Предметы звериного стиля

В погребальном инвентаре Уйгарака и Тагискена встречены интерес­ные образцы изобразительного искусства. Это изображения животных на предметах конского убора, на золотых нашивных бляшках, на золотых об­кладках. Среди изображений животных — олень, сайга, лошадь, горный козел, кабан, лев, барс или пантера, хищная птица, верблюд. Мотивы и при­емы находок, стиль, в котором выполнены вещи, вводит культуру саков Приаралья в мир скифо-сибирского искусства.

Существенно, что в коллекции есть весьма ранние образцы этого ис­кусства, прежде всего, бронзовые бляхи в виде свернувшегося в кольцо барса или пантеры, похожие на бляхи из коллекции Петра I⁵².

Уйгаракские бляхи с кольчатым окончанием хвоста и лап, со слабо вы­ступающим ухом, глазами и носом в виде концентрических кругов, распо­ложенных на одной линии, с подчеркнутой мускулатурой тела — образцы архаического звериного стиля Евразии, аналоги им прослежены в предме­тах скифского искусства. На Уйгараке заметна лишь стилизация мотива при сохранении изобразительных канонов.

Изображение льва является одним из устойчивых мотивов в искус­стве саков Приаралья. В комплексе из кургана 45 на Южном Тагисксне, который датируется VII—VI вв. до н. э., обнаружены две подпружные пряжки с изображением сидящего льва (такая же пряжка есть и на Уйга­раке), четыре золотые тисненые пластины в виде сидящих львов с голо­вой, повернутой в три четверти. Голова зверя не очень похожа на льви­ную, мастеру этот образ, видимо, не знаком, но стиль вполне выдержан и традиционен. В кургане 31 того же времени была найдена золотая бляшка с фигуркой стоящего льва⁵³, близкая переднеазиатским прото­типам. У льва закручен хвост, но лапы переданы вполне реалистично, глаз кошачий и есть грива. Явным подражанием такому образу явля­ются фигурки идущих львов из кургана 53: у них также переданы лапы, но изменена посадка фигуры животного, глаз сделан почти круглым, исчезла грива. Наконец, еще один вариант изображения льва — бляш­ка-застежка колчана из кургана 53 на Тагискене, где очень естественно передана поза хищника, положившего морду на лапы.

К числу ранних образцов изобразительного искусства саков Приаралья (VII в. до н. э.) относится золотая пластина из кургана 45 (Южный Тагискен) с замечательными по своей выразительности изображениями двух оленей на фоне фигуры какого-то крупного зверя (хищника?), с загнутым в спираль кончиком хвоста и контурами ног. Морды оленей, форма глаза очень напоминают изображения на ранних переднеазиатских печатях⁵⁴, в то время как трактовка рогов сближает изображения с казахстано-сибир­ским культурным кругом скифского времени⁵⁵. К этому же культурному кругу тяготеет и бронзовая фигурка оленя, стоящего «на цыпочках» (Уйгарак, VI в. до н. э.)⁵⁶.

Многочисленны бляшки в виде головы хищной птицы, часто очень стилизованной. Такой же мотив, но уже в совершенно стилизованном виде, отражает своеобразная форма каменных алтариков⁵⁷.

Широко известные для звериного стиля мотивы - изображение горного козла и кабана - также встречены на Уйгараке и Тагискене. Безусловно, местный сюжет отражен в подвеске в виде головы верблюда с Уйгарака и золотых бляшках в виде фигурки сайги из кургана 66 на Тагискене. Сделанные в совершенно той же технике, что и львы из кургана 53, тагискенские бляшки чрезвычайно походят на изображения оленей с подогнутыми ногами с территории Казахстана и Минусинской котловины.

Искусству савроматского мира Урала и Южного Приуралья близки изображения на золотых обкладках из курганов V в. до н. э. На золотой пластине-обкладке ножен из кургана 53 изображены два лежащих друг за другом «припавших к земле» фантастических зверя, круп которых напоминает животных из семейства кошачьих, голова похожа на лошадиную, а на плече нанесен геометрический орнамент в виде треугольников, принятый в скифском зверином стиле⁵⁸.

Все найденные в курганах Тагискена и Уйгарака предметы искусства включают район Приаралья в ареал распространения скифо-сибирского звериного стиля. Исследования последних лет распространили его к востоку, не только на степи Казахстана, но и на Туву. При этом отчетливо фиксируется, что все восточные памятники датируют появление звериного стиля VII—VI вв. до н. э., в ряде случаев даже началом VII в. до н. э. и что он проявлялся с локальными особенностями в отдельных культурных провинциях. Так, очевидно, например, что Тува, Алтай, Южная Сибирь и большая часть территории Казахстана образуют особую провинцию, отличную от скифо-сарматской европейской и приуральской, савроматской. Памятники звериного стиля саков Приаралья, имеющие, в основном, западную савроматскую ориентацию, но содержащие немало типичных азиатских черт, занимали, вероятно, как бы промежуточное положение, а сами саки Приаралья могли выступать культурными посредниками двух главных провинций ареала звериного стиля.

Предположение о том, что некоторые изобразительные мотивы переднеазиатского происхождения могли через Среднюю Азию попасть в искусство Алтая и Южной Сибири скифского времени, таким образом, находит подтверждение. Это в равной степени верно и к некоторым изображениям в савроматских памятниках Южного Приуралья⁵⁹.