Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Стратегии развития уголовно-процессуального права в XXI в.. Материалы V международной научно-практической конференции 10-11 ноября 2016 г. (г. Москва)
.pdf
Юлдошев Р. Р.
англо-саксонского/общего права в Центральной Азии с сильным
акцентом на состязательную систему (равенство сторон, противоречия, сделки о признании вины, хабеас корпус и т. д.). Введение
каждого отдельного элемента считалось успехом, о котором много
говорили, при этом необязательно учитывая всю картину, например, в том, как он на самом деле вписывается в общую культурную,
экономическую и социальную инфраструктуру и соответствует ли
он условиям конкретной страны. Тоже самое можно было бы написать о реформах, вдохновленных европейскими странами. Как
будет обсуждаться позже (анализ отдельных реформ), некоторые
из этих реформ могут иметь нежелательные последствия (например, сделки с правосудием без надлежащей правовой помощи или
процессуальных гарантий могут создать двухскоростную систему
уголовного правосудия) или легко уйти от своих первоначальных
целей (например, наделение адвокатов важными прерогативами
в ходе досудебного производства по уголовному процессуальному
кодексу без предоставления им навыков или статуса, позволяющего им выполнять свою роль должным образом). При отсутствии реальной политической воли некоторые из принятых реформ не достигли намеченной цели.
Во-вторых, в третьей части цитируемого отчета будет рассматриваться реализация конкретных ощутимых реформ, таких как принятие новых законодательных актов. Следует однако иметь в виду
важную роль правовой культуры, менталитет судебной системы,
полиции и юристов, ответственных за исполнение законов. Международные эксперты и профессионалы часто замечают сильные расхождения между буквой закона и практическим его исполнением.
В-третьих, в силу тесных взаимосвязей между уголовно-процессуальным правом и защитой основных прав человека, уголовнопроцессуальные реформы, как правило, весьма политически чувствительны.
В Центральной Азии различия между политическими противниками режима (например, борцами за права человека — «правозащитниками») и иностранными или местными сторонниками либерализации и совершенствования уголовно-процессуального права,
к сожалению, не всегда были ясны. Таким образом, иностранные
институты, которые наиболее активно оказывали техническую помощь для поддержки уголовно-процессуальных реформ в регионе,
101
Раздел I. Стратегии развития национального уголовного
судопроизводства в странах СНГ в XXI в.
как правило, имели сложные отношения с органами государственной власти. Как новички в области правовых реформ в Центральной Азии, эксперты Европейского Союза должны учиться на опыте
и ошибках других международных организаций/фондов до начала
планирования и осуществления дальнейшей деятельности в рамках Платформы верховенства права ЕС, чтобы найти баланс между реалистичными реформами и реформами, ориентированными
на воздействие»1.
Не последнее место занимают в исследовании и выводы автора.
Таким образом, Ф. Лоуренс правильно указывает на практические
рекомендации экспертам по разработке общей правовой политики
для стран Центральной Азии, а именно:
1. Принять целостный подход к реформам УПК: положительные
реформы, на основе международного/европейского опыта могут
легко отойти в сторону от своих первоначальных целей или не заработать как планировалось, если они не соответствуют социально-экономической обстановке и реалиям судебной системы в конкретной стране. Международный опыт следует учитывать, но при
этом следует избегать бездумного копирования европейского законодательства.
2. Оказывать поддержку независимости судебной системы от исполнительной власти за счет дополнительной поддержки реформы,
касающейся статуса и профессии судей (отбора, процедуры назначения и длительности срока службы, социальной защиты, иммунитетов и привилегий, дисциплинарных процедур).
3. Содействовать плавному и адекватному переходу к более состязательному процессу путем укрепления роли судьи и адвоката
в ходе досудебного и судебного разбирательств2.
Выводы эксперта весьма оригинальны и своевременны, требуют
системного анализа и координации внимания, как ученых-теоретиков, так и практиков-руководителей. Усложнять или систематизировать все вышеизложенные позиции автора — вопрос актуальный.
Скорее всего, необходимо прислушаться к оптимальному и рациональному мышлению и готовится к своевременному процессу
систематизации вышеупомянутых усилий, чтобы в дальнейшем
1
Алимбаев И., Лоуренс Ф., Осмоналиев К., Романов С. Уголовно-процессуаль-
ная реформа. С. 44–45.
2
Там же. С. 61.
102
Юлдошев Р. Р.
не допускать пробелов и противоречий в сфере уголовного производства по материалам и конкретным делам.
Проанализированные проблемы и предложенные пути их решения являются своеобразным ориентиром в исправлении системных
ошибок, которые были допущены при кодификации, а в последующем их исправление и использование достигнутых результатов при
усилении стабильности отечественного уголовно-процессуального
законодательства. Проведенный анализ еще раз засвидетельствовал
тот факт, что процесс конструктивного развития отечественного
уголовного судопроизводства плавно прогрессирует. Качество и результаты зависят от правильного подхода и выбранной стратегии.
