2.Письменные источники

Сведения по истории Казахстана эпохи древности, раннего и развитого средневековья фиксировались письменно на различных языках: древне­персидском, древнегреческом, латинском, китайском, древнетюркском, арабском, персидском, тюркском. Информационный уровень этих перво­источников различен вследствии хронологической и территориальной его ограниченности, а также крайней неравномерности освещения истории народов и племен данного региона. Следует заметить также, что по мере развития исторического процесса по возрастающей идет накопление фак­тического материала в письменных памятниках. Эти разнообразные по ха­рактеру и содержанию своды письменной информации в сочетании с ре­зультатами археологических раскопок дают возможность изучить на про­тяжении более 2,5 тысячелетий исторические события, хозяйственные и социальные отношения, культуру, быт и обычаи различных этносов Казах­стана. Остановимся на характеристике основных групп источников

Древнейшим письменным источником по истории народов Казахстана являются древнеперсидские надписи царей Дария I (522—486 гг. до н. э.) и Ксеркса (486—465 гг. до н. э.), составленные на трех основных языках — древнеперсидском, эламском и аккадском, употреблявшихся в Ахеменидской державе.

Наиболее важное значение имеет Бехистунская надпись Дария I, пове­ствующая об обстоятельствах прихода Дария к власти и последовавшей за этим гражданской войны. Надпись содержит перечисление «стран» - пле­менных областей и дает значительный материал по исторической геогра­фии Ближнего и Среднего Востока, а также Центральной Азии. В настоя­щее время в научной литературе, особенно археологической, утвердилось мнение о том, что упоминаемые в надписи племена саков — хаумаварга и тиграхауда относятся к территории Казахстана, однако внимательный ана­лиз данных надписи с привлечением других надписей эпохи Ахеменидов, показывает, что эти племена располагались в районе озера Хамун, на гра­нице нынешних Ирана и Афганистана, в районе, позднее называвшемся Сакастан (Сеистан).

Другой крупной надписью, имеющей значение для изучения культуры и религии в эпоху Ахеменидов является так называемая надпись Ксеркса (486—465 гг. до н. э.) о «дэвах», повествующая о религиозной реформе Ксерк­са, которую многие ученые связывают с введением зороастризма в качест­ве государственного культа, хотя имя Заратуштры в ней не упоминается. Древнеперсидские надписи, кроме историко-географических данных, дают значительный материал для проверки сведений античных источников и значительного их уточнения. Кроме того, эти памятники дают неоцени­мый материал для изучения истории персидского языка, его диалектов в древности.

Авеста представляет собой священную книгу зороастрийской религии, тот канон, который сложился на территории Ирана в ходе нескольких ре­лигиозных реформ, начиная с эпохи Аршакидов, и особенно при Сасанидах. Тексты Авесты написаны на древнеиранском языке, отличном от древ­неперсидского и по ряду черт сближающимся с более поздними восточно­иранскими языками (согдийским, хорезмийским, сакским и т. п.). Кодификация текста Авесты, первоначально передававшейся в течение примерно 1000 лет изустно, впервые была произведена, очевидно, при Сасанидах, сначала среднеперсидским (на базе арамейского) алфавитом, затем разра­ботанным на его основе фонетическим письмом.

Дошедшие до нас тексты Авесты датируются не ранее XIII в. и содер­жат менее половины первоначального текста. Сохранившиеся тексты Авес­ты состоят из следующих частей:

Ясна «Поклонение» содержит перечисления божеств и героев, являю­щихся предметом поклонения, и в целом составлена в поздние времена, скорее всего, для нужд зороастрийских общин, оказавшихся в изгнании после арабского завоевания, однако содержит и очень древние тексты, в частности Гаты — торжественные песнопения, приписываемые традицией самому Заратуштре, а также некоторые дешты (Хом-яшт, Срош-яшт и др.).

Виспрат («Вес судьи») - ритуальное дополнение к Ясне.

Видевдат («Закон против дэвов») - сборник ритуальных текстов и пред­писаний о ежедневном поведении зороастрийцев, в основном составлен­ный в позднее время, но содержащий и восходящие к глубокой древности фрагменты.

Яшты («Гимны») — гимны божествам, восходящие к очень древней эпо­хе, иногда к эпохе индоиранской общности, и дающие много материала для исследования духовной жизни древнего населения Средней Азии и прилегающих районов Ирана и Афганистана.

Малая Авеста — собрание небольших по объему текстов, иногда пред­ставляющих значительный интерес для исследования истории религиозно-философских учений древнего мира.

Данные Авесты сравнительно мало привлекались для изучения исто­рии и культуры древнего населения Казахстана сакского периода, хотя текс­ты содержат богатейший материал, который ждет своего исследователя.

Среднеиранские памятники, так называют эпиграфические и нарратив­ные источники на иранских языках так называемого «среднего периода», начиная с парфянского языка. Сюда относятся парфянский, среднепер­сидский, согдийский, хорезмийский, бактрийский и ряд других, хуже за­свидетельствованных источниками языков.

Сюда же примыкают памятники манихейской религии, написанные особой разновидностью арамейского письма и на иных диалектах парфянского, среднеперсидского и согдийского языков. Наибольшее значение для историка имеют следующие сочинения:

I) Бундахишн «Мироздание» - очень объемное сочинение, содержащее представления зороастрийцев о космогонии и устройстве Вселенной,

2) Денкарт «Основы веры» — многотомное энциклопедическое изложе ние зороастрийского вероучения, содержащее перечисление и пересказ не дошедших до нас частей Авесты,

3) Арда-Вираз-намак — сочинение о путешествии Святого Вираза в рай и ад для того, чтобы получить правильное представление о зороастрийской вере, пришедшей в упадок после завоеваний Александра Македонского. Чрезвычайно интересное сочинение, отражающее, по-видимому, одну из реформаций зороастризма в эпоху поздних Сасанидов.

