи, причем закон требует только, чтобы приговор постановлялся по

законам того края, где решено дело, и чтобы судебные Устан. при нимали в соображение права и преимущества, которыми подсуди мые пользуются в своем крае (ст. 216 Уст.). Место совершения пре ступления имеет у нас также особенное значение в случае соверше ния совокупности преступлений, из которых одни совершены за границей и другие в пределах Империи. В этом случае место совер шения преступления в пределах Империи определяет не только под судность этого последнего деяния, но и того, которое совершено за границей (ст. 215).

Закон не установил порядка перенесения дел из Судов Импе рии в Суды Финляндии и обратно.

2)Место совершения преступления не может быть единствен ным основанием для определения местной подсудности. Так, мес то совершения преступления может быть совершенно неизвестно или находиться вне пределов территории государства, а следова тельно, вне пределов действия наших Судов. Спрашивается, как нужно будет определить подсудность в этих случаях? У нас есть одна, относящаяся до этого вопроса, статья закона, руководящая деятельностью Следователя. «Судебн. Следователь, в участке кое го обнаружилось преступное деяние, — говорит ст. 291, — неизвест но где совершенное, продолжает начатое им следствие до оконча ния оного или до приведения в известность, где преступление или проступок совершены». Указанию этой статьи надлежит придать общее значение и признать в виде общего правила, что при неизве стности места совершения преступления подсудность дела должна определяться местом обнаружения его.

3)Обвиняемый в современном процессе не имеет значения объекта исследования, как при следственном типе процесса. Он не средство исследования истины и не обязан содействовать обнару жению ее. Сообразно такому занимаемому им положению, место нахождения его личности не могло приобрести значения обстоя тельства, определяющего подсудность дела, в качестве основного правила. Оно признается обстоятельством, влияющим на подсуд ность только в исключительных случаях и не некоторым делам.

У нас по Уст. местонахождение личности обвиняемого может проявляться в троякой форме, а именно в форме:

а) местозадержания его, б) местопребывания и в) местожительства.

а) Местозадержание обвиняемого определяет подсудность дел: а) о бродягях, которые судятся там, где они пойманы, и только в случае обнаружения лживости показаний их относительно само личности они предаются следствию и Суду в том месте, в которое препровождены (ст. 209); б) при совокупности преступных деяний, совершенных в разных судебных округах, дело производится тем судом, в котором совершено важнейшее из них, а если они одина ковой важности, то тем судом, который ближе к месту задержания обвиняемого (ст. 211), и в) обвиняемый в преступном деянии, со вершенном за границей, судится в России тем Судом, в ведомстве которого он задержан или имел жительство в последнее время (ст. 214).

б) Местопребывание обвиняемого, в смысле пребывания фак тического, хотя бы и не имеющего значения постоянного местожи тельства, служит законным поводом для Судеб. Следователя к при ступу производства предварительного следствия наравне с местом совершения деяния и местом обнаружения его (ст. 289).

Правила о Волост. Суде, ныне действующем, установили один случай подсудности, определяемый по этому основанию, а именно совершение преступного деяния в присутствии этого Суда. В этом случае Волостной Суд возбуждает непосредственно уголовное пре следование и может, если признает это нужным, произвести пред варительное расследование через одного из своих Членов, либо сде лать распоряжение о производстве такового через должностных лиц волостного или сельского Управления, а также низших чинов об щей полиции (ст. 67).

в) Местожительство, в смысле постоянного жительства, как мы указали выше, служит наравне с местом задержания обвиняе мого основанием к определению подсудности преступлений, совер шенных за границей («жительство в последнее время») (ст. 214). «Постоянное жительство» служит основанием, определяющим под судность дел за прожительство без установленных видов и само вольное оставление места, назначенного для жительства (ст. 61 и 63 Уст. о нак.; примеч. к ст. 36 Уст.).

4)По месту первоначального возбуждения преследования и

5)по месту распространения преступления определяется подсуд ность только по преступлениям печати. В отношении этих преступ лений закон говорит, что «преступления и проступки сего рода су дятся в Суде той местности, где отпечатано произведение, давшее

повод к преследованию; если произведение отпечатано за грани цей или место печатания его неизвестно, то оно ведается в Суде той местности, где распространено, а когда распространение его пос ледовало в нескольких судебных округах, то в том из них, где прежде возбуждено преследование» (ст. 12134).

Кроме указанных оснований подсудности, закон наш знает еще специальную подсудность в пользу Петербург. Судеб. Округа, а именно определяет, что Судам этого округа подсудны дела о пре ступлениях по службе, учиненных за границей или в Финляндии, а также за воспрепятствование применению закона об уравнении в правах финлянд. и русских подданных (ст. 1074 и 10741 Уст., ст. 14231 Улож. о нак. и Собр. Узак. 1912 г. ст. 147).

Таковы основания, определяющие местную подсудность по

Уст.

82) Подсудность в случаях совокупности преступных деяний.

Остановимся на ближайшем рассмотрении подсудности в случае совокупности преступных деяний. Совокупность бывает двоякого рода: 1) или одно и то же лицо обвиняется одновременно в совер шении нескольких преступных деяний — субъективная совокуп ность уголовных исков (совокупность преступлений), 2) или в со вершении одного преступного деяния обвиняются несколько со участвовавших в преступлении лиц — объективная совокупность уголовных исков (стечение соучастников).

Чем ближе стоит процесс к типу следственному, тем в более обширных размерах допускает он соединение дел при совокупнос ти преступлений воедино, для одновременного их на суде рассмот рения; наоборот, чем ближе подходит он к типу обвинительному, тем неблагоприятнее оказывается он для такого соединения, пото му что широкие условия состязательности сторон требуют строго го ограничения обвинения пределами того деяния, которое состав ляет предмет исследования.

Правила, определяющие подсудность дел в случае совокупно сти преступлений, имеют целью обеспечить применение к действи тельности существующих в уголовно материальном законодатель стве правил о наказании виновного по совокупности совершенных им преступных посягательств (ст. 152 Улож., ст. 60–66 Угол. Улож. и 16 Уст. о нак.), а отсюда, в виде основного процессуального пра вила, установляется положение, что все совершенные обвиняемым преступления должны быть сосредоточены для совокупного их рас