Венгерский гений. Венгры, как они видят себя, Венгрию, свое место в истории и современном мире

Венãерсêое исêóсство в Венãрии

69Миклош Ижо. 1953 // Фюл¸п Лайош. Искусство и мировоззрение. С. 552–553.

70Òàì æå. Ñ. 553.

71Òàì æå. Ñ. 554.

72Ñþ÷ Åí¸ (13 июля 1928 г., Дебрецен – 24 нояб. 1988 г., Леаньфалу) – выдающийся венгерский историк ХХ века, доктор исторических наук, профессор, лауреат государственной премии Венгрии.

73Ñþ÷ Åí¸. История нации и национальный угол зрения на историческую позицию. Прения к дискуссии. 1970 // Он же. Нация и история. Научные исследования. Будапешт, 1974. С. 13–188.

74Катахреза – троп или стилистическая ошибка, неправильное или необычное употребление сочетаний слов с несовместимыми буквальными лексическими значе- ниями.

75«Ut pictura poesis: erit, quae, si propius stes, Te capiat magis, et quaedam, si logius abstes» (ëàò.) – поэзия – как живопись: иное произведение пленит тебя больше, если ты будешь рассматривать его вблизи, а иное – если отойдешь подальше. Цит. по: Гораций. Ars poetica («Наука поэзии»). С. 361–362. Обычно, цитируя слова «ut pictura poesis» вне этого контекста, в них закладывают более общую мысль о близости между поэзией и живописью по их внутреннему содержанию.

76Лессинг Готхольд Эфраим (22 янв. 1729 г., Каменц, Саксония – 15 февр. 1781 г., Брауншвейг) – немецкий поэт, драматург, теоретик искусства и литературный кри- тик-просветитель. Основоположник немецкой классической литературы.

77Фюл¸п Лайош. Венгерское искусство. Будапешт, 1923. С. 21.

78Искусство и мировоззрение. 1923 // Фюл¸п Лайош. Искусство и мировоззрение. С. 292–293.

79Экфрасис – описание произведения изобразительного искусства или архитектуры в литературном тексте.

80Waal H. van de. ICONCLASS an iconographic classification system completed and edited by L.D. Couprie with E. Tholen, G. Villehorp. Amsterdam – Oxford – New York, 1974. Р. 81. (Нами дан перевод с английского, приведенный автором в его статье.)

81Òàì æå. Ñ. 102–103. – Примеч. авт.

82Ñþ÷ Åí¸. История нации и национальный угол зрения на историческую позицию. С. 173.

83Ср., напр.: Материалы конференции 1994 года в связи с выставкой Венгерского этнографического музея «Между Востоком и Западом» // Вестн. этнографии. 1995.

¹LXXVII.

84Хельд Юлиус Сэмюэл (1905–2002) – американский историк искусства и коллекционер.

85История интерпретации картины обобщена в ст.: Мароши Эрн¸. Картина и копия-двойник. Искусство и действительность в Венгрии XIV–XV вв. // Тетради по истории искусства. Будапешт, 1995. ¹ 23. С. 20–24. – Примеч. авт.

86Миклош Ижо. 1953. С. 554.

87Клейст Генрих фон (18 окт. 1777 г., Франкфурт-на-Одере – 21 нояб. 1811 г., Ванзее, ок. Потсдама) – немецкий драматург, поэт и прозаик. Один из зачинателей жанра рассказа.

231

Эрнё Мароши

88Топос как понятие имеет разные значения. В культурологии – синоним выражений «категория культуры» или «образ культуры» (формирующееся, необщепринятое значение). Топосы в социологии – склонности, предпочтения, знаковые слова какой-либо социальной группы (формирующееся, необщепринятое значение).

89Пейоративный – так обозначаются слова и словосочетания, выражающие негативную оценку чего-либо или кого-либо, неодобрение, порицание, иронию или презрение.

90Призыв ко всем венграм, в чьих сердцах живо уважение к нации, помочь в деле сохранения отечественных памятников искусства // Программы венгерской историографии искусства. 1999. С. 30.

