23 Декарт: я мыслю и не могу иначе

31 марта 1996г. исполнилось 400 лет со дня рождения математика, физика, физиолога, родоначальника рационалистической тенденции в философии Ренэ Декарта (1596 – 1650). Картезий – таково латинизированное имя философа – “пересмотрел весь, существующий способ мышления, заложил фундамент всей европейской культуры, которая в глубоком смысле является христианской культурой” - такова оценка М.К. Мамардашвили. Год рождения Декарта – это год рождения европейской цивилизации.

Ренэ Декарт был сыном знатного французского дворянина, в иезуитской школе Ла-Флеш изучал математику, которая нравилась ему достоверностью и очевидностью рассуждений, медицину и право. Им были созданы работы, которые сообщили математике, философии и естествознанию направление, в котором они развивались в течение по крайней мере двух последующих веков. Он создал аналитическую геометрию, ввел в математику понятие переменной величины, применил математический метод к разработке вопросов оптики; рассматривал организмы животных как очень сложные тела и машины, движимые и управляемые естественными законами. В человеке, по Декарту, с механизмом протяженного тела соединяется непротяженная душа. “Дух только мыслящ, тело только протяженно”. 10 ноября 1619 г., сидя в одиночестве в сельском доме, Картезий сформулировал основные положения своего философского учения, принципы сведения физики к геометрии, а геометрии - к алгебре, им двигала мысль: “Все науки настолько связаны между собою, что легче изучать их все сразу, нежели какую-либо одну из них в отдельности от всех прочих”.

Первоначально методология научного познания была изложена философом в “Правилах для руководства ума” (1628), а затем во введении к трактату о геометрии “Рассуждения о методе, чтобы верно направлять свой разум, отыскивать истину в науках” (1637). “Рассуждения о методе” - это своего рода философская автобиография Декарта. Работа состоит из шести частей.

В первой части “Соображения, касающиеся наук” указывается, что разум как “способность правильно рассуждать и отличать истину от заблуждения” [18. С.250] в равной мере присущ всем людям. Но, как известно, не все люди достигают больших успехов в познании, что зависит от избранного ими метода. В схоластической философии, которая преподавалась в иезуитской школе, “доныне нет положения, которое не служило бы предметом споров и, следовательно, не было бы сомнительно” [18. С.254]. Даже логика кажется Декарту бесполезной, поскольку большинство её правил “служит больше к объяснению другим того, что нам известно”, или к тому “чтобы говорить без смысла о неизвестных вещах, вместо того, чтобы познавать их”. Люди не смогли построить ничего возвышенного и на прочном основании математики. Она тоже превращена в “смутное и темное искусство, затрудняющее наш ум, а не в науку, которая его развивает”. Декарт приходит к мысли, что найденный им математический метод приложим не только собственно к математическим наукам. Он высказывает уверенность в том, что должна существовать “некая общая наука, объясняющая все относящееся к порядку и мере, не входя в исследование никаких частных предметов”. Он убежден, что все объекты достоверного знания находятся между собой в таком же отношении, что и положения математического доказательства. А в таком случае “не может существовать истин не столь отдаленных, чтобы они были недостижимы, ни столь сокровенных, чтобы нельзя было их раскрыть” [18. С.261].

Общим методом для получения достоверного знания должны быть дедукция или вывод искомых истин из других истин, достоверно установленных и известных. Это не дедукция основанная на силлогизме, не простая математическая дедукция, а дедукция как система принципов философии, Наука, говорит Декарт, “заимствует свои принципы из философии” [18. С.254].

Во второй части “Основные правила метода” Декарт излагает принципы, или правила философии.

Первое правило требует “не принимать за истинное ничего, что я не признал бы таковым с очевидностью, т.е. тщательно избегать поспеш­ности и предубеждения и включать в свои суждения только то, что представляется моему уму столь ясно и отчетливо, что ни коим образом не сможет дать повод к сомнению”. [18. С.260].

Второе правило требует “делить каждую из рассматриваемых мною трудностей на столько частей, сколько потребуется, чтобы лучше их разрешить”.

Третье правило требует “располагать свои мысли в определенном порядке, начиная с предметов простейших и легкопознаваемых, и восходя мало-помалу, как по ступеням, до познания наиболее сложных, допуская существование порядка даже среди тех, которые в естественном ходе вещей не предшествуют друг другу”.

Четвертое правило требует “делать всюду перечни настолько пол­ные и обзоры столь всеохватывающие, чтобы быть уверенным, что ничего не пропущено”.

Третья часть “Рассуждения о методе содержит моральные правила, которых должен придерживаться ученый: умеренность и законопослушность, твердость в реализации принятых решений”. Основное правило состоит в том, что следует “ ...стремиться побеждать скорее себя, чем судьбу, и менять скорее свои желания, чем порядок в мире”. [18. С.264]. И сегодня актуальны рассуждения Декарта об изменении общественного порядка, “Отдельный человек вряд ли начал бы переустройство государства в целях его восстановления с изменения и разрушения его основ”. “Большие государственные тела слишком трудно восстановить после разрушения и удержать, когда они колеблются; их падение может быть только сокрушительным. Что касается их несовершенств, - если таковые существуют, - то они... смягчены, без сомнения, привычкой... Наконец, их несовершенства почти всегда легче переносимы, чем их перемены”. Отсюда Декартом выводится правило: повиноваться законам и обычаям родной страны, защищать, ее свободу и неотступно придерживаться религии. Жизнь требует от нас непрерывной деятельности и не терпит нерешительности и застоя.

