Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Российское уголовное право. Том 3. Особенная часть. Курс лекций
.pdf
1. История российского уголовного законодательства
государства)1. Судебник 1550 г. различал лихоимство и мздоимство. Первое означало выполнение своих обязанностей по службе должностным
лицом при рассмотрении дела или жалобы в суде за вознаграждение вопреки интересам правосудия. Второе — получение из корысти таким лицом разрешенных законом пошлин свыше нормы, установленных в законе.
В 1551 г. Иван Грозный издал Судную грамоту, в которой были установлены строжайшие санкции за получение взятки судебными чиновниками: «А учнут излюбленные судьи судить не прямо, по посулам, а доведут на них то, и излюбленных судей в том казнить смертной казнью, а
животы их (т.е. принадлежащее тем имущество. — А. Н.) велети имети да
отдавати тем людям, кто на них донесет».
Дальнейшее развитие законодательство о должностных злоупотреблениях получило в Соборном Уложении 1649 г. В частности, в нем был
расширен круг должностных лиц, подлежащих ответственности за получение взяток. Субъектами этих преступлений были не только судьи, но
и воеводы, дьяки и «всякие приказные люди». В нем впервые предусматривалась ответственность за так называемое мнимое посредничество
во взяточничестве, когда кто-либо будто бы для передачи судье берет от
взяткодателя предмет взятки в целях принятия для взяткодателя выгодного решения, а фактически присвоит его. Строгое наказание предусматривалось и за вымогательство взятки.
С целью повышения эффективности борьбы со взяточничеством
Петр I вводит строжайшее наказание не только за получение, но и за
дачу взятки. Так, в его Указе от 23 августа 1713 г. устанавливалось: «Для
предотвращения впредь подобных явлений велю как взявших деньги,
так и давших положить на плаху, и от плахи подняв, бить кнутом без пощады и сослать на каторгу в Азов с женами и детьми и объявить во все
города, села и волости: кто сделает это впредь, тому быть в смертной казни без пощади». 24 декабря 1714 г. Петр I издает новый указ, вводящий
суровые меры наказания (вплоть до смертной казни) за пособничество
в совершении корыстных должностных злоупотреблений по службе и
недонесение о них. Об эффективности таких мер можно судить по оценке В.О. Ключевского: «При Петре I казнокрадство и взяточничество до-
2
стигли таких размеров не бывалых прежде — разве только после»
.
1
См.: Кабанов П.А. Коррупция и взяточничество в России: исторические, крими-
нологические и уголовно-правовые аспекты. Нижнекамск, 1995. С. 9–10.
2
Ключевский В.О. Терминология российской истории: в 9 т. Т. 4. М., 1989. С. 180.
367
Глава XVII. Преступления против государственной власти, интересов госслужбы
Законченную систему нормы о должностных преступлениях (и не
только корыстных) приобретают в Уложении о наказаниях уголовных и
исправительных 1845 г. В основном они были сосредоточены в разд. V
«О преступлениях и проступках на службе государственной и общественной», состоящее из 11 глав и насчитывающим более 170 статей.
В гл. I содержались нормы об ответственности за «неисполнение
указов, предписаний и законных по службе требований». Так, в соответствии со ст. 329 если должностное лицо не привело в исполнение «Высочайшие указы и повеления» «по легкомыслию и недостатку внимания
к столь важной обязанности службы», оно наказывалось отрешением от
должности или же вообще «исключением из службы». В случае же совершения такого деяния «с намерением, для каких-либо корыстных или
иных видов» виновный подвергался лишению всех прав состояния и
ссылке в каторжные работы на срок от 10 до 20 лет.
