Ам бтй ё даааГёу аёу 1апбаэааГёу

1. Почему лексикон и лексическая система языка - не синони- мы? Аргументируйте свой ответ.

2. Что такое лексикон человека?

3. Каковы основные единицы лексикона человека? Приведите примеры.

4. В чем состоит специфика единиц ядра лексикона человека?

5. Какую роль выполняет ядро лексикона человека в процес­сах становления языковой личности, формирования индивидуаль­ной картины мира, овладения вторым (иностранным) языком?

6. Влияет ли ядро лексикона человека на восприятие читаемо­го или слышимого?

7. Как вы думаете, почему исследователи обращали внимание на формирование языка у детей?

8. Почему врачи и взрослые больные говорят о «тупой» или «резкой», «колющей», «ноющей», «острой» боли, но такие опреде­ления не используются в общении с маленькими детьми? Нет ли в этих выражениях следов синестезии?

9. Допустим, что все синестезические словосочетания, извес­тные в русском языке, семантически аналогичны таковым и в дру­гих языках. Иначе говоря, «острый взгляд» и в других языках со­стоит из эквивалентов корней «острый» и «взгляд». О чем это сви­детельствует? Аргументируйте свой ответ.

1 0. Среди чувств, испытываемых человеком, есть и такое, как «злорадство». Поскольку «зло» и «радость» - не ощущения, их со­единение нельзя назвать синестезией. Как бы вы предложили на­звать такое соединение?

11. В «Сказке о царе Салтане» есть эпизод: «Бьется лебедь средь зыбей, Коршун носится над ней». Согласно представлениям биоло­гов, в реальной жизни подобное просто невозможно: коршун слиш­ком мелок для лебедя, он питается главным образом лягушками, ящерицами и т.п. Лебедь (устар. ж.р.) могла бы стать добычей яст­реба или сокола. Как вы думаете, почему А.С. Пушкин исказил ре­альность, создавая этот художественный ообраз? Обоснуйте ответ, руководствуясь сведениями из области фоносемантики.

1 2. Проведите два несложных эксперимента с 6 - 1 0 испытуе­мыми.

Прочтите испытуемым два приведенных ниже текста.

А) Жили-были два брата. Один был большой, рослый, а дру­гой - маленький, худенький. Одного звали Бим, а другого - Бом. Как вы думаете, как звали большого брата? А как - маленького?

Б) В одном лесу жили два зверя. Один был ласковый, добрый, а другой - злой, жадный, вредный. Одного звали Ниимель, а друго­го Зущурх. Как вы думаете, как звали доброго зверя, а как - злого?

Попытайтесь проинтерпретировать результаты опытов с точ­ки зрения фоносемантики.

Оформите ваши наблюдения и выводы.

АттТёГёоаёиГау ёёоабаобба

1 . Агибалов, А. К. Вероятностная организация внутреннего лексикона человека: автореф. дис. ... канд. филол. наук / А.К. Аги-балов. - СПб., 1995.

2. Воронин, С.В. Основы фоносемантики / С.В. Воронин. -Л., 1982.

3. Воронин, С. В. Фоносемантические идеи в зарубежном язы­кознании (Очерки и извлечения) / С.В. Воронин. - Л., 1990.

4. Журавлев А.П. Звук и смысл / А.П. Журавлев. - М., 1988.

5. Журавлев, А.П. Фонетическое значение / А.П. Журавлев. -Л., 1974.

6. Левицкий, В.В. Семантика и фонетика / В.В. Левицкий. -Черновцы, 1973.

Аёааа 9.

ЕАЕ ААЁГЁОА ЁАЕЙЁЕИА хАЁ1ААЕА

1. Значение слова и возможности его описания.

2. Различные подходы к проблеме значения слова. Проблемы функ- ционирования слова как единицы лексикона.

1. дГа-аГёа пёТаа ё аТсЛТаэГТПбё ааТ ТГёпаГёу

Слово - основной элемент языка и речи. Важнейшая особенность слова состоит в том, что слово осмысленно, т.е. имеет значение.

