Планетарный эволюционизм

Последняя тайна науки скрывается именно в клонировании, призванном вслед за душой, разумом, телом заменить человека биороботом, который свободно и с удовольствием исполняет свою запрограммированность. Человеку фактически объявлена война под лицемерный вой якобы заботы о людях. На деле научный взгляд на человека — это поцелуй смерти.

Наука не признает и не знает главного Блага человека — жизнь, которая является чудом, даром сакральной эволюции, а не материалом для генетических манипуляций. Наука создала ГМП и оружие массового поражения; и эти изобретения творят свое черное дело вопреки желаниям всех самых мудрых и сильных политиков.

Создается планетарная электронно-генетическая инквизиция, названная в насмешку ноосферой, в которой человек становится комком «живого вещества» (В.И. Вернадский), служащего клоноведческим материалом. Под видом науки сегодня действует некий «Великий Аноним» (К. Ясперс), осуществляющий сброс человечества и науки ради торжества виртуальной реальности Великого Ничто.

Наука потерпела и терпит полное фиаско в познании и в понимании феномена человека. Более того, наука скрыто враждебна к человеку, не терпит его в составе не только объективного знания, но и вообще не видит в нем человека, стремясь по своей внутренней логике превратить его в технологически правильное устройство, работающее строго по науке. Например, у знаменитого физика растут двойняшки. И вот однажды его научное сознание дало трещину: ученый растерялся, ибо наука требует признать, что с горки катаются не его любимые детки, а два цветных целлофановых мешка с атомами, часть которых, вопреки Демокриту, весьма нехорошо пахнет. В жизни ученый любит своих детей и видит в них тайну, непостижимую никакой наукой, видящей в них мешки с… Любовь — сущность человека, питающая его жизнь смыслами и энергией для общения с другими людьми и с небом. А ученый вывел химическую формулу любви, описывающую процессы в мозге любящего существа: С8 H11 N. Не приживается любовь среди людей, а формулы их кормят, правда, неизвестно, для каких задач. Так чьими же глазами смотрит на человека наука? И что она действительно видит в нем?

Да и существующий искусственный интеллект может не только совершенствоваться, но и принимать самостоятельные решения во всех сферах жизни, включая и управление научными исследованиями; причем основания и результаты его действий уже сегод-

ня оказываются за гранью человеческого понимания. Последствия могут быть невообразимыми.

Почему академии наук всего мира доказывают, что человек бесполезен и даже вреден для биосферы, которая-де может выдержать присутствие всего лишь полмиллиарда людей? Во всем мире развернута оголтелая кампания по дискредитации человека, которого даже в образовании, в воспитании, в медицине стремятся заменить технологиями. Откуда взялся человек? Кому и зачем он нужен? Чего он сам хочет? К чему стремится? Почему человек столь жесток и бесчеловечен к другим людям, изобретая постоянно все более совершенные орудия его уничтожения? А может, быть человеком очень трудно, невозможно и опасно для мира? В чем причина того, что только человек не может найти подобающую ему форму жизни? Бог ли ошибся, свобода ли попутала все карты, лукавый ли сбивает постоянно человека с пути истины, или же сам человек не знает, не понимает своего статуса? Не понимает и сознания, ума, вопринимая их как наказание и слабость, как веревку для вечности? Все эти вопросы наука просто игнорирует. Как будто какойто зверилище с множеством рук сидит в человеке и молча культивирует ненависть, отвращение человека к самому себе, изобретая оружие против самого себя, превращая землю в помойку и в отходы, сам становясь их элементом. Не может, не имеет права наука стоять вне жизнетворных проблем человека и мира!

Но нет человеку места в мире науки, которая стала формой, способом технологического, информационного самогеноцида людей путем превращения их в нелюдей (людены, киборги, чиповеи, клоны, виртуальные призраки, текстовеки, дивиды). Человек последовательно идет путем, на котором «Бог умер!», «природа умирает», «субъект умер», а теперь человеку осталось возлюбить смерть, что он и с радостью идиота и делает.

