Задача 1.

24 октября 2002 г., во время захвата заложников группой чеченских боевиков в помещении театрального центра на Дубровке в Москве, один из террористов позвонил на радио «Эхо Москвы». Его диалог с журналистами радиостанции был передан в эфир. В связи с этим против журналистов было возбуждено уголовное дело по статье, предусматривающей пособничество террористам, так как преступникам фактически была предоставлена возможность обращения к широкой публике.

Каково содержание действующего законодательства о противодействии экстремистской деятельности? Правомерно ли в данном случае ограничение свободы слова и средств массовой информации?

Решение.

Есть вопрос именно координации тех мер, которые предпринимаются профессионалами, готовящими контртеррористическую операцию. Закон теоретически даже не препятствует, но требует, чтобы решение принимал руководитель контртеррористической операции. Если он почитает это возможным (под его контролем), то тогда может информация выпускаться в эфир.

Но кроме этой стороны технической (в смысле предпринимаемых мер), есть еще важный содержательный элемент. Ведь очень часто целью террористов является доступ к СМИ, и вообще, захват заложников иногда может преследовать едва ли не единственную цель высказаться в СМИ, и, тем самым, предоставляя возможность выступить, СМИ способствуют достижению той цели, которую поставили перед собой террористы. В этой части, конечно, закон запрещает именно, исходя из того, чтобы не упрощать, и, напротив, ограничивать возможность достижения той самой цели, которую ставят террористы в части доступа к широкой трибуне.

В данном случае, действия журналиста были абсолютно адекватной ситуации. Белов не говорит про передачу в эфире самой операции, он говорит про то, когда именно позвонили в эфир «Эхо Москвы» и в этом случае, журналист, который вел прямой эфир, он оказался в сложной ситуации. Потому что он должен был прямо сейчас, не откладывая, ни с кем не советуясь, не запрашивая разрешения руководителя контртеррористической операции, решить, как лучше: предоставить возможность , Используя это как шанс спасти, может быть, кого-то из заложников, ил отказать, поставив под риск их уничтожение. В этом случае для журналиста вопрос был, может ли он принимать решение. Естественно, его закон ограничивает, но он понимает, что в этой ситуации у него есть как доводы «за», так и доводы «против». И ему в этом случае было сложно решить. Против журналиста возбудили уголовное дело, но потом его прекратили в связи с отсутствием состава преступления. именно исходя из того, что для него самого эта ситуация была непростая. В этой ситуации у журналиста была тяжелая ситуация, из трех зол выбрать наименьшее. Он выбрал наименьшее, потому что у него была в любой момент возможность ограничить выпуск в эфир той или иной информации, но он использовал этот шанс диалога с террористом. С точки зрения буквы закона он не имел права этого делать, в том числе он не имел права, потому что переговоры с террористами должен вести профессиональный участник контртеррористической операции, потому что террористам не должен обеспечиваться доступ в эфир и т.д. Но для него вопрос взвешивания этой ситуации был достаточно оправдан, не даром у головное дело было прекращено. Его действия были оправданы той ситуацией, которая возникла.