2. Ранний палеолит

Ранний палеолит делится на три крупных периода (культуры): олдувай- скую (2,6 млн лет - 700 тыс. лет назад), ашельскую (700 тыс. — 150-120 тыс. лет назад) и мустьерскую(150-120тыс. - 35-30 тыс. лет назад). Чело­век того времени хорошо знал свойства камня, ведь недаром он чаще всего использовал кремень, который легко поддается раскалыванию, а где его не было, использовались похожие породы камня. Чаще всего выбор материа­ла зависел от назначения орудий. Выделены следующие типы орудий: ру­била, скребла, остроконечники, отбойники, сверла, ножи, проколки и т. д.

К числу самых древних орудий труда относятся массивные прямоуголь­ные кремневые отщепы, найденные у пос. Конырдек в толще сцементиро­ванных конгломератов, слагающих нижнечетвертичную, самую высокую надпойменную террасу р. Арыстанды на юго-западных склонах хребта Каратау². Эти древнейшие орудия так называемого «клектонского типа» отличаются от более поздних непропорционально большим ударным бу­горком, занимающим более половины площади всего отщепа. Вместе с ними находились большие кремневые заготовки, желваки-нуклеусы, от которых и были отбиты эти отщепы. Наибольший интерес представляют ашельские стоянки Борыказган и Танирказган³. Распространение орудий в этих сто­янках четко ограничено и за пределами определенной границы обработан­ные кремневые изделия встречаются редко. Древнепалеолитический ин­вентарь из Борыказгана и Танирказгана делится на четыре группы: двусто­ронние и односторонние рубящие орудия; рубила; архаические массивные отщепы; крупные желваки, нуклеусы. Первая группа преобладает. Рубя­щие орудия существенно не отличаются от грубого каменного инвентаря из шельско-ашельских местонахождений Юго-Восточной Азии и Афри­ки⁴, почти всегда имеют четко выраженную валунообразную форму, один конец изделия обработанный, острый, а другой — с галечной коркой или слегка подправленный. В нижнем палеолите для раскалывания камня чело­век использовал другой камень, ударяя их друг об друга. Такая техника получила название «техника оббивки» или «галечная культура», поскольку сырьем в большинстве случаев служила обыкновенная речная галька. Позже появились отбойники, которые позволяли добиваться лучших резуль­татов. Зачастую они цилиндрической или круглой формы с многочислен­ными следами вмятин и забитостей. К примеру, орудия, выявленные X. А. Алпысбаевым в районе хребта Каратау, обработаны вышеназванной тех­никой. Основным сырьем для изготовления орудий служила галька. При обработке орудий целенаправленные удары наносились с обеих сторон камня от края к центру и таким образом получали извилистый рабочий край. Орудия использовались впоследствии как рубящие. Результаты изу­чения каменных орудий хребта Каратау противоречат основным положе­ниям Мовиуса⁵, выдвинувшего гипотезу о существовании в эпоху нижнего палеолита двух локальных областей. К одной из них он отнес Индостан, Южную и Западную Европу, Переднюю Азию и Африку, обитателям ко­торых присуще только использование ручных рубил. Другой областью явля­ется северо-западная Индия, Верхняя Бирма, Китай, Ява, для индустрии которых характерны двусторонние и односторонние рубящие орудия. На основании обнаруженных каменных орудий в Южном Казахстане можно сделать следующий вывод: «Факт совместного нахождения дву- и одно­сторонне рубящих орудий и рубил не позволяет нам согласиться с утверж­дениями о существовании совершенно особой азиатской нижнепалеоли­тической культуры и о своеобразии пути развития Азии в эпоху нижнего палеолита»⁶. Сходство и тождество материалов из Южного Казахстана с орудиями труда, обнаруженными на территории Азии и Африки, позволя­ет высказать предположение о единстве развития нижнепалеолитических культур, в которых изменение и развитие шли единым путем.

Памятники ашельского времени обнаружены и в Центральном Казах­стане. Орудия изготовлялись здесь из кремневых пород черного и серо- зеленого цвета. Одна из таких стоянок — Кудайколь⁷, расположенная на северо-восточной окраине Сары-Арки. Среди орудий можно выделить бифасы, т. е. орудия, обработанные с обеих поверхностей камня, скребла, предназначенные для выделки шкур животных и обработки дерева, а также многочисленные нуклеусы — ядрища, с которых скалывались отщепы и пластины, которые далее использовались как орудия. Среди других ашельских памятников Центрального Казахстана заслуживают внимания стоян­ки Жаман-Айбат в 150 км от г. Жезказгана и Обалысай в Жездинском райо­не Карагандинской области. Среди коллекций каменных изделий выделя­ются рубящие орудия. Интенсивные полевые исследования в 60—70-е гг. в районе Прибалхашья и на Мангыстау, во многом определили формирование нетрадиционных взглядов археолога А. Г. Медоева на проблемы первобытной истории Казахстана и на своеобразное развитие индустрии каменного века. Визуальная проработка исследованных памятников дала ему возможность прийти к оригинальному пониманию археологических аспектов древнейшего прошлого. Впрочем, его взгляды хорошо сочетались с теми данными, что были накоплены к этому времени в мировой археологической науке.