Глава II объединяла нормы об ответственности за превышение власти и противозаконное бездействие; гл. III — о противозаконных поступках должностных лиц при хранении и управлении вверяемого им по
службе имущества; гл. IV — о подлогах по службе; гл. V — о неправосудии; гл. VI — о мздоимстве и лихоимстве; гл. VII — о нарушении установленных при вступлении в должность и «оставлении оной» правил;
гл. VIII — о нарушении порядка при определении на службу и к должностям и при увольнении «от оных»; гл. IX — о преступлениях и проступках «в сношениях между начальниками и подчиненными»; гл. X —
«о медленности, нерадении и несоблюдении установленного порядка
в отправлении должности»; гл. XI — «о преступлениях и проступках чиновников по некоторым особенным родам службы» (при следствии и
суде, чиновников по делам межевым, чиновников полиции, чиновников
крепостных дел и нотариусов, «казначеев и вообще чиновников, коим
вверено хранение денежных сумм», чиновников при заключении подрядов и поставок, приема поставляемых в казну вещей и производстве
публичной продажи).
Н.С. Таганцев все должностные преступления подразделял на две
группы («отделы»): общие (изложенные в гл. I—X) и особенные (изложенные в гл. XI). Последние представлялись им как исключения из
общих норм, предусматривающих преступления по службе
1
. Из общих
приведем формулировку статьи о превышении должностным лицом
1
См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. Изд. Н.С. Та-
ганцевым. С. 414. Пусть читателя не смущает, что Уложение датируется 1885 г.
368
1. История российского уголовного законодательства
своих служебных полномочий. Так, согласно ст. 338 под превышением
власти понимались действия чиновника или иного должностного лица,
превысившего «власть, ему вверенную, когда, выступив из предела и
круга действий, которые предписаны ему по его званию, должности, месту или особенному поручению, учинит что-либо в отмену или же вопреки существующих узаконений, учреждений, уставов или данных ему
наставлений, или же вопреки установленному порядку предпишет или
примет такую меру, которая не иначе может быть принята, как на основании нового закона; или, присвоив себе право, ему не принадлежащее,
самовольно решит какое-либо дело; или же дозволит себе какое-либо
действие или распоряжение, на которое нужно было разрешение высшего начальства, не испросив оного надлежащим образом».
В ст. 372 и 373 давалось определение двух разновидностей понятия
лихоимства, что являлось аналогом современного понятия получения
1
взятки
. Уголовно-правовой запрет, предусмотренный ст. 372, формулировался следующим образом: «Если чиновник или иное лицо, состоящее
на службе государственной или общественной, по делу или действию,
касающемуся до обязанностей его по службе, примет, хотя и без всякого
в чем-либо нарушения сих обязанностей, подарок, состоящий в деньгах,
вещах или в чем бы то ни было ином, или же, получив оный и без изъявления предварительного на то согласия, не возвратит его немедленно
и во всяком случае не позднее как через три дня, то за сие, в случае, если
подарок принят или получен уже после исполнения того, за что оный
был предназначен, принявший его подвергается: денежному взысканию
не свыше двойной цены подарка; когда же оный принят или получен
прежде, то, сверх того же денежного взыскания, и отрешению от должности.
Такому же взысканию или наказанию и на том же основании подвергается и тот, который примет сего рода подарки через других или же
дозволит жене своей, детям, родственникам, домашним или какомулибо иному принимать оные».
Этот вид лихоимства предполагал принятие подарка (взятки) без нарушения обязанностей по службе и различался лишь в зависимости от
(Н.С. Таганцев комментировал Уложение 1845 г. в редакции 1885 г., однако при-
водил и текст статей Уложения в первоначальной, 1845 г., редакции).
1
Следует отметить, что в дореволюционной уголовно-правовой доктрине понятие
взятки было достаточно распространенным. См., напр.: Уложение о наказаниях
уголовных и исправительных 1885 г. Изд. Н.С. Таганцевым. С. 467.
369
Глава XVII. Преступления против государственной власти, интересов госслужбы
того, было или нет предварительное согласие взяткополучателя на получение взятки (так сказать, взятка-подкуп и взятка-вознаграждение).
В ст. 373 определялся состав лихоимства в связи с совершением чиновником действий, означавших нарушение им обязанностей по службе:
«Кто, для учинения или допущения чего-либо противного обязанностей
службы, примет в дар деньги, вещи или что иное, сколько бы впрочем
сумма денег или цена вещей, им полученных, ни была малозначительна, тот за сие злоупотребление власти или доверенности начальства приговаривается, смотря по обстоятельствам дела: к лишению всех особенных, лично и по состоянию присвоенных прав и преимуществ и к отдаче
в исправительные арестантские отделения…».
