Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые презумпции в судебном административном процессуальном праве. Монография
.pdf
II.
такой перевод латинского «praesumptio» именно как «предположение»,
а не презумпция, является исключительно верным и наиболее точным
с лингвистических позиций1.
Как отрицание вероятностного характера презумпций можно рассматривать высказанный Е.Б. Тарбагаевой тезис о том, что результат
познания, достигнутый судом с использованием юридических предположений, имеет объективно-истинный и достоверный характер2.
Н.И. Ткачев утверждал, что наличие в праве презумпций обязывает
правоприменительный орган признать тот или иной факт установленным или неустановленным, если по делу представлен другой факт,
с которым данное правило связывает конкретные последствия3.
Как представляется, нельзя с категоричностью утверждать, что результат в виде нового для суда знания, полученный с помощью правовой
презумпции, всегда является объективной истиной и носит достоверный
характер. Достоверность презюмируемых фактов как соответствие их
действительным обстоятельствам дела сохраняется только в том случае,
когда такие обстоятельства (факты), установленные с помощью правовой презумпции, не будут опровергнуты в установленном законом
порядке. В таком случае о достоверности презюмируемых фактов вряд
ли приходиться говорить, и они уже не могут быть положены в основу
решения суда по конкретному делу.
Исключительно достоверные знания являются, с точки зрения формальной логики, результатом полной индукции как логического вывода
и метода познания, потому что они строятся на всех элементах, лежащих
в основе обобщения. Общепризнано, что презумпция относится к виду
неполной индукции, в связи с чем выводы, являющиеся объектом презумпции (предположения), носят лишь вероятностный, но никак не достоверный характер. В этом и заключается предположительная природа
презумпций: выводы об объекте предположения могут либо найти свое
подтверждение (когда будет доказан факт-основание презумпции), либо
нет – в случае опровержения вывода о наличии презюмируемого факта.
Относительно другого довода, высказанного против вероятностной
природы правовых презумпций Н.И. Ткачевым, хотелось бы возразить,
1
См.: Французский гражданский кодекс 1804 года / пер. И.С. Перетерского. М.,
1941. С. 299, 4-е подстрочное замечание (цит. по: Юдельсон К.С. Проблема доказывания
в советском гражданском процессе. С. 248).
2
См.: Тарбагаева Е.Б. Юридические предположения в гражданском процессе: авто-
реф. дис. … канд. юрид. наук. С. 5.
3
См.: Ткачев Н.И. Законность и обоснованность судебных постановлений по граж-
данским делам: дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1984. С. 57.
91
.. .
что такой подход в большей степени соответствует выделяющейся
в юридической науке по критерию обязательности для суда классификации правовых презумпций на императивные и диспозитивные1
и в целом не имеет отношения к признаку вероятности. Императивная
презумпция связывается с обязанностью суда признать презюмируемый факт установленным и положить его в основу своего решения
по делу при условии доказательства в суде факта-основания презумпции и неопровержения презюмируемого факта в процессе.
Дореволюционный правовед Г.Ф. Дормидонтов не придавал предположительному характеру презумпций такого значения, которое бы
сводилось к ее существенному особенному признаку, признавая вероятностный характер почти за всеми правовыми нормами, а не только
лишь за презумпциями как правовыми явлениями2.
По сути мнение Г.Ф. Дормидонтова заключается в том, что поскольку все правовые нормы носят вероятностный характер, то и правовые
презумпции не в силу своих существенных признаков обладают таковым свойством, а в силу вероятности всех правовых явлений.
Стоит отметить, что предположение всегда вероятно, это заложено
в его природе как явлении общей познавательной деятельности и философии. Несмотря на отсутствие возможности наблюдать презюмируемый факт, возможность как его существования, так и несуществования
в действительности всегда относительно вероятностна. Знание, получаемое как следствие из предположения, является лишь вероятностным,
а не истинным и достоверным. Все это позволяет рассматривать вероятностный характер презумпции как обязательную и необходимую для данного правового явления черту. В связи с этим расширительный подход
в распространении признака вероятности на законодательные нормы, как
представляется, не согласуется с правовой доктриной, где формальная
определенность нормы права, а не в какой-либо степени ее предположительный характер, рассматривается как присущий ей признак.
Предположение – это выбор субъектом определенной возможности
наступления какого-либо явления в условиях неопределенной ситуации на основе анализа, обобщения, связи, развития, сходства между
1
О наличии в праве императивных (обязательных) и диспозитивных (условно-обязательных) презумпций более подробно см.: Сериков Ю.А. Презумпции в гражданском
судопроизводстве. С. 51–53; Он же. Процессуальные функции правовых презумпций
в гражданском судопроизводстве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 6, 10–11.
2
См.: Дормидонтов Г.Ф. Классификация явлений юридического быта, относимых к
случаям применения фикций. Казань, 1895.
92
II.
явлениями. «Вероятная возможность, – пишет О.А. Кузнецова, –
при определенных условиях может не превратиться в действительность,
именно это свойственно презумпциям»1. «Предположение вообще есть
вероятное заключение о неизвестном факте, выведенное из общеизвестного или доказанного факта путем опыта»2, иного предположения
не существует, предположение всегда вероятно3.
В связи с этим многими авторами научное определение правовой презумпции раскрывалось через категорию «предположение»
(А.Х. Гольмстен, О.С. Иоффе, М.Д. Шаргородский, О.В. Баулин,
В.К. Бабаев, О.А. Кузнецова, Е.А. Нахова, Н.Ф. Качур, М.Ф. Бронникова и др.4) или уже в своем названии содержало данную терминологию (Д.И. Мейер, Е.В. Васьковский, Е.А. Нефедьев, Я.Л. Штутин,
В.П. Воложанин, Е.Б. Тарбагаева, С.В. Гусева)5 что, как видится, соответствует вероятностной природе самих презумпций.
Дореволюционный процессуалист Е.А. Нефедьев писал: «Предположение (презумпция) есть вывод, который неизменно делается
из существования известного факта»6.
По мнению Ю.К. Осипова, всякое предположение есть умозаключение, делаемое на основании каких-то одних известных фактов
о вероятном существовании других7.
1
См.: Кузнецова О.А. Презумпции в российском гражданском праве. С. 15.
2
Штейнберг А. Предположения как доказательства в гражданском процессе. С. 11
(цит. по: Кузнецова О.А. Презумпции в российском гражданском праве. С. 14).
3
См.: Ойгензихт В.А. Презумпции в советском гражданском праве. С. 8 (цит. по:
Кузнецова О.А. Презумпции в российском гражданском праве. С. 15).
4
См.: Гольмстен А.Х. Учебник русского гражданского судопроизводства / под. ред.
М.К. Треушникова, Ю.А. Поповой. С. 176; Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Указ. соч.
С. 262; Баулин О.В. Бремя доказывания при разбирательстве гражданских дел. С. 219;
Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 14; Кузнецова О.А. Презумпции в россий-
ском гражданском праве. С. 21; Нахова Е.А. Роль презумпций и фикций в распределении
обязанностей по доказыванию. С. 40; Качур Н.Ф. Презумпции в советском семейном
праве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 6–7; Бронникова М.Н. Указ. соч. С. 8; Тама-
зян Т.Г. Указ. соч. С. 15.
5
См.: Мейер Д.И. Указ. соч. С. 108–121; Васьковский Е.В. Учебник гражданского
процесса. М., 2003. С. 294; Нефедьев Е.А. Учебник русского гражданского судопроизводства. Краснодар, 2005. С. 215; Штутин Я.Л. Указ. соч. С. 82–151; Воложанин В.П.
Юридические предположения в советском гражданском праве и процессе: дис. … канд.
юрид. наук. С. 38; Тарбагаева Е.Б. Юридические предположения в гражданском процессе (исковое производство): автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 2–7; Гусева С.В.
Презумпции в системе философско-правовых категорий // Философская и правовая
мысль. 2002. Вып. 4. С. 27.
6
Нефедьев Е.А. Указ. соч. С. 215.
7
См.: Гражданский процесс: учебник / отв. ред. проф. Ю.К. Осипов. М., 1996. С. 173.
93
.. .
М.С. Строгович писал: «Нет презумпции, если ничто не предпола-
гается, а лишь определяется»1.
Важно отметить то, что если такой существенный признак правовой
презумпции, как ее вероятностный характер, отсутствует при формулировании исследователем своего авторского определения правовой
презумпции, данный факт справедливо подлежит критике со стороны
других ученых-правоведов2.
Суть заключается в том, что правовые презумпции – это только
установленные законом предположения о наличии или отсутствии
конкретного юридического факта.
На вероятность презумпций как их необходимую характеристику
обратил внимание еще в свое время Д.И. Мейер и в своей фундаментальной работе трактовал презумпцию (по терминологии автора –
предположение) как признание факта существующим по вероятности
в силу существования других фактов3.
К.С. Юдельсон в вопросе о главном элементе понятия презумпции – вероятности разделяет позицию, высказанную еще Д.И. Мейером и в связи с этим, отмечает, что «если говорить об источнике, дающем логическую силу презумпциям как основаниям освобождения
от доказывания, то должна быть подчеркнута именно вероятность,
точнее, большая степень вероятности факта, который в силу этого
может быть освобожден от доказательства»4.
Вероятностный характер в науке придавался не только самому выводу, который делался из установленной нормой права презумпции,
но и наступлению тех исключений из вывода, которые могли иметь
место в действительности (Я.Л. Штутин) или внутренним связям презумпции (В.М. Абдрашитов). Так, по мнению Я.Л. Штутина, презумпция не является очевидной истиной, а есть лишь предположение;
исключения из нее не только вероятны, но и необходимы, однако
такое предположение принимается за истину ввиду того, что отражает
наиболее обычный и вероятный (или признаваемый таковым) порядок явлений5. В.М. Абдрашитов указывал, что презумпция заключает
1
Строгович М.С. Учение о материальной истине в уголовном процессе. М.–Л.,
1947. С. 174–175.
2
См., напр.: Нахова Е.А. Роль презумпций и фикций в распределении обязанностей
по доказыванию. С. 36–40; Либус И. Презумпция невиновности в советском уголовном
процессе. Ташкент, 1981. С. 14; и др.
3
См.: Мейер Д.И. Указ. соч. С. 98.
4
Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. С. 249.
5
См.: Штутин Я.Л. Указ. соч. С. 87.
94
II.
в себе четкое правило поведения, имеющее императивный характер,
хоть и основанное на предположении и вероятностном характере внутренних связей1.
Такое неотъемлемое свойство правовых презумпций, как вероятность и их индуктивный метод образования, создают почву для рассуждений о том, как последние соотносятся со сходными явлениями –
гипотезами, которые хоть и имеют общее с презумпциями основание
сравнения, не являются по своей природе идентичными. Вопросы
сходства и различия презумпций и гипотез достаточно обстоятельно
были исследованы в правовой науке (В.К. Бабаев, В.П. Воложанин,
Я.Л. Штутин, В.И. Каминская и др.)2.
Понимая гипотезу и презумпцию (по автору – законное предположение) как частные случаи предположения, Я.Л. Штутин видит основное различие между ними в том, что презумпция отражает обычный
порядок вещей и потому принимается за истину без доказательств,
а гипотеза – предположение, нуждающееся в проверке3. И действительно, в правоприменительной деятельности суда возможно формирование и использование различного рода гипотез, которые судья
строит в процессе доказывания. Вместе с тем такие гипотезы не имеют
правового значения, так как не носят нормативного характера и в целом не могут быть подвергнуты правовому регулированию по аналогии
с мыслительной деятельностью человека. Индуктивный логический
метод образования гипотез раскрывает свой практический потенциал
в том случае, когда вероятно существующий факт (явление) находит
свое подтверждение по результатам его проверки с помощью иных
сведений о фактах. Тогда предположение, являющееся гипотезой, приобретает характер не вероятный, а достоверный и может быть положено
судом в основу судебного решения. По-иному дела обстоят с презумпциями. В целом соглашаясь с вышеуказанным мнением Я.Л. Штутина
о том, что презумпция принимается за истину без доказательств, стоит
уточнить, что более правильным было бы утверждать, что не требуют
доказывания в процессе рассмотрения дела именно презюмируемые
факты. Для того чтобы презюмируемый факт считался установленным,
1
См.: Абдрашитов В.М. Природа и типология правовых презумпций // Правовая
политика и правовая жизнь. 2007. № 3. С. 29.
2
См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 20–23; Воложанин В.П. Юриди-
ческие предположения в советском гражданском праве и процессе: дис. … канд. юрид.
наук. С. 81–82, 89–93; Каминская В.И. Учение о правовых презумпциях в уголовном
процессе. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1948.
3
См.: Штутин Я.Л. Указ. соч. С. 90.
95
.. .
не исключается необходимость доказывания факта, связанного с ним
и являющегося основанием данной презумпции. Что касается вопроса
о соотношении презумпции и гипотезы, презумпция, как представляется, изначально не требует какой-либо проверки для того, чтобы вывод
о существовании (несуществовании) конкретного презюмируемого
юридического факта был сделан. Презумпция действует, когда доказан
связанный с презюмируемым фактом факт-основание презумпции
и последний не опровергнут в установленном законом порядке.
В этом сравнительно-правовом ключе, раскрывая различия по условиям и причинам образования презумпций и гипотез, справедливо
пишет В.К. Бабаев, что гипотеза возникает тогда, когда нет еще возможности проверить ее положения на практике. Презумпции же постоянно
находят практическое подтверждение своей правильности (что не исключает случаев несоответствия презюмируемого обобщения некоторым
конкретным жизненным ситуациям). С точки зрения различий по характеру и последствиям опровержения автор, в частности, отмечает, что
гипотеза перестает существовать в случае ее несоответствия какому-либо
истинному факту, презумпции же, напротив, отнюдь не прекращают
свое существование, если даже будут не соответствовать конкретному
обстоятельству1. В последнем случае идет речь о том, что несмотря на вероятность того, что презумпция может быть лишена своего действия
при определенных обстоятельствах в связи с тем, что презюмируемый
факт будет опровергнут или не будет установлен факт-основание презумпции, сама по себе презумпция как правовое явление и нормативно
закрепленный вероятностный вывод о факте не перестает существовать
и будет действовать в других случаях при аналогичных условиях.
Л.А. Астемирова задается вопросом о том, с какой именно целью
презумпции наделены качеством вероятности и приходит к выводу,
что презумпции как средства правового регулирования воздействуют
на общественные отношения через специфику юридической конструкции, которой в данном случае выступает логическое построение
презумпции, что позволяет признавать юридическими лишь вероятно
существующие факты2.
Противопоставляя предположительный характер презумпции достоверному знанию, В.К. Бабаев указывает, что может иметь место их трансформация, переход от правовой презумпции как обобщения предположи-
1
См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 20–23.
2
См.: Астемирова Л.А. Презумпции в российском праве: автореф. дис. ... канд.
юрид. наук. С. 34.
96
II.
тельного характера, закрепленного в норме права, в достоверное знание.
Это возможно в том случае, когда имеются достаточные доказательства,
подтверждающие предположение. Вместе с тем предположительный характер обобщения не всегда может перейти в достоверное знание, а быть
преодолен в конкретном случае путем его опровержения, тогда норма
права, устанавливающая презумпцию, не будет действовать1.
Вероятностный характер презумпции кроется в ее логической приро-
де и отражает ее сущность как правового явления. Соглашаясь с мнением исследователей о причислении правовых презумпций к категории
общего предположения, о чем говорилось выше, и, как следствие,
приданию им признака вероятности, неизбежно встает вопрос о логической природе презумпций, так как именно ее правильное понимание
лежит в основе обозначенного признака.
Наиболее распространенной в специальной литературе, посвященной исследованию правовых презумпций, является позиция, согласно
которой логическая природа образования презумпции связывается
с неполной индукцией (В.К. Бабаев, В.П. Воложанин, Я.Л. Штутин
и др.)2. Разнятся позиции ученых только относительно того, представляют собой правовые презумпции вид неполного индуктивного
умозаключения или неполной (популярной) индукции.
Основная аргументация, обосновывающая указанную точку зрения,
сводится к следующему. В основе существования предметов и явлений окружающего мира лежит всеобщая причинно-следственная
связь. Если они существовали при каких-то определенных условиях,
то при наличии аналогичных условий они также будут иметь место
или, по крайней мере, были вызваны аналогичными причинами. Индукция как метод познания «от общего к частному» будет применительно к презумпциям проявляться в том, что выводы образованных
индуктивным методом предположений «применимы для всех частных
случаев, сходных с теми, что послужили основой обобщения»3. Признавая разделение в логике индукции на полную и неполную, методом
образования презумпции как обобщения является неполная индукция,
в основе которой лежит какой-то общий вывод, сделанный на основе
1
См.: Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 67.
2
См.: Воложанин В.П. Юридические предположения в советском гражданском праве
и процессе: дис. … канд. юрид. наук. С. 75–83; Бабаев В.К. Презумпции в советском
праве. С. 9–10; Штутин Я.Л. Указ. соч. С. 84; Кузнецова О.А. Презумпции в российском
гражданском праве. С. 11–13; Астемирова Л.А. Презумпции в российском праве: автореф.
дис. ... канд. юрид. наук. С. 36.
3
Бабаев В.К. Презумпции в советском праве. С. 8.
97
.. .
анализа большого, но все-таки не исчерпывающего количества сходных случаев, и который в связи с этим будет считаться правильным
относительно всех обобщенных случаев.
Вместе с тем на необходимость разграничения индуктивного метода
образования презумпции и неполной индукции как вида умозаключения обратил внимание Ю.А. Сериков. По его мнению, правильнее
говорить о способе построения общего предположения, которым выступает неполная индукция, а не о методе неполной индукции, как
это делает В.К. Бабаев. Неполная индукция не выступает методом
образования презумпции, а является одним из видов умозаключения,
закрепляя за ним одновременно возможность опровержения, которое
не устраняет само по себе существующее предположение1.
Действительно, индукция как логический вывод может строиться
либо по типу полной индукции, либо – неполной. Умозаключения
полной индукции всегда содержат достоверный вывод, так как основываются, в отличие от неполной индукции, на анализе всех элементов,
по результатам исследования которых мы приходим к конкретному выводу. Неполное индуктивное умозаключение о существовании
фактов, событий делается на основании лишь ограниченного числа
посылок, что и предопределяет его не достоверный, а вероятностный
характер. Вместе с тем это в полной мере соответствует природе правовых презумпций, в основе которых лежит общее предположение
как логическая категория и сохраняется возможность опровержения
результатов такого предположения.
Сущность правовой презумпции, как известно, заключается в предположении существования отдельных юридических фактов, необходимость установления которых предопределяется требованиями правовых
норм. Потребность в предположении и придании вероятностного характера выводу, сделанному из других наличных юридических фактов,
связанных с фактами предполагаемыми, не возникла бы, если бы имелась действительная возможность наблюдать все юридические факты,
подлежащие установлению. По той причине, что презюмируемые юридические факты обычным ординарным способом зачастую установить
сложно, невозможно или, по мнению законодателя, нецелесообразно,
вывод об их существовании при наличии определенных нормой права
условий приходится лишь предполагать. Указанное заключение о наличии юридических фактов дается в отношении тех из них, которые
1
См.: Сериков Ю.А. Презумпции в гражданском судопроизводстве. С. 4–5.
98
II.
отсутствуют, и мы не можем наблюдать в конкретный момент. Другими
словами, презюмируемый факт будет являться результатом обобщения
неполного ряда одинаковых выводов о сходных юридических фактах,
которому присущ вероятностный, а не достоверный характер.
Что касается процесса формирования неполного индуктивного умозаключения относительно презюмируемых фактов, то в данном случае
ключевым здесь является повторяемость конкретного признака у большей
части явлений, им обладающих, которая носит устойчивый характер.
Вместе с тем устойчивая повторяемость и отсутствие наблюдаемых юридических фактов в момент их установления влекут за собой вероятность
как присущий логической природе правовых презумпций признак.
В противоречие с общепризнанным мнением о формировании
презумпции как умозаключения неполной индукции, в основу которой положены выводы о большом количестве обобщаемых фактов,
высказано мнение о наличии у отдельных презумпций особенности,
касающейся того, что презюмируемый факт имеет место даже при очевидности иного заключения из основания презумпции. В качестве
примера Б.А. Булаевский приводит общеправовую презумпцию знания
закона, которая хоть и широко известна, но в действительности вряд ли
можно говорить о знании всех законов каким-либо лицом, что по сути
не соответствует презумпции как результату предположения, основанного на обобщении достаточного большого количества случаев. В связи
с этим стоит согласиться с мнением исследователя, считающим, что
в данном случае нормативное введение презумпции знания закона
обусловлено политическими предпосылками, связанными с необходимостью установления приоритета одних интересов (государственных)
над другими (личными)1. Кроме того, как представляется, презумпция
знания закона не является единственной в своем роде презумпцией,
которая обладает такой особенностью.
В рамках вопроса о логической природе презумпций целесообразно
также обозначить позицию относительно описания логической структуры презумпций, что в целом является достаточно разработанным,
но вместе с тем одновременно дискуссионным в науке. Здесь можно говорить о следующих основных подходах: а) по своей логической
структуре правовые презумпции являются сложными суждениями
с импликационной связкой «Если есть А, то есть B» (М.С. Строгович,
М.Л. Петрухин, Н.Ф. Качур, В.М. Баранов, В.Б. Першин, И.В. Першина,
1
См.: Булаевский Б.А. Презумпции как средства правовой охраны участников граж-
данских правоотношений: монография. М., 2013.
99
.. .
М.П. Пронина)1; б) правильно логическую структуру правовой презумпции выражает частно-утвердительное суждение, которое отражается
в формуле «Большинство S суть P» (В.И. Каминская2); в) логическая
структура презумпции соответствует формулам, в которых делается
акцент на необходимость неопровержения презумпции в каждом конкретном случае – «Все S есть P, пока не доказано иное» (Б.А. Булаевский, О.В. Жажина)3 или «Если А и не доказано не Б, то предполагается
Б» (О.А. Кузнецова4); г) логическая структура правовых презумпций
связывается с определенными частно-утвердительными суждениями,
для которых соответствующая формула варьируется в зависимости
от вида правовых презумпций по степени вероятности – высоковероятные «Только большинство S есть P», квазипрезумции – «Только
меньшинство S есть P», презумпции с нечеткой либо неустойчивой
вариантностью вероятности – «Некоторые S есть P» (Ю.А. Сериков)5.
Более правильной при решении данного вопроса представляется точка зрения Ю.А. Серикова, который в свое время подверг критическому анализу позицию В.И. Каминской, одной из первых попытавшихся
выявить логическую структуру правовых презумпций в юридической
науке. Основной контраргумент исследователя относительно структуры,
предложенной В.И. Каминской, сводился к тому, что определение правовой презумпции через частноутвердительное суждение, выраженное
формулой «Большинство S есть P», требовало уточнения, а именно через придание частному суждению полноты и определенности, что будет
отражаться в формулах «Только большинство S есть P» и «Только большинство S не есть P». Последняя формула, по мнению автора, характерна
1
См.: Строгович М.С. Указ. соч. С. 168; Теория доказательств в советском уголовном
процессе / отв. ред. Н.В. Жогин. М., 1973. С. 344; Качур Н.Ф. Презумпции в советском
семейном праве: дис. … канд. юрид. наук. С. 14; Баранов В.М., Першин В.Б., Перши-
на И.В. Методологические предпосылки формирования теории правовых презумпций //
Юридическая техника. 2008. № 2. С. 25; Пронина М.П. Логико-философская природа
презумпций в праве (в развитие преемственности научных исследований, проводимых
профессором В.К. Бабаевым) // Юридическая техника. Ежегодник. № 5: сб. мат. Вторых Бабаевских чтений «Преемственность в праве: доктрина, российская и зарубежная
практика, техника». Н. Новгород, 2011. С. 393.
2
См.: Каминская В.И. Учение о правовых презумпциях в уголовном процессе. С. 9, 10.
3
См.: Булаевский Б.А. Логические основания построения презумпций // Вестник
Пермского университета. Юридические науки. 2011. № 1 (11). С. 19–22; Жажина О.В.
Указ. соч. С. 13.
4
См.: Кузнецова О.А. Специализированные нормы российского гражданского права:
теоретические проблемы: автореф. дис. … докт. юрид. наук. С. 237, 247.
5
См.: Сериков Ю.А. Презумпции в гражданском судопроизводстве. С. 16–18.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]