Во взаимоотношениях человека и науки есть какая-то страшная тайна: не наука служит человеку, а человек — материал, сырье, средство, энергия для науки. Но тогда кому же все-таки служит наука, подчинившая себе человека? Куда она стремится и влечет за собой человека? Какой проект Вавилонской башни таится в неведомом чреве науки? Но через науку человек незаметно впускает в свое сознание, в свой ум, в свое бессознательное саморазмножающиеся бациллы измены: измены Богу, природе, предкам, семье, детям, государству, мужчине и женщине. Невозможно признавать праведность науки, и оставаться при этом верным Богу, государству, семье, любить детей, их родителей. Поэтому ученым в

342 Ч а с т ь I I I . П л а н е т а р н ы й э в о л ю ц и о н и з м и в и р т у а л ь н о с т ь

морально-социальном плане должна быть оказана особая помощь особыми органами.

Фундаментальным законом мира и человека является беззаконие, неопределенность, а все известные нам выходы из этого состояния ведут к бедам великим, которые служат перводвигателем всех космических, эпических, социальных и личных событий. (В религии сей факт называется «грехом».) Будь-то с Богом, будь-то с лукавым, будь-то с гуманизмом, будь-то с американизмом и китаизмом, будь-то со сциентизмом и оккультизмом, ничего у людей не получается, кроме обильного кровопускания и обильного лицемерия. Все стремятся к счастью, хотя все видят, что строительным материалом счастья могут быть только несчастья других людей. Помощь скрывается где-то в провиденциальных смыслах планетарного эволюционизма, который немного рассеивает туманы виртуальные и намечает утерянный миром, человеком и науками путь правды.

Выходом, реальным выходом из тупиков «постнеклассической науки» и «общества не(понимания)» в современную эпоху может быть только планетарный эволюционизм, в контексте и посредством которого Земля становится субъектом своей эволюции и вселенской судьбы, субъектом своей сакральной миссии. Парадигма классической матрицы субъекта-объекта выявила свою ограниченность, но ее не следует отрицать, заменять чем-то иным, а нужно обобщить до уровня планетарного, космического субъекта и объекта. Ибо сегодня мысль, разум могут работать лишь в хозяйственных соотношениях человека и Земли (территории, географии). Земля выступает первичным священным Космосом, преисполненным форм, законов, функций, бурь, бифуркаций, эволюций, смысловых импровизаций, из которых рождаются вещи, людишки, события, предметы, происшествия, пропорции, гармонии, исцеляющие катастрофы. При этом сохраняются особые соответствия, зависимости и логические определенности — не причинность, не диалог, не коммуникация, а комплексы различных взаимодействующих условий, детерминирующих места обитания живых существ.

Именно география Земли должна пропитать новыми смыслами мозги науке и философии, заплутавшихся в своих началах и законах, ибо именно Гея утверждает доминирующее могущество ни к чему не сводимого природного окружения, которое устанавливает русла, потоки развития и эволюции Земли в направлении своего субъектного царства…

ГЛАВА XII

Недосказанное

Человек бессмысленно коварен, извращая все неизвращенное и даже извращенное не оставляет в покое, принуждая его превращать жизнь в игру и учить английский. Самая великая извращенность человека состоит в том, что он проявляет чудовищную сверхчувствительность к ничтожащим мелочам и столь же чудовищную бесчувственность, жестокость к спасительным ценностям Земли. А ведь Земля — это мы, люди, святые и грешные, злодеи и убивцы. Да, Земля бедная, измученная, униженная, несчастная, оскорбленная и оскверненная, но все же дорогая, родная и вечно любимая и такую же страдающую, мучающую любовь рождающая к себе даже в самых мерзких и неблагодарных своих детях. И без Земли, вне Земли нас не будет даже в ничто, ибо далеко не случайно именно из плоти Земли родилась Богородица, в земную плоть воплотился Спаситель и человек разумен благодаря этой же плоти. Земная плоть — первейшая категория мудрости. Ложен гасконский завет Декарта: «Я сомневаюсь, значит, я мыслю; я мыслю, значит, я существую». Истина в завете Земли: «Я — человек Земли, значит, я существую; я существую, значит, я должен мыслить так, как мыслила Земля, допуская меня в свой Дом». Это знал уже Гераклит, говоря, что не человек разумен, а разумна кормящая его Земля и всеобъемлющий Космос148. Бытие и мысль — это атрибуты Земли, за пределами которой много есть разных чудес, которым нет дела до нас, да и нам они как-то ни к чему. Дай Бог уразуметь самих себя, свое назначение!