Наказание при этом существенно снижалось (ограничивалось исключением из службы или удалением от должности или же «одним строгим выговором, со внесением или без внесения оного в послужной его
список», «если получивший такую взятку, прежде какого-либо вследствие оной нарушения своих по службе обязанностей, объявит о том
с раскаянием своему начальству»). Полученные же в качестве взятки
деньги или иной подарок поступали в распоряжение местного «приказа
общественного призрения» (что-то вроде современного собеса) или заменяющего его учреждения.
В самостоятельной статье Уложения (ст. 374) оговаривалось, что наказанию за получение взятки (лихоимство) должностное лицо подвергается и в том случае, «когда им учинено или допущено что-либо противное обязанностям службы, хотя и не для собственной корысти, но для
доставления другому незаконной прибыли или же из иных противозаконных видов».
Н.С. Таганцев, комментируя состав лихоимства, обращал внимание
на то, что это понятие нельзя толковать в общеупотребительном смысле
этого слова, когда «лихоимством именуются вообще всякие неправильные денежные поборы или вымогательство какого-либо подарка за такую услугу, которую силой закона или по лежащим на нем обязанностям
лихоимец должен был бы оказать даром». В строго юридическом смысле, считал Н.С. Таганцев, лихоимство «составляет принятие лицом, состоящим на государственной или общественной службе какого бы то ни
было, по действию, касающемуся обязанностей его должности, подарка». При этом, ссылаясь на судебную практику, Н.С. Таганцев разграничивал составы лихоимства и мошенничества: лихоимство обязательно предполагает принятие подарка за совершение таких действий, которые входят в круг его служебной деятельности; принятие же денег или
подарка за обещанное совершение таких действий, которые не входили
370
1. История российского уголовного законодательства
в круг служебной деятельности виновного, составляет один из видов мошенничества
1
.
Заслуживает внимания ст. 376 Уложения, формулирующая следующее уголовно-правовое предписание: «Получивший взятку равномерно
признается виновным и подвергается определенным за преступления
сего рода наказаниям и в случаях: когда он взятку принял не сам, а через
другого, или же дозволил принять оную своей жене, детям, родственникам, домашним или кому-либо иному; когда деньги или вещи были еще
не отданы, а только обещаны ему по изъявленному им на то желанию
или согласию; когда взятка передана ему прямо или через другого с его
ведома под предлогом проигрыша, продажи, мены или другой какойлибо мнимо-законной и благовидной сделки». Заслуживает внимания
потому, что из наших СМИ середины 90-х гг. минувшего века мы иногда узнавали, как, например, высокопоставленный правительственный
чиновник, переведенный на службу из провинции, следующим образом
объяснял свои, явно нетрудовые, расходы: «Да, зарплата у меня действительно небольшая, но ведь жена занимает одну из ведущих должностей
в известном коммерческом банке, в частной структуре с громким именем и т.д. и т.п. (варианты возможны разные)». Оставалось только загадкой: за какие заслуги «провинциальная» жена правительственного чиновника получила высокооплачиваемую работу в престижной фирме?
В соответствии со ст. 377 Уложения «высшей степенью» лихоимства
являлось вымогательство взятки, в том числе и путем «притеснения» или
угрозами.
В Уголовном уложении 1903 г. количество статей об ответственности за должностные преступления было сокращено более чем в три раза.
Они помещались в гл. XXXVII (последней) Уложения «О преступных деяниях по службе государственной и общественной» — ст. 636–687. Такое уменьшение количества статей объяснимо значительным снижением уровня казуистичности при формулировании уголовно-правовых запретов и составов преступлений в новом Уложении (разумеется, лишь
по сравнению с Уложением 1845 г., так как, например, с позиции современных представлений о законодательной технике — технике формулирования уголовно-правовых предписаний — такое количество рассматриваемых уголовно-правовых запретов представляется чрезмерным).
