Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии развития уголовно-процессуального права в XXI в.. Материалы V международной научно-практической конференции 10-11 ноября 2016 г. (г. Москва)
.pdf
Дорошков В. В.
исследования уголовного процесса, которые могут позволить с той
или иной долей достоверности выработать модель развития отечественного уголовного судопроизводства»1.
3) своевременности направлений реформирования уголовного
процесса, учитывая наличие новых социальных условий и явлений,
общественно-политической ситуации, конкретных задач, которые
поставлены на перспективу, потребностей практики, уровень научно-технического прогресса (политический критерий). Развитие
уголовного процесса с учетом развития технологий может одновременно осуществляться по следующим направлениям: 1) процесс
сбора исходной информации и принятия решений передать технике;
2) автоматизация деятельности субъекта-правоприменителя. Минимизации издержек человеческого фактора в уголовном судопроизводстве могли бы способствовать: а) тотальное аудио- и видеонаблюдение; б) появление технологии, позволяющей однозначно
установить правдивость показаний; в) разработка и повсеместное
внедрение технологии, позволяющей идентифицировать личность
(в том числе трупа) и проследить маршрут ее передвижения в заданное время2.
4) материального обеспечения реализации основных положений
стратегии, подсчитав каких материальных затрат потребует реализация того или иного предложения (экономический критерий).
В-восьмых, важно обеспечить единообразие судебной практики
путем формирования правовых позиций высшего суда, разработав
соответствующие механизмы. Вследствие взаимопроникновения
англо-саксонской, романо-германской и иных правовых систем, наверняка, придется признавать судебные прецеденты в качестве источника права, учитывать решения ВС РФ по конкретным делам.
При разработке стратегии развития уголовно-процессуального права необходимо определиться с ролью «прецедентов», постановлений ЕСПЧ и КС РФ в формировании судебной практики. В этой
связи нуждаются в соответствующих научных исследованиях вопросы полномочий соответствующих структур отечественной судебной системы.
1
Теория уголовного процесса: состязательность: Монография // Под ред.
Н. А. Колоколова. Ч. 1. М.: Юрлитинформ, 2013. С. 17.
2
Смолин А. Ю. Технология как стратегия развития уголовного судопроизвод-
ства // Юридическая техника. 2015. № 9. С. 720–725.
51
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
Напомню, что в теории права различает три вида судебной практики: руководящая практика (опыт применения законодательства,
выраженный в особых актах центральных судебных органов, в которых данные практики обобщено, «вторично» формулируется в виде
конкретизирующих предписаний; прецедентная практика (опыт
применения законодательства, выраженный в решениях высших судебных органов по конкретным делам, по принципиальным вопросам); текущая практика (опыт применения законодательства, выраженный в решениях судов по конкретным юридическим делам).
Необходимо эти теоретические положения претворить в жизнь,
внеся соответствующие изменения и дополнения в соответствующие законы.
В-девятых, следует определить соотношение международного
и национального права с учетом опыта других государств. Любая
крайность в определении приоритета одного из них противоречит
диалектике развития. Благодаря взаимосвязям и взаимовлиянию
международного и национального права обеспечивается стабильность государственного и общественного строя, вырабатываются
универсальные принципы правового, демократического и социального государства, которые создают условия для развития свободной
личности и открытого общества, эффективной и доступной людям
публичной власти.
Для борьбы с международной преступностью, в том числе транснациональной организованной преступностью, современные национальные правовые системы должны стать максимально эффективными. К сожалению, юридические механизмы противодействия
современным угрозам и вызовам зачастую оказываются несовременными. Поэтому, несмотря на различные сложности в основе
стратегии уголовно-процессуального права, как и других стратегий в XXI в. должен лежать общий для всех принцип верховенства
права, который международному сообществу еще предстоит выработать и реализовать. Он должен стать приемлемым для всех государств, одинаково трактуя основные признаки преступного деяния
и сблизив позиции применительно форм уголовного процесса, исходя из общих представлений о праве в современном мире.