Поэтому в планетарном эволюционизе действуют не только научные, научно-философские методы, но в нем работают софийные и софиасофские смыслы Земли, в которых напряженно трудится внутренняя рефлексия и мысль ее тайных истоков. Не только человек познает, использует Землю в своих целях, но и сама Земля использует людей в своих неведомых нам пока гносеологических и сотериологических целях. Маркс писал: «Человек живет природой. Этот значит, что природа есть его тело, с которым человек должен оставаться в процессе постоянного общения, чтобы не умереть. Что физическая и духовная жизнь человека неразрывно связана с природой, означает не что иное, как то, что природа неразрывно связана сама с собой, ибо человек есть часть природы. …В слухе поэтому природа слышит самое себя, в обонянии она

344 Ч а с т ь I I I . П л а н е т а р н ы й э в о л ю ц и о н и з м и в и р т у а л ь н о с т ь

обоняет самое себя, в зрении она видит самое себя. …Когда мы признаем природу разумной, наша зависимость от нее прекращается. Природа перестает быть пределом для нашего сознания»149. А человек не замечает, что его чувствами, мыслями, памятью, воображением, сознанием, языком Земля познает страдные пути своей эволюции, ищет выход из тупика антропологического эгоизма. Избыток знаний, информации мнимый: излишние знания не нужны человеку, но они нужны Земле в ее сражениях с варварами цивилизаций. Но не умеет человек различать знания, нужные ему, от знаний, нужных Земле в поисках спасительных бифуркаций. Над знаниями Земли всегда витает благодать Софии, а знания человека укрыты темными крыльями Люцифера. Древний мир коренился в смыслах Земли, а деградация, профанизация, десакрализация Земли ведет к замене человека другим его видом.

Поэтому планетарный эволюционизм не приемлет принятый способ вдалбливания знаний, а научает незаметно, исподволь, чтобы люди и не понимали, что их учат. Поймут потом, и не откажутся от таких даров. Учеба идет посредством психической почвы и крови Земли и людей. Таких учителей называли в древности пророками, но сегодня евриканцы не признают даже симулякры пророческие.

Земле и телу человека присуща витальная психическая почва, особая психическая кровь. Психическая почва порождает знания своими телесными реакциями («кожей, шкурой, печенью, костями чувствую» — говорят в просторечии). Платон обнаружил в печени даже пророческий дар, ибо она служит источником жизни — тем фактором, который принуждает жить. А психическая кровь совпадает с тем, что называется в просторечии смыслом, который всегда связан с волшебной и чародейной непонятностью событий, вещей, слов, мифов, догматов, идей, людей. Смысл их не имеет ничего общего с информацией, поскольку он всегда таит в себе тайну исхода, а его разгадывание заводит нас в мир разрешимостей. Кто и зачем сотворил разгаданного Сфинкса, Кощея, Чудо-Юдо, другие чудовища? Богу они не нужны, но появились. А откуда и зачем пришло зло еще до человека в мир ангелов? И почему познание добра и зла ведет именно к злу, а не к добру? Ведь наши прародители узнали не только зло, но и добро, но попали все же в западню зла, а не на прием к добру. И дело здесь не только в свободе воли Адама и Евы, сделавших не тот выбор, но и в незнании смысла добра и зла.