Проблема значения слова была всегда одной из сложнейших для философии, лингвистики, психологии. Что такое значение сло­ва? Какова его природа?

Многообразие взглядов на значение таково, что практически каждое самостоятельное течение в науке имеет собственную кон­цепцию значения. Систематизируя только наиболее распространен­ные и показательные из них, Н.Г. Комлев выделяет 11 основных концепций значения:

1 ) значение - это называемый предмет,

2. представление о предмете,

3. понятие,

4. отношение между знаком и предметом,

5. отношение между знаком и представлением о предмете,

6. отношение между знаком и понятием,

7. отношение между знаком и деятельностью людей,

8. отношение между знаками,

9. функция слова-знака,

10. инвариант информации,

11. отражение (отображение) действительности.

Каждая из перечисленных концепций содержит рациональное зерно, и многообразие взглядов на значение отражает реальную многосторонность объекта.

Не останавливаясь на подробном рассмотрении всех перечис­ленных концепций, отметим только, что первая из них, наиболее старая, представляет значение как отнесенность слова к объекту: слово называет вещи. Собственное имя связывается к одним объек­том, нарицательное - с кругом объектов, глагол называет действие, прилагательные и наречия - свойства объектов и действий.

Представления подобного рода, получившие название номинатив­ной парадигмы, существенно упрощают реальные отношения. Так, мно­гие слова и словосочетания на называют какие-либо объекты, непонят­но также, что называют слова, относящиеся к абстрактным понятиям.

Возникла точка зрения, согласно которой слово соотносится не только с предметом, но и с определенным умственным содержа­нием. Эта идея нашла свое наглядное воплощение в «семантичес­ком треугольнике», или треугольнике Фреге.

знак (фонетическое слово)

предмет понятие

Рис. 7. «Семантический треугольник» Фреге

Представленный на рисунке комплекс - три элемента и связи между ними - образует слово языка (знак называет предмет, кото­рый отражается в понятии, знак имеет смысл в понятии).

Однако всё чаще ученые разных направлений высказывают не­удовлетворенность классическим «семантическим треугольником».

Эндре Лендваи предложил «трапецию значения» как соотно­шение между знаком, значением, понятием и предметом.

значение понятие

знак предмет

Рис. 8. «Трапеция значения» Лендваи

Фонетическое слово (знак) вызывает в сознании носителя языка некий образ предмета, набор существенных признаков класса од­нородных предметов (понятие) и связанное с ними значение.

Обратим внимание, что в предложенных схемах значение ос­тается «стерильным» с точки зрения отношения носителя языка к тому, что стоит за знаком.

Принципиально иную схему, учитывающую личность говоря­щего и слушающего предложил патопсихолог Ф.Е. Василюк - так называемый «психосемиотический тетраэдр»:

З С

П Л

Рис. 9. «Психосемиотический тетраэдр» Василюка

Поскольку сознание человека и отдельные образы сознания определяются, детерминируются внешним миром, внутренним ми­ром человека, культурой и языком, Василюк предложил модель об­раза сознания. В этой модели внешний мир представлен предмет­ным содержанием (П), внутренний мир - личностным смыслом (Л), культура - значением (З), а язык - словом (С).

Приведите примеры зоосравнений из разных культур для под­тверждения данного положения.

/ аким образом, при изучении проблемы значения слова в психо­/ истическом плане необходимо учитывать, что для человека зна­чение слова функционирует не само по себе, а как средство выхода на индивидуальную картину мира во всем ее богатстве сущностей, ка-*\ тв, связей и отношений, эмоциональности, оценочности и т.д.

В отечественной ПЛ при исследовании проблемы значения при­нято исходить из широко известного высказывания Л.С. Выготского «Значение есть путь от мысли к слову», где подчеркивается дина­мичность значений, зависимость их от ситуации, контекста и иных факторов; указывается процессуальная сторона этого явления.