4) Панд-намак-и Зардушт — «книга постановлений Зороастра» — основы вероучения, преподававшегося в зороастрийской школе.

5) Кар-намак-и Ардашир-и Панакан — светское сочинение, содержа­щее легендарную версию прихода к власти династии Сасанидов.

Среднеперсидские тексты, как и другие тексты на среднеиранских язы­ках, представляют большой интерес для историка Средней Азии и Казах­стана, т. к. содержат сведения, аутентичные эпохе написания, т. е. с ранне­го средневековья до XII—XIII вв. В них есть данные о тюрках, эфталитах, других народах и событиях в этом регионе. Однако до сих пор эти источни­ки привлекались крайне слабо, что связано, в первую очередь, с труднос­тями чтения среднеиранских текстов, написанных арамейским письмом, весьма плохо приспособленным к фонетике иранских языков.

Более содержательна античная историография. Сведения о населении Казахстана поступали в древнюю Грецию через Персию, а также через гре­ческие колонии в Причерноморье. Видимо, самым ранним автором, у ко­торого содержались некоторые достоверные сведения относительно исто­рических судеб этого региона, является Геродот (484—425 гг. до н. э.), перу которого принадлежит значительный труд «История». Сообщения о наро­дах Казахстана сосредоточены в наибольшей степени в четвертой книге, где повествуется о географии расселения кочевых скифских племен, их истории, духовной культуре, обычаях и нравах. В основе сообщений Геро­дота лежат как документальные материалы, так и устная фольклорная тра­диция, восходящая к сакским (скифским) племенам Казахстана и Средней Азии.

Ряд ценных данных по истории ахеменидского времени содержат сви­детельства Ктесия, собранные в его сочинении «История Персии». Этот труд использовался в качестве источника такими авторами, как Диодор (I в. до н. э.), Плиний Старший (I в. н. э.), Клавдий Элиан (II—III вв. н. э.). Позднейшие авторы называют Ктесия «отцом исторического романа». В рассказах Ктесия подчас чувствуется налет анахронизма. Впрочем, в ин­формации древнегреческого писателя разбросаны отдельные важные кру­пицы достоверных сведений о древних этносах Казахстана, о местах их ло­кализации, о политической организации общества. Ряд занимательных но­велл Ктесия в действительности оказался передачей местной народной тра­диции.

Некоторое значение для изучения истории Казахстана представляют собой сочинения греческих историков, описывавших походы Александра Македонского, в числе которых следует назвать Диодора, Помпея Трога, Полибия. Особое значение имеют приводимые ими сведения о политичес­ких перипетиях между кочевниками и Парфией, Греко-Бактрией. Однако конкретная информация о древних племенах Казахстана в них невелика. Очень затруднено отождествление упоминаемых в них этносов с другими сведениями. Важным источником для истории древнего Казахстана явля­ется географическая античная литература. Одним из ее ярких представите­лей следует считать Страбона (I в. до н. э. - I в. н. э.). В его «Географии» соединяются свидетельства о природных условиях и образе жизни народов Казахстана и Средней Азии с различными эпизодами их политической ис­тории. Страбон, ориентируясь на доступную географическую литературу, иногда смутно представлял себе действительную географическую ситуа­цию. Так, он считал Каспийское море не замкнутым бассейном, а заливом океана, и ничего не знал об Аральском море, что, естественно, приводило к искажению общей картины. Ценным, хотя и сложным источником явля­ется сочинение Птолемея «География» (конец I—II вв. н. э.). В тексте даны географические координаты городов, рек, горных цепей, озер, указаны границы различных областей, в том числе Средней Азии и Казахстана. Птолемей наряду со страной саков (очевидно, юг Казахстана, по бассейну Сырдарьи) знает Скифию, под которой понималась обширная территория от Волги до озера Балхаш. Ценность этих сведений бесспорно очень вели­ка, однако пользоваться ими необходимо с большой осторожностью, так как нередко Птолемей без серьезной критической проверки сводил воеди­но данные различных источников.

Определенную роль в изучении истории Казахстана начиная со II в. до н. э. играют китайские источники. Китайские авторы были, в общем, луч­ше осведомлены об обстановке в Казахстане, чем античные. Развитие экс­пансии Китая на запад вызвало потребность в точном знании ситуации в Восточном Туркестане, Казахстане и Средней Азии. При этом целенаправ­ленно собирался материал о нравах и обычаях народов и племен, о их об­разе жизни, политическом устройстве и военных событиях. Эта информа­ция фиксировалась и доставлялась в результате поездок во владения Цент­ральной Азии послов, торговцев, путешественников и миссионеров, обыч­но имевших разведовательные цели. Кроме того, сбор сведений осущест­влялся во время походов китайских войск, наиболее древним из которых был поход Ханьских войск в 104—102 гг. до н. э. во владения Давань, нахо­дящегося в Ферганской долине. Первые достоверные сведения о народах Казахстана были получены от Чжан Цяня, руководителя первого китай­ского посольства в западные области, посланного императором У-ди (140— 86 гг. до н. э.). Чжан Цянь совершил на «запад» два путешествия — в 138 г. до н. э. и в 115 г. до н. э. Помимо прочего они преследовали цель добиться союза с юэчжи, насельниками Средней Азии, и усунями Жетысу против сюнну (гуннов). В ходе своей миссии Чжан Цянь обращал особое внима­ние на состояние хозяйства иноземцев, численность их войска, вооруже­ние, а также записывал все то, что составляло специфику в их обычаях, нравах, одежде.