При этом можно отметить достаточно широкую сферу действия указан-
1
См.: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 года. Изд. Н.С. Та-
ганцевым. С. 465–466.
371
Глава XVII. Преступления против государственной власти, интересов госслужбы
ных уголовно-правовых норм, позволяющих говорить об их беспробельности. Эти нормы предусматривали ответственность должностных лиц
за преступления общего характера: превышение власти, умышленное
препятствие исполнению обязанностей другими служащими, бездействие власти, служебный подлог. Специальные уголовно-правовые нормы предусматривали ответственность за служебные преступления: например, лиц, участвующих в правоохранительной деятельности или осуществляющих правосудие, нотариусов.
В Уложении было дано определение субъекта преступлений по государственной или общественной службе. Им признавалось «всякое лицо,
несущее обязанности или исполняющее временное поручение по службе государственной или общественной, в качестве должностного лица,
или полицейского или иного стража или служителя, или лица сельского
или мещанского управления» (ст. 636).
Уложение ввело в оборот понятие взятки и ее получения («принятия»). Так, в ст. 656 предусматривалась ответственность за три разновидности этого состава. Простой (без отягчающих обстоятельств) составляли действия «служащего», виновного «в принятии взятки, заведомо
данной за учиненное им, входящее в круг его обязанностей по службе,
действие» (ч. 1). Квалифицированный состав был налицо в случае, «если
служащим принята взятка, заведомо данная для побуждения к учинению
такого действия» (ч. 2). Особо квалифицированный — когда «служащим
принята взятка, заведомо данная для побуждения его к учинению, в круге его обязанностей, преступного деяния или служебного проступка или
за учиненные им такие деяния или проступок» (ч. 3).
Первое из должностных преступлений, с которым столкнулась советская власть, был саботаж чиновников ее распоряжениям. Этому посвящалось, например, Обращение Народного комиссариата Почт и Телеграфов РСФСР от 9 ноября 1917 г. «О борьбе с саботажем высших
почтово-телеграфных чиновников», в котором строго предупреждались
те «высшие чиновники и часть рядовых служащих», которые не подчинялись распоряжениям советского правительства. В Декрете СНК РСФСР
от 24 ноября 1917 г. «О суде»
1
в числе наиболее опасных преступлений,
с которым объявлялась беспощадная борьба, также назывался и «саботаж… чиновников». О борьбе с саботажем чиновников министерства
продовольствия говорилось в обращении Наркомпрода РСФСР от 5 де-
1
СУ РСФСР. 1917. № 4. Ст. 50.
372
1. История российского уголовного законодательства
кабря 1917 г.1 В инструкции Наркомюста РСФСР от 19 декабря 1917 г.
«О Революционном Трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке ведения его заседаний»
2
к подсудности революционных трибуналов были отнесены и «дела о лицах», «которые пользуются своим положением по государственной или
общественной службе, чтобы нарушить или затруднить правильный ход
работ в учреждении или предприятии, в котором они состоят или состояли на службе (саботаж, сокрытие или уничтожение документов или
имущества и т.п.)», а также о тех, «которые, пользуясь своим общественным или административным положением, злоупотребляют властью,
предоставленной им революционным народом» (во втором случае речь
шла уже о должностных преступлениях сотрудников «своих», советских
учреждений, назначенных на соответствующую должность советской
властью).
Декрет СНК РСФСР от 11 апреля 1918 г. «Об организации управления почтово-телеграфным делом» предписывал местным Советам рабочих и крестьянских депутатов «в случае явного саботажа со стороны
почтово-телеграфных чиновников, а равно какой-либо контрреволюционной части почтово-телеграфных чиновников… принимать самые
решительные и беспощадные меры подавления».