Раздел II
Основные направления развития
современного российского
уголовного судопроизводства
Аристархов А. Л.,
ст. научный сотрудник НИИ Академии
Генеральной прокуратуры РФ, канд. юрид.
наук.
Современные особенности построения
и функционирования органов
предварительного расследования
Функциональные особенности построения органов предварительного расследования в уголовном процессе России в настоящее
время являются измененными. Данный вывод обусловлен тем, что
анализ содержательных связей между участниками уголовного процесса (субъектами уголовно-процессуальной деятельности) позволяет констатировать преобразование ранее существовавших закономерностей, определяющих специфику смешанного российского
уголовного процесса континентального типа.
Следует отметить, что сегодня отсутствует официальная, равнозначная Концепции 1991 г.1 (далее — Концепция) концепция.
В связи с этим с одной стороны, возможно предположить, что актуальность и свое значение ранее существовавшая Концепция формально утратила. Этот вывод, прежде всего, обусловлен тем, что ее
положения разрабатывались в условиях действия УПК РСФСР
1960 г., тогда как современная правоприменительная деятельность
регулируется положениям УПК РСФСР 2001 г. С другой стороны, при написании фундаментальных работ или проведении научных исследований известные ученые-процессуалисты продолжают
1
Постановление ВС РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801–1 «О Концепции
судебной реформы в РСФСР» // Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. № 44.
Ст. 1435.
104
Аристархов А. Л.
учитывать ее положения. Так, в монографии «Проблемы совершенствования общих положений уголовно-процессуального законодательства России» указано о том, что в Концепции «говорилось как
о судебном контроле, так и о прокурорском надзоре за законностью
применения на предварительном следствии мер процессуального
принуждения и ставился вопрос о частичном перераспределении
надзорных полномочий прокурора в пользу суда»1.
В диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук Д. А. Сычева акцентировано внимание на том, что в Концепции выдвинуто ряд идей, касающихся «создания независимой
и самостоятельной судебной власти, состязательности судопроизводства, определения для прокуратуры уголовного преследования
в качестве «доминирующей функции»2. Проекция данных и других ориентирующих положений Концепции на современную процессуальную деятельность органов предварительного расследования позволяет констатировать то, что свое значение и актуальность
рассмотренные и другие содержащиеся в ней положения не утратили. Соответственно ориентация на положения Концепции в допустимых пределах возможна, а значит, в некоторых случаях целесообразна.
Применительно к деятельности органов предварительного расследования разработчики Концепции указывали на то, что «до сих
пор не проведена четкая грань между процессуальной и непроцессуальной деятельностью: Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР
использует многочисленные административные процедуры (особенно в главе о возбуждении уголовных дел); одинаковое юридическое
значение придается дознанию, следствию и протокольной форме
досудебной подготовки материалов; начальник следственного отдела, т. е. административный руководитель, наделен процессуальными функциями»3. Профессор А. В. Смирнов, анализируя позицию
1
Соловьев А. Б., Токарева М. Е. Проблемы совершенствования общих положе-
ний уголовно-процессуального законодательства России. М.: Юрлитинформ,
2010. С. 99.
2
Сычев Д. А. Содержание и реализация прокурором функций надзора и уголовного преследования в досудебных стадиях уголовного процесса: Автореф.
дисс. … канд. юрид. наук. М., 2016.
3
Концепция судебной реформы в РСФСР, утвержденная Постановлением
Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801–1.
105
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
авторов Концепции, допускающих возможность введения смешанного судопроизводства «охранительного типа», обращает внимание
на то, что в данном случае «не учитываются внутренние различия
и тенденции в континентальных системах, не все из которых в настоящий момент могут быть определены как «охранительные»1.
Необходимо отметить, что в уголовном процессе достаточно
сложно определить место и роль органов предварительного расследования в отрыве от деятельности прокурора. Применительно
к данному вопросу в Концепции обращалось внимание на то, что
«прокурор сочетает в своей деятельности надзор за расследованием, процессуальное (в отношении следователей прокуратуры) и административное руководство следствием, а при желании — и непосредственную расследовательскую деятельность».