Среди династийных историй наиболее обширные и ценные данные о народах Казахстана и Средней Азии заключены в историческом труде «Ис­торические записки» («Шицзи») Сыма Цяня (145—86 гг. до н. э.), в част­ности, в двух главах раздела «Жизнеописания»: «Повествование о сюнну» и «Повествование о Давани», а также в биографических описаниях хань­ских императоров и полководцев. Здесь собраны важные сведения о владе­ниях Центральной Азии, их отношениях между собой и с Китаем. Труд Сыма Цяня охватывает весь исторически обозримый период от мифичес­ких времен до времени жизни выдающегося историка.

Следом за «Шицзи» идет «История Ранней Хань» («Цянь Ханьшу»), ко­торая была написана, в основном, Бань Гу в I веке нашей эры и завершена его ученой сестрой Бань Чжао. Труд Бань Гу относится к числу ортодок­сальных конфуцианских трудов, им начинается новый жанр исторических сочинений — истории правления одной династии. 26 династийных исто­рий, освещающих историю Китая и Центральной Азии со II в. до н. э. до нового времени являются уникальным историческим наследием Китая. В сочинении Бань Гу сведения с описанием иноземных народов Централь­ной Азии выделены в специальные главы «Сиюй чжуань» («Повествования о Западном крае»). Выделение этого нового историко-географического региона свидетельствует не только о расширении географических знаний китайцев, но и том стратегическом значении, которое придавалось ему во внешней политике и геополитике древнего Китая. В хронике даны основ­ные пути, ведущие из Ханьской империи в Среднюю Азию, описаны ее этнические группы, их род занятий, экономическое и военное положение, полисы Восточного Туркестана, войны и торговля между ними, полити­ческие союзы. Здесь описана также дипломатия Китая в Западном крае. Известно, что родной брат историка, выдающийся китайский дипломат был направлен в Сиюй, где успешно осуществлял политику династии Хань. Труд Бань Гу охватывает период около 200 лет, здесь имеются сведения о владе­ниях Давань, Усунь, Кангюй, а также Сюнну, в том числе, о владении сюннуского правителя (шаньюя) Чжичжи на Северо-Западном Тянь-Шане. Однако Бань Гу не писал в своем труде о событиях своего времени, поэто­му его труд называется «Историей Ранней династии Хань». Об этом в до­полнение к этому труду писал ученый V века Фань Е. Дополняя сведения «Цянь Ханьшу», Фань Е дал оценку труду Бань Гу, впервые осветил дея­тельность и условия в Сиюе, в которых работал брат Бань Гу — Бань Чао. Фань Е более подробно остановился на внешней политике и дипломатии Китая в Центральной Азии, на политических концепциях традиционной «западной» политики Китая. Этот факт имеет огромное значение, так как влиял на подбор материалов о народах Центральной Азии и на их освеще­ние и оценку в китайской историографии. Трактовка истории сопредель­ных народов в китайской феодальной историографии велась с позиции

великоханьского шовинизма и китаецентризма.

На период правления династии Хань (II в. до н. э. — II в. н. э.) прихо­дится начало прокладывания Шелкового пути, оживление торговых и по­литических связей Китая и государств Центральной Азии, взаимодействие и взаимовлияние культур народов Центральной Азии и китайской культу­ры. В Китай и из Китая отправлялись по нескольку посольств, сопровож­даемых большими торговыми караванами, посредниками в торговле с Ки­таем выступали среднеазиатские купцы.

Пышный расцвет Шелкового пути относится к периоду правления в Китае династии Тан (618—907). Следующий большой комплекс сведений о народах Центральной Азии, их истории содержится в двух хрониках, по­священных этой эпохе. «Старая история династии Тан» («Цзю Таншу») была написана группой авторов в период раздробленности Китая, а «Новая ис­тория династии Тан» («Синь Таншу») в эпоху Сун (1043-60) также коллек­тивом авторов во главе с выдающимся ученым и поэтом Китая Суян Сю (1007—72). Второй труд по истории династии Тан был предпринят в связи с тем, что в первом было обнаружено много неточностей и ошибок. В хро­никах даны политическая история и этнологические сведения о западных тюрках, тюргешах, их этногенезе, образовании Западно-тюркского кага­ната, Тюргешского каганата и их распаде. Весьма ценными являются ки­тайские материалы о карлуках, их расселении в Семиречье и на юге Казах­стана, а также современного Кыргызстана. Следует признать, что основ­ную канву истории племен Центральной Азии и их государственных обра­зований в эпоху древности и по VIII в. н. э. сравнительно полно можно составить именно по китайским источникам, в особенности в том, что ка­сается политической истории усуней, кангюев, древних тюрок, тюргешей, карлу ков.

Жанр записок путешественников в Центральную Азию продолжает ос­таваться едва ли не самым главным источником и в период правления ди­настии Тан, и в XIII веке. В «Синь Таншу» и «Цзю Таншу» описаны ма­ршруты китайских путешественников, проходивших из полисов Восточ­ного Туркестана в Семиречье: долины рек Чу, Талас, оз. Иссык-Куль. Од­нако наиболее полным среди них являются записи, оставленные буддий­ским паломником Сюань Цзаном (ок. 596—664). Сочинение, написанное им, называется «Записки о Западном крае при Великой Танской династии» («Да Тан Сиюйцзи») и посвящено путешествию Сюань Цзана в Индию через Среднюю Азию. Сюань Цзан прошел через Суяб, Невакет, Талас. Он опи­сал двор кагана, обычаи, занятия тюркских и других племен.