3
Декрет СНК РСФСР от 8 мая 1918 г. «О взяточничестве»
объявлял о том, что «лица, состоящие на государственной или общественной
службе в Российской Социалистической Федеративной Советской Республике (как то: «должностные лица Советского правительства, члены
фабрично-заводских комитетов, домовых комитетов, правлений кооперативов и профессиональных союзов и т.п. учреждений и организаций
или служащие в таковых), виновные в принятии взяток за выполнение
действия, входящего в круг их обязанностей, или за содействие в выполнении действия, составляющего обязанность должностного лица другого ведомства, наказываются лишением свободы на срок не менее пяти
лет, соединенным с принудительными работами на тот же срок» (так что
революционные идеалы вовсе не явились препятствием для возникновения коррупции и в революционных советских учреждениях). Такому же
наказанию подвергались и лица, виновные в даче взятки, а также подстрекатели, пособники и все прикосновенные к даче взятки служащие.
1
СУ РСФСР. 1917. № 5. Ст. 88.
2
СУ РСФСР. 1917. № 12. Ст. 170.
3
СУ РСФСР. 1918. № 35. Ст. 467.
373
Глава XVII. Преступления против государственной власти, интересов госслужбы
Отягчающими наказание обстоятельствами являлись особые полномочия служащего, нарушение служащим своих обязанностей и вымогательство взятки.
Постановление Кассационного отдела ВЦИК от 6 октября 1918 г.
«О подсудности революционных трибуналов» к их подсудности наряду с контрреволюционными и другими опасными преступлениями отнесло и «преступления по должности» (т.е. тех, «кто, пользуясь своим
общественным или административным положением, злоупотребит властью, предоставленной ему революционным народом. Подлежат суду
трибунала в этих случаях не только лица, совершающие преступные
деяния в момент исполнения ими своих служебных обязанностей, но
и вообще совершающие какие-либо преступные деяния с использованием в каком-либо отношении своего положения на советской службе,
причем вместе с ними подлежат суду трибунала все лица, входившие с
ними при совершении преступного деяния в сношения или участвовавшие в нем… Преступления, совершаемые красноармейцами… подлежат
безусловному ведению трибунала… Преступления милиционеров, караулов либо лиц, коим специально поручено было охранение имущества,
порядка или безопасности, за преступления, совершенные ими при исполнении указанных возложенных на них обязанностей, подлежат безусловному ведению трибуналов»).
Декретом СНК РСФСР от 21 октября 1919 г. «О борьбе со спекуляцией, хищениями в государственных складах, подлогами и другими злоупотреблениями по должности в хозяйственных и распределительных
органах» дела о должностных преступлениях лиц, уличенных в хищениях, подлогах, неправильной выдаче нарядов, в участии в спекуляции
в той или иной форме и во взятках (наряду с делами о крупной спекуляции товарами и продуктами, взятыми на учет, совершаемой и не должностными лицами) изымались из общей подсудности и передавались
для рассмотрения особому революционному трибуналу, учреждаемому
при ВЧК. При этом оговаривалось, что этот особый трибунал «в своих суждениях руководствуется исключительно интересами революции
и не связан какими-либо формами судопроизводства», а его приговоры
«окончательны и обжалованию в кассационном порядке не подлежат».
Положением о революционных военных трибуналах, утвержденным
Декретом ВЦИК от 20 ноября 1919 г., к подсудности революционных
трибуналов наряду с делами о контрреволюционных и других опасных
для советской власти преступлениях были отнесены и дела о преступлениях общедолжностного характера (о саботаже, о превышении и бездействии власти, о присвоении, растрате или истреблении вверенного по
374
1. История российского уголовного законодательства
службе имущества, служебном подлоге, вымогательстве). Положение о
революционных трибуналах, утвержденное Декретом ВЦИК от 18 марта 1920 г.1, к подсудности этих трибуналов отнесло и «дела по крупным
должностным преступлениям лиц, обвиняемых в хищениях, подлогах,
неправильной выдаче нарядов и участии в спекуляции в той или иной
форме, равно как и об иных, более выдающихся должностных преступлениях, в том числе и взяточничестве» («дела о явном дискредитировании власти советскими работниками»). Положение о революционных военных трибуналах от 4 мая 1920 г. к их подсудности отнесло дела
(наряду с другими категориями дел) военнослужащих по их обвинению
«в крупных должностных преступлениях и взяточничестве», «в явном и
злостном дискредитировании советской власти».