В связи с этим можно предположить, что изменения, произошедшие в 2007 г., относительно образования Следственного комитета
при прокуратуре РФ (преобразованного в 2011 г. в Следственный
комитет РФ)2 сохраняют взаимосвязь с положениями Концепции,
т. к. определенная дифференциация деятельности органов прокуратуры и органов предварительного расследования произошла. Представляется, что данные изменения обусловлены необходимостью
поиска баланса в соотношении функций прокурорского надзора
и уголовного преследования. Одновременно характер и содержание
произошедших изменений позволяет говорить о том, что проделанный путь под влиянием различных факторов приобрел собственное
значение. И в данном случае рассматриваемые результаты явились
результатами изменения не только в построении и функциональной деятельности органов прокуратуры, но и органов предварительного расследования. Так, в Пояснительной записке «К проекту
ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ и ФЗ «О прокуратуре РФ»
было указано следующее: «законопроект направлен на организационное разграничение функций в сферах осуществления надзора
за соблюдением законности при производстве дознания, предварительного следствия и рассмотрении уголовных дел в судах, с одной стороны, и организации и проведения следственных действий
в рамках процессуальных полномочий по осуществлению след-
1
Смирнов А. В. Модели уголовного процесса. СПб.: Альфа, 2000. С. 4.
2
ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ и ФЗ»О прокуратуре РФ» от 5 ию
ня 2007 г. № 87-ФЗ (ред. от 22.12.2014 г.) // СЗ РФ. 2007. № 24. Ст. 2830.
-
106
Аристархов А. Л.
ственных действий, имеющихся у органов прокуратуры, с другой
стороны». Для такого разграничения предлагается создать в прокуратуре РФ Следственный комитет прокуратуры РФ и подчиненные ему следственные управления прокуратур субъектов РФ,
военных следственных управлений военных прокуратур, следственных управлений (отделов) прокуратур городов и районов»1. Вместе
с тем реформа деятельности органов прокуратуры и органов предварительного расследования пошла далее, вследствие чего, был образован Следственный комитет Российской Федерации2, который
отнесен законом к федеральным государственным органам.
В Пояснительной записке «К проекту ФЗ «О Следственном комитете РФ» было отражено: «двухлетняя практика деятельности
Следственного комитета при прокуратуре РФ показала необходимость более четкого разграничения функций прокурорского надзора
и предварительного следствия. Функционирование Следственного
комитета вне системы прокуратуры РФ создаст необходимые условия для эффективной реализации полномочий прокуроров по надзору за процессуальной деятельностью органов предварительного
следствия, усиления взаимодействия следственных органов с органами прокуратуры РФ, позволит повысить объективность следствия, тем самым обеспечивая законность в сфере уголовного судопроизводства и неукоснительное соблюдение конституционных
прав граждан»3.
Данное обстоятельство имело важное значение для формирования дальнейшей конструкции органов предварительного расследования. Это включило в свое содержание изменение функциональной
деятельности органов дознания, ранее ориентированных на предварительное расследование преступлений небольшой и средней тяжести в максимально короткий срок (до 25 суток)4. Дальнейшие преобразования деятельности органов дознания характеризовались
1
Пояснительная записка «К проекту ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ
и ФЗ «О прокуратуре РФ». URL: https://www.lawmix.ru/lawprojects/31016.
2
ФЗ «О Следственном комитете РФ» от 28 декабря 2010 г. № 403-ФЗ (ред.
от 30.12.2015 г.) // СЗ РФ. 2011. № 1. Ст. 15.
3
Пояснительная записка «К проекту ФЗ «О Следственном комитете РФ».
URL: https://www.lawmix.ru/lawprojects/1604.
4
См.: ч.2 ст. 223 УПК РФ в ред. ФЗ от 18.12.2001 г. № 177-ФЗ «О введении
в действие УПК РФ».
107
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
введением в российский уголовный процесс такого участника как
начальник подразделения дознания (гл. 401 УПК РФ)1, дифференциацией видов дознания на общий и сокращенный2. Профессор И. Б. Михайловская отмечает, что «законодательное построение
альтернативной модели уголовного судопроизводства завершилось
(по крайней мере, на сегодняшний день)» с введением в УПК РФ
гл. 321 «Дознание в сокращенной форме»3. Принимая во внимание,
что в 2015 г. в российский уголовный процесс введен новый участник уголовного процесса — начальник органа дознания (гл. 402
УПК РФ)4, можно предположить, что процесс совершенствования
досудебного производства продолжается.
Объединяющие указанные изменения признаки касаются того, что органы предварительного следствия и органы дознания
приобрели несколько иную функциональную самостоятельность.
Такой вывод подтверждается тем, что в УПК РФ 2001 г. изначально не выделялась необходимость осуществления ведомственного контроля за деятельностью дознавателя. В настоящее
время ведомственный контроль стал иным в деятельности органов предварительного расследования. Одновременно прокурор
не утратил той прочной связи с органами дознания, которая существовала на момент принятия УПК РФ. Вследствие этого, образовались две параллельных «ветки» органов предварительного
расследования5.
Одновременно изменения, произошедшие в 2015 и 2016 гг.