232

Венãерсêое исêóсство в Венãрии

МАРИЯ ОРМОШ

ВЕНГРЫ НА РОДИНЕ И ДОМА, ВЧЕРА И СЕГОДНЯ

Кто сеãодня венãр?

Ïрежде чем углубиться в вопрос «Что это такое?», задаваемый про венгров, представляется полезным задать встречный вопрос: «А кто сегодня венгр?» У части этнических групп, проживающих на территории Венгрии, самосознание весьма неопределенно, а из-за немалого количе- ства уехавших в эмиграцию да еще и из-за Трианона венгры ныне не знают даже того, сколько же их всего, венгров. На Земле проживает 15 млн венгров или скорее только 13. Более того, не совсем ясно даже то, как обстоят дела с почти 10 млн граждан Венгрии. Все ли они действительно признают себя венграми и ощущают себя ими или же большинство граждан Венгрии в действительности считает венграми все 10 млн человек и ощущает таковыми 13–15 млн.

Во всяком случае, определенно одно. Из прежних стереотипов сегодня ни один не работает и работать не способен. Большие перемены, произошедшие за последние двадцать лет, стерли из числа общих суждений их все. И хотя в культурно-языковом отношении нация и сегодня раздроблена, а по поводу определения и самоопределения венгерских граждан имеются проблемы, тем не менее размышления на эту тему радикально отличаются от тех, что существовали прежде, как в мировоззрении и менталитете венгров внутри страны, так и за ее пределами.

Все вышесказанное служит обоснованием тому, чтобы, предварив сам вопрос «Что?», мы попробовали задуматься о том, что имеет значе- ние еще и «Кто?» считается – считает ли сам себя или же считают прочие – сегодня венгром.

233

Мария Ормош

Этнические диаспоры в Венгрии

Одним из элементов рефлексии нации о себе самой в наше время является то, что нет определенности в этнической принадлежности граждан, живущих в границах страны. Мы не очень-то хорошо представляем, какое суждение имеют по этому вопросу проживающие тут и вне всяких сомнений прекрасно владеющие венгерским языком и хорошо знающие венгерскую культуру люди, принадлежащие к этни- ческим группам немцев, румын, хорватов, словаков и прочих, более того, сегодня мы уже можем добавить к этому перечню уже заговоривших по-венгерски китайцев и их детей, которые теперь изучают в будапештских школах китайский язык как иностранный.

Венгры ведут себя по отношению к ним как принимающая сторона и проявляют дружелюбие к приезжающим сюда иностранцам. Во всяком случае, в большинстве своем. У них не возникает никаких проблем с ездящими туда-обратно, приезжающими для временного проживания на короткий или довольно длительный срок специалистамиэкспатриантами из Западной Европы и Америки или туристами, откуда бы они ни прибыли. Никаких проблем с тихими и умеющими вести себя пристойно китайцами, которые самостоятельно улаживают свои конфликты. Они охотно совершают покупки в китайских магазинчи- ках и лавочках и вступают в разговор со смешно коверкающими венгерскую речь торговцами на рынках. Разве что с трудом выживающий со своим бизнесом венгр – хозяин магазина заметит, что «с узкоглазыми нельзя конкурировать!». Да уже хотя бы по ценам. А с живущими здесь, в Венгрии, румынами, словаками, хорватами, немцами у нас вообще нет никаких проблем, хотя бы потому, что они не стараются привлечь к себе внимание, и никого не смущает, что где-то встречается название деревни или поселка на двух языках, или что люди из этой этнической общины отдают детей в двуязычные школы, или проводят свои культурные мероприятия. Куда уж дальше – в двуязычных школах, где представлены «малые» языки, нет-нет да появляются дети из стопроцентно венгерских семей, потому что родители пришли к убеждению, что для их ребенка будет полезным знание, например, хорватского языка и национальной культуры. Кажется, что венгры в своем подавляющем большинстве не являются ярыми ненавистниками всего

234

Венãры на родине и дома, вчера и сеãодня

чужого, ксенофобами и сегодня уже вполне понимают и принимают двойную самоидентификацию. Другая сторона вопроса: как умещаются венгерское и невенгерское в самосознании имеющих венгерское гражданство немцев, румын, хорватов и т.д.