Жанр дневников путешественников на Запад пополнился в монголь­скую эпоху, когда представления китайцев о географии и этнографии зна­чительно расширились. Это «Записки о путешествии на Запад праведника Чан Чуня» («Чан Чунь чжэнь жэнь Си юцзи»), Чан Чунь совершил в 1220— 1224 гг. путешествие из Северного Китая в Среднюю Азию во время похо­дов Чингиз-хана, маршрут проходил через Семиречье, долины Чу и Тала­са, где путешественник описал занятия скотоводством и земледелием у местных племен. Другое «Описание путешествия на Запад» написано по­томком правящего дома Ляо (киданьской династии) Елюй Чуцаем, кото­рый сопровождал Чингиз-хана в его походах в Среднюю Азию. Елюй Чуцай видел быт, обычаи, нравы, земли народов, которых завоевал монгольский хан.

Китайские источники древности и средневековья имеют особую цен­ность для изучения истории и культуры Казахстана, несмотря на их тен­денциозность.

Непреходящую ценность представляют тексты древнетюркских пись­менных памятников, происходящие из мест расселения древнетюркских и тюркоязычных племен в I тысячелетии н. э. Эти письменные источники, созданные тюркскими авторами, обладают двумя существенными и неос­поримыми достоинствами -- автохтонностью, т. е. они носили местный ха­рактер, и аутентичностью — автор писал о том, что происходило на его гла­зах или в недавнем прошлом, о фактах, которые ему были хорошо извест­ны. Тем самым древнетюркские источники дают более точное представле­ние об этнических, социальных и культурных процессах в тюркском об­ществе, чем сведения, оставленные иноземными наблюдателями. Наибо­лее ценные древнетюркские тексты были найдены на территории Монго­лии. Важное значение в источниковедении имеют памятники, открытые на Енисее и Таласе.

Прежде всего следует назвать Кошо-цайдамские стелы — памятники в честь тюркских ханов Кюль-тегина (732) и Бильге-кагана (735). Автором этих надписей, как и многих других, был член каганского рода Йолыг-те- гин, пожалуй, первый известный нам по имени писатель, писавший на тюрк­ском языке. Эти два памятника превратились в своеобразные эталоны, с которыми сравнивают чуть ли не все другие рунические надписи. Вырази­тельные Кошо-цайдамские тексты, к которым примыкают памятник Тонькжука (около 716 г.), памятник в честь Кули-чора (722 г.), Онгинская надпись, содержат, в основном, сведения применительно к Восточному тюркскому каганату. Вместе с тем, в них содержатся важные упоминания, затрагивающие события истории западных тюрок Казахстана и Средней Азии, анализ которых позволяет наметить пути исследования целого ком­плекса историко-географических, историко-политических и этнографичес­ких проблем. Наиболее ценными являются сведения о народе «он ок» (де­сяти стрел), тюргешах, карлуках, огузах, кенгересах, согдийцах Жетысу.

К орхонским памятникам относится Селенгинский камень (или памят­ник Шине Усу), представляющий эпитафию в честь Эльетмиш Бильге-ка- гана (747—759 гг.). В этой надписи содержится первое по времени упоми­нание этноса кыпчак, властвовавших вместе с тюрками над уйгурским пле­менным объединением. Повествуется также история взаимоотношений Эльетмиш-кагана с тюрками, тюргешами, карлуками и басмылами.

Терхинская стела (756 г.) также посвящена Эльетмиш-кагану и во многом предвосхищает содержание надписи Шине Усу, подчас тождественна ему построчно. В памятнике указывается важное датированное историческое событие, касающееся времени переселения алтае-тарбагатайских карлуков в Жетысу. Одним из ценных сведений является также первое по времени в древнетюркских рунических памятниках упоминание названия племени ягма, впоследствии игравшем заметную роль в Карлукском и Караханидском государствах.

Определенный интерес представляют памятники Кыргызского государ­ства, представленные надписями долины Енисея и Суджинской стелой и датируемые VII—X вв. Материалы, относящиеся к раннесредневековой ис­тории Казахстана, обнаружены в двух енисейских текстах. В одной эпита­фии говорится о тюргешском беге, умершем на земле кыргызов. В другой надписи содержится фрагмент текста оплакивания знатного кыргыза, ушед­шего послом к тюргешскому Кара-хану и не вернувшегося обратно. Эти события относятся к 744 и 756 годам.

Значительную культурно-историческую ценность являют собой памят­ники Западнотюркского каганата из Жетысу, к которым относятся 12 над­писей (из долины Таласа) на намогильных камнях, монетах, бытовых пред­метах и деревянной палочке. Верхняя дата этих памятников определяется достаточно четко — VIII в., а нижняя хронологическая граница, вероятнее всего, составляет рубеж VI—VII вв. Таласские эпитафии относятся ко вре­мени правления тюргешских каганов из «черных родов» -Сулук Чабыт- чора и его сына (716-740 гг.).

Трудно переоценить значение древнетюркских памятников как источ­ника, проливающего яркий свет на разработку вопросов исторической гео­графии раннесредневекового Казахстана.

Особое место в источниковедении занимает арабская, персидская и тюркская литература IX—XVII вв., содержащая значительный по важнос­ти и характеру материал по средневековой истории Казахстана.

Активные арабские завоевания на востоке в эпоху арабского халифата, активизация в деле расширения сферы влияния мусульманской синкрети­ческой культуры и религии ислама, развитие торговли с отдаленными об­ластями, находившимися вне политических границ мусульманского мира стимулировали накопление информации о соседних и далеких народах и племенах Восточной Европы и Центральной Азии. Специфический инте­рес арабской средневековой историографии к региону Казахстана был свя­зан также с необходимостью закрепления арабами завоеванных земель в Средней Азии и обеспечения внешней безопасности от воинственных ко­чевых племен Казахстана.