Смысл есть сосредоточенная вплоть до точки «энергия души и сознания», которые ощущают в любом предмете таинственную

многоликость, находят странные, невозможные связи и взаимозависимости, которые затем языком смерти выражает логика. Человек тщетно ищет «смысл жизни», если он этот самый «смысл» не взращивает в ней. Душой, одаренной смыслами, он одухотворяет всякую вещь, подозревая в ней неведомые сложные формы иной жизни. Смысл — это атом духа, не позволяющий свертываться психической крови и дарующий психической почве неистощимое плодородие; именно поэтому дьявол так жаждет завладеть душой — ему нужны смыслы для его бессмысленного пребывания. Ибо лишенный смысла окружающий мир распадается на фрагменты, механически сталкивающиеся друг с другом. Паскаль удивлялся, как даже умный человек не понимает, что лишь душа одаряет смыслом его жизнь, окружающий мир только потому, что жизнь

имир еще до этого возврата смыслов от людей в свои жилища отдали свои смыслы душе для воспитания, образования, вознесения

ипреклонения истине. Поэтому планетарный эволюционизм порождает новую педагогику — педагогику смыслового творчества, основы который заложены советской Школой, преодолевшей своим космическим порывом и прорывом самый страшный и, кажется, непреодолимым закон мира — закон тяготения.

Ивот наступил «момент истины». Все желания, силы, умения, способности, чувства, идеи, мысли, интуиции, проекты, методы, вероучения, теории, технологии, богатства человека «забастовали», не могут (да и не «хотят») решать его кощеевы проблемы. Более того, человеческие решения лишь умножают и обостряют эти проблемы, что очень давно постигли пустынники, отказавшиеся от человеческого, слишком человеческого «добра» даже в монастырях. Сам человек своим умом, своими решениями и деяниями сегодня может творить только негатив — уничтожать кислород, леса, почву, живую воду, строить электронные и виртуальные виселицы, рыть могилы с жесткими дисками (для сохранения опыта «той» жизни), эвтаназировать под футбольные гимны, клонировать, уродствовать. И всё! Даже сама жизнь стала быстро терять свою ценность на весах виртуальности и экранных призраков. Никакого, даже частного позитива, современный человек уже не умеет найти и создать, ибо связи с источниками смыслонесущих, софийных и софиасофских энергий давно разорваны и забыты. Зато установлены неразрывные связи с инфернальным гедонизмом, безумием, технобесием, алгеброзом, садизмом, содомизмом, демонизмом. Давно забыто само забвение, забывается даже смерть, и люди умирают лишь потому, что костлявая не забывает о них. Остается

346 Ч а с т ь I I I . П л а н е т а р н ы й э в о л ю ц и о н и з м и в и р т у а л ь н о с т ь

только один вопрос — каким способом Земля освободится от этих чуждых ей и опасных обитателей?

В общем, эту истину знали уже мифы, в которых Земля неоднократно очищалась от существ, не умеющих и не желающих жить по ее сакральным законам. Сегодня люди, зная эту истину, не желают ее знать, надеясь, что с помощью тюремной мудрости («ты — сегодня, а я — завтра») они обойдут, превзойдут любую истину, которая слишком-де самоуверенно решает людские дела. Человек выше истины, и если ему нужно, то он сотворит себе «правильную истину». И такие мнения знают мифы. Люди последнего — железного — века у Гесиода тщеславны, глумливы, коварны, бесстыдны, неблагодарны, смешливы и беззаботны в полной уверенности, что Земля и боги вечно будут терпеть их нечестие и обеспечивать их благами. Железо-то осталось, а где эти люди? Где их клоны кудрявые и смартурбаторы удалые? И не спасли их благочестивые и святые праведники!

Но есть одно великое НО! И хотя «Бог верен, а всякий человек лжив» (Рим. 2. 4), даже такой человек для чего-то нужен, ибо без человека все остальные чудеса мира, даже Бог не имеют смысла. Путь будет множество бесконечных миров, независимых от человека, кому и для чего они нужны со своими чудесами? Нет, изменяя немного суждение литератора, можно сказать: «Все в человеке! Все для человека! Все через человека!!» Ну а для чего нужен миру человек, если и самому себе он не очень-то нужен, вступая в какуюто странную сделку со смертью — своей, кстати, тайной подругой. Человек не только умирает, не только объект смерти, но он и сам производит смерть, является ее субъектом. Не только она зовет его к себе, но и он сам зовет ее к себе для чего-то?150 Нельзя найти слов, которые могли указать хотя бы просвет в этой живой тьме человека, беззаботно идущего навстречу идущему к нему мраку. Господи! Зачем Ты дал нам глаза, но застлал их мраком; зачем дал нам ум, но окружил его безумием, в котором ничего нельзя понять, увидеть, кроме ждущих его со всех сторон черных-пречерных дыр?