2. Вадёе-ниа ГТабТаи ё ГбТаёаТа дГа^аГёу пёТаа. ТбТаёаТи ббГёоёТГёбТааГёу пёТаа ёаё ааёГёои ёаёпёёТГа

На данный момент для нас важно помнить, что речь идет о слове как достоянии индивида, а это означает, что подходить к нему следует с позиций специфики функционирования языкового / рече­вого механизма человека. Иначе говоря, необходим подход к значе­нию, способный обнаружить и объяснить, что знает человек, когда он знает значение слова (или полагает, что знает), на чем базирует­ся переживание значения слова как знакомого, понятного, какие стратегии и опорные элементы используются при поиске слова в памяти, при понимании воспринимаемого текста.

К числу направлений исследования специфики значения как достояния индивида можно отнести такие подходы, как:

1 ) ассоциативный (через анализ ассоциативных связей слова выявляется его значение),

2. параметрический - акцентирует внимание на том, что для носителя языка значение слова не является монолитным, оно мо­жет быть разложено на ряд составляющих, степень выраженности которых поддается количественному измерению,

3. признаковый - описывает всё стоящее за словом у человека через некоторый набор признаков, без которых слово (точнее обо­значаемый им объект) не может быть отнесено к некоторой катего­рии и играющих определенную роль для носителей определенного языка и культуры,

4. прототипный - основывается на понятии типичности не только некоторого сочетания признаков, но и степени значимости таких признаков для отнесения того или иного объекта к опреде­ленной категории,

5. ситуативный - для пользующегося языком человека значе­ние слова реализуется через включение его в некоторую более объем­ную единицу - пропозицию, фрейм, схему, сценарий, событие, мен­тальную модель и т.п.

Проблемы восприятия слова и понимания слова, отражения адекватного лексического значения слова, связи слов в словосоче­тании и предложении, проблема идентификации многозначных слов, слов-омонимов, слов-новообразований.

Вспомните мучительный процесс нахождения верной фами­лии специалиста по заговариванию зубов из рассказа Чехова «Ло­шадиная фамилия»: Жеребцов, Лошаков, Конявский, Рысистый, Меринов, Буланов. Настоящая же фамилия лекаря - Овсов. Почему так долго Иван Евсеич вспоминал эту фамилию? (находится на периферии его знаний).

Представим себе ситуацию: человек сталкивается с предме­том, назначение которого ему известно, но совершенно неизвестно наименование. Как назвать предмет? (по функции, которую он вы­полняет - калорифер - обогреватель; по аналогии с уже извест­ным - на Юге живут южане - на Памире - памиряне.)

Таким образом, новое слово в речевой деятельности возникает в том случае, когда говорящий понимает предназначение предмета или сущность явления, но не имеет готового синонима к разверну­тому описанию. При этом, создавая новое слово, говорящий в его основу кладет актуальный, важный, значимый, с его точки зрения, признак именуемого предмета или явления.

Велимиру Хлебникову принадлежит интересный опыт стихот­ворения, построенного преимущественно из неологизмов одного корня «Заклятие смехом» :

О, рассмейтесь, смехачи! О, засмейтесь, смехачи!

Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно. О, засмейтесь усмеяльно!

О, рассмешищ надсмеяльных - смхусмейных смехачей! О, иссмейся рассмеяльно, смех надсмейных смеячей! Смейво, смейво,

Усмей, осмей, смешики, смешики,

Смеюнчики, смеюнчики.

О, рассмейтесь, смехачи!

О, засмейтесь, смехачи! Из числа рассматриваемых в последние годы процессов функ­ционирования значения назовем также концептуальное пересече­ние, которое трактуется как общий когнитивный процесс, связан­ный со всеми когнитивными операциями. Предполагается, что пе­ресечение структур из двух или более исходных ментальных про­странств проецируется на отдельное производное пространство, которое включает исходные структуры и в то же время имеет соб­ственную производную структуру, нередко не проецируемую ни одним из исходных пространств. На ряде примеров демонстриру­ется, что значение не является композиционным в принятом в се­мантике смысле. Психолингвисты полагают, что не существует ко­дирования понятий словами или раскодирования слов в понятия: языковое выражение дает только намёки для конструирования кон­цептуальной структуры, а видимая формальная организация таких намёков не является прямым отображением концептуальной струк­туры, которая на их основе должна быть построена, или концепту­альной структуры, которая вызвала к жизни это языковое оформле­ние. Концептуальное пересечение функционирует во многих обла­стях познания и действия; оно включает межпространственное кар­тирование сходных объектов и интегрирование событий.