В четвертой части изложены основы метафизики. С Декарта начинается новый период Философии, когда мысль начинается с самой себя, без ссылок на авторитеты. Отбросить предрассудки, преодолеть скептицизм можно, если “во всем сомневаться”. Декарт выставляет первый принцип Философии: “Я мыслю, следовательно, существую”. Поскольку я мыслю, то я не лишний в этом мире. Мир не есть законченная целостность; мое Я не может быть выведено из других Я, Я не замещаю кого-то другого, мне всегда есть место в этом мире, если я действительно готов начать все сначала. Зачем это нужно? Дело в том, что для того, чтобы что-то понять, нужно отказаться от себя, или как говорил Декарт – “родиться второй раз”.

Если в качестве объекта Философствования выдвинуть природу, как это сделал Френсис Бэкон, то невозможно преодолеть схоластику в гносеологии, ибо из сферы познания ускользает субъект. Реальный объект Философского анализа не только природа и не субъект сам по себе, а их взаимодействие. Таким образом, за основу науки нельзя брать знания, поскольку в них не фиксируется взаимодействие с познающим. В качестве “первого начала” можно выбрать лишь “сомнение”. Без сомнения в показаниях чувств не возникает мышление, а потому именно сомнение есть начало мышления и философии. Животное не сомневается, оно вынуждено полностью доверять ощущениям. Сомнение позволяет выходить за пределы любого созерцания, представления. Ограничиваться представлением, значит идти по уже известному пути, воспринимать мир “низшей частью души”, что ведет к автоматизму. Но душа стремится к свободе, к собственному суждению, а этим занимается “высшая часть души”, философия. А где же в таком случае находится истина - в том в чем сомневаются или в достоверном – “...истина лежит между двумя защищаемыми воззрениями [18. С. 415]. Абсолютно конечным результатом человеческой деятельности, который является условием существования сомнения, есть Бог. Идея Бога дана человеку от рождения и если глупо сомневаться в собственном существовании, то также глупо делать это по отношению к абсолюту.

Суждение связано с оценкой, которая выявляет наличие определенного несовершенства. Человек обречен на сомнение. Но чтобы оценивать нужно иметь идеал, к которому человек стремится. Без идеала человек погрязнет в довольстве; Бог зовет человека к совершенству. И это совершенство человек познает не из внешних, текучих, изменчивых предметов. Собственным напряжением человек достигает нового уровня понимания, а затем возвышает до него и весь мир. Таким образом, стремясь к Богу, человек совершенствует себя и развивает природу. Человеку свойственно ошибаться, но причиной этому является не разум, а воля, которая “распространяется на вещи, которых я не постигаю”. Отсюда Декарт в “Первоначальной философии” делает вывод, что “...познавательная деятельность разума должна всегда предшествовать решению воли”.

Картезий сдвинул философию с мертвой точки, вывел ее из схоластического тупика. Вера принадлежат не разуму, а воле, которой подвластно наше поведение. “Вера принадлежит воле, отвлекаясь от которой верующий может исследовать при помощи естественного разума есть ли бог и таким образом сомневаться в боге”. И в этом нет ничего дурного, поскольку религия нужна для сдерживания необузданных страстей, но не для сдерживания разума. В этом смысле положение “я мыслю, следовательно, существую” Декарт и называет “первоосновой всего моего познания”. Гегель замечает, что в таком случае “философия лишается религиозных предпосылок, ищет себе доказательности, а не абсолютного содержания”. Со времен Декарта философия отказывается от претензии на абсолютную истину, ибо такая позиция превращает ее в религию.

Я мыслю и не могу иначе - это первейший атрибут бытийственности человека. Для - я мыслю - нет никаких внешних причин и оснований. Это своего рода беспричинная правота, которая вообще свойственна мысли, когда, к примеру, на вопрос женщине - почему? - она отвечает - потому что. Декарту было не важно откуда и куда тянется бесконечная цепь событий, причин и следствий. Его интересует, что происходит “сейчас и теперь”.

В пятой части Декарт начертал схему последовательного постижения природных явлений – “великой книги мира”. Правила механики представлялись ему универсальными “правилами природы”. Он указывает, что природа уникальности человеческого разума в пользовании словами, знаками. К выяснению роли языка в культуре наука приступила вплотную лишь в XX веке.

В шестой части говорится о практической направленности новой научной методологии, польза которой состоит в том, чтобы “сделаться хозяевами природы”. Его метод должен стать архитектором рациональной культуры, предназначался для превращения научного познания из кустар­ного промысла в систематическое и планомерное производство.

Правила Декарта сыграли большую роль в развитии философии и науки Нового времени. Указанные им условия “очевидности” и “интуитивной ясности” остаются основными характеристикам и научного познания. Декарт утвердил “новые принципы философии”, и тем самым заложил духовные основы европейской цивилизации.

Из естественнонаучных работ нужно назвать: “Мироздание, или Трактат о свете” (1633). Диоптрика (1637), Метеоры (1637), Геометрия (1637), Начала философии (1644).

Приведем, в заключение, несколько мыслей Ренэ Декарта:

“Душа никоим образом не может быть продуктом материальной силы, наподобие других вещей, но она непременно должна быть сотворена”.

“Дайте мне материю и движение, и я построю вам из этого Вселенную”.

“Лучше совсем не помышлять об отыскании каких бы то ни было истин, чем делать это без всякого метода”.

“О том, что мы не воспринимаем ясно, мы можем судить лишь неправильно, хотя наше рассуждение может быть правильным”.