В настоящее время идет переосмысление накопленных материалов, и очень важным является выявление специфики памятников палеолита в аридной зоне, какой является Казахстан. В этом отношении огромную роль играют стоянки первобытных людей «открытого типа» Семизбугу⁸, Боры- казган⁹, Шакпак-ата¹⁰, Онежек¹¹ и др. Дело в том, что археологические ос­татки, погребенные в лессовидных или пойменных фациях отложений, дают уникальную, подробную информацию о жизни первобытных коллективов, об их каменном инвентаре. Но такие памятники существуют лишь относи­тельно короткий отрезок времени. Памятники «открытого типа» охваты­вают довольно значительный отрезок времени, поэтому, изучая их, можно проследить эволюцию традиций в обработке каменных изделий.

В ареале палеолитических культур Казахстана Северное Прибалхашье занимает одно из центральных мест. В этом районе разновременные сто­янки располагаются на поверхностях шлейфов конусов выноса, на речных и озерных террасах, на вершинах и склонах сопок у выхода сырья. Массив мелкосопочника Семизбугу расположен в 60-ти км на восток от пос. Саяк Жёзказганской области. Собранная коллекция каменных изделий только из одного пункта Северного Прибалхашья — мелкосопочника Семизбугу площадью 2500x300 м составляет 1611 единиц. Исходным сырьем для их изготовления служили выходы коренных пород кремнистых алевролитов черного цвета. Среди каменных изделий: нуклеусы, клектонские сколы, зубчатые орудия, скребла, бифасы, ножи, отщепы и пластины. В целом, оценивая эволюцию индустриальных комплексов Семизбугу, следует при­знать, что ведущей технологией является леваллуазская традиция.

Самым древним памятником на территории Восточного Казахстана счи­тается на сегодняшний день местонахождение Козыбай¹². Находится сто­янка на берегу р. Колгутты, недалеко от с. Каратогай Курчумского района. Каменные изделия, изготовленные рукой первобытного человека, в том числе рубящее орудие, орудия с двусторонней обработкой и отщепы из крем­нистой породы черного цвета обнаружены на склоне высокой террасы.

В последующий период — мустьерский была изобретена новая техника об­работки камня, но продолжала существовать и галечная. Подобных памятни­ков на территории Южного и Центрального Казахстана известно много.

Одним из них является многослойная стоянка, обнаруженная X. А. Алпысбаевым в 1958 году и впоследствии названная именем Ч. Ч. Валиха- нова. К настоящему времени на стоянке выявлено 6 культурных слоев¹³, в которых обнаружены каменные изделия, кострища и очаги, кости живот­ных, таких как лошадь, бизон, сайга, благородный олень. Слои располага­ются горизонтально, на различных глубинах от современной поверхности правого берега р. Арыстанды. Это пока единственная стоянка на террито­рии Казахстана, где каменные изделия и другие культурно-бытовые остат­ки находятся в первоначальном положении, т. е. в таком виде, в каком его оставил человек в мустьерское время. Сложность раскопа состоит в том, что культурные слои залегают на глубине от 2,30 — до 7,20 метров. Помимо сведений X. А. Алпысбаева, удалось получить новые свидетельства о жиз­ни первобытных охотников, раскопать мастерскую по изготовлению ору­дий труда и на основе этого сделать вывод о том, что люди непрерывно заселяли стоянку в течении длительного отрезка времени, фактически от мустье и до эпохи верхнего палеолита¹⁴. Основным сырьевым материалом для изготовления орудий здесь был халцедон светлых оттенков. Домини­рующими среди орудий являются скребла, скребки. Остеологический ма­териал состоит из мелких обломков костей животных, принадлежащих ло­шади, бизону, оленю и сайге. Наличие остатков последних свидетельству­ет о степном характере ландшафта, о сухом климате. В пользу этого обсто­ятельства говорят также и данные споропыльцевого анализа.

Интересные сведения получены из раскопок Кошкурган в Шымкент- ской области¹⁵. Здесь расположен древний грифон (выход) артезианского источника, обрамленный кольцом травертинов, высотой до 1 м. Диаметр кольца 25 м. В грифоне в разные годы проводили раскопки палеозоологи, собравшие богатую коллекцию нижнечетвертичной фауны млекопитаю­щих, выделенных под названием «Кошкурганский комплекс».