В-десятых, важной частью стратегии развития уголовно-процессуального права должна стать правовая культура, включающая в себя: правовое сознание, правовое поведение, деятельность
52
Джафаров Азер Мамед оглы
законодательных, правоохранительных и судебных органов. Все
указанные элементы правовой культуры непременно должны найти свое отражение в стратегии развития уголовно-процессуального
права в зависимости от временных рамок, которые будут ставиться
перед этим правовым документом.
Таким образом, мною обозначен лишь небольшой перечень наиболее общих задач, стоящих перед разработчиками стратегии для
совершенствования отечественного уголовного процесса в XXI
столетии. Полагаю, что в ходе конференции будут сформулированы другие предложения по форме и содержанию стратегии развития уголовно-процессуального права, исходя из цели развития
государства и права, а также из массовых идеалов и смысла бытия
человечества.
Джафаров Азер Мамед оглы,
зам. Министра юстиции Азербайджанской
Республики, Заслуженный юрист
Азербайджанской Республики,
д-р юрид. наук
О резервах совершенствования института
государственного обвинения (на примере
УПК РФ и Азербайджанской Республики)
Без преувеличения можно сказать, что правовая система России,
ее правотворчество и правовая наука были и остаются объектом
пристального изучения и широкой рецепции для стран Содружества Независимых Государств и многих других стран мира.
И это естественно. Со второй половины XIX в. Россия является
одним из мировых центров генерации правовой мысли и высоких
технологий в сфере законотворчества. В этом большая заслуга выдающихся ученых-юристов дореволюционной, советской и постсоветской России, труды которых по сей день пользуются большим
спросом далеко за пределами России.
Об этом свидетельствуют тысячи диссертаций и монографий,
журнальных статей и учебных пособий, изданных за рубежом
53
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
по проблемам философии и социологии права, криминалистики
и уголовного процесса, уголовного права и криминологии, теории и истории права и т. д., в библиографии которых, как правило, доминируют ссылки на произведения российских ученыхправоведов.
Среди многочисленных отраслей российского права, пользующихся за рубежом высоким авторитетом, хотелось бы выделить
и уголовный процесс, незаслуженно окрещенный К. Марксом в качестве формы жизни материального права. Видимо, великий мыслитель, столь приземленно говоря об уголовном процессе, находился
под впечатлением немецкого Уголовно-судебного уложения Каролины XVI в., которое, как известно, соединяло в себе как материальное, так и процессуальное право (при этом, последнее в качестве
подсистемы уголовного закона).
Но жизнь опровергла это опрометчивое утверждение К. Маркса
и доказала как самодостаточность бытия уголовного процесса, так
и суверенность его аксиологической природы в системе отраслей
права криминального цикла.
Это подтверждается многовековой правоприменительной практикой, показавшей, что уголовный процесс не только форма проявления внутренней жизни материального права, но и, прежде
всего, образно выражаясь, его крылья. Потому полагаю, что настала пора в теории права реабилитировать уголовный процесс
как в его нормативном, так и доктринальном воплощении. Сказанное, на наш взгляд, в полной мере относится и к уголовному
процессу России.
Как известно, впервые российский уголовный процесс во весь голос заявил о себе во второй половине XIX в. Это стало возможным
благодаря Судебной реформе 1864 г., в результате которой на суд
мировой общественности был представлен такой шедевр правовой
мысли, как Устав уголовного судопроизводства, который сегодня
занимает почетное место в галерее таких общепризнанных памятников правовой культуры, как Законы Хаммурапи и Сасанидский
судебник, Дигесты Юстиниана, Кодекс Наполеона и т. д.
Отрадно, что в России по сей день чтят этот непревзойденный
свод правил уголовного судопроизводства, творчески используют
его неиссякаемый потенциал в развитии уголовно-процессуальной
науки и законодательства.