Очевидно, мы можем сказать, что в венгерском государстве наряду с большинством людей, имеющих несомненный и однородный венгерский идентитет, бок о бок проживают диаспоры иных наций, и являющиеся членами таких общин люди наделены иным национальным самосознанием. Однако мы не можем установить, которое из двух для них первично. Вероятно, это может сильно отличаться в зависимости от этнической принадлежности, места или даже личности индивидуума.

Венгры и венгерские цыгане

Существенно отличается национальное самосознание имеющих венгерское гражданство цыган, и как представляется, отличается и их самоидентификация. Что касается цыган (ромалов), то в официальной позиции все верно, но общее мнение по большей части ее отвергает. Большая часть венгров настроена против цыган. Их иронически именуют «смуглокожими» или «меньшинством», произнося это слово с презрительной интонацией и сопровождая соответствующей мимикой. О них распространены живучие стереотипы, которые не учитывают того, что цыганское общество сегодня тоже очень неоднородно по составу и сильно разобщено. Одна тоненькая прослойка вскарабкалась наверх и ведет образ жизни, весьма смахивающий на жизнь «венгерского набоба», которую она принимает для себя за образец; другой слой, тоже весьма немногочисленный, получил высшее образование и работает, то есть ведет регулярную, отвечающую всем приличиям трудовую деятельность; а следующую прослойку составляют цыганские артисты, художники, поэты, танцоры и музыканты, то есть творческая интеллигенция. В противоположность этому редко встретишь цыгана, который сумел бы разрушить массовую антипатию явным, резко выдающимся успехом и расположить к себе значительную часть публики, симпатизирующей ему и бурно аплодирующей его успеху (как это случилось, например, с Ибойей Олах).

235

Мария Ормош

И хотя их численность могла бы возрастать, если бы телеканалы внимательно следили за этим процессом, однако это ничуть не изменило бы сложившегося мнения о ромалах как громогласных, агрессивных, беспечных и ленивых паразитах, живущих за счет вымогательства. В этом месте задача не может состоять в анализе составных частей общей картины и тем более в изучении истории вопроса. Однако даже без этого ясно, что, прикрываясь необходимостью изменений, нельзя замаскировать действительность, и ни к чему не приведут так называемые пакеты, за которые проголосовали, повинуясь внезапному решению, по наитию, спонтанно – ad hoc. Провозглашение равных шансов для всех здесь будет чистым фарисейством, если оно не сопровождается стройной, продуманной, я даже не побоюсь этого выражения, жесткой программой. И во сколько бы это ни обошлось, цыганских детей нужно обучать в дошкольных учреждениях и давать им полное среднее образование, потому что если этого не произойдет, то лет через десятьдвадцать, а то и все тридцать мы будем топтаться на том же месте, что и сегодня, и цыгане в массе своей останутся для нас так же отвратительны, как и сегодня. Они же по большей части по-прежнему останутся не обеспеченными работой и никакими социальными благами жалкими попрошайками. Да и что другое им останется?

Но все-таки: цыгане – это венгры или не венгры? Видят ли они себя сами венгерскими цыганами или прежде всего осознают себя отпрысками цыганского рода-племени, случайно попавшими в эту страну, которую готовы покинуть в любой момент, если где-то в другом месте найдут для себя лучшую жизнь? И принимают ли их остальные как венгров, или же они почувствуют себя счастливыми, если вся цыганская общность из многих сотен тысяч человек разом подхватится и покинет страну? Очевидно, на эти вопросы нет однозначных ответов. Вероятно, и для цыган ответы зависят от конкретной ситуации (есть ли у людей работа, жилье и т.д.), от места (нетерпимая в своей неприязни деревенская община или более мягкая, толерантная городская), от непосредственного окружения и среды или от частных жизненных обстоятельств индивидуума или семьи. Можно предположить, что немалая часть цыган по своему душевному, психическому складу имеет двойственную природу, и найдут ли они свое место на родине, зависит в первую очередь от того, какова эта родина.