Только нужен, нужен именно такой подлый человек в мире для какой-то неведомой нам провиденциальной вселенской проблемы, ибо иначе за свои дела на Земле его давно бы съели москиты. Нужны, нужны эти чудовищные муки, издевательства над Землей, чтобы подготовить и ее к самому Главному Событию Вселенной. Вот Провидение и возложило на Землю тяжелую и неземную двоякую обязанность: хранить этого человека — инфернального «спецназовца» и самое себя до Главного Дня Мира. И поскольку сегодня

человек не умеет и не желает сохранять себя, то эту задачу берет на себя Земля. А для этого она должна стать планетарным Субъектом, который существенно ограничит субъектную волю людей и заставит (а способов принудить людей соблюдать земные императивы много!) их жить по смысловому сценарию биосферы, ноосферы и своей сакральной натуры.

Но планетарный эволюционизм пронизан и благой вестью о том, что «Вначале был Смысл», и смысл стал Землей — сакральным миром жизни. А греческий Логос (= безличный закон) выполняет в ней служебную роль, ибо он не может быть Личностью Сына Божьего, ставшего человеком. И понятие «Слово», как и латинское «Verbum», даже символически далеки от Личности. «Слово» вызывает много неувязок: в слове бывают не только ошибки, но и опечатки. Слова произносят попугаи и роботы. И человек тогда тоже может стать ошибкой, опечаткой Творца или воплощением «мудрости» попугаев и роботов. Муторно жить, сознавая себя опечаткой, и ждать, когда ее исправят. А вот «Смысл» — это имя существительное мужского рода, как и «Христос». Смысл всегда

чей-то, чего-то, у кого-то, для чего-то; смысл всегда идет к чемуто, куда-то, приводя в итоге к пониманию Высшей Правды, вне коей Правды нет. Смысл есть или нет; смысл не бывает ложным, ибо ложь бессмыслена; в смысле нет опечаток, ибо он не допускает их. Смысл сам находит, выбирает свое Слово и свой Логос, а не Слово и Логос создают и назначают смыслы. Смысл существует реально в сознании и уме и до воплощения, а Логос и Слово вынуждены ждать, искать воплощения.

Во всех религиях, сказках, мифах Земля выступает как самое богатое и одаренное сакральное существо, божество мира; трудно и невозможно счесть всех ее детей, все проявления ее жизненной изобретательности. Этот образ Земли преизобильной культивирует поэтическая традиция. И Земля вновь возобновит, должна возобновить творчество жизни, ибо сегодня это уже не ее вопрос, а вопрос ее Создателя. Ведь если человек обанкротился в сфере творчества, то эта высшая потенция Земли не может остаться без субъекта. Пока Земля сама берет на себя роль очищения бытия от патологии и создания творческой среды. Планетарный эволюционизм есть идеология преобразования патологии, скверны на Земле в творческую среду, в которой Земля сможет стать Субъектом.

Если смысл и движитель истории состоит в реабилитации бедных, униженных и обреченных, которые являются субъектом справедливости, то движущий смысл планетарного эволюционизма состоит в реабилитации разоренной, погибающей Земли, которая

348 Ч а с т ь I I I . П л а н е т а р н ы й э в о л ю ц и о н и з м и в и р т у а л ь н о с т ь

является носителем, хранителем ценностей Нового сакрального миростроя. «А я говорю вам: не клянись вовсе землею, потому, что она подножие ног Его» (Мат. 5. 34-35).

Планетарный эволюционизм есть парадигма, созидающая этот Новый мир на основе сакральности Земли, человека, с использованием всех жизнесохраняющих знаний, техники, нейротехнологий, социокультурных дерзаний и озарений Школы и Образования, рациональных и метафизических порывов в Неизвестное, охраняя при этом кровнородственные связи с родной Землей, в которой прозрение Ф.М. Достоевского увидело скрытую Богородицу и плоть которой принял Спаситель.