54
Джафаров Азер Мамед оглы
Свидетельством тому является отмечающий в этом году свое пятнадцатилетие УПК РФ, который пропитан духом Устава уголовного судопроизводства и гением его творцов.
В его принципах и институтах незримо присутствуют следы фундаментальных трудов таких прославленных ученых, как И. Я. Фойницкий, Н. В. Муравьев, Д. Г. Тальберг, М. С. Строгович, Л. М. Карнеева, П. А. Лупинская, В. Н. Кудрявцев, В. Я. Дорохов, С. С. Алексеев,
И. Л. Петрухин, А. А. Пионтковский, так и десятков иных процессуалистов, внесших неоценимый вклад в развитие уголовного процесса.
К примеру, разработанная в 70-х годах XX столетия В. Я. Дороховым формула «доказательство в уголовном процессе» настолько
безупречна и универсальна, что сегодня не только ретранслирована
в уголовно-процессуальное законодательство многих стран мира,
но и стоит в одном ряду со знаменитой формулой Густава Радбруха «надзаконное право».
Действующий УПК РФ отличается и своей уникальной архитектоникой, содержит много новелл, которые не были известны советскому уголовному процессу. В нем качественно усилена защита прав
и законных интересов личности, проведено более четкое размежевание процессуальных функций, существенно расширены границы
состязательности процесса и т. д.
К сожалению, узкие рамки регламента статьи не позволяют даже
тезисно остановиться на всех достоинствах современного УПК РФ.
Потому отмечу лишь одно — с момента своего принятия он служит
не только образцом правотворчества, но и правовой матрицей для
государств содружества, в том числе Азербайджана, и многих других стран мира для совершенствования национального уголовнопроцессуального законодательства.
Например, такие институты как особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему
обвинением и при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, уже давно применяемые в России, уверен, могли бы служить
хорошими образцами для изучения в ходе совершенствования УПК
АР. Тем более что «Национальный план действий по поощрению
открытого правительства на 2016–2018 гг.» предусматривает подготовку предложений по применению института «сотрудничества
со следствием» в рамках предварительного расследования, связанного с коррупционными преступлениями.
55
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
УПК РФ мог бы быть использован и для совершенствования
положений соответствующего кодекса АР относительно полномочий государственного обвинителя, касающегося самостоятельного
изменения обвинения в сторону смягчения до удаления суда для
постановления приговора, которые как указал Конституционный
суд страны, нуждаются в дополнительной законодательной регламентации.
Такие примеры можно было бы продолжить. Но, как известно,
даже очень дальновидный и щепетильный законодатель не в состоянии создать совершенный закон на все времена, ибо жизнь всегда
оказывается богаче и разнообразнее самого демократичного и справедливого (на момент принятия) правового акта.
УПК РФ не является исключением. Как показывает анализ юридической литературы, наука и правоприменительная практика выя
вили в нем, как часто происходит в процессе имплементации нового
закона, немало пробелов и коллизий, несогласованность внутриправовых связей, которые, видимо, станут предметом рассмотрения
в процессе его дальнейшего совершенствования.
Учитывая это, среди будущих корректив, которые в перспективе могут быть внесены в УПК РФ, хотелось бы видеть и решение
отдельных проблем, связанных с обеспечением равенства сторон
в уголовном судопроизводстве, в частности, устранение причин,
на наш взгляд, хоть и формальных, но создающих ощущение привилегированности в нем государственного обвинителя по сравнению со стороной защиты.
Вопрос касается статуса обвинителя от прокуратуры, выступающего перед судебной аудиторией de facto именно от имени государства. Существующий порядок, когда в суде подсудимый обвиняется от имени государства, а его защита осуществляется частным
лицом, на наш взгляд, не создает впечатления соблюдения конституционного принципа равенства всех перед законом и судом (ст. 19
Конституции РФ).
Сразу отмечу, что в этом вопросе наша страна находится в более
сложном положении, т. к. понятие «государственное обвинение»
в АР закреплено конституционно.