236

Венãры на родине и дома, вчера и сеãодня

Евреи

С точки зрения языка и культуры нет никаких оснований примешивать к проблематике национального самосознания людей, исповедующих иудаизм или некогда принадлежавших к этой религиозной конфессии, но ныне неверующих венгров, однако это было точно так же безосновательно в 1920, 1938 и 1944 годах. Тем не менее этот вопрос стал первоочередным национальным вопросом. Он сделался таковым на «биологической», или, как это тогда формулировали, «расовой» основе, о чем сегодня не стоило бы даже говорить, если бы антисемитизм не засел в головах упорно и повсеместно, несмотря на то что уже полностью утратил прежние возможности для аргументации. Об этнической обособленности евреев из-за массовости смешанных браков и совместного проживания в среде других народов говорить не имеет смысла. Живущие в стране евреи давно говорят по-венгерски, стали органи- ческой частью не только венгерской экономики, но и культуры и науки, их наиболее передовая часть уже в первой половине ХХ века ощущала и признавала себя частью венгерской нации, а их религию и в наши дни исповедует примерно такая же в процентном отношении доля, что и доля венгров, не придерживающихся иудаизма. Ну и поче- му же все-таки некоторые упорно держатся за свои антисемитские убеждения и утверждают, будто бы евреи не являются частью венгерской нации?

Первый вопрос состоит в том, насколько сегодня вообще распространен антисемитизм. Проведенные опросы рисуют пугающую картину. Мой же собственный опыт, который, конечно же, не может служить показательным, говорит скорее о том, что в то время как неприязненное отношение к цыганам – явление действительно массовое, антисемитизм встречается спорадически и не характерен для общераспространенного мнения. В действительности вопрос не носит общего характера, поскольку с этой точки зрения речь идет всего лишь о мнении меньшинства. Тем не менее я не думаю, что этот голос можно заглушить неоднократно предлагавшимся способом, а именно – больше говорить о страданиях и притеснениях евреев, в особенности о холокосте. Многие полагают, что достаточно поместить соответствующий текст в учебники, провести семинары и лекции, создать в музеях

237

Мария Ормош

мемориальные экспозиции и проблема отпадет. Конечно, все это уместно и необходимо, но в силу ряда причин маловероятно, что вследствие этого антисемиты превратятся в филосемитов. Прежде всего рискну привести аргумент из области психологии. Мы знаем по опыту, что как бы ни был мил венграм Шандор Пет¸фи, все же, когда, как говорится, «Пет¸фи звучит из каждого утюга», через некоторое время мы автоматически отключаем утюги. Желание убедить часто сопровождается непродуктивными последствиями.

Однако есть и другие, лучше поддающиеся объективному рассмотрению аргументы. Прошлое антисемитизма куда более запутанное, его корни уходят куда глубже, антипатия богаче оттенками, так что управлять всем этим просто на уровне школьного образования, на уровне сознания, рационального мышления вряд ли получится. Идущая от предков неприязнь, питаемая живучими, имеющими возраст в несколько столетий фобиями, суеверными страхами (кровавыми историями), осуждающей позицией церкви (жиды распяли Христа), обвинениями в предательстве родины (дело Дрейфуса), действует исподтишка, проявляясь на глубинном уровне, и от ее корней, как кажется, не удалось полностью освободиться ценой кровавой бойни. Отдельные люди начали сомневаться относительно того, что раз евреев на протяжении долгих веков ненавидели и преследовали и уже в Средние века убивали при погромах, значит, на то наверняка имелись причины, и причины эти следует искать в самих евреях. Следуя этой логике, естественно, для каждого народа, подвергаемого гонениям и преследуемого несчастьями, следует обозначать вызывающую их причину в самом этом народе, но это обычно не приходит антисемитам в голову.