в части определения отдельного порядка рассмотрения жалоб
(ст. 1251 УПК РФ), а также введения института назначения меры
1
ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ» от 6 июня 2007 г. № 90-ФЗ //
СЗ РФ. 2007. № 24. Ст. 2833.
2
ФЗ «О внесении изменений в ст. 62 и 303 УК РФ и УПК РФ» от 4 марта
2013 г. № 23-ФЗ (ред. от 28.12.2013) // СЗ РФ. 2013. № 9. Ст. 875.
3
Михайловская И. Б. Изменения законодательной модели российского уго-
ловного судопроизводства: Монография. М.: Проспект. 2016. С. 12
4
ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ в части уточнения полномочий начальника органа дознания и дознавателя» от 30 декабря 2015 г. № 440-ФЗ //
СЗ РФ. 2016. № 1 (ч. I). Ст. 60.
5
Существенным обстоятельством в данном случае является то, что разрешение спорных вопросов, возникающих при применении положений ч. 6 ст. 37
и ч. 4 ст. 221 УПК РФ, осуществляется Генеральным прокурором РФ, решение
которого является окончательным.
108
Аристархов А. Л.
уголовно-правового характера при освобождении от уголовной
ответственности (гл. 511 УПК РФ), позволяют говорить о новом
«витке» изменений, анализ которых позволяет иначе взглянуть
на не только на механизмы функционирования органов предварительного расследования, но и признаки состязательности, сформированные в досудебном производстве1. При рассмотрении вопроса о типах уголовного судопроизводства в учебнике (под ред.
А. В. Смирнова) указано, что «реальное уголовно-процессуальное
законодательство не знает абсолютно чистых типов состязательного и розыскного производств»2. С учетом изложенного совокупный анализ полномочий суда, отраженный в ст. 1251 и ст. 251, ч. 6,
61 и 62ст.162, ч. 3 ст. 212 и ст. 4464 УПК РФ, позволяет говорить
не только об усилении судебного контроля в досудебном производстве, но и представлении рассматриваемой деятельности суда в несколько ином аспекте, отличном от деятельности суда, рассматривающего ходатайства следователя (дознавателя), ограничивающие
конституционные права граждан.
Следует отметить, что в научных дискуссиях некоторые авторы выделяют «смешанные формы предварительного
расследования»3, поясняя, что его можно «условно разделить
на группы — в зависимости от того, каким органом или должностным лицом они будут проводиться»
4
. В сноске цитируемой статьи автор указывает, что «смешанное расследование начинается
с деятельности органа предварительного расследования одного
вида (например, дознания), а завершает его орган предварительного расследования другого вида (соответственно, следствия)»5.
Такой подход позволил автору изложить собственную интерпретацию деятельности внутри форм предварительного расследования. С учетом рассмотренной позиции возможны не только
1
В данном случае подразумеваются изменения, внесенных в УПК РФ ФЗ
от 8 марта 2015 г. № 36-ФЗ «О внесении изменений в УПК РФ» и ФЗ от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ «О внесении изменений в УК РФ и УПК РФ по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности».
2
Уголовный процесс: Учебник / Под ред. А. В. Смирнова. М., 2008. С. 46.
3
Рябцева Е. В. Правовые границы производства неотложных следственных
действий // Уголовный процесс. 2014. № 1. С. 31.
4
Там же.
5
Там же.
109
Раздел II. Основные направления развития
современного российского уголовного судопроизводства
внешнее разделение существующей схемы построения органов
предварительного следствия и дознания, но и содержательная
(функциональная) дифференциация такой деятельности. При
таких обстоятельствах, в том числе, допустимо говорить о дифференциации субъектов инициирования начала производства
предварительного расследования, а также его завершения. При
этом появляющиеся признаки разделения функционирования
органов предварительного расследования свидетельствуют о появлении новых граней, характеризующих российский уголовный
процесс смешанного типа.
Беляев М. В.,
зам. председателя
ВС Республики Татарстан
по уголовным делам,
канд. юрид. наук.
О некоторых вопросах рассмотрения
уголовных дел с участием присяжных
заседателей
Развитие современной правовой системы России отличается
постепенным повышением транспарентности правосудия, демократизацией и гуманизацией ряда отраслей права. Участие граждан в осуществлении правосудия, закрепленное в качестве одного
из важнейших конституционных принципов российского судопроизводства (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ) в полной мере решает вышеуказанные задачи, привнося в осуществление правосудия
житейский здравый смысл и общественные представления о справедливости. Потребность общества в дальнейшем развитии суда
с участием народного элемента при производстве по уголовным
делам, а также необходимость восстановления права отдельных
категорий лиц (женщин, мужчин старше 65 лет) на рассмотрение
их дел судом с участием присяжных заседателей, которое оказалось ограниченным в результате изменения подсудности отдельных категорий уголовных дел, привели к новому этапу в развитии
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]