Ростки этого Нового мира мы проследили на разных широтах, в разных формах, но его цельную организацию не может предвидеть никакое воображение, ибо его созидает Земля в содружестве с остатком человечества России, которое сохраняет в себе софийные смыслы ее живой мудрости.

Но главное в Новом мире — это восстановление Землей своего статуса планетарного Субъекта, который изменит эволюцию человека, направит его ум и способности на творческое преображение жизни, ищущей не злато, а Отчий Дом. Человек начался с Очага, с земного Дома, с почитания Земли, а должен достроить свой Дом по софийным чертежам Отчего Дома. Ушибленный человек этот Дом уже не найдет, а Земля является Домом Софии Премудрой. А помочь человеку выявить свою сакральную природу Земля сможет.

Ив этом состоит ее миссия, смысл ее бытия во Вселенной.

Ипланетарный эволюционизм — это парадигма-методология- софиасофия, посредством которой Земля становится Субъектом, чтобы выполнить свою вселенскую миссию, чтобы сохранить свой мир для самого Главного События Вселенной. Сам факт появления доктрины планетарного эволюционизма есть знамение, символ приближения того сакрального Смысла, ради которого существует наше мироздание. Это — первая точка, за которой уже следуют прямые, кривые, касательные, фигуры, стихии, тела, растения, живые существа Нового мира.

Такова утопистика Нового мира в планетарном эволюционизме. Должно быть не только новое Небо, но и новая Земля, которая станет Субъектом сакральной социальности, спасающей человека, мысль, сознание. Новая Земля предопределена стать субъектом, несущим факел ноосферного просветления, просвещения и понимания.

Лучшие умы видели наилучший строй, соответствующий сакральному статусу Земли, ее субъектной миссии в Идеократии, ор-

ганами которой служат теократия, государство, университет. Мы не будем детально описывать нашу реальную утопию. Сошлемся на Аристотеля, который видел общественный идеал уже отчасти реализованным в политии. Собственность — любая. Власть — любая, но народная. Философское образование — всем. Только тогда хозяйственные структуры, государство и социальные институты дадут обществу наилучших граждан, послужат благой и прекрасной жизни, в которой возможно преображение человека в приемлемый для Земли облик.

В мировоззренческом плане планетарный эволюционизм сам эволюционирует в мир православия, ибо только в нем развитие и эволюция избавились от своей пагубной автократии и стали принципами целостного креационизма, который открыл им неисчерпаемые хозяйственные ресурсы ничто и небытия. Поэтому планетарный эволюционизм по большому — сакральному — счету является частью православного миропонимания, ибо только православие сумело преобразить развитие и эволюцию в целостный творческий динамизм мира и понимание.

Далее, православие имеет свою уникальную идеологию — духовную полноту и чистоту христианства, оно сохранило Традицию, сохраняет и воспроизводит все основные человеческие умения

испособности, имеет свою экономику — философию хозяйства, свою науку, искусство, свою мудрость — Софию Премудрость Божью, восполняющую ограниченности Логоса, свое целостное образование, сумело укротить прогресс, имеет свою классную местную

ипланетарную администрацию, свои спецслужбы, наконец, имеет Интернет. Православие духовно и административно охватывает не только Россию, но и весь земной шар. А испытания, которые смогло вынести русское православие, свидетельствуют, что его ведет не только Церковь и человеческий ум, но Провидение. Поэтому православие имеет то, чего не имеет ни одна доктрина, — перспективу мира, России и человека. Не совсем радостную перспективу, но не без благих шансов для каждого человека. Может, этого мало, но в других учениях нет и этого. А стойкость, выживаемость в любых испытаниях является лучшим доказательством правильности пути, по которому идет русское православие. Посредством сакральных смыслов планетарного эволюционизма православие скрыто и сознательно ведет Россию и мир через чистилище апокалипсиса путями спасения. Православие — это высший закон сакральной власти, социальной организации, сакральный императив Земли — домохозяйственного Субъекта ее планетарной эволюции.

350 Ч а с т ь I I I . П л а н е т а р н ы й э в о л ю ц и о н и з м и в и р т у а л ь н о с т ь