Однако у современного и дожившего до наших дней антисемитизма были и другие, представляющиеся более рациональными аргументы, и в настоящее время живут прежде всего их вариации. Если кто-то сумел подняться над старыми обвинениями, то он найдет причины для ненависти в том, что евреи благодаря появлению капитализма проникли в новые отрасли экономики (промышленность, торговля, транспорт), стали преобладающим большинством в самых востребованных и доходных профессиях для интеллигенции (адвокат, врач и т.д.), заняли главенствующие и определяющие позиции в прессе и в мире культуры. Значит, основания для жалоб были только у тех не евреев, которым

238

Венãры на родине и дома, вчера и сеãодня

ничего из вышеперечисленного не досталось. Почему же они оказались в стороне? Причины этого антисемит не рассматривает и не анализирует, а сразу же видит их в эгоизме евреев. А тот, кто считает, что все беды венгерского общества могут быть возведены к эгоизму евреев, и готов распространить это и на настоящее время, у того уже готова возродиться неприязнь, и он охотно прибегает к убеждению, что можно снять со своей родни по восходящей линии, да и вообще с венгерского общества и государства ответственность за все то, что происходило во времена выдворения венгерских евреев из страны и помещения их в гетто. И не считает, что ему должно быть стыдно.

В мировоззрении венгерских антисемитов ко всему этому присоединяются идущие из XIX века страшилки – россказни о международном сговоре еврейских капиталистов-монополистов. Но поскольку сегодня невозможно определить, так сказать, национальную принадлежность перемещающегося по свету капитала и разграничить его отдельные составляющие, антисемиты любят априори аттестовать весь этот обезличенный с точки зрения национальной и религиозной принадлежности капитал как целиком принадлежащий евреям. Их не смущает, что за немецким, французским, итальянским, а то и вовсе арабским или даже китайским капиталом невозможно увидеть и раскрыть эту новую предполагаемую всемирную власть – мировую закулису. Речь идет о настоящей новой невидимой руке.

И в заключение, попадаются и такие, кто исходит из политических соображений и мнит, что представляет политические интересы, когда бросает в лицо евреям (прежде всего из числа интеллигенции или политиканствующих) обвинения в том, что они, как всегда, непатриотич- ные либералы или космополиты-социалисты, в противовес его собственным правильным и здоровым националистическим убеждениям. Такие люди даже не замечают ни того, что левые, сохраняя свою традиционно присущую им интернациональную широту взглядов, уже достаточ- но давно стали националистами, ни того, что возможные методы защиты национальных интересов изменились.

Наряду со всем этим можно думать, что венгры, исповедующие иудаизм, или венгры-атеисты еврейского происхождения в первую оче- редь осознают себя венграми по национальной принадлежности, и большинство венгров тоже считают их таковыми. И еврейский вопрос очень

239

Мария Ормош

интересует венгров в отношении прошлого, однако совсем не занимает их, будучи спроецирован в настоящее.

Венгры за рубежом

Совершенно иными будут общие суждения в массе отечественных венгров о венграх зарубежных. В этом отношении очень заметна работа истории, которая подобна той воде, что камень точит. В этом смысле мы можем говорить скорее о двойственности душевного склада, амбивалентности. Жгучая боль прошла, большинство венгров по сию сторону границы осознали ситуацию, а вместе с ней и то, что для изменения границ нет рационального решения. Можно растравлять боль и разжигать страсти, если участь живущих за рубежом венгров становится тяжелее, но большая часть венгров знает, что за последнее время их положение в большинстве случаев намного улучшилось. К тому же значительное улучшение произошло не только в культурном смысле, но и в том, что венгры в Словакии и Румынии получили доступ в органы государственного и административного управления, в политику, даже места в правительстве, и надлежащим образом представлены в Словении. Подобного положения не было с самого 1918 года.

Вдобавок в отношении Словении и Словакии пути перемещения совершенно свободны, и можно надеяться, что так же будет и в отношении Румынии и Хорватии. Одним словом, венгры здесь и по ту сторону границы неизбежно должны реагировать на эту новую ситуацию по-новому. В реакциях, свойственных нашему времени, можно найти и старые, и новые оттенки, чувства и реминисценции смешиваются с трезвой оценкой ситуации, но все же можно нащупать единое направление, и к тому же общее для венгров здешних и зарубежных, ощущаемое теми и другими. Оно состоит в том, что отечественные венгры хоть и считают словацких или румынских венгров венграми, но при этом понимают, что они являются гражданами Словакии или Румынии, вследствие чего их нередко называют просто словаками или румынами. Речь идет о переходной ситуации, которая временно порождает некоторую путаницу, причем как в повседневной жизни (рынок рабо- чей силы), так и в мыслях.

240