Археологические раскопки выявили многочисленный каменный инвен­тарь, он очень своеобразен и ему трудно подобрать аналоги. В качестве исходного использовалось сырье, в котором доминирует белый кварц и желтовато-серый песчаник. Ведущим типом орудий являются скребла, чаще всего встречаются простые выпуклые и прямые боковые; остроконечники и ножи. Обилие костей разнообразных животных — носорога, бизона, ло­шади и каменных изделий свидетельствует, что они являются результатом охоты палеолитического человека на животных, попадавших в трясину около ключа во время водопоя.

Аналоги индустрии памятника можно подобрать в материалах Кульбу- лака и в «лессовом» палеолите Таджикистана. Кроме того, отмечается бли­зость по ряду признаков кошкурганского комплекса с комплексами Центральной Европы: стоянок Вертешселеш (Венгрия) и Бильцинисглебен (Германия). Причем время функционирования стоянки в Вертешселеш опре­деляется в 350—600 тыс. лет. Нельзя не увидеть аналоги Кошкургану и да­леко на востоке. Например, комплексы китайской пещерной стоянки Чжоу- коу-дань. Все это вместе заставляет думать, что Кошкурган, видимо, явля­ется связующим звеном между западными и восточными памятниками в начальную пору плейстоцена.

Новые памятники мустьерского времени обнаружены в 1984 г. в Акгадырском районе Жезказганской области. Это такие стоянки, как Огиз-Тау I и II, Улькен-Ак-Мая¹⁶. Каменные изделия здесь залегают на склоне не­больших возвышенностей у родника. Близость сырьевого материала и на­личие родника способствовали обитанию людей. Топоры односторонней и двусторонней обработки, скребла, выемчатые орудия и нуклеусы изготов­лены из местного сырья — серого кварцита. Многие орудия использова­лись вторично уже в последующие периоды, о чем говорит наличие «све­жих» сколов на каменных изделиях.

Наличие протопризматических нуклеусов наряду с дисковидными, а также пластин с симметричными краями и отщепов треугольной формы свидетельствует о прогрессе в технике обработки камня. Типологический анализ каменного инвентаря позволяет датировать коллекции стоя к рн- ним мустье, а, возможно, и ашельским временем.

На многих палеолитических стоянках Центрального Казахстана камен­ный инвентарь находится на поверхности почвы и в первоначальном зале­гании¹⁷. Описанные находки, хотя и представлены подъемным материалом, позволяют в известной мере ответить на вопрос о заселении этой террито­рии первобытным человеком.

Особый интерес представляют палеолитические памятники Западного Казахстана (Шахбагата, Онежек), расположенные у залива Сарыташ. Орудия также обнаружены и в долине Кумакапе. Основным сырьевым материалом для изготовления орудий служили кремневые конкреции, что в избытке встре­чаются в обнажениях морских террас. На основании тщательного изучения коллекции каменных индустрий А. Г. Медоев выделяет следующие культуры: протолеваллуа — ашеллеваллуа-ашель I—II, шахбагата I (поздний палеолит), шахбагата II (эпипалеолит) и неолитические индустрии микролитов.

Среди большей части коллекции культуры протолеваллуа-ашель домини­руют нуклеусы протолеваллуазского типа, отщепы огромных размеров пря­моугольной формы, крупные и массивные сколы с нуклеусов, а из орудий — бифасы. Кроме перечисленных выделены «колуны» из отщепов. «Некоторые изделия имеют разительное сходство с орудиями олдувайской культуры»¹⁸.

В последующей культуре — леваллуа-ашель I, что соответствует сред­нему ашелю, мало колунов и кливеров. Каменные изделия залегают на древ­них береговых валах морской террасы, а также на склонах плато Тюбкараган. Орудия и изделия уже меньшего размера по сравнению с индустрией предыдущей культуры. Исчезают бифасы древних типов и появляются но­вые формы.

И, наконец, для леваллуа-ашель II устойчивыми являются уплощенные наконечники копий и ножи с двусторонней обработкой. Все стоянки рас­положены на площадках морских террас Каспийского моря.

Остановимся на характеристике стоянок группы Онежек, которая вклю­чает в себя семь местонахождений¹⁹. Стоянки расположены близко друг к другу, но содержат различия в каменном инвентаре. Почти в каждой из них присутствуют ранние и поздние формы орудий и поэтому расчленить их хронологически трудно. Среди каменных изделий выделены нуклеусы, скребла, бифасы, наконечники дротиков и большое количество отщепов. Среди последних имеются и крупные сколы леваллуа. В числе нуклеусов есть заготовки, предназначенные для снятия леваллуазских пластин дли­ной до 30 см. Для индустрии Онежек характерно наличие нуклеусов с пло­щадкой, симметричных пластин различных форм (треугольник, прямо­угольник) и малое количество хорошо обработанных орудий.

Древнейшие жители Казахстана были современниками питекантропа и синантропа, в эволюционном развитии соответствуя фазе Homo Sapiens. Первобытные обитатели Каратау и Мангыстау уже могли добывать и под­держивать огонь, занимались охотой на крупных и мелких животных и сбо­ром растительной пищи.