2 Семестр. Семинар 1. Задача 1.

Отдельными положениями Кодекса Республики Коми о выборах и референдумах в Республике Коми установлено, что совокупностью избирательных прав и правом на участие в референдуме в Республике Коми наделены не граждане Российской Федерации, проживающие на территории Республики Коми, а граждане Республики Коми, т. е. фактически предусмотрено собственное гражданство Республики Коми.

В чем заключается принцип единого гражданства? Возможно ли установление собственного гражданства республик в составе Российской Федерации, и каковы правовые последствия принятия такого решения? В чем заключается правовое отличие ограничения избирательных прав на основании факта постоянного или преимущественного проживания на какой-либо территории от ограничения прав на основании принадлежности к гражданству? Соответствуют ли указанные нормы Кодекса Республики Коми Конституции РФ и федеральному законодательству?

Решение.

Проблема: какие правовые последствия влечет такое указание в законе, можно ли истолковать данное положение закона, чтобы никакого противоречия с федеральным законодательством не было.

Какие признаки в гражданстве РФ присутствуют, а в гражданстве республики Коми отсутствуют? Какие признаки дают нам основание считать, что речь в данном случае идет не о гражданстве? Если мы будем использовать Кодекс республики Коми не изолированно, а в системе с прочими нормативными правовыми актами федерального законодательства, которые регламентируют предоставление избирательных прав.

У нас есть ситуация, которую нужно оценить юридически, оценить допустимость.

Граждане РФ обладают на всей территории РФ правами и обязанностями гражданина РФ. К этим правам и обязанностям относятся право избирать и быть избранным в органы государственной власти. Но это право в отношении федерального уровня вытекает непосредственно из гражданства, в отношении выборов федерального уровня. В отношении выборов в органы власти субъектов федерации оно вытекает из двух фактов: гражданство РФ и место постоянного проживания на территории субъекта федерации. Первое, например, обеспечивает право голосовать лицам без определенного места жительства (бомжам). Они голосовать на федеральных выборах могут, на выборах субъектов федерации или на муниципальных выборах они не голосуют, потому что они не имеют привязка к субъекту федерации. Следовательно, как минимум, проживание на территории субъекта федерации влияет на объем тех политический прав, которые гражданину предоставляются. В каком-то смысле здесь появляется нечто похожее на гражданство, некое квазигражданство. Мы можем говорить о том, что в этом случае факт постоянного проживания влияет на объем политических прав. На объем политических прав кроме гражданства мало что влияет, следовательно, мы сталкиваемся с каким-то явлением, похожим на гражданство, но вместе с тем, мы должны увидеть различие. Различие гражданства и факта проживания на территории какого-то субъекта федерации, который влечет обладание политическими правами в этом субъекте.

Одно различие заключается в том, что изменение места жительства предполагает процедуру одностороннюю и уведомительную. Гражданин пожелал переехать в другой субъект федерации, переехал и зарегистрировался в новом субъекте. Ему не имеют права отказать в регистрации. Гражданство же не носи уведомительный характер. Предоставление гражданства не может в принципе носить уведомительного характера, потому что оно предполагает определенное встречное решение, принимаемое государственными органами, ведающими вопросами гражданства.

Второе обстоятельство, которое тоже весьма существенно, которое даже в законе, в определении гражданства идет первым признаком. Гражданство – это устойчивая правовая связь. Устойчивая правовая связь гражданина с государством. С одной стороны, гражданство зависит от места жительства, но устойчивость предполагает, что оно автоматически не изменяется в связи с изменением места жительства.

В этом смысле гражданство и постоянное проживание в субъекте федерации, которое влечет политические права на территории данного субъекта, между собой не совпадают по содержанию, по объему. С точки зрения конституционного регулирования, и регулирования в федеральном законодательстве, собственно в законе «Об основных гарантиях избирательных прав …» сказано, что избирательным правом обладает гражданин РФ, постоянно или преимущественно проживающий на территории конкретного субъекта федерации (региональные выборы). Исходя из совокупного регулирования, системного регулирования этого вопроса Конституцией и федеральным законодательством, мы можем сделать вывод, что для граждан РФ, проживающих в республике Коми, возникает в силу факта проживания определенная взаимосвязь с данным субъектом, но эта взаимосвязь не отвечает всем признакам гражданства. В полном смысле слова назвать это гражданством нельзя, потому что это не предполагает соблюдения тех признаков, которые характерны для гражданства. Но при этом, теоретически можно себе предположить, что законодатель республики Коми, законодатель добросовестный, стремящийся максимально выполнить все требования, которые для него вытекают из положения федерального законодательства, следовательно, не имеющий намерение совершить какое-то нарушение ФЗ. В этом случае можно было бы считать, что законодатель республики Коми назвал гражданством то, что по полным признакам гражданством не является, но на гражданство похоже. Если кроме этой нормы, которая приведена в условиях задачи, больше нигде ничего нет, если гражданство республики Коми не предоставляется в специально порядке, если не предполагается предъявление каких-то дополнительных требований к гражданам, которые хотят стать гражданами республики Коми для того чтобы они таковыми стали, то в этом случае содержательного противоречия Конституции и федеральному законодательству нет.

Возникает общий и философский вопрос о том, как быть, если законодатель начинает использовать термины не в соответствии с их общеупотребительном значением. Эта ситуация в целом негативная, конечно, она может считаться недопустимой, потому что в суде можно оспаривать это положение Кодекса республики Коми, опираясь на обычные признаки гражданства. Но при этом, если говорить более формально, если попытаться максимально оправдать законодателя республики Коми, то можно сказать, что он в понятие гражданства вкладывает свой смысл и содержательно этот смысл не противоречит ФЗ.

Это логика, которая не слишком удачна, она способна вводить в заблуждение граждан, правоприменителей, которые могут ориентироваться на общепринятое понятие гражданства. Здесь общепринятое понятие гражданства недопустимо. Соответственно, в этом случае мы можем считать, что, обнаружив применение понятие гражданство в общем значении, мы увидим противоречие федеральному законодательству.

Субъект РФ не может устанавливать собственное гражданство, хотя прямого запрета на это нет. Закон «О гражданстве РФ» 1991 года предусматривал такую возможность, и в Федеративном договоре 1992 года тоже такая возможность была, но в Конституции появилось в 71 статье в качестве исключительного предмета ведения РФ гражданство в РФ. Если было написано гражданство РФ, можно было бы чисто формально рассуждать, что речь идет только о федеральном гражданстве и параллельно с ним может существовать еще гражданство субъектов РФ, но поскольку Конституция говорит гражданство в РФ, то предполагается, что любого уровня гражданство может регламентироваться только на федеральном уровне. Поскольку ФЗ «О гражданстве» гражданство субъектов не предусматривает, следовательно гражданства субъектов юридически не может существовать. Это недопустимо.