Хотелось бы в этой связи предложить рассмотреть в ходе дальнейших реформ соответствующего законодательства этого статуса
обвинителя с позиции ст. 11 Конституции РФ, из которой отчетливо
-
56
Джафаров Азер Мамед оглы
видно, что от имени государственной власти могут выступать только
Президент РФ, Федеральное Собрание, Правительство и суды РФ.
Осмелюсь к сказанному добавить, что замена понятия «государственный обвинитель» понятием «публичный обвинитель» была бы
созвучной со ст. 246 УПК РФ, предусматривающей обязательное
участие обвинителя по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения и т. д.
Полагаю, что этим самым российская уголовно-процессуальная
наука не только укрепит равенство сторон в уголовном процессе,
но и вернется к своим истокам, хранилищем которого является
Устав уголовного судопроизводства.
Если мы ознакомимся с конкретными статьями Устава, то обнаружим, что в них функции обличения обвиняемых пред судом в те
времена возлагались на прокуроров при окружном суде (ст. 519
Устава) или же на обер-прокурора (ст. 920 Устава), а по делам о государственных преступлениях, подведомственным верховному уголовному суду — непосредственно на министра юстиции (ст. 1064
Устава), но только исключительно в статусе прокурора.
При этом характерно, что обвинительное заключение по уголовному делу составлял не следователь, как это делается в наше время,
а непосредственно прокурор. Согласно ст.478 Устава по окончании
предварительного следствия судебный следователь отсылал все производство к прокурору. В свою очередь, если прокурор после изучения материалов дела принимал решение о предании обвиняемого
суду, то в этом случае он лично составлял по делу обвинительный
акт (ст. 519 Устава).
Мудрость творца Устава уголовного судопроизводства в рассматриваемом вопросе видится в том, что он тем самым не наделял следователя правом выносить промежуточное решение о виновности
или невиновности того или иного лица в совершенном преступлении, так как рассматривал его как должностное лицо, проводящее
беспристрастное исследование всех обстоятельств совершенного
преступления, в процессе которого он обязан был собирать и анализировать всю информацию о совершенном деянии, а также доказательства как изобличающие того или иного лица в совершении
преступления, так и свидетельствующие о его невиновности и т. д.,
после чего представить все материалы дела прокурору для принятия им решения, о чем говорилось выше (ст. 510 Устава).
57
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
Думаю, согласитесь, что эта модель предварительного следствия
с некоторой модификацией могла бы иметь свои позитивные стороны.
Другой пример дисбаланса, наблюдаемого в вопросе равенства сторон в уголовном судопроизводстве, связан с различной процедурой
допуска защитника и прокурора к участию в уголовном деле. Согласно УПК РФ (ст. 49), также как и одноименному кодексу Азербайджана, адвокат допускается к участию в уголовном деле только по предъявлении удостоверения и ордера, в то время как для аналогичного
допуска прокурора таковое не требуется (ч. 3 ст. 37 УПК РФ).
Этот, кажущийся на первый взгляд незначительным, вопрос
на самом деле наводит на мысль, что законодателем все же допущен
некоторый крен в сторону обвинения.
Полагаем, что в состязательном уголовном процессе правового демократического государства равенство сторон должно соблюдаться во всём.
Кененбаев Е. А.,
зам. Генерального прокурора
Республики Казахстан
Особенности ускоренного
досудебного производства
в уголовном процессе Казахстана
Не секрет, что многие годы, как в научных кругах, так и практическими работниками, решалась проблема уголовного процесса,
связанная с оптимизацией, ускорением и сокращением досудебного производства.
В связи с существенно возросшей нагрузкой на органы расследования, в последнее время это имеет особенно важное значение.
Небольшой исторический экскурс. После приобретения независимости в 1991 г. уголовный процесс Республики Казахстан начал
развиваться по своему собственному пути.