Достаточно любопытным в рассматриваемом аспекте является Декрет СНК РСФСР от 9 февраля 1921 г. «Об откомандировании в партийном порядке лиц, занимающих советские должности», которым
конструировался новый состав должностного преступления, заключающийся в нарушении должностным лицом партийной дисциплины (!).
В соответствии с этим декретом в случае откомандирования в партийном порядке лиц, занимающих советские должности, откомандированные обязаны были сдать дела по своей должности и получить расписку о
сдаче дел, а «виновные в невыполнении этого постановления» подлежали «ответственности как за преступления по должности».
Постановлением НКЮ РСФСР от 26 февраля 1921 г. «Об усиленной
ответственности должностных лиц за преступления, совершаемые при
2
продовольственной работе»
учреждались «меры усиленной наказуемости совершивших преступные действия „продовольственников“ и ускорения производства подобного рода дел». В соответствии с постановлением «обязательному направлению в революционные трибуналы подлежали все дела: а) о превышении власти продагентами с явно корыстною
целью; б) о превышении власти хотя бы и без корыстной цели, но сопровождавшемся дискредитированием советской власти и имевшем важные
последствия; в) о применении истязаний и вообще насильственных действий при выполнении разверстки; г) о преступном нерадении или бесхозяйственности, имевших последствием порчу или гибель значительного количества заготовленных продуктов и д) о других, не перечисленных в предыдущих пунктах преступных действиях, если совершение та-
1
СУ РСФСР. 1920. № 22–23. Ст. 115.
2
СУ РСФСР. 1921. № 20. Ст. 122.
375
Глава XVII. Преступления против государственной власти, интересов госслужбы
ковых обусловливалось совокупным действием нескольких лиц, а также
если они носили организованный или систематический характер».
Очередной виток усиления борьбы советской власти с должностными преступлениями содержался в Декрете ВЦИК и СНК РСФСР от
1 июня 1921 г. «О мерах борьбы с хищениями из государственных складов и должностными преступлениями, способствующими хищениям»
1
В соответствии с ним всем революционным, военным и военножелезнодорожным трибуналам предписывалось «установить, как общее правило, применение строгой изоляции на срок не ниже трех лет
и высшей меры наказания (расстрела) при отягчающих обстоятельствах
(многократность вменяемых деяний, массовый характер хищения, ответственность занимаемой должности и т.д.)… в отношении: лиц, работающих в органах снабжения, распределения и заготовки и производства и уличенных заведомо в незаконном отпуске товаров; сотрудников
складов, баз и распределителей за заведомо незаконный отпуск товаров,
за содействие их хищению и за непринятие мер воспрепятствования хищению; лиц административного и складского персонала промышленных предприятий за расхищения предметов их производства и сокрытия в целях хищения от учета» и других служащих государственных предприятий, мастерских, складов, а также руководителей кооперативных и
частных предприятий, уличенных в расхищении товаров и материалов,
предоставленных им государственными органами для исполнения государственных заказов.
В очередной раз усиливал наказание за взяточничество Декрет
2
СНК РСФСР от 16 августа 1921 г. «О борьбе со взяточничеством»
.
Об уголовной ответственности капитанов и других служащих государственного или частного судна за преступления, заключающиеся в похищении, присвоении или умышленной порче перевозимого груза или
багажа, в небрежном отношении к своим служебным обязанностям или
«нерадении их по службе», имевшем «последствием утрату либо порчу вверенных судну для перевозки грузов или багажа», объявлял Декрет
СНК РСФСР от 5 сентября 1921 г.
3
Декрет СНК РСФСР от 14 декабря 1921 г. «Об ответственности заведующих государственными кооперативами и частными предприятиями
за уклонение от дачи в установленные сроки сведений, требуемых цен-
.
1
СУ РСФСР. 1921. № 49. Ст. 262.
2
СУ РСФСР. 1921. № 60. Ст. 421.
3
СУ РСФСР. 1921. № 64. Ст. 471.
376
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]