Ментальное пространство («теша1 зрасе») трактуется как от­носительно небольшой концептуальный набор (сопсерша1 раске!), создаваемый для частных целей понимания и действия. Менталь­ные пространства создаются всегда, когда мы думаем и говорим, они взаимосвязаны и могут модифицироваться по мере разверты­вания дискурса. Лишь небольшая часть знания, ассоциируемого с некоторой концептуальной областью, эксплицитно используется при построении нужного ментального пространства. Дополнительная структура становится доступной посредством заполнения по умол­чанию и с учетом прагматических требований дискурса. Менталь­ные пространства нередко черпают структуры из более чем одной концептуальной области.

Наглядным свидетельством перехода исследований значения на качественно новый уровень являются исследования американских психолингвистов, где убедительно демонстрируется, что даже «про­стейшие» значения, используемые нами в повседневной жизни, вов­се не являются «простыми»: за ними стоят сложнейшие когнитив­ные операции, которые не могут быть напрямую переданы языковы­ми формами. Отсюда следует, что язык не является «кодом» для та­ких операций, он только дает «ключи» для когнитивного конструи­рования; успешность пользования такими ключами обеспечивается ситуацией и контекстом. В ходе общения нам только кажется, что значение прямо содержится в языке. При овладении языком дети ус­ваивают не абстрактную языковую систему, а полную систему ког­нитивного картирования со всеми ее пересечениями и конфигураци­ями, сопровождаемую средствами языковой манифестации.

Процессы, имеющие место при функционировании значения, и в том числе абстрагирование, концептуальное пересечение, кате­горизация и т. д., протекают с опорой на некоторые примеры при­надлежности к тому или иному классу объектов, прототипы, этало­ны, на их признаки и признаки признаков, на сходство и различия между идентифицируемыми элементами языкового или энцикло­педического знания. В этой связи ведутся дискуссии по поводу роли сходства (81гш1апт,у) в процессах категоризации, о роли признаков при установлении сходства и о том, откуда вообще берутся призна­ки как таковые, о характере и особенностях взаимодействия между перцептивными и когнитивными, модально специфичными (т.е. визуальными, слуховыми и т.д.) и амодальными (символьными, схемными, семантическими, пропозициональными и т.п.) опорами познавательных процессов и т.д. Однако те же вопросы могут ста­виться и в иной плоскости, а именно в связи с проблемами пред­метного значения, предметного действия, опоры на образ мира, психологической структуры значения слова, специфики близости / противопоставленности значений слов для индивида и т.д.

Итак, для разработки теории значения требуется повседнев­ный учет результатов исследований в разных областях науки, клю­чевые понятия подвергаются уточнению по мере углубления науч­ных представлений о системе познания, вне которой значение сло­ва как достояния человека рассматриваться не должно.

Становится также очевидным, что объяснительная сила ПЛ теории слова в значительной мере определяется тем, насколько убе­дительно она сможет обосновать трактовку специфики значения слова как достояния индивида и показать, за счет чего и каким об­разом реализуется способность слова служить эффективным сред­ством доступа к формируемой у человека сокровищнице разносто­ронних знаний и переживаний и в то же время обеспечивать более или менее успешные контакты между индивидуальными инфор­мационными базами в процессах взаимодействия в разных видах деятельности.

Становится также очевидным, что проблема значения пересе­кается со многими другими не менее сложными проблемами, трак­товка которых различается в зависимости от исходных теоретичес­ких позиций авторов тех или иных гипотез. При этом значение сло­ва должно рассматриваться в совокупности с процессами его фун­кционирования и с проблемой организации не только внутренней структуры значения, но и всего того, что связано с отдельным сло­вом и с лексиконом в целом, с местом последнего в языковом / рече­вом механизме человека и в системе познания.