В 1997 г. был принят новый УПК РК, который в большей степени
сохранил все атрибуты советского права с модернизацией многих
институтов под демократическое общество.
58
Кененбаев Е. А.
Вместе с тем, уголовный процесс на тот момент оставался громоздким и многоступенчатым. У жертвы преступления отбирали
заявление, затем объяснение, после признания ее в качестве по
терпевшего допрашивали в таком статусе. Аналогично, у лица,
совершившего преступление, отбирали объяснение, затем допрашивали в качестве подозреваемого, затем вновь — уже в качестве
обвиняемого.
Следственная практика показала, что проведение объемного
расследования по делам об очевидных преступлениях приводило
к нерациональной трате времени и сил, расследование приобретало формальный характер, соблюдение процессуальной формы превращалось в самоцель.
В этой связи, в декабре 2009 г. в УПК РК введена новая самостоятельная Глава — «Упрощенное досудебное производство» (сокращено — УДП).
Упрощение процедуры состояло в том, что у новой процессуальной формы фактически отсутствуют все стадии досудебного производства, в том числе возбуждение уголовного дела, предъявление
обвинение, составление обвинительного заключения.
Собираются материалы доследственной проверки: осмотр, выемка, назначение экспертизы, опросы заявителя, очевидцев и лица,
совершившего преступление, справки о судимости, характеристики.
Затем составляется протокол, в котором указываются: время и место его составления; кем составлен протокол; данные о лице, совершившем преступление; обстоятельства совершения преступления;
доказательства, подтверждающие виновность лица; квалификация
преступления по УК РК; признание лицом своей вины и согласие
с характером и размером причиненного преступлением вреда.
Данный протокол заменяет постановление о возбуждении уголовного дела, предъявление обвинения и обвинительный акт. Протокол вместе со всеми собранными материалами направляется прокурору для утверждения, затем — в суд.
Такое упрощенное досудебное производство позволило сократить до минимума контакт лиц со следователями (дознавателями)
и в 10-дневный срок окончить расследование. На практике упрощенное досудебное расследование стало востребованным, о чем
свидетельствует динамика роста его применения в органах внутренних дел.
-
59
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
В 2010 г. расследовано в форме УДП — 10 940 дел или 16 % от чис-
ла направленных в суд:
• 2011 г. — 14 183 или 21 %;
• 2012 г. — 15 967 (23,5 %);
• 2013 г. — 24 519 (32,5 %);
• 2014 г. — 31 860 (39,9 %).
Необходимо отметить, что в 2011 г. УДП распространили на расследование не только небольшой и средней тяжести преступления,
но и на тяжкие их виды.
Всего за 4 года существования упрощенного досудебного производства окончено 3680 дел о тяжких преступлениях, в их числе разбои, грабежи, кражи и наркопреступления.
Такая форма расследования нравилась не только сотрудникам,
но и самим обвиняемым, т. к. в случае расследования его дела в порядке УДП срок или размер наказания за совершенное преступление не мог превышать половины максимального срока или размера
наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РК.
Это было первым шагом к внедрению, в перспективе, в законодательство сделок о признании вины, когда следователь освобождается от бремени доказывания, а обвиняемый получает значительно
более мягкое наказание.
К примеру, 15 февраля 2012 г. отделом полиции г. Караганды
зарегистрирован материал по факту невыполнения иностранным
гражданином принятого в отношении него решения суда о выдворении за пределы Казахстана. В этот же день составлен протокол
УДП (по признакам преступления, предусмотренного ст. 330–1
УК РК), уголовное дело направлено прокурору района. Через пять
дней обвиняемый был осужден судом к одному году лишения свободы условно.
В целом, положительными моментами расследования уголовных
дел в форме УДП были:
• процессуальная экономия — сокращение объема сбора документов и сроков досудебной подготовки по выявленным преступлениям;
•
существенное сокращение количества вызовов участников
процесса в органы уголовного преследования и экономится их
время;
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]