Наиболее ранние сведения о народах Казахстана появляются в класси­ческих арабских исторических сочинениях. Так, произведения ал-Балазури (IX в.) и ат-Табари (IX в.) содержат важные сведения о тюркских наро­дах Жетысу (Семиречье) и Южного Казахстана, оказавших в середине VII— VIII вв. значительную помощь народам Средней Азии в борьбе против араб­ского нашествия. Имеются данные об арабских завоевательных походах в отдельные районы Южного Казахстана. Крупнейший арабский историк ал- Балазури, иранец по происхождению, является автором сочинения «Книга завоеваний стран» (Китаб футух ал-булдан), одного из ценных источников по истории Центральной Азии. Иранцем был также ат-Табари, перу кото­рого принадлежит значительный труд «История пророков и царей» (Тарих «р-русул ва-л-мулук). Ат-Табари много путешествовал по различным городам Халифата, затем поселился в Багдаде, где прожил до конца жизни, Посвятив себя науке. В дошедшей до нас сокращенной редакции его труда приводятся сведения о предшествовавших арабам народам и излагается История Халифата в летописном порядке. Современник ат-Табари ал-Джахиз (IX в.), уроженец Багдада, человек энциклопедических знаний, первый дал этнографическое описание кочевых тюркских племен Казахстана в книге «Достоинства тюрок» (Манакиб ал-атрак). Ал-Джахиз отбирал те темы, которые в силу различных причин были особо интересны его арабским читателям, хорошо знакомым с тюркскими гулямами гвардии аббасидских халифов. Он описывает военные качества тюрок, те их нравы и обычаи, которые особенно бросались в глаза горожанину-арабу своей необычностью или были важны для политического окружения халифов, ведь визирям Аббасидов достаточно часто приходилось сталкиваться с «тюрк­скими делами».

К первой половине IX в. относится первое по времени путешествие араба Тамима ибн Бахра через страну кимаков, находившуюся в северо-восточном Казахстане в бассейне Иртыша, в столицу хакана токуз-гузов. Ха­рактер путешествия Тамима ибн Бахра неизвестен, возможно, его поездка была связана с какими-то дипломатическими поручениями. Тамим ибн Бахр приводит сведения о расселении, хозяйстве кимаков, упоминает также о пути из Тараза (совр. Жамбыл) в резиденцию царя кимаков.

В том же IX в. известия о племенах, расселявшихся на территории Казах­стана, появляются и в арабоязычных географических сочинениях. Самым ранним из сохранившихся произведений такого рода является административно-географический справочник «Книга путей и государств» (Китаб ал- масалик ва-л-мамалик) начальника почты и осведомительной службы Ибн Хордадбеха. Он описал маршруты торговых перевозок, указал расстояния между различными населенными пунктами, перечислил города и поселе­ния вдоль тракта Великого пути, проходившего по Южному Казахстану и Семиречью. Труд Ибн Хордадбеха во многом основывался на архивах поч­товой службы халифата, относящихся к значительно более раннему вре­мени. Вероятно, к VIII в. относятся многие сообщаемые им сведения о тюрках, в том числе и часто цитируемый список тюркских племен (токуз-гузы, огузы, карлуки, кимаки, кыпчаки, азгиши,тюргеши и др.). Близкими пo жанру к труду Ибн Хордадбеха являются сочинения ал-Якуби (IX в.) и Кудамы ибн Джафара (X в.). Обширный историко-этнографический мате­риал о тюрках Казахстана содержится в географическом сочинении «Кни­га стран» (Китаб ал-булдан) историка и географа ал-Якуби. Следует отме­нить широкую осведомленность и сравнительно высокую точность его со­общений. Особенно важны сведения ал-Якуби о государственности у огузов, карлуков, кимаков, кыргызов, токуз-гузов.

Арабский географ и филолог Кудама ибн Джафар написал географо- административное сочинение «Книга о харадже и искусстве секретаря» (Китаб ал-харадж ва санъат ал-китаба). Он был арамейцем, жил в Басре, занимал высокую должность начальника почты. При составлении своего сочинения он широко использовал официальные документы, к которым имел доступ. В нем имеются сведения об административном делении хали­фата, важнейших городах, горах, реках, семи климатах (поясах). Значитель­ное внимание уделено почтовым маршрутам и описанию провинций с дан­ными о земельном устройстве и взимаемых налогах. Ценные сведения за­ключены в ней и о соседних с мусульманскими странами землях; так, со­держится фактический материал о тюркских племенах: карлуках, кимаках, огузах, о торговых путях, о маршрутах, городах, поселениях и расстояниях между ними в пределах Южного Казахстана и Семиречья.

Среди рассматриваемого комплекса источников следует назвать и «Кни- ,у рассказов о странах» (Китаб ахбар ал-булдан) арабского географа Ибн ал-Факиха (конец IX — начало X вв.). Он составил свою книгу около 903 г., во многом базируясь на сочинениях предшествующих ему авторов (ал- Джахиз, Ибн Хордадбех, ал-Джейхани). В ней содержится большой исто­рико-географический материал о многих странах Азии и Восточной Евро­пы. Исключительный интерес представляет глава о тюрках, где приводятся ценные сведения о тюрских племенах (карлуках, кимаках, кыпчаках, огу-зах, токуз-гузах и др.), об их странах, городах, торговых путях, расселении, хозяйственной и культурной деятельности. Почти одновременно с Ибн ал- Факихом написал многотомное энциклопедическое сочинение Ибн Русте. Из этого труда сохранился лишь один том с историко-географическим опи­санием климата. Сочинение Ибн Русте «Книга о драгоценном ожерелье» ( Китаб ал-алак ан-насифа) целиком основано на книжных источниках. Автор кропотливо собрал множество ценных фактов из произведений раз­ных путешественников и географов. Большое значение имеют разделы о тюркоязычных племенах и населенных ими землях.

На X в. приходится наивысший расцвет арабской географической лите­ратуры. Ярким представителем этой эпохи является арабский географ и путешественник ал-Истахри (X в.), уроженец Центрального Ирана. Его труд «Книга путей и государств» является обработкой и дополнением более ран­него, не дошедшего до нас географического труда ал-Балхи. В книге дается описание Аравии, Персидского моря, Магриба, Египта, Сирии, моря Румов, Ирака, Индии, Ирана, моря Хазаров, Армении, Азербайджана, Хоро­сана и Мавераннахра. Относительно каждой из стран приводятся сведения о границах, городах, расстояниях, маршрутах; сообщаются отдельные по­дробности о продуктах, торговле, ремесле. Имеются интересные сведения о Восточной Европе, где описываются хазары, буртасы, русы, булгары. Важ­ный фактический материал содержится о тюрских племенах: огузах, кимаках, карлуках, проживавших на территории современного Казахстана. В ней приводится «Карта мира», на которой показаны места локализации тюркских племен.

Труд ал-Истахри, в свою очередь, был отредактирован и дополнен в конце X в. Ибн Хаукалем и назван «Книга путей и государств» (Китаб ал- масалик ва-л-мамалик). Ибн Хаукаль происходил из северной Месопота­мии, много путешествовал. Историко-географические сведения о тюрских племенах во многих случаях совпадают с сообщениями ал-Истахри. Инте­ресна лингвистическая характеристика, данная тюркским племенам: по его словам, все они говорят на одном языке. Важной частью трудов ал-Истах­ри и Ибн Хаукаля являются географические карты «Лик земли» (Сурат ал- ард). Исследование карт вместе с текстом позволяет гораздо лучше уяс­нить сведения о расселении тюркских племен. В X в. через территорию Казахстана пролегал путь двух арабских путешественников: Ибн Фадлана и Абу Дулафа. Никаких биографических сведений об Ибн Фадлане нет. Ему принадлежит значительное произведение «Записка» (Рисала), в кото­рой описана поездка делегации в составе нескольких человек из столицы арабского халифата к волжским булгарам с целью установления арабо-бул- гарского союза против хазар и укрепления устоев ислама в среде булгар. Посольство отбыло из Багдада в июне 921 г., прибыло к булгарам в мае 922 г. Маршрут шел через Хамадан, Рей, Нишапур, Мерв, Бухару, затем через Хорезм, Устюрт и Яик в Поволжье. Даты и карты обратного маршру­та неизвестны. В нем приводятся важные сведения по социальной и духов­ной истории русов, хазар. Сообщения этнографического, хозяйственного, историко-географического характера касаются целого ряда кочевых тюрк­ских племен: печенегов, башкуртов и особенно огузов, обитавших в запад­ных областях современного Казахстана.

Абу Дулаф был придворным саманидского эмира в Бухаре Насра II. В 942 г. Абу Дулаф совершил поездку в Китай и Индию и у своих современ­ников приобрел славу путешественника. Свои воспоминания о путешест­виях Абу Дулаф изложил в двух «Записках» (Рисала), содержащих сведе­ния о хозяйстве, религии и быте огузов, кимаков, карлуков, джикилей. К сообщениям о виденном добавлено немало слышанного без разграниче­ний.

Ценным историческим источником являются сочинения арабского ис­торика и географа ал-Масуди (X в.), родившегося в Багдаде. Основным источником его знаний явились путешествия, захватившие все страны от Индии до Атлантического океана, от Красного моря до Каспийского, и живое общение с представителями самых разнообразных слоев населения. Из 30-томной историко-географической энциклопедии «История време­ни» (Ахбар аз-заман) до нас дошли лишь в сокращенном виде «Промывальни золота и рудники самоцветов» (Мурудж аз-захаб ва маадин ал-джа- вахир, 943 г.) и географическое сочинение «Книга наставления и пересмот­ра» (Китаб ат-танбих ва-л-ишраф, 956 г.). В трудах ал-Масуди приведены историко-географические сведения о тюркских племенах (кимаках, огу­зах, карлуках, барсханах, токуз-гузах, хазарах) и данные по исторической географии раннесредневекового Казахстана. Значительный интерес представляет краткое упоминание исторических событий второй половины IX в. в Западном Казахстане.

Историко-географические данные, основанные на личных наблюдени­ях, занимают еще более важное место в сочинении ал-Макдиси (X в.). Араб­ский географ и путешественник, уроженец Иерусалима, он объездил поч­ти все мусульманские страны Востока. Его сочинение «Лучшее разделение для познания климатов» (Ахсан ат-такасим фи марифат ал-акалим), состав­ленное около 985 г., дает полное и систематическое в арабской литературе описание стран и областей, в т. ч. содержит важные сведения о Средней Азии и Южном Казахстане, племенном составе населения, городах и посе­лениях, торговых путях и предметах торговли, хозяйстве и религиозных воззрениях, языке и обычаях.

Описание тюркоязычных племен Казахстана имеется у испано-арабско- го географа Исхака ибн ал-Хусайна (XI в.) в сочинении «Груды жемчугов с описанием знаменитых городов в любом месте», написанное в Андалусии. Приводимые им сведения в главе о тюрках обнаруживают сходные парал­лели в информации Гардизи (XI в.), ал-Бируни (XI в.) и ал-Марвази (XII в.). В книге содержатся данные этнографического и историко-географичес­кого характера о тюркских народах и, прежде всего, о кимаках. Ценным источником по средневековой истории Казахстана следует назвать сочи­нение ал-Марвази (XII в.) «Природные свойства животных» (Табаи ал-хай- аван). Автор был врачом при дворе сельджукида Мелик-шаха (1072—1092) и его преемников до начала правления Санджара (1118—1157). В произве­дениях ал-Марвази содержатся оригинальные этнографические сведения о тюркских народах. Особую ценность представляет сообщение о пересе­лении народов, оказавшем значительное влияние на расселение кимакских, кыпчакских, огузских племен в начале XI в. В середине XII в. арабским ученым-географом ал-Идриси было написано крупнейшее географичес­кое сочинение арабского средневековья «Развлечение истомленного в странствии по областям» (Нузхат ал-муштак фи-хтирак ал-афак). Он ро­дился в Сеуте, учился в Кордове, с юных лет много путешествовал, побы­вал в Лиссабоне, Англии, Франции, Марокко, Малой Азии. Географичес­кое сочинение было посвящено королю Сицилии Роджеру II (1098—1154). В нем подробно описываются страны Европы, Азии и Африки. Интерес­ные и оригинальные известия этнографического и историко-географичес­кого характера сообщает он о народах, населявших Восточную Европу, Кавказ, Среднюю Азию и Казахстан. Приводятся важные сведения о тюрк­ских племенах: кимаках, кыпчаках, огузах, карлуках, тюргешах, азкишах, обитавших на территории средневекового Казахстана, об их расселении, хозяйстве, городах, торговых путях, ремеслах. Нередко данные ал-Идриси, основанные на не дошедших до нас письменных источниках, носят уни­кальный характер. Так, при описании страны кимаков он использовал кни­гу, написанную уроженцем восточно-казахстанских степей кимакским царевичем Джанахом ибн Хакан ал-Кимаки (X—XI вв.). Специальный ин­терес представляют географические карты, содержащиеся в труде ал-Ид­риси и носящие название «Сурат ал-ард» (Лик земли). Карты насыщены обозначениями географических и экономических объектов, эти особен­ности делают их весьма ценным дополнительным источником.

Начиная с XIII в. средневековые арабоязычные авторы являются, ско рее, компиляторами, редко описывая современные им состояния и пред­почитая пользоваться цитатами из предшествовавших географов и ис­ториков, но зато сохраняя ценные сведения ряда недошедших источни­ков. Получает развитие космографическая литература, питая интерес к различного рода экзотике и чудесам. Прямым последователем ал-Идриси является арабский географ Ибн Саид (XIII в.). Его сочинение «О семи климатах», несмотря на значительную зависимость от ранних ис­точников, представляет и самостоятельный интерес для изучения исто­рической географии Казахстана, Поволжья и Средней Азии вплоть до середины XIII в. Имеются также любопытные сведения о кыпчаках и куманах об их расселении, городских поселениях и религии, К этому кругу источников относятся произведения историка и географа Закария ал-Казвини (XIII в.). Известность автора основана на двух истори­ко-географических трудах, близко между собой связанных, - «Чудеса созданий» (Аджаиб ал-махлукат) и «Памятники городов» (Асар ал-би- лад). Эти труды насыщены фактическим материалом о различных све­тилах, семи климатах (иклим) земли, морях, реках, горах, минералах, растениях, животных и различной экзотике. Вместе с тем, в них заклю­чены важные историко-этнографические данные о тюркоязычных пле­менах: огузах, карлуках, джигилях, кимаках, обитавших на территории современного Казахстана в IX—X вв.

Большой космографический труд «Выборка времени и диковинки суши и моря» (Нухбат ад-дахр фи аджаиб ал-барр ва-л-бахр) принадле­жит сирийцу ад-Димашки, питавшему симпатии к суфизму и, вероятно, не без влияния этих симпатий в конце жизни удалившемуся в Палести­ну. Его сочинение в значительной своей части основано на сочинениях арабских авторов традиционного направления IX-XI вв. Вместе с тем, в нем приводятся неизвестные ранее данные о тюркских народах и их рас­селении, племенном составе кыпчаков, одним из этнических компонен­тов которых указаны куманы. В XIII в. всеобъемлющий толковый гео­графический словарь «Перечень стран» (Муджам ал-булдан) был создан сирийским ученым Якутом. Он включал все доступные автору сведения по географии, истории, лингвистике, фольклору, материальной и духов­ной культуре народов как мусульманского круга, так и далеко за его пределами. Достаточно подробны и значительны данные Якута о коче­вых тюркских племенах средневекового Казахстана и сопредельных зе­мель до начала XIII в. В словаре имеется также описание монгольского нашествия, передвижения монгольских войск через земли кыпчаков, аланов, булгар и область Саксин. Современником и близким знакомым Якута был видный арабский историк Ибн ал-Асир (XIII в.), родом из Месопотамии. Он путешествовал по Аравии, Сирии, Палестине, в 1188 г. участвовал в сражениях Салах ад-Дина против крестоносцев. Умер в Мосуле. Перу Ибн ал-Асира принадлежит ряд историко-библиографи­ческих трудов, в том числе капитальная историческая хроника «Полное описание истории» (Ал-камил фи-т-тарих), в которой изложена исто­рия мусульманского мира до монгольского нашествия включительно. Ученый собрал огромный фактический материал, в ряде случаев им ис­пользовались письменные источники, недошедшие до нас. Подробно описывается политическая история мусульманских династий и сопредельных им государств (Арабского халифата, Саманидов, Караханидов, Хорезмшахов, каракитаев и др.). Важное значение для истории средне­векового Казахстана имеют сведения политического, этнического, эт­нографического и культурного характера относительно древних тюр­ков, карлуков, огузов, кыпчаков. Как современник событий, он описал разрушительные последствия монгольского нашествия. Изложение по­литических событий он доводит до 1232 г.

Современником Ибн ал-Асира был арабоязычный историк ан-Насави, выходец из Хоросана, придворный секретарь и биограф последнего хорезмшаха Джалал ад-Дина. Его сочинение под названием «Жизнео­писание султана Джалал ад-Дина Манкубирти» (Сират ас-султан Джа­лал ад-дин Манкубирти), посвященное событиям в государстве хорезм­шахов накануне и во время монгольской экспансии, содержит сведения о внутренних и внешних делах Хорезма, имевшего в тот период посто­янные контакты с кыпчаками и другими соседними племенами тюрков; в труде отражены факты мирных отношений и вооруженных столкно­вений кыпчаков казахстанских степей с Хорезмом, а также приведены некоторые данные о внутреннем устройстве кыпчакского общества, его хозяйстве и быте.

Значительное развитие исторической литературы отмечено в Египте в XIV—XV вв. в связи с приходом к власти мамлюкской (кыпчакской) династии и оживления их связей с Золотой Ордой. Создаются капиталь­ные энциклопедии для административных нужд, они включают и историко-географические данные о тюркских династиях, народах и их стра­нах. В Египте уже в XIII в. появляется исторический труд, посвящен­ный биографии султана кыпчакского происхождения Рукн-ад-дина Бейбарса (1260—1277), написанный его секретарем Абд аз-Захиром. В био­графическом сочинении приводятся сведения о взаимоотношениях с Золотой Ордой, дается краткий дорожник от Крыма до Итиля, содер­жатся этнографические сведения о племенном составе населения Кры­ма, где в то время проживало уже много выходцев из Дешт-и Кыпчака, сообщается о религиозной и идеологической ситуации в Золотой Орде.

Перу видного историка ан-Нувайри (XIV в.) принадлежит энциклопе­дический свод «Предел желаний относительно дисциплин адаба». Эн­циклопедия делится на 5 разделов, последний из которых посвящен ис­тории и занимает почти половину всего труда. Историческая часть, в основном, компилятивна, оригинальный характер носят лишь хроники последних лет, повествование доведено до 1331 г. Автор приводит исто­рико-этнографические данные о тюркских народах, дает краткое опи­сание «Страны кыпчаков», сообщает о междоусобицах среди кыпчакских родов, приводит ценный список кыпчакских племен. Не менее ин­тересна и важна энциклопедия «Пути взоров по владениям городов» (Масалик ал-абсар-фи-мамалик ал-амсар), созданная уроженцем Дамас­ка ал-Омари. В 1347—1351 гг. он занимал пост государственного секре­таря при султане ан-Насире. В отдельные тома этого сочинения вклю­чены описания всех известных автору государств с востока на запад. Значительный интерес представляют сведения о последствиях монголь­ского нашествия для судеб Средней Азии, Поволжья и Кавказа, о горо­дах и торговых путях в Дешт-и Кыпчаке, о расселении кыпчаков, их нравах и обычаях. К этой же эпохе относится труд известного арабского путешественника Ибн Баттуты (XIV в.), который провел в путешестви­ях 25 лет (1325—1349), пройдя более 150 тыс. км. Побывал в Египте, Па­лестине, Сирии, Ираке, Индии, Бенгалии, Цейлоне, Китае, Афгани­стане, Центральной Африке. О многочисленных странствиях он пове­дал в своей книге «Подарок созерцающим о диковинках городов и чуде­сах путешествий» (Тухфат ан-нузар фи гараиб ал-амсар ва аджаиб ал- асфар). Ценный материал содержится в описании маршрута от Крыма по южнорусским степям до Волги. Эти земли находились под эгидой Золотой Орды. Из Астрахани ученый проехал в Константинополь, а за­тем вновь вернулся в Золотую Орду и, побывав в ханской резиденции Сарае, переправился через Волгу, проехал Устюрт, Хорезм, Бухару и Афганистан. Исключительный интерес представляют сведения о хозяй­стве, быте, культуре, географии средневековых кыпчаков, расселявшихся на обширной территории Казахстана и южнорусских степей. К плеяде выдающихся арабских историков принадлежит Ибн Хатдун (XIV — нач. XV вв.). В своем историческом труде из трех книг «Книга назиданий и поучительных примеров» (Китаб ал-ибар...), в первой части он излагает свои социальные, философские и политико-экономические взгляды, воззрения на развитие общества и государства, на развитие человечес­кой цивилизации в целом, включая культуру и хозяйственную деятель­ность людей. Вторая книга содержит историю древних народов и совре­менных автору восточных мусульманских государств, в том числе Караханидской, Сельджукской, Хорезмшахской, Мамлюкской, монголь­ской династий, правивших на Ближнем Востоке и в Средней Азии. Третья — посвящена истории арабов и берберов. Труд Ибн Халдуна дает обиль­ный фактический материал и по раннесредневековой истории тюркских племен: огузов, карлуков, кимаков, кыпчаков. Заметными фигурами в среде египетских историков являются Ибн ал-Фурат (XIV в.), ал-Калкашанди (XIV — нач. XV вв.), ал-Макризи (XIV — нач. XV вв.), Ибн Тагриберди (XV в.), в произведениях которых имеются интересные све­дения о раннесредневековых тюркских народах и племенах, обитавших на территории Казахстана.

Говоря о характере этих источников, следует сказать, что большин­ство средневековых восточных авторов в своих повествованиях зависят друг от друга, подчас более поздние авторы черпают свои сведения в ранних письменных источниках. Средневековые авторы, широко исполь­зуя метод компиляции, невольно насыщают свои труды различного рода анахронизмами и явными ошибками в атрибуции отдельных фактов. При сопоставлении всех доступных данных о народах и племенах Казахста­на и сопредельных регионов, зная, кем были авторы или передатчики этих сообщений, насколько и в чем они зависят друг от друга в переда­че информации, в какую эпоху, в каких политических и социальных ус­ловиях создавались их произведения, с учетом всей этой информации можно отделить аутентичные сведения от компилированных, заслужи­вающие доверия — от сомнительных, и в результате получить относи­тельно достоверную историческую картину изучаемой эпохи. Иначе го­воря, данные средневековых источников требуют от современного ис­следователя кропотливой и тщательной